Блог

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240390
Rutube: rutube.ru/video/c06f4ff9689e651c692fa61543a785b7
Youtube: youtu.be/rYnncAM0skE

Прослушать беседу Марциса Гасунса с Еленой Трефиловой (с тайм-кодами).

Стенограмма не авторизована. Автор лекции не несет ответственность за качество ИИшечного-транскрипта.

Ну всё, я вижу, что мы начали. Добрый вечер! Добрый вечер. Сегодня это будет далеко не первый раз, когда мы расспрашиваем Елену Вячеславовну насчёт её биографии, но впервые досконально и только про неё ничего, кроме подвигов Елены Трифиловой. Это как бы какая-то такая мощная сразу заявка пошла про подвиги.

Не думаю, что в моей биографии есть какие-то подвиги. Мы тоже не думали до тех пор, пока с вами не познакомились. Итак, Елена, как и большинство людей, попадает в санскрит случайно или, можно даже сказать, по недоразумению. То есть не то чтобы она вот всегда тянула её в Индию или к индийским языкам. О нет нет!

Вот поэтому начнём с того что обычно санскрит изучают люди которые никогда ничего подобного не изучали это раз. Люди не имеющие филологической подготовки это два. Поэтому за 20 лет, что я преподаю санскрит, Елена, наверное, один из пяти-шести исключений. То есть человек, который имеет хорошую, добротную подготовку и пожалуй среди всех с кем я имел дело то есть среди моих учеников у Елены самое лучшее образование на входе то есть она уже изначально прекрасна, то есть она Елена прекрасная изначально, то есть не хватает только каких-то незначительных грамматических добавок. То есть это идеальный ученик.

Вот, я не помню, когда мы начали, возможно, лет года четыре тому назад. Зато я помню. 1 мая 2022 года. Ну, то есть четыре года, можно сказать, тому назад? Да.

Соответственно, за это время было нами совместно пройдено два учебника учебник Веры Александровны и учебник Георга Бюллера. Вот эти две книги были пройдены полностью от корки до корки. Два года на Как это быстро? Два года на Кочергину, два года на Бюллеру. В смысле, как мы умудрились за четыре года, а ещё полных четыре не прошло, а мы уже два учебника прошли?

Да, но ещё же и читали много, и Наля, вот Было много чего промежуточного на самом деле, да. Поэтому, может быть, не четыре года, может быть, больше? Не-не-не, точно, у меня все годы записаны, у меня этот чатик до сих пор хранится. Хорошо, ну, в общем, как каким-то странным образом нам удалось запихать в два двухгодичных курса, а они точно вот бюллер точно длился не меньше двух лет. Впрочем, как бы то ни было нам удалось пройти эти два учебника совместно и более того, ещё не закончив соответственно учебник Бюллера, а, кажется, чуть ли не толком даже его не начав, Елена уже начала сама вести в рамках общества ревнителей санскрита занятия.

Получается так? Да, да, но не санскрита, а лингвистический ликбез. Да, не санскрита, потому что на самом деле санскрит-то преподавать может, грубо говоря, каждый, а вот лингвистику, лингвистику дать на самом деле задача, наверно, даже ну не менее сложная, а то и более сложная. То есть в чём, в чём, например, я вижу нашу специализацию, специализацию ревнителей. Ревнители должны быть лингвистически подкованы.

Собственно, например, как раз слабое место, например, в той же вышке я вижу их ориентированность на крелитератороведение, да, то есть они умышленно избегают больших концентраций лингвистики, то есть это их умышленный выбор, я с ним не согласен, но тем не менее. То есть у нас изначально у меня есть некое ожидание того, что человек рано или поздно посмотрит в сторону лингвистики, соответственно, без курса и лени, сделать это скорее затруднительно, а с другой стороны определенный уровень цифровой грамотности. Вот, и эти два навыка, пожалуй, я считаю, и есть отличительная черта ревнителей они должны уметь пользоваться разными компьютерными санскритскими ресурсами, с одной стороны, и они должны оперировать не только санскритскими грамматическими терминами, а общелингвистическими. Вот, вот такое моё понимание. Именно поэтому получается в году в двадцать четвёртом уже, да, кажется осенью?

Да. В двадцать четвёртом году соответственно в октябре предположительно мы начали первый поток ликбеза по лингвистике. Да. А перед тем как мы в подробностях расспросим, впрочем мы сейчас начнём снова, мы попросим, у нас такой у нас как пластинка такая заезженная пластинка мы каждые несколько месяцев просим рассказать, а как Елена начала изучать санскрит. Вот когда она снова эту пластинку повторит мы тогда подробно расспросим о том, что было, о том, что есть и о том, что будет в рамках тех курсов, которые ведёт Елена.

Итак, Елена, я не помню, вы родились в Москве или как? В Москве, в Москве, да. Родилась в Москве. Соответственно, ваши родители тоже оттуда? Нет, мои родители, мама из Колумбны, папа родился в Москве, но его родственники, ну, как бы его родители из Переславля-Зарезского.

Ну, на самом деле, получается такое Подмосковье, есть недалеко, на самом деле, от Москвы вот это всё. Ну да. Ну, Переславль-Залесский это не Подмосковье, это уже всё-таки, да. Это для меня такое как бы такое ближняя замкадия. Ну, как бы я, я вот уже родилась в Москве, да.

Вот. Кто папа? Чем занимался папа? Чем занималась мама? Папа работал на заводе, плавельщиком был.

Вот, мама повар в детском саду. Прямо как у завистника получается. У него же это есть в смысле в плане про такое вот прикладное направление у папы. В детском саду, в смысле воспитатель? Поваром, поваром.

Да, поваром. Ну то есть ничего не предвещало, вот ничего не предвещало, да это как это сказать, жили мы в районе Новой Черёмушки, тоже, как это сказать, не самое престижное место, вот, хотя рядом академическое, вот, вот, вот. Да, это же недалеко уже от МГУ как раз. Недалеко, недалеко, да, и мама у меня работала в детском саду при Академии наук, но ведомственном саду. Начало-то был такой был в детском саду, а такой детский сад-то один на всю страну.

Нет, он не один на всю страну, их довольно много, но да, он был ведомственный. Это не значит, что туда со всей округой не сходились дети, сходились, да, вот, но почему-то он был ведомственный, не знаю. Но мы выезжали каждое лето, то есть детский сад выезжал, и я в том числе с детским садом, выезжали каждое лето на дачу, вот, который находился под Звенигородом. Можно сказать, элитные места сейчас, там вот всё уже застроено коттеджами, и вот всё, всё не так-то просто. То есть в некотором роде Елена изначально блатная, правильно?

Ну так да, примазалась, примазалась. То есть у нас Лундышева стала заниматься санскритскими рукописями, потому что родителей пристроили в школу с углубленным изучением хинди, а Елена стала заниматься лингвистикой, потому что изначально попала в ведомственный детский сад. Все не так было, нет, ведомственный детский сад, ведомственный детский сад, вот он как бы был, ладно. Потом я училась в совершенно нормальной, как сказать, районной школе, школа номер 190. Вот ну вот, вот совсем обычная школа, ничего там такого нет.

Просто, ну, вообще, все, очень многие мои вещи в жизни случаются случайно, я, собственно, этому не сопротивляюсь. Вот если оно туда меня несет, значит, мне туда надо. Обычно так. Вы были отличные в той школе? Да, ну, вот в первой, в обычной школе, да, потом я просто перешла в математическую школу.

Перешла. Шли мы с мамой по улице, навстречу нам знакомая мамы со своей дочкой и говорит, а мы идём на собеседование в математическую школу, пошли с нами. Ну вот я пошла с ними, я поступила, подружка моя не поступила. То есть они шли, не поступили, вы примазались и поступили? Мы примазались и поступили.

В итоге я поступила в математическую школу. Район чуть получше, район академический. А номер школы какой? Ну, она тогда называлась она называлась 21, школа с математическим уклоном. Сейчас она 15:34.

Вот. Ну, собственно, я занималась там математикой. Там я уже отличницей не была, там было сложно учиться. Вот. Но там мне как бы посоветовали, что мне вот туда не надо, в математику, физику, еще куда-то.

То есть стало понятно, что идет вроде неплохо, но масштабировать это не следует? Ну, не надо. Нет, мне сказали, что я, да, я молодец, я справляюсь, и я справлюсь, да, но вряд ли мне это принесет. Я хотела поступать на физическую химию, вот что-то такое. Но мне сказали, что вряд ли мне это принесёт удовольствие и лучше подумать о чём-то другом.

Тогда были такие справочники толстые справочник поступления в ВУЗы. Бумажный. И вот я там что-то долго сидела, искала, ничего мне не нравилось, а потом смотрю, есть такая замечательная вещь, куда нужно сдавать русский язык, куда нужно сдавать английский язык и математику. Вот, и при этом, значит, письменный экзамен только один сочинение. И при этом нету литературы, да?

Нет литературы и истории. Я поняла, что вот, вот это оно, вот это моё, и вот именно туда мне нужно. Вот, да. Это было отделение теоретической и прикладной лингвистики в МГУ, единственное в своём роде место. Про РГГУ я тогда вообще ничего не знала в этом справочнике.

Это был устаревший какой-то справочник. Там РГГУ не было. Но в любом случае РГГУ это как ответвление от этой изначальной МГУшной как бы кафедры. Ну да, но там все равно как бы можно было туда поступить. То есть чтобы как сказать не класть яйца в свою в одну корзину, да.

Ну вот я как-то туда нацелилась, а ну и собственно поступила. Никто правда не верил, вот мои родители, они потом признались, они говорили они, что с ужасом ждали вот результатов экзаменов и уже готовы были меня, так сказать, учить. Хоть куда? Ну, утешать. Нет, не то что хоть куда, просто вот утешать.

Мама меня, папа послала, говорит, ну, ты съезди с ней, вот я туда ездила, результат Когда она будет падать в обморок от того, что подойдет к этим спискам? Да, типа, съезди с ней, поддержи. Вот, никто не верил, в общем. И потом народ удивился, потому что, ну, знаешь, есть же такое, как это сказать, убеждение, что в МГУ без там Блата не поступишь. Вот без репетиторов, Блата вот всё.

Особенно в то время. Мне как раз казалось, что именно в то время была какая-то вот такая вот, как сказать, окно, которую как раз можно было. В общем, я очень удачно туда попала. А сколько там людей на место, неизвестно, да, было? 17 человек на место, по-моему.

Ну, то есть много, но А, нет, ну, нет, я уже не помню, но там в основном все шли на Rungerm, и на Tipple было чуть меньше. Тогда Tipple был не так популярен, как вот потом стал. Вот, все в основном на Rungerm были, и на Rungerm там и 22 человека было на место но в основном девушки да да ну в моих представлениях вот эта кафедра это самый жесткач какой можно себе придумать то есть жестче уже невозможно Для меня жесткач это литературоведение, литература и вот история какая-нибудь, потому что или стилистика, да, потому что для меня уроки литературы были какой-то невообразимой загадкой. Каждый раз нужно думать, что же хотел сказать автор. Откуда же я знаю, что он хотел сказать?

Как-то так. И в общем для меня литература всегда была каким-то загадочным предметом. Я вообще не понимала зачем это, зачем это детям. Ну зачем ты мне? Сейчас-то немножко получше.

Ну и тут получается такой, ну, то есть филологии как таковой у лингвистов как бы почти вообще не было, получается. И слава богу, слава богу. Нам пытались дать какие-то азы там семиотики, вот что-то такое было. Я помню у нас даже были курсы Газпрома, нас туда так это немножко направляли, как бы вот. И Степанов помню.

Да-да-да-да. Вот он в институте языкознания был. Да, вот он его курсы нас пытались, но как бы вот Степанов, я помню, что он попробовал нам читать курсы и сказал, я больше никогда не буду соглашаться читать АТИПЛЯНАм семиотику, по-моему. Вот, никогда больше. Потому что, ну, на этот ходили другие студенты с философского факультета.

Вот, ну, то есть мы понимали, что мы пришли, что это курс организован для нас, но мы понимали, что он как бы не для нас. Что вы не вписались? Не вписались. Мы туда не вписывались совершенно. Наверное, симеотику как-то для лингвистов по-другому нужно было преподавать, потому что у нас и подготовки-то нужной не было, честно говоря, для этого курса.

Опять же, мы И вы ходили на Гаспарова? Да, что-то было, что-то у нас было. Ну то есть что-то по стиховедению там? Вот-вот, кажется, да, что-то такое было, но, видимо, это вот как-то совсем у меня не отложилось. Не помню.

Тогда мне интересно ещё, на кого вы куда ходили, то есть какие-то фамилии, прямо такие вот? Ну, как сказать, наше отделение, оно такое, ну, как сказать, отдельное отличие, обособленное, да, потому что вот если, скажем так, весь филфак, курс идёт в одной поточной аудитории, есть у них лекции, скажем, общие для всего факультета. Да, это, не знаю, общий языкознание какое-нибудь, да, что-нибудь по литературоведению. Ну, опять же, я не знаю, как там было устроено, я не знаю, как жил весь остальной филфак, потому что наши лекции, они были совершенно отдельные. Вот аудитория 956 наша аудитория, в которой, собственно, на курсе обычно 25 человек, не больше.

И вот для этих людей читались общие курсы, что называется, общий синтаксис, синтаксис русского языка, общая морфология, морфология русского языка. Ну и всё остальное так, мы разделялись как бы только на языковые группы. На девятом этаже гуманитарного корпуса, метро-университет, соответственно, вот у вас в маленьких аудиториях получается да всё Не в поточных аудиториях, где там можно стадион разместить, а вот в таких вот кабинетиках? Ну, у нас, по-моему, даже не было лекций в поточных аудиториях. На самом Не, ну вот, собственно, получается зализняк был прикреплён к АТИПлу, и он, получается, свои спецкурсы вёл как раз в поточных аудиториях.

Вот мы как раз были те курсы, когда он не вёл. Вот у нас не было зализняка вообще ни разу, вот, что, конечно, очень жаль, но вот так. Кто у вас вёл, кого ещё вы помните, то есть какие, чьи имена вот врезались в память, неважно, с каким знаком? Ну, все врезались, я очень хорошо всех помню. На первом курсе у нас была замечательная Ольга Фёдоровна Кривнова, она вела общую фонетику, и это до сих пор мой идеал преподавателя.

И это, как сказать, один из первых преподавателей, который встречался в то время студентам на их пути, который вправлял им мозги. Ну вот так вот курс устроен, что вот начинается всё с общей фонетики. На самом деле ей пришлось нам дать как бы не только общую фонетику но и вот опять же вправить мозги вот как я это называлась асюром по башке когда нас вот из такого состояния, когда русский язык, да, жиши, пиши через букву г, вот, нас нам пытались объяснить что-то про означаемое, означающее и вот, вот это все. Но Ольга Фёдоровна была замечательна тем, что у неё была программа курса, то есть она пришла, показала нам вот эти два листочка, говорит, вот это программа, мы будем идти по программе, и дальше, как бы, в течение года она говорила, что мы находимся на таком месте. То есть постоянно навигация обозначалась.

И она нам дала сначала взгляд с птичьего полета, а потом в подробностях вот вот вот всё, то есть курс был структурирован и замечательные были практические задания, да, вот фонетика она такая практическая дисциплина, хорошо была организована литература, и именно поэтому у меня с фонетикой не было никаких вопросов. Я экзамен сдала с первого раза, вот, и на пятёрку, вот. Были такие как это сказать выдающиеся личности как Анна Константиновна поливанова вот это был скажем так непростой преподаватель и по тому, что она пыталась донести до студентов, и по манере преподавания. И то, как экзамены проводились, это как бы как Экзамены состояли из того, что основной тезис на этих экзаменах был что основные знания студенты получают на экзамене именно то есть пока студент самостоятельно не доходил до каких-то ответов на вопросы он не уходил с экзамена экзамены могли продолжаться до 12 ночи математику нас вел тоже Владимир Андреевич Успенский у него были примерно такие же поэтому студенты сдавали экзамены по нескольку раз, то есть пока, в общем, преподаватель, видимо, не придет в умеренность, что да, студент знает материал. Хотя бы сносно.

Но вот моя одна из любимых книг настольных это как раз, собственно, книга Успенского. Ну вот, да. Это было нелегко, и это было непонятно, зачем так делать, потому что одновременно с этим опять же вот была Ольга Фёдоровна Кривнова, которая вот вот сделала вот совершенно по-другому, и вот с вот таких вот, как сказать, тиранических способов. Ну, вот так. Потом был, конечно, Александр Евгеньевич Кибрик, и тоже был замечательный курс по синтаксису.

Там были свои Это он вас влюбил в синтаксис? Можно сказать, что да, что да. Потому что ваша дальнейшая судьба, она по большой части именно синтаксическая? Да, да, ну просто, как это сказать Ну, наверное, да, не знаю, так получилось. Было очень много разных курсов, совершенно разнообразных.

По психолингвистике, например, были курсы, по программированию у нас было, математика у нас была. У нас каждый семестр была какая-нибудь математика, математическая статистика, теория информации кодирования. Ну, много чего было. Вот, У меня первый язык был венгерский. На санскрит, на Индию меня не тянуло вообще.

Тянуло меня совершенно в другое место. Я поступала с надеждой изучать китайский язык. Но, как это сказать, опять же, я много чего не знала, и, в общем, никто мне не мог подсказать, и я сама не знала, что за китарийским языком нужно идти в другое место. Туда бы я не Не в то здание обратились, так сказать. Не в то здание.

Ну, это, как сказать, это совсем отдельная Вселенная, да. Да, но ну, вот так. Ну, что, что ещё сказать? Ну, для меня это были, как это сказать, сколько, шесть лет? Ну, пять лет.

Да, у меня был перерыв. Я ездила в Китай на стажировку. Вот, ну, мне очень нравилось учиться. Вот, такой пять-шесть лет беспрерывного счастья. Ну, конечно, не без трудностей, но как бы да, вот так вот.

Учила я венгерский язык первый, второй языком был логичный шаг выбрала финский язык. Вот дальше понеслось по наклонной. Французский, немецкий были третьими языками. Потом я ещё, мне кажется, на третьем курсе поступила на межвузовский факультет китайского языка при саамгу. Ну как бы мечту-то нужно выполнить.

А когда вы уже со зданиями разобрались? Ну да, вот, и, значит, после четвёртого курса я поехала на стажировку на год, вот, учить в Китае, в Китае, учить китайский язык. До этого я съездила на стажировку в Венгрию, там получила венгерский язык. То есть мне повезло на самом деле с венгерским языком в том числе. Никто поначалу не хотел учить этот венгерский язык, все очень возмущались, но на самом деле это было замечательно.

Это, так сказать, я до сих пор горжусь тем, что я вот как-то знаю венгерский язык, вот, что я побывала в Венгрии. Ну вот и в Китае тоже. А санскрит я пыталась в течение всех этих лет как-то, но не из-за любви какой-то к Индии. Опять же, в Индию меня не тянуло, меня тянуло в Китай, на Дальний Восток, вот туда Китай, Япония. А санскрит, мне было интересно, интересен санскрит с точки зрения индоевропейской.

Вот как оно устроено. И я пыталась на курсы санскрита, он двухлетний был тогда в МГУ, и что-то как-то у меня не складывалось, то ли расписание не подходило, то ли ещё что-то там. В общем, до санскрита я дошла только к курсу пятому, по-моему. Я туда записалась, я даже пришла на первое занятие к Вере Александровне. Да, к Вере Александровне.

На первом занятии всех стали спрашивать, с какого курса. И у меня пятый курс, на что Вера Александровна так удивленно сказала девушка, что вам сейчас нужно другими, более серьезными вещами заниматься. То есть поздно пришли? Да, не санскритом. Я говорю, ну, я, может, ещё в аспирантуру соберусь?

Что вы меня гоните? Да, вот когда соберётесь, тогда и приходи. Ну вот, вот как-то так. Сколько лет прошло с того момента, когда, получается, вы впервые попытались, вас выгнали, и вы действительно начали санскрит? Ну, значит, если это 22-24, это было в 94-м.

24 года между этими датами? Но я даже просто знаю столько историй, когда люди вообще вольно слушателями, никаких курсов МГУ вообще приходили и ходили на курсы Кочергиной годами. И тут человек пришел изнутри МГУ-шной, мало того, что МГУ-шной, изнутри филфаковской системы и его гонят. Ну меня не то, чтобы меня не прогнали, нет, но как-то мне так стало неуютно. Ну типа, что такая рослая девчонка и А там еще, да, первокурсники, второкурсники сидели и хихикали, хихихи.

Типа, а она-то что? Она уже Ну, в общем, как-то я так себя неуютно почувствовала, обиделась и, в общем, купила себе вот учебник санскрита и пыталась сама его пройти. Я, по-моему, даже вот до шакала дошла. Есть аж до одиннадцатого урока, да? Да, до шакала.

Но что-то мне как-то больше дальше Я подумала, а зачем мне это нужно? И, в общем, там уже другая, другое началось. Ну, собственно, я в итоге поступила в аспирантуру. Вот, и даже съездила в Финляндию. Ну, у меня, поскольку была диссертация связана с финно-угорскими языками, всё время меня разрывает в разные стороны.

Да, вот хочу в Китай, а приходится заниматься венгерским языком. Уже созрела для санскрита, отправляют в Финляндию. Ну, я же была не против, мне ж дайте, дайте, да побольше. Это было главное достижение аспирантуры в смысле поездка в Финляндию? Да, но диссертацию я так и не написала.

Я и говорю, в смысле, но это как бы главная достижение это была поездка. Да, я сдала кандидатский минимум, но, в общем, чукча не писатель, да, чукча не писатель, чукча учитель, как оказалось. Вот, ну и всё. И всё, собственно, на этом моя, скажем так, академическая карьера была поставлена на паузу на долгое время. Вот, и я стала работать в фирме Аби лингвистом.

Вот, и занималась там синтаксисом 20 лет. И что вы там за 20 лет успели выстроить? Или это были какие-то наработки, которые ещё в дело как бы не пошли? Они пошли в дело, но как это сказать? Я думаю, что они ещё выстрелят, но не сейчас.

Да, потому что, ну, значит, вы можете ли как-нибудь популярно объяснить, вот чем вы занимались, чем Аби занимался? Ну, как популярно объяснить? Скажем так, я составляла некоторые формальные описания, которые дальше можно было запрограммировать. То есть это была попытка опередить время и то есть то, что сейчас происходит в мире это полный противовес тому, чем занимался Абий. Собственно, почему Абий и разорился в конце концов?

Ну, он не разорился, там немножко Он был разорён. Ну, не разорён, нет. Ну, в общем, ладно, оставим в покое Абии. То, что сейчас происходит, да, это некоторая такая вещь, ну, как сказать, ну, в общем, это то, что да, что показало результаты лучше на сегодняшний день. Получается, что есть roul-based, то есть по правилам, то есть Abi питался идти по правилам.

Да, roul-based есть на статистике. Да, то есть и статистика сейчас при, как это, взяла верх. Да, статистика сейчас взяла верх, но на самом деле результаты очень хорошие и, в общем Ну, по-хорошему, наверное, их можно было бы сочетать, то есть roul based и статистику. Ну видимо все еще впереди. Ага.

Вот посмотрим. То есть я действительно большой поклонник квантитивных методов. То есть собственно первый кто в санскрите это сделал это был Witney то есть 1885 год я действительно верю в силу квантитивных методов но я также считаю что со счетов рано сбрасывать rule based ну посмотрим ей ну в общем пока вот вот ситуация такая какая она есть и что в общем-то ну нормально. То есть если спросить объяснить Гапоту, то есть ChatGPT какое здесь правило паники, он скорее всего соврет, потому что он просто возьмет наиболее частое, но не понимает, что он там делает. Поэтому есть места, откуда статистика никогда не сможет вытеснить какие-то подходы, то есть?

Ну, просто это неправильно назвали, назвали это искусственным интеллектом, хотя это, ну, совершенно не интеллект, да, вот, вот и все. Не интеллект, Вот, хотя очень сильно помогает. Ваш полиглотизм куда он дальше пошел, соответственно, в финские Финляндии? Но ведь этим все не закончилось. А потом я учила японский, два года я ходила, был такой центр Мирбис, то есть при японском посольстве, ну, как бы, не то что спонсором было японское правительство.

Там были стажировки. Я, к сожалению, пришла уже в то время, когда отношения сильно похолодели, потому что стажировок не было. Два года отучилась я японскому языку, потом меня не хватило большее. Немецкий язык был опять же на работе. Мы учили немецкий язык.

Китайский, японский опять же на работе учили. Что дальше? Потом я решила, не поучить ли мне тибетский язык. Ну а как же без тибетского, да? Там же, как это, есть тергатив, и мне хотелось поиграться с эргативом, что такое, потому что я до этого не учила языки с эргативом, и мне было любопытно, как оно работает.

Не так теоретически, да, потому что То есть лингвистическое любопытство? Да, да, безусловно. Вот все, что я учу, это как бы движимо вот именно лингвистическим любопытством. У меня нет, как это сказать, цели бегло говорить на каком-то языке, и мне это даже не интересно. Вот поэтому нельзя меня назвать полиглотом в этом плане.

Не говорю Зато мне нравится читать и разбираться в грамматике И, собственно, тибетский я пошла на курсы тибетского языка к Тамари Борисовне Илёхиной Вот, проучилась там год и И вот, и вот первого мая Мартыс Юрьевич мне написал в чат, по-моему ну, в этом в ВК. Здравствуйте! Вот. Ну, я не знаю, я эту историю уже рассказывала, по-моему, несколько раз. А это как байка уже.

Она же не что есть. Вот, а я до этого, как это сказать, я, изучала плотно всяческие языковой курс, опять же, лингвистического любопытства. Я шарюсь везде, по интернету я смотрю всяческие сообщества, изучение разных языков, в том числе санскрита. Вот, и я так ходила-ходила, я, в принципе, я была в курсе, кто мне написал, вот, и я, собственно, очень удивилась, а что такое, такой А я-то чем провинилась? Что такое, скажем так, что такой человек хочет от меня?

И я, значит, думала часов пять, что же ответить. И, в общем, ничего лучшего не придумать. Как ответить, здравствуйте. То есть это, да, это, да, шло. Значит, это, да, шло пять часов.

Да, вот. На что, значит, Мартын Юрьевич мне отвечает, долго же вы думали. Я не шучу, все так и есть. Мы можем сейчас этот чатик открыть. И у всех ады записаны.

А тут я уже как бы напряглась если мне человек так отвечает значит он от меня что-то хочет я пытаюсь понять что же от меня этот человек хочет пошла, значит, искать по сайту, туда, вот в группы в ВК, значит, ну, смотрю, значит, новая группа открылась. Я думаю, наверное, он хочет, чтобы я санскрит учила. Вот, а поскольку в тибетском у меня как раз образовался перерыв на каникулы и группа как раз занималась в то время, когда у меня был тибетский, я подумала, ну, наверное, это знак, раз меня так хотят. Во-вторых, меня хотят, во-вторых, меня хотят очень вовремя. Ну, очень много чего совпало.

Я опять же говорю, что многие Я свободная. Да, вещи в моей жизни случаются очень, как бы, случайно. Вот, я думаю, ну, хорошо, я пишу, ну, давайте я к вам в группу пойду. Ну, давайте. Вот, и я присоединилась, значит, к четвертому занятию, по-моему, или пятому, вот, у нас знаменитую группу.

Вот, и, собственно, это была кочегена. С тех пор, получается, мы как бы вместе так или иначе взаимодействуем. Да, вот, я с тех пор успела переехать в Белград. Точнее так, меня Абби переехала в Белград. Абби уже нет, а Белград остался.

Да, Абби уже нет, а Белград остался. Вот, ну, посмотрим, что там дальше будет. Я пока не загадываю, но как сказать, а вдруг опять какая-нибудь случайность нагрянет? Я все хочу уехать, а мне Сербия все подмигивает, ну может еще останешься, ну еще чуть-чуть, ну еще чуть-чуть. Ну и после этого, в смысле после начала санскрита, по-моему, вы еще хинди и корейский что ли ещё?

Ну да, был у меня хинди, к сожалению, это вот один семестр был в вышке, они открыли курсы. Татьяна Александровна Дубианская вела начальный курс хинти. И мы прозанимались. Один семестр был замечательно. Удивительный опыт, потому что совсем не похож на соскрит язык, абсолютно не похож, и было бы интересно посмотреть с исторической точки зрения, как он дошёл до жизни такой, а корейский ну да, вот меня ж тянет, меня что дашь по-прежнему?

В Дальний Восток-то? В Дальний Восток-то меня тянет, я никак не могу угомониться. Да, не могу. Вот, и я учила несколько семестров корейского языка. Есть такой Институт короля Седжуна.

Они бесплатно преподают корейский носитель языка. Учиться там непросто, сразу предупреждаю. На начальных этапах довольно просто, а потом уже жесткач начинается. Ну это связано с их методикой преподавания. Ну это вообще как это сказать бич всей Дальневосточной системы преподавания языков.

Боюсь, что в Индии также устроено, но у меня пока опыта нету. Вот, ну пока, пока всё, пока всё. Я, как это сказать, в поиске. Очередной языка, так сказать. Да, да, да, с языками, как бы, как сказать.

Опять же, я же не ставлю себе цели заговорить, поэтому когда ты более-менее, когда я более-менее понимаю, как вот оно устроено, механику, всё, то уже как-то хочется что-то новенького пощупать. Так тогда давайте поговорим о том, что было, что есть и что будет. Получается, два года назад вы начали впервые вести ликбез по лингвистике. Да. Что вы поняли о себе, когда вели этот курс?

Что вы поняли про учеников? Что вы поняли? То есть вообще оно пошло так, как задумывалось? В общем, расскажите, вот что было. Ну, давайте издалека.

Я когда учила санскрит, значит, мы начали 1 мая, я начала 1 мая, и вот где-то мы прошли как раз до шакала, до одиннадцатого урока, и летом начали читать хитопадешу, вот эту третью главу про войну. Про мир, да. В юздании Кудрявцева. Да, про войну. И, значит, я решила, что, ну, а что, что, что, ждать-то?

Ну, основной у меня есть, надо читать. И вот я туда пошла на этот курс. То есть у нас были рядовые занятия по Кочергиной, но подошло лето, соответственно, рядовые занятия остановились, и у нас был летний вариант. Ну что-то такое, да, вот я туда у пошла. Да, чтение хитопадеше.

Ну, потому что для меня самое интересное это читать. Вот как вообще лингвист работает с неизвестным языком? Берёт текст на этом неизвестном языке, берёт грамматику и берёт словарь, да больше ему ничего не ничего не надо Ну это как раньше раньше да сейчас есть другие средства да вот и словари сейчас электронные и в грамматике чат GPT может помочь или другой какой-нибудь искусственный интеллект Вот и, собственно, начинаешь потихоньку разбираться в этом тексте и узнаёшь, как устроен язык. Собственно, я так и решила, вот пойду читать хитопадешу, почему нет? Вот, и я начала читать.

Мы начали читать в группе, и в какой-то момент я поняла, что что-то группа не то переводит. Вот что-то вот там какое-то предложение было, и, в общем, что-то не то. Я как-то выступила, сказала, что все, вы здесь неправильно переводите, все не так. Мартец Юрьевич послушал, послушал, сказал, да, пожалуй, я соглашусь с Вселенной. Ну и что-то вот как-то я там да, стала выступать периодически, в общем.

И не просто выступать, а начинать рисовать синтаксические деревья. Ну, Марцис Юрьевич меня спросил, откуда ты такая? Я сказала, я сотипла. Ну и тут видимо, да. А тут коготок и увяз.

Да, вот я сотипла. Ну и стали мы рисовать синтаксические деревья. И вот я стала помогать объяснять то, что я вижу, а другие не видят. Одногруппники. И группа у нас была хорошая, дружная, мы много читали, и потом мы поехали в Индию все вместе В феврале двадцать четвёртого года мы провели на компьютер, симпозиям по компьютерной санскритской лингвистике.

Да, и вот там была Юля Шелест, и она как раз говорит, пусть Лена нам вот какой-нибудь ликбез организует полинумин а я даже не помню, что это и так было завязалось Юлия Шелест, да, Юлия Шелест это озвучила, у меня тоже были такие идеи, что может быть можно что-то такое организовать, но я это как бы в себе держала. Я же скромный человек. Юля озвучила это, и, собственно, а почему бы и нет? И вот у нас зародилась такая мысль, и, значит, к сентябрю я была морально готова, и изначально это предполагалось, по-моему, на два блока, то есть восемь занятий по лингвистике. Ну, самых таких вот самых полезных для того, чтобы облегчить людям вхождение в санскрит.

Да, вот в разбор текста. То есть такой даже не просто краткий курс, а сверхкраткий курс? Ну, да, можно и так сказать. Потому что рядовые курсы краткие у нас это четыре блока, то есть 16 занятий. Это сейчас, сейчас.

А тогда вообще ничего такого не было, тогда это мы сейчас так выросли структурно, а тогда могут просто, на поиграться было такое, ну давай попробуем, как пойдет. На удивление, оно пошло очень бодро, и людям не хватило, требовали продолжения банкета после того, как закончились вот эти восемь луков. И уже все перешло к тому, что мы стали рассматривать с синтаксической точки зрения разные явления санскрита. Мы прошлись по падежам, по шерстлю. Прошлись по ну, то есть этот курс был как бы по заявкам.

То есть, получается, начавшийся с восьми занятий, он разросся до лета? До 32. То есть это получилось, да, два по шестнадцать. Вот как вы хотели, так и вышло. Да, до лета, И, по-моему, никто не хотел расходиться.

То есть этого все равно было мало. То есть тех 32 оказалось мало, и незаметно ликбез по лингвистике перерос в Куда? Никуда он не перерос. Он сперва ещё не перерос? Я имею в виду, что продлёнка это разве не перерождённая лингвистика?

Нет, нет, продлёнка это совсем другой продукт. Ну что вы, нет, это нет, конечно же, нет. Продленка имеет совсем другую, как сказать, цель, совсем другие цели, совсем другие. Тогда покажем синтаксис. Я прошу показать, в смысле не синтаксис, в смысле ликбез по лингвистике, Прошу показать какие-то картинки.

Хорошо, ликбез по лингвистике. То есть это курс, который был получается в двадцать четвёртом году, он перетёк двадцать пятый, потом осенью двадцать пятого, получается, мы снова запустились, и второй курс до сих пор продолжается, получается, да? Да, второй курс вот мы заканчиваем занятие. И, соответственно, получается не исключено, что осенью двадцать пятого возможен повтор в смысле как бы третий заход. Да, но я думаю, что вот как раз к третьему заходу созрела уже такая идея, что сделать его чуть расширить.

Вот этот вот курс, ликбез именно. Первую часть, главную часть. Да, Рашильд в том плане, чтобы дать больше сведений не только синтаксических, но, скажем так, морфологических из морфологии. То есть сдвинуть упор немножко от синтаксиса, да? Да, и в фонетику, например, тоже общую не помешала бы.

Почему? Потому что наш учебник, по которому мы ведём занятия, начинается с фонетики. И первое, во что вляпываются, так сказать, наши студенты, это в такие слова, как ретрофлексный, фрикативный, фрикативный, да, смычный, носовой сананд. Уже всё, уже. Да и как бы как это сказать настроение падает мотивация пропадает А вот если дать это как бы немножко до или хотя бы во время объяснить, что же это такое, то, может быть, и как бы вот в самом курсе это будет уже и легче проходить, да, в курсе грамматики, и быстрее, и не так больно.

И, собственно, ликбез по лингвистике проходит по понедельникам в 8 вечера и длится 2 часа, да? Да, да. Вот, ну, собственно, вот в курсе вот этого ликбеза по лингвистике был такой весёлый сюжет про синтаксическую программатичность и осмысленность. Вот этот вот Ноум Холмский, знаменитый американский лингвист, который основал, собственно, генеративную грамматику, научил, скажем так, весь мир строить синтаксические деревья. И его пример: бесцветные зеленые идеи яростно спят.

Понятно, что с точки зрения смысла это некоторый такой нонсенс. Не бывает бесцветных зеленых, не бывает зеленых идей, спать нельзя яростно, идеи, ну, если идеи и могут спать, то спят они, как это сказать, метафорическом смысле. Есть такая сказка Людмилы Петрушевской про пульки пятые. Это целый цикл, она пошла дальше в этом творчестве и написала целый цикл сказок, лингвистических сказок Людмилы Петрушевской. Вот можно почитать этот замечательный: Сяпала калуша с калошатами понапушки и увазила бутявку и валит.

Калушата, калушаточки и бутявка! Потом они там все подудонялись, что там с ними? В общем, дальше почитайте, это замечательная вещь, можно очень долго разбираться. Но какой тут смысл вот этого всего в нашем курсе? Это, собственно, то, как мы можем подходить к санскритским текстам.

То есть для нас это некоторый текст, в котором есть неизвестные нам корни, но при этом мы, зная грамматику, можем спокойно с ним разобраться. Зная грамматику, то, как устроен язык, можно уже подходить осознанно, докапываться до смысла тех санскритских текстов, которые у нас есть. Вот это, собственно, иллюстрация того, как устроен язык строя как санскрит: русский и другие языки фликтивного строя. На самом деле, я тут, как это сказать, я же тут учусь на преподавателя китайского языка, я буду педагогом дополнительного образования китайского И вот мы там обсуждали такую вещь, что нам, как носителям русского языка, очень сильно повезло то, что мы родились в этой русскоязычной среде. Во-первых, наш фонетический уклад, наши фонетические привычки нам помогают учить другие языки довольно легко.

И вот скажем, наблюдая за тем, как учат китайский язык, скажем так, англоязычный или немецкоязычный, ты понимаешь, что тебе со своим укладом всё это даётся гораздо легче. Например, китайский язык. Для японского языка русскоязычным вообще нет проблем в произношении. Очень легко можно научиться говорить практически без акцента. С другой стороны, у нас есть падежи, и слава богу, что мы с детства приучены к тому, что в языке есть падежи.

Вы не представляете, насколько сложно объяснять про падежи людям, которые родились китайцами или англичанами. То, что у нас в качестве иностранного языка в основном учит английский язык, на самом деле большое-большое несчастье, потому что люди, сталкиваясь с таким языком, они думают, что все остальное устроено примерно так же, а на самом деле нет. Но это так, отступление. И, собственно, на наших занятиях мы занимаемся примерно тем, что хотя мы не знаем или хотя с точки зрения семантики, что вот это предложение абсолютно бессмысленно, у него есть синтаксическая структура. Мы можем построить, мы знаем, что вот спят, это у нас будет вершина, кто спит идеи, спят как яростно, идеи какие бесцветные, идеи какие зеленые.

Мы можем построить синтаксическое дерево, потому что существуют синтаксические средства, в том числе падежи, которые отражают синтаксические связи предложений. И есть другое предложение, знаменитое: Глокая куздра штека быдланула бокра и кудрячит бокренка продолжение. Но вот эту штековую кудру, при том, что мы не знаем в русском языке, видели в жизни, мы все равно можем понять, кто что делает. Почему? Потому что у нас есть вот такой вот сложный синтаксис.

Я, кстати, как это сказать, сильно сомневаюсь, что что-то такое можно сделать, например, в китайском языке. В китайском языке там свои причуды, но мы же говорим Нам повезло, что русский похож на санскрит в смысле, с точки зрения синтаксиса. Нам повезло вообще, с любой точки зрения, потому что русский язык, он как бы такой вот в нем есть всё практически. Если чего-то нет, то это легко добрать. Вот, вот это то, чем мы занимаемся на лингвистическом ликбезе.

Можно ещё посмотреть на синтаксическое дерево. Сейчас я покажу минутку. Так. Вот сюда. Получается, у вас есть и теория, и практика?

Да. Вот, например. То есть как бы половина занятия условно теории, половина практика, да? Да. И без домашек?

Без домашек, конечно. Что очень ценно. Без домашек, да. Ну, как бы теоретически такие лекции единственное условие, да, это то, что нужно прийти на этот курс и поработать. Интеллектуальные усилия нужно всё-таки совершить, но именно на самом занятии.

Да, но именно на самом занятии. Это вот два часа, которые вам отводятся специально на то, чтобы поработать. Есть ещё такой сюжет, например, с релятивными или определительными предложениями. По-моему, в русской традиции это называется определительные предложения. То есть у нас есть два предложения: я был в библиотеке, и библиотеку построил Джек.

Вот у нас тут два простых дерева, которые мы можем объединить в одно дерево, потому что у нас здесь есть слово библиотека, и некоторым таким синтаксическим механизмом мы получаем релятивный closs, то есть я был в библиотеке, которую построил в JEC, то есть сначала мы одно предложение подводим под другое, а потом мы просто одну библиотеку заменяем на вот относительное местоимение которую и получается относительное предложение библиотекой которую построил Джек. Вот ну мы подробно рассматриваем как устроен этот механизм да и что вот это вот здесь за стрелочка такая особая связь между вот этой библиотекой и вот этим местоимением. Вот, ну, это как бы один из сюжетов. Вот, помимо этого, мы ещё на нашем курсе решали лингвистические задачи, и это особый такой стиль задач, скажем так, которые построены, конечно, на лингвистическом материале, но при этом никаких специальных языков знать не нужно. Давайте я сюда, вот видно ли сейчас?

Вот моя любимая загадка про задача про венгерский язык, да, про мой любимый венгерский язык. Даны несколько венгерских существительных, и некоторые задания есть. Например, венгерское слово вот это вот height füh не заимствование. Это сложное слово, вторая часть которого füh имеет значение голова, а в переносном смысле начало передней части чего-либо. Переведите на русский язык слово height, но это как бы первый вопрос после того, как вы помедитируете над всеми этими семью словами.

Дальше есть слово kedd незаимствование тоже. Оно образуется от слова keat, что значит два. Третье задание. Первая часть сложного слова vashar nup значит базар. Переведите на русский язык слово nab, да, vasar базар, nab какое-то слово, да, и дальше нужно перевести на русский язык все слова, приведённые в условии задачи.

Напомню, что человек, который решает эту задачу, не обязан знать венгерский язык от слова совсем, и он на основе вот этих данных может вполне решить эту задачу. Вот что у нас здесь? Какие слова? Serda, heightfer, sombat, kid, washarnob, pintek, chutertock. Ну вот, если это над этим помедитировать, то решение приходит само собой.

Вот, Есть ли уже решение? И на основе таких вот задач, то есть мало того, что они существуют в рамках курса ликбеза по лингвистике, но есть предложение летом, то есть июле и в августе двадцать шестого года, вынести их в отдельный летний курс. Да, но хотелось бы, как это сказать, делать его более разнообразным с точки зрения количества ну, с точки зрения разных языков, то есть чтобы было много языков, много языковых ареалов, и захватить разные языковые явления. Чтобы задания были не однообразными, да? Ну да, потому что если, скажем так, я подбирала в ликбезе по лингвистике задачи, те, которые у нас были направлены на иллюстрацию того, что я объясняла теоретически, например, то, что падежи могут выражать разные семантические отношения.

Вот эта задача на русский язык. У нас есть девять предложений, и у всех у них все они с творительным падежом, но творительный падеж при этом выражает совершенно разные вещи. Слон удивляет всех большими ушами, это совершенно не то же самое, что он вел машину пыльной дорогой, правда же? Это совсем разные вещи, которые выражают творительный падеж. Это было для того, и вот, кстати, вот эти вот задачи очень хорошо идут в аудитории.

Люди начинают немножко оживляться, во-первых, начинают соображать и понимают, что в русском языке тоже много чего уже понимают. Да, да, что вот оно есть, и оно прям здесь рядом. Что они чувствуют разницу. То есть получается, что они чувствуют, что на самом деле они многое изначально уже знают. Да, или вот такая задача знакомые студентки занимаются прикладной лингвистикой.

Это задача на синтаксическую аммонимию. Возьмем словосочетание знакомые студентки, и получается, что это сочетание можно понять двумя разными способами. Во-первых, знакомые студентки, какие студентки знакомые? То есть мы говорим о студентках, которые нам знакомы, а можно понять совершенно по-другому знакомые чьи? Знакомые вот этой студентки?

Опять же, на этом удаётся продемонстрировать то, что потом, кстати в санскрите тоже приходится объяснять, что можно и так выразить эту мысль, и вот так, а ещё вот так и вот так. Например, давайте я покажу нашу знаменитую картинку с сейчас минутку, мне нужно только найти, где она. Ага, вот это вот. Как мы объясняем, как устроен пассив? Опять же, простому человеку очень сложно понять, зачем же нам пассив.

Тем более, что в русском языке он не очень так распространен, хотя он тоже есть. И вот на этой схеме, когда у нас есть глубинная структура, поверхностная структура, как вот это вот все отражается, как глубинная структура отражается в поверхностной, как она кодируется в поверхностной, у человека создается понимание того, что разные грамматические категории, они помимо того, что могут отражать совершенно другой смысл, но они также могут направлять взгляд, говорящего на одну и ту же ситуацию. Получается, что пассив и актив не передают какой-то другой смысл, они для того, чтобы по-другому взглянуть вот на одну и ту же ситуацию. Вот, собственно, на то, что я то, что мы изучаем на нашем ликбезе по лингвистике. Действительно есть задумка сделать летом курс по лингвистическим задачам.

Но хотелось бы, как сказать, оторваться немножко от санскрита и именно расширить лингвистический горизонт. Разные языки, разные подсистемы языка, в том числе и графику. То есть посмотреть, как устроена Я что, я только за? Я вообще люблю разные письменности. Чем больше дичь, тем больше мне нравится.

Есть ещё иероглифы и всё такое. Это у нас задумка на восемь занятий, то есть по разу в неделю или дважды в неделю? Нет, я думаю, по разу в неделю. Разу в неделю? То есть это восемь занятий?

Я думаю что мы пока сделаем пробный камень такой, посмотрим сколько народу пойдёт. Восемь занятий и июль-август. И так получается в октябре у нас начинается, то есть уже два раза так было и возможно будет в третий раз, в октябре начинается ликбез по лингвистике. Да. А летом впервые в двадцать шестом году мы планируем восемь занятий лингвистических задач.

И уже в прошлом, в двадцать пятом году, и хотим повторить двадцать шестом, у нас была продлёнка по санскриту. Да, продлёнка у неё совершенно другие цели, другие задачи, и аудитория другая, то есть это направлено на другую аудиторию. Они могут пересекаться, но просто в таком случае у людей есть наличие другой потребности. Изначально хотелось сделать курс, который плавно ведёт людей в санскрит, плавно, вот не то, как в нашем учебнике дается, вот в каком уроке, в восьмом, по-моему, уроке сразу вся парадигма. То есть если падежи, то сразу все падежи, то есть как бы такими большими такими лавинообразными вот заходами.

Да, а идея была в другом, и оно, собственно, выкристаллизовалось в процессе. То есть, во-первых, хотелось показать другой взгляд на преподавание падежей. Если у нас обычно академическая традиция это целиком парадигму, то есть как бы вертикальный такой, склонение на а, склонение на долгую, склонение на и долгую, склонение на и краткую, вертикальный вот такой метод, а хотелось попробовать горизонтальный метод, то есть сначала берем номинатив, смотрим окончания, как оно распределяется, постепенно вводится, что есть сначала номинатив единственного числа, потом двойственного числа, потом множественного числа для разных существительных, разные окончания. На этом курсе мы ограничились только существительными на гласную. Ну так вот, вот, как сказать, в процессе получилось.

Но это даже хорошо, что так получилось. И постепенно мы подтягивали другие падежи, и текст у нас были детские, взятые из детской опять же Хрестоматии Баадарша. Вот, очень простые. Но что удивительно, что даже те, ну та же Юля Шевист, которые имели за спиной уже на самом деле разнообразный опыт разных направлений, они нашли эти занятия крайне для себя полезными. Ну вот Юли не было, была Аня Цеди.

Вот, ну да, и это сопровождалось дополнительными упражнениями, сейчас мы про них тоже поговорим, которые я делала на платформе Learning Ups. То есть, если вот в этом учебнике, скажем, не хватает упражнений, не хватает ручной работы, то вот там её было вполне достаточно. То есть человек мог сесть и разложить карточки с этими парадигмами, поиграться, что способствовало запоминанию окончаний. Вообще, на начальном этапе очень полезно запомнить именно парадигмы существительных. На начальном этапе глагол, на самом деле, не так и важен, а вот существительные потому что, скажем так, в предложении один глагол, но много существительных.

Первое, в чём нужно разобраться начинающему студенту, изучающему санскрит, это вот именно в том, как устроено склонение на То есть получается, что вы вводите ещё и интерактив? Да, там были у нас упражнения, были всяческие игры, занятия у нас были два раза в неделю по часу. Как это сказать, планировалось, что без домашки. Ну, в общем, на самом деле без домашки тоже тяжело, потому что, всё-таки нужно это повторять. Человеческая память так устроена, что ей всё-таки лучше ежедневно это делать.

Но опять же, домашка была такая, что просто нужно пойти и поделать эти упражнения, разложить карточки на компьютере или на телефоне. Собственно, перед тем, как вы покажете, как выглядели, собственно, этот условно раздаточный материал на продлёнке мне кажется что Елена же послужила одним из паровозов в в движении по мемрайзу ведь. А, да, да. То есть у нас есть ещё отдельная, опять же, такая полуигровая разработка внедрения санскритских курсов в ну, вот в частности, в такой системе, которая называется memorize. Вот тогда в двух словах о том, что это было.

Это до сих пор доступно, доступно бесплатно, и у нас два основных направления: целиком все слова из учебника Кочергино и целиком все слова из руководства Бюллера. Да, ну вот я сейчас покажу как у нас собственно протленка. Это вот наше да, всё было на Деванагоре, то есть в процессе мы ещё, как это сказать, утвердились в Деванагоре. То есть люди, которые пришли на продленку, они получили это как побольше. Как минимум Деванагаре?

Как минимум, Деванагаре, да, они научились, они перестали его бояться. И все это вот в таком разноцветном виде, все с такими чудесными иллюстрациями, вопросы к тексту, упражнения такие. То есть это такой дозированный санскрит не на максималках? Да, но это не значит, что не нужно, как сказать, опять же, прилагать усилия. Нет, усилия нужно прилагать.

И, скажем так, под конец упражнения, как бы уровень упражнений он нарастает, и вот перед вами упражнение садистское, что вот эти вот слова здесь есть четыре слова, их нужно просклонять, например, для начала в аккузативе pluralis. И вот сидит человек, вот эти четыре слова ставит в аккузатив pluralis, другой человек ставит это в инструменталис pluralis. И понимаешь, это получается не заученная парадигма, вот так вот вертикально, а человек начинает уже вспоминать её горизонтально и с теми словами, которые у нас были в уроке, которые нужно заучить. Заучить. А это, по-моему, вообще здесь глаголы, А тут глаголы.

Да, глаголы. У нас был вот это вот. С глаголами тоже так же. Вот четыре глагола, да, и, пожалуйста, поставьте мне там первое лицо, множественное число. Все четыре глагола.

Ну человек и глаголы запомнит, и научится спрягать. Как выглядели упражнения? Сейчас покажу, как упражнения выглядели. Мне Я понимаю, что люди очень положительно как бы отклик был такой очень тёплый вот. Было не то, что они терпели чего-то, а прямо-таки они принимали самоактивное участие?

Да, конечно, потому что мы привыкли, что иностранный язык преподаётся вот именно таким более интерактивным методом, а когда человек приходит в санскрит, он не понимает почему так сухо, почему так, да вот он привык, что он приходит, делает какие-то упражнения, там говорит на уроке, что-то еще, а тут получается вот какая-то такая фигня непонятная, да. Еще со словами ретрофлексный, церебральный сома. Не очень-то интересно, так ещё и слова непонятные. Да, вот, то есть вообще непонятно. Я его очень хорошо понимаю, этого человека, потому что я когда пришла на первый курс в университет, у нас на первом курсе был Старослав.

Вот. С латынью ещё Ну, то есть старославянский? Да, старославянский язык. У нас вообще был Уже старослав это уже жаргон, так сказать, филфаковский. Да, простите, простите, да, старославянский.

У нас на первом курсе было три языка сразу. Это венгерский, ну, первый иностранный язык, да, латынь, латинский язык два раза в неделю и старославянский один раз в неделю. Ну так вот с венгерским было всё понятно. Да, то есть занятия были устроены примерно так же, как у нас английский в школе, вот, но только каждый день, представляете, каждый день венгерский язык. Латынь была два раза в неделю.

Как сказать, тоже не очень понятно. Вот она примерно так же, как вот наш учебник была, но более-менее ещё ничего. А вот старославянский язык был совсем непонятен. То есть мы говорили про какие-то было сравнительное историческое языкознание на материале старославянского языка. Какие-то палатализации, какое-то падение редуцированных.

И вот я ходила, я не понимала вообще, что происходит. Вроде старославянский язык, и у меня возник Должен быть близок! Что-то такое должно быть, а происходит что-то странное. И возникали вопросы: Слушайте, ну а как сказать хотя бы по-старославянски здравствуйте? Потому что на латыни там было хотя бы вот это вот salve salvete, да?

Привет тебе, привет вам. А на старославянском вообще что-то непонятно было. Я не понимала, что происходит. До меня потом дошло уже через много лет. Людям, которые приходят к нам на грамматику, они ожидают вот такого вот, например, сортировка, распределить акшеры по варгам.

И вот это понятная им деятельность, а вот то, что написано в нашем дорогом учебнике, вот это что-то непонятное им. Это больше похоже на Реквиема Моцарта. Лакримоза, да. И вот таких упражнений сделано много. В смысле сделано вами?

Да, скажем так, вот давайте я покажу упражнения, которые, ну, они были сделаны для, в первую очередь, сейчас, ну, чтобы было понятно, сколько их много сделано, вот для продвойки. Вот покажите разных, то есть в смысле разнотипных, точнее. Были упражнения на заполнение парадигмы, это уже когда мы подошли к самому концу курса, вот, собственно, у нас существительное на I долгое, на ари, мы прошли всю парадигму уже завершающие уроки. Мы проходили горизонтальным методом, но в конце мы их объединяли целиком так, чтобы посмотреть на всю парадигму, и вот такое упражнение было, нужно было распределить вот эти вот формы, расставить вот эти вот словоформы в правильной клетке парадигмы. И вот таким вот образом человек упражняется вот так вот правильно, неправильно, и у него сразу он может сразу проверить это, вот давайте сделаем какую-нибудь ошибочку, вот не сделал, да, вот давайте вот так ошибку я сделаю, вот, и сразу человек может видеть, то есть он сразу получает обратную связь, он понимает, где он делает ошибки, где ещё может случиться, но и одновременно с этим этот процесс такого исподволь заучивания парадигмы.

А кто-то пробовал это с телефона? То есть это же не только с компьютера делают, да? Мне кажется, люди как раз делают это с телефона. Я с телефона не пробовала, потому что я их создаю, да, и я Как творец, вы всего не ведаете, но По-моему, люди занимаются с телефона. Мне кажется, это возможно.

Это не очень удобно, конечно, но вот оно так работает, Потому что я советую, как это сказать, в транспорте заниматься вот этими карточками. Проснулся, не в ленту лезть сразу, не ленту скроллить, а, например, вот карточки разложить. Или, например, в туалете уединился. Можно, например, заняться чем-то полезным. Вот такие вот, собственно, упражнения.

Это для продлёнки. Задача была как раз для продлёнки сделать такие упражнения, чтобы и лексический грамматический материал запоминался именно таким повторением, но не повторением зубрёжкой, по радиосидеть и зубрить, а таким разнообразным, деятельностным повторением. Так это один тип упражнения. Какие еще типы? Да разные.

Есть, например, вот замечательная игра парочки. Очень весело этим заниматься на уроке, потому что появляется соревновательный дух, дух соревновательный, и ученики начинают, как это Я уже не помню, что здесь нужно, но, в общем В общем, нужно найти? Найти пару, по какому-то там либо одинаковое грамматическое значение, либо ещё что-то. И вот когда пара совпадает, она как бы остаётся открытой, и ход можно сделать тому человеку, кто вот этот вот кто нашёл пару, да? Отсыпать волшебной пыли какой-нибудь.

И вот они начинают соревноваться, и это занятие проходит очень весело, да? Вот не попал там, не знаю, не попал. Я не помню, как, на чем здесь, что здесь нужно было, но вот наверное здесь по адна матра и мата надо сейчас давайте попробуйте тогда а сейчас сейчас просто верхние два почему-то не закрываются почему они белыми остались потому что это пара это Путрена, и А, одному падежу, наверное. Хорошо, давайте сначала, что это? Мадуни?

Да? Это аквое. Нет. Хорошо. В общем вот оно.

Это аккузатив pluralis. Нетривиальные задания. Да, то есть есть разные словоформы, их, например, нужно по одинаковому падежу. То есть, если одинаковый падеж, они остаются, и человек получает возможность дальше это. Кто это всё открыл, тот как бы выиграл.

Пары. Что ещё? Есть, например, опять же, вот видите, для продлёнки, сколько их. То есть в каждой папке по 11-7-8 упражнений. Есть упражнение на сортировку.

Вот оно у нас было в Кочергиной, например, в первом уроке, в котором мы учим Дванагари. Например, есть сортировка, я по-моему это показывала. Распределить Акшеры по Да, это было. Есть ещё найди пару вот такой вот. То есть у нас есть и Аст, есть буква Деванагри, и нужно ее сопоставить.

Вот они так, если правильно, исчезают. Что у нас тут? Проделав эти упражнения, человек уже начинает ориентироваться, запоминать. Это происходит не от того, что он скучно провел время, выписывая эти буковки, вот таким вот образом поигрался и запомнил их. Вот, то есть принцип продлёнки, он некоторым образом перенёсся на грамматику санскрита.

Отлично. Здорово ты нашёл правильное решение. Что ещё? Ещё Ну вот мемрайс могу показать да давайте а так вот здесь вот у нас была ссылка на мемрайс это у нас продлёночный мемрайс но у нас есть мемрайз к Бюллеру, например, или вот давайте к учебнику Кочергиной, опять же, это сейчас самое близкое. То есть группа энтузиастов, вон видите, кто-то даже занимается прямо сейчас, на этой неделе.

Да, на этой неделе кто-то получает. А если войти не в не в Weekly, а поднять там всё время, в смысле посмотреть кто там? Ол тайм ДОРОФЕЕВА, не знаю, кто это. Ну это Татьяна как раз, которая ходила к вам на продлёнку. Хорошо, вот за месяц То есть как бы движение не заглохло.

Да. И это вот если взять двенадцатый урок, да? То есть все слова двенадцатого урока здесь приведены, да, группы энтузиастов, сделаны такие карточки, Их можно очень удобным образом учить, эти слова. Таким образом оно сначала показывает их, а потом нужно их выбрать, например. В какой-то момент опять же там три.

Что будет, если ошибиться? Оно попросит сейчас я ошибусь минутку. Вот так попросит его повторить это слово. Вот когда уже наберётся некоторый запас словарный, она попросит уже эти вот это сейчас как бы на русское слово нужно вспомнить санскритское, выбрать это пока как это это называется то методом выбираешь из некоторых слов, а есть вариант полегче, потруднее, когда нужно написать само это санскритское слово. Мы сейчас до него, наверное, не дойдем.

Есть после некоторых циклов вот такого вот выбора из множества, оно даёт тебе задание посложнее, когда тебе пишут, как слово, как, например, будет по санскритски рыба, и ты должен написать матсья. И, соответственно, в целом всё это выстроено на основе научных распоряжений, когнитивных способностей человека. Да, интервальное повторение. То есть в какой-то момент, если перейти на режим повторения, она будет выдавать, если сюда заходить регулярно, то она будет подтягивать те слова, которые были изучены раньше, например, месяц назад или неделю назад, В общем, в какой-то вот такой научной основываясь на каком-то таком научном принципе, оно будет предлагать их вам для того, чтобы вы их вспомнили. Это мемрайз.

И как я правильно понимаю, что вам нравится? То есть, в смысле, вам самой интересно было это и делать, то есть составлять эту картотеку и решать эти задания? Да, конечно. Мне, собственно, Ваня, как ты хорошо сказал, да, всё это выросло из того, что мне хотелось, чтобы санскрит мне преподавали вот таким образом, про свою систему говорил. А собственно вот это тоже выросло из того, что мне хотелось, чтобы мне санскрит преподавали таким Нет, я немножко не права, скажем так, как я вижу преподавание санскрита.

Поскольку вы поняли, что я вечный студент, я постоянно учу какие-то языки, и у меня опыт практически в этом уже есть какой-то. И мне всё время хочется вот улучшить процесс. И ведь это более чем возможно. То есть этот процесс не совершенен. Конечно, и когда ты видишь вот это вот, да?

Этот кирпич? Да, кирпич. И ты уже знаешь, как в других языках, как на других курсах как у других преподавателей Да появляется желание вот-вот сделать что-то чтобы облегчить жизнь студенту Вот и да вот появились такие упражнения появился мемрайз. Мы начали сначала для Бюллера, у нас был курс Бюллера, я предложила, почему бы нам не попробовать это. Я попробовала, оно вроде как получилось, и потом зажглись группы, которые проходили Кочергину, и энтузиасты это, собственно, сделали.

И тогда у меня какой вопрос? И сейчас получается на сегодня вы ведёте две группы именно по грамматике. То есть если прежде был именно спец курс ликбез по лингвистике, если прежде был такой от дыхательный спец. Курс, то есть санскритская продлёнка кому летом не имётся, и если потом было опять же повтор лингвистики и теперь планируется лингвистические задачи, то помимо всего этого зоопарка вы теперь ещё и преподаватель элементарной грамматики по учебнику Кочергиной, то есть Кочергина, которая от вас отрекалась, вы всё равно к ней или иначе вернулись, но теперь вы уже апостол, апостол, так сказать, Кочергиной, которая от вас отрекалась. Ну в общем.

Ну вот ну да у меня сейчас две группы начальные во сколько тогда в какие дни и время и в общем расскажите про этот опыт ой замечательный замечательный. Мне очень нравится. Я просто вот испытываю каждый раз колоссальное удовольствие. Значит, у меня две группы. С первой группой, с 55-й, мы занимаемся по средам в 9 утра, и с 54 группа вторая по вторникам, тоже в 9 утра.

Вот с 55 мы начали в октябре, по-моему. С 54 мы начали совсем недавно, в январе. В январе. Вот как бы 54-й идет по стопам 55-й, хотя вот у нее номер 54, номер меньше. И это совершенно замечательный опыт, это как в том анекдоте.

Уже как это объяснял, объяснял, объяснял, уже сам понял. На самом деле, это действительно то, что ты до конца начинаешь понимать именно преподавая и изучаешь до конца, когда преподаешь, потому что задают такие вопросы иногда, что нужно время. Но всей лингвистической смекалки порой не хватает, да? Не хватает, да, да, не хватает. Ну что поделать, все мы люди, все мы человек.

Я поскольку начинающий преподаватель, как сказать, я ж всю жизнь лингвистером работала. Да, опытный лингвист, но начинающий преподаватель. Да, и я поняла, что не нужно стесняться, что да, ты как бы говоришь студентам, что не стыдно чего-то не знать. Не стыдно чего-то не знать. Я вот как это сейчас не могу ответить на этот вопрос, но к следующему уроку я это выясню, и вы получите, так сказать, полную картину.

Вот, ну да, вот, ну, для санскрита это работает. На каком занятии каждая из групп, получается? Группа пятьдесят пятая сейчас закончила шакала. Это 11-е занятие. Мы перешли к 12-му, мы начали аптатив.

12-е занятие у нас будет. Отличная группа, очень мотивированная, сдружились, все друг друга поддерживают, замечательная группа. С пятьдесят четвёртой мы дошли до четвёртого занятия, то есть мы пока всё ещё изучаем. То есть вы ещё не закончили изучать Девонагори, и, соответственно, как у нас сегодня случилось, к нам примкнул новый участник. То есть, собственно, я говорю так обычно, что первые пять занятий можно при желании, при сильном желании можно за неделю догнать, но при более скромных данных за две-три недели.

То есть это то, когда ещё можно влиться. Можно, да, можно вполне. Если есть желание вот как бы сделать немножко такой рывок, то можно. Используете ли вы что-то из наработок из других курсов, преподавая, собственно, базовую грамматику? Вы имеете в виду синтаксис?

Ну вообще, в смысле синтаксис? Ну есть, в смысле, как бы вы вели уже несколько курсов, вы вообще лингвист, то есть, вот вы как-то используете свой прежний опыт? Вот, то есть, есть программа, вот как вела её Вера Александровна. Мы ведь не всегда согласны со всеми её формулировками, подходами. Ну конечно, конечно, собственно, те люди, которые приходят на в начальную грамматику, те, которые особенно не прошли лингвистический ликбез.

А ведь таких большинство. Им, конечно же, нужно объяснять все это. Это. Ретрофлексный, церебральный, обтатив, не знаю, что еще. Все это, конечно, нужно разжевать, объяснить, в рот положить и, желательно, заставить проглотить.

До синтаксиса и синтаксиса мы еще не дошли, как это сказать, некоторые такие сведения, синтаксических деревьев мы конечно не строим, если понадобится построим, но пока обходились без этого, пока предложения очень простые. Про разговоры про глубинную и поверхностную структуру тоже не было, приходится объяснять про падежи, про то, как и скажем даже так, в курсе грамматики санскрита важно научить человека работать с текстом. Потому что, опять же, если человек приходит со стороны, он видит вот этот вот текст, даже про, например, про нашего шакала. И первая его, как сказать, столкновение с этим текстом, попытка его прочитать, она заключается в том, что он смотрит все слова незнакомые, которые смог вычленить из текста, в котором сандхи уже есть, и пытается из этих слов построить какой-то смысл. Что нужно?

Нужно приземлить этого человека и научить работать с текстом. Как? Разделить на словоформы, снять сандхи, у каждой словоформы найти падеж, и чтобы этот человек осознал, какую функцию этот падеж выполняет. То есть не останавливаться на падежах? Нет, не в этом дело.

Человек, ещё раз, смотрит на предложение, смотрит все слова, которые он смог там увидеть, и после этого пытается сделать смысл, какой-то смысл построить. Но так не получается, потому что у слов есть, у слов есть падежи. Эти падежи не так просто, они же отмечают роль этого слова во всем предложении. Человеку нужно объяснить, что вы сняли сняли сантхи, написали над каждым словом грамматическое значение, а теперь дойдите до смысла, почему здесь у каждого слова вот такой падеж, что он значит, он же не просто так здесь этот падеж, что если слово в номинативе, то это тот, кто сделал это действие, что если слово в оккузативе, то это тот, над кем это действие было совершено. Вот такие действия.

После того, как люди, скажем так, сколько у нас тут предложений, на 20 предложениях. Первые предложения вообще идут с трудом в шакале. Это связный текст. И очень часто, опять же, желание, помните, когда вместо слова атман, вместо себя везде хотят видеть атман, да? Дух, ну, как минимум, какой-нибудь вселенский дух, не меньше.

Да, да, да. А вот или там, я не знаю, на всякого Кришну под всяким именем Кришна, да, мальчика Кришна звали, а мнится, что там бог Кришна, да? Да. Вот, или там Ну, то есть раз санскрит, то что-то возвышенное и только? Ну, здесь текст про шакала, ну, тоже как бы начинают Понимаете, если у вас в предложении три слова шакал, пещера, и я не знаю, что там стоит, то из этих трех слов можно много разных смыслов надумать.

Шакал стоит у пещеры, шакал стоит в пещере, пещера стоит над шакалом, шакал зашел и встал в пещеру, не знаю. Есть много способов, как можно ошибиться. Да, да, и вот, вот этот вот алгоритм работы с текстом вот нужно привить студентам. Первые предложения даются с трудом, мы буквально разжёвываем, вот мы сидели и смотрели. В чтения обязательно нужно отсылать людей к тому материалу грамматическому, который мы прошли.

То есть а какое это склонение, а на какой странице находится парадигма, а давайте найдём, а давайте посмотрим. А какой это падеж, а какое это правило сантхи, а на какой странице. И вот таким образом человек научается использоваться справочником грамматическим. Что он не остаётся как бы вот в подвешенном состоянии вот таком, да, а он приближается вот к состоянию лингвиста, у которого есть текст, грамматика и словарь. Просто иначе, получается, он смотрит и одновременно ничего не понимает, а так он хотя бы свыкается с мыслью, что есть выход, и можно распутать эту Вот показать, вот дать руки удочку, да, вот то, как вот работать с этим текстом, как его распутывать, куда смотреть.

В итоге, из всех грамматических справочников я все по-прежнему пользуюсь кочергиной. Если не нахожу ответ в кочергиной, уже иду куда-то в другое Но я его скоро выучу наизусть, поэтому, видимо, придется менять. Я уже помню, что на какой странице, где находится, и все парадигмы уже. Меня спрашивают, как это можно выучить? Ну как, как?

Ну вот так. Сходи туда сто раз. Да, как выучить китайский язык? Сидишь и учишь. Вот.

Ну, как бы, я говорю, что главное качество санскритского студента это усидчивость. Ну да, ну хорошо ещё, если вот понимаете, опять же, в случае с санскритом не всё можно взять этой усидчивостью, потому что нужна какая-то помощь. Если человек пришёл совсем со стороны, ему непонятно, непонятно, как с этим работать. Опять же, это не то, как мы привыкли учить языки. Иностранные.

В школе нам совсем и большое несчастье, да, что в школе мы все учим английский язык. Это большое несчастье. Вот если бы мы учили в школе Ну, в смысле, как первые иностранные? Да, если бы латынь какая-нибудь была, было бы всё по-другому. То есть Елена за возрождение гимназического образования?

Нет, я не за возрождение, потому что мир изменился и латынь, как бы нельзя всех заставлять учить латынь, нельзя из всех делать лингвистами. Просто так сложилось, что английский имеет чисто практическое значение. И что людей мучить латынью, когда она никому ничего не пригодится? Те, кому интересно, сами так придут к латыни. Просто история так сложилась, не повезло в жизни, что мировым языком, языком мирового общения стал английский с выхолощенной вот этой вот системой.

С другой стороны, может быть, именно поэтому, из-за того, что вот этого и нет, его довольно легко на первых порах выучить. Может быть, так. Поэтому он и стал именно языком международного общины. Конечно жаль, что вот не латынь, что-нибудь такое. Тогда бы вот такое представление о том, как могут быть устроены языки, сложилось бы еще в школе.

Вот и при слове да бокатив люди бы не падали в обморок. Итак, до июля месяца мы идём вот эти две группы по грамматике идут до июля месяца. В июле, в августе, а то и бывает и в сентябре, у нас законные каникулы. Пока у нас идут законные каникулы, соответственно, у нас для особо ретивых, соответственно, есть, кому мало грамматики, есть санскритская продлёнка, кому хочется Продлёнка, продлёнка, вот продлёнка номер один для тех, кто хочет повторить. Те, кто уже имеет какое-то начало, но хотелось бы повторить и систематизировать склонение на гласную.

-То есть основа основ. 80% слов в санскрите склонение на гласную, то есть поэтому это большая, львиная доля. Да, склонение на гласную и спряжение глагола в настоящем времени. Также возможно два раза в неделю по часу без домашних заданий. Это как бы в идеале.

Вот, на самом деле хорошо бы все-таки как-то вот эти вот дополнительные упражнения делать. А что значит продленка номер один? Может быть, кому-то захочется продолжить Продлить ту продленку. Продлить ту продлёнку. И будет продлёнка номер два.

Продление продлёнки. Там да, там продление продлёнки. Там уже появляется Опять же, мы идём по этой Пала-Дарши, учебник санскритской хрестоматии для детей. Там уже появляется имперфект императив и склонение на согласную некоторые типы там уже появляются и но всё это на таких детских текстиках типа кстати там текст про руки помните в учебнике веры Александровны есть текст про руки да это правая рука это левая рука вот можно будет повторить этот текст он немножко видоизменён там Точнее он здесь видоизменён. Но текст про Ганешу тоже отсюда, вот из Баладарши.

Итак, рядовые занятия санскритом летом приостанавливаются, планируется заведомо продлёнку номер один, то есть ты можешь ничего не знать, но уже можешь продлевать что-то у Ну желательно до Ванагря, потому что Желательно, но не обязательно. Придется за лето выучить. Потому что вся продленка на два нагре. Если два нагре не знаешь, все равно так или иначе придется выучить. То есть продленку номер один для тех, кто никогда ничего не ходил, но хочет.

Номер два для тех, кто ходил в прошлом в двадцать пятом году или чувствует в себе силу уже? Да, тот кто прошёл, скажем так, тот кто уже за шакала зашёл. То есть из 40 занятий кочергиной хотя бы 10 у него уже за спиной. Да, хотя бы так. Соответственно, также лингвистические эти самые упражнения.

Лингвистические задачи, да. Лингвистические задачи. Вот это наш план на лето. Ну и, соответственно, у нас новую группу обычно начинаются в сентябре, но часто в октябре. Кто не успел в октябре, то есть осенью, потом в январе, то есть зимой.

Ну и соответственно что-то у нас всегда начинается в Наша группа начала в мае! В июле, это не стандарт, майя это не стандарт. Вот, в общем стандартное время начала это у нас осень октябрь, зима январь и лето июль. Вот у нас трижды в году начинается нулевой санскрит и у нас получается, так как я уже физически всю сетку охватить не могу, то соответственно у нас теперь у нас закрылся, закрылась обойма, то есть у меня есть беседа с Иваном Толчельниковым, у меня есть беседа с Ольгой Литвиненко и теперь у меня есть беседа с Ириной Трифиловой. Ну а я сам беседую нон-стоп уже такое количество лет и раз, меня можно ну как бы у меня из нехватки нету, у меня есть только разве что избыток.

Так вот теперь можно присмотреться к каждому из четырех преподавателей, которые рамках общества юникли санскрита очень на самом деле по-разному ведут занятия, якобы опираясь на один и тот же учебник. На самом деле, скажу вам по секрету, это только предлог, а ведь на самом деле наполнение весьма разное. Ну так это и хорошо. Каждый может выбрать преподавателя себе по темпераменту. Да, то есть, например, допустим, вот Ольга наша Лундышева, она так быстро тараторит, что надо, то это надо быть прям, ну, как бы надо любить вот такую, когда вот как бы в каждую секунду вложено столько смыслов, что ты как бы еле выдерживаешь на пределе, то есть это на скоростях вот.

С другой стороны, вот, например, с марта 26 года начнет вести курс Владимир Емельянов. Он читает размеренно как перед студентами в поточной аудитории. То есть это совершенно другая манера. И получается, каждый должен почувствовать вот какое-то родство душ. Обязательно, да.

И как это сказать, почувствовать доверие к тому человеку, к которому он идёт. Отдать ему два года своей жизни. Потому что в случае грамматики это именно два года. В случае факультативов это может быть четыре месяца, эти четыре месяца могут превратиться даже в восемь месяцев, но всё равно это ограниченный срок, то есть как бы есть начало, есть конец, а у грамматики есть начало и нет конца. Вот.

Нет, ну у курса-то как это, учебника есть конец всё-таки, да, вот погода, но всё равно это много времени и сил, главное сил. Что вы поняли, когда именно начали вести грамматику, интересно, в смысле, кроме того, что какие-то конкретные грамматические темы стали доходить лучше в целом? Что вы для себя открыли, не знаю, как преподаватель? Я поняла, что я это и раньше знала, но здесь я как бы убедилась, что мотивация Вот люди приходят с горящими глазами, хочу санскрит, вот у них какая-то мотивация. Мотивация вещь очень-очень хрупкая, очень хрупкая, и она очень часто подводит, скажем так, к пятому уроку.

Люди начинают потихонечку сдуваться Начинаются потери как раз группе опираться на мотивацию не, как сказать, это хорошо, что она есть, но ждать чудес от нее не стоит, и не стоит на нее опираться на 100%. Ну и опять же, что изначальная мотивация будет бесконечно долгой, то есть должны появляться какие-то новые мотивации? Ну, либо новые мотивации, либо нужно заменять мотивацию мягко на привычку. У вас есть месяц, когда вас выносит мотивация, но за этот месяц желательно привыкнуть к тому и внушить себе ощущение того, что вот у вас каждый день там в девять не каждый день, а каждую неделю по вторникам в девять часов утра санскрит. Вот вы выделили уже это время, Вы уже четыре недели ходите по вторникам в 9 часов утра санскрит.

Так продолжайте. Продолжайте вот эту привычку. Она вас вынесет. Мотивация может вас предать, а вот привычка вынесет. Сохраняйте порядок, и порядок сохранит вас.

Да, сохраняя порядок, и порядок сохранит себя. Прилепитесь к этому времени. Вот, а если к этому времени прилепится вся группа, то будет ещё лучше. Если за такой за короткий период удаётся сплотить группу, то уже группа начинает работать на каждого члена группы. То есть некое сообщество?

Да, сообщество, как это study body. Вот они начинают помогать друг другу, они поддерживают друг друга, они появляется ответственность за эту группу. Что если не придёшь и не сделаешь домашку, что подведёшь коллег? Да, да, и вот это на самом деле хорошо, когда и это работает на самого ученика. Я всё время говорю: приходите на занятия, мы вас вынесем.

Если вы тонете, приходите на занятия, мы будем вот этим самым плотом, который вас вынесет. Приходите, даже если не сделали, даже если, как это сказать, у вас экзистенциальный кризис, вот меня периодически накрывает экзистенциальный кризис. Кстати, в этом году еще не было учебном. Приходите, мы вас вынесем, вы позанимаетесь в группе, не стесняйтесь. Главное создать такую доверительную атмосферу на уроке, что человек не стеснялся задавать самые глупые вопросы и чтобы человек понял, что ему за это ничего не будет, никто тут не посмеется, все вопросы будут отвечены, все будет прояснено, разжевано и вот положено.

Вот так, наверное. Но мне это доставляет как-то кучу удовольствия. Мне очень нравится сам процесс. Каждый раз очень волнительно, когда первая группа, ты все думаешь, а кто эти люди? Как они будут реагировать на то, что я буду им сейчас рассказывать.

Потом постепенно они как-то становятся уже ближе своими, родными. И дальше уже просто вообще. Получается вторая группа от первой имею в виду ну то есть легче ли вам как-то уже в рамках второго захода Ну нет конечно легче потому что уже есть материал Да упражнения вот те которые я делала для первой группы, и упражнения, которые я делала для продленки, я уже могу использовать для следующей группы и так далее. Конечно, времени на подготовку к занятию уходит гораздо меньше, Но группы они просто разные, от разных групп разные ощущения. И на самом деле может быть совершенно разная скорость прохождения учебника?

Конечно, да. То есть скорость может быть прям таки кардинально отличаться. Да, конечно. То есть учебник, рассчитанный на два года, можно проходить и четыре года и в этом нету плохого. Вообще ничего плохого можно делать как бы шаг в сторону от этого учебника, потому что я понимаю как это сказать ну вот так вот бывает.

Всё, немаловажно. Надоело, в смысле ещё, то есть ты ещё не успел усвоить этот материал, а уже дальше, и дальше, и дальше. Тошнит, просто тошнит, тошнит, да, это когда слишком много поел, да, оно даже вкусного, даже вкусного. Вот как это принесла мне бабушка как-то литровую, вот в те времена были ещё литровые банки чёрной икры, литровая банка чёрной икры Да вы когда-нибудь такое видели у меня бабушка просто вот работала в кондитерском магазине была заведующей кондитерским магазином Ну я её застала вот она вчера она умерла мне 5 лет было и короче банка чёрной икры бабы Ну вы понимаете Да что такое бабушка вот она поставила перед ребенком дала ему ложку наешь Ну что ребенок ребенок ест Да ой как вкусно черная икра Да вот вот ложкой Да эту черную приходит мама видит вот это Да вы что Да ты ж как? Ну что, ну ребенку же нравится, пусть ест, да.

Но ребенок так наелся этой черной икры, что, в общем, потом ребенку было очень плохо, и с тех пор ребенок не любит черную икру, вообще никак. Фу, Вот поэтому вот от этого тоже может тошнить. Может тошнить, и это нормально. И это нормально. И поэтому можно И не потому, что Вера Александровна какая-то не такая, а просто по-хорошему надо чередовать разных авторов, давать вкрапления, обзор с птичьего полёта, потом возвращаться, посмотреть, как по-разному можно это описать.

У нас есть разные пособия, и это некая канва. Учебник с Александром некая канва, но мы не прикованы к ней. Да, просто тексты почитать, вот простые, самые простые, из Баладарщи. Вот если пройти вот эти начальные уроки, там уже начинается очень интересный текст, всякие истории. Ведь на самом деле вот эта подборка текстов в учебнике Александровны, она же опиралась на индийские разные учебники, она же не сама их придумала, то есть это в любом случае некоторая компиляция.

Соответственно, кто нам мешает для закрепления какого-то материала? Нередко ученики жалуются, что мало им упражнения, то есть что они хотели бы закрепить, а уже пошла следующая тема: Кто нам мешает да хоть на 5 уроков отложить в сторону учебник и поповторять. Делать упражнения, опять же, я вот на настрогарию упражнения в этом приложении. Никому плохо называется? Никому, всем хорошо.

Да, то есть, как бы тут нету, то есть, надо понимать, это некий маршрут, но это не значит, что после двенадцатого занятия обязательно следует тринадцатое. Да, Нужно всегда смотреть на группу кто пришел, что за ученики, вот как им Когда они вздулись, когда они наоборот уже чувствуется, что хотят ускориться. Да, у всех по-разному. Вот, собственно, вот теперь у меня получилась полная обойма. В прошлом году, в двадцать пятом году я впервые я никогда не думал, это случится, но я впервые уступил преподавание начального санскрита своим одаренным ученикам и, собственно, Елена Трифилова, Ольга Литвиненко и Иван Толчельников, теперь наряду со мной ведут группы по санскриту, и теперь мы заполняем всю сетку.

У нас есть будни утро Кажется, будний день дня теперь не осталось будние утро, будний вечер, выходные, то есть суббота утро и воскресенье день. То есть у нас, у нас на сегодня, по-моему, только нету будний день, но все равно он появится, в этом я не сомневаюсь. Следующее начало групп у нас в ИЮЛЕ, в частности я тоже видимо начну новые потоки вести. Вот, то есть у нас получается трижды в году четыре преподавателя ведут санскрит с нуля, то есть невозможно найти такое в плане графика и времени, чего мы не охватываем. У нас есть все континенты, все страны, всё возможно.

То есть или рано утром, или поздно вечером, или днём всё равно можно попасть в какой-нибудь временной пояс. Вот. Красота! Спасибо, Елена, мне всегда интересно с вами поговорить, потому что вопросы, которых мы касаемся, часто вопросы ещё и методологии, А методология преподавания иностранных языков и в частности санскрита это бездонная бочка, которая недоисследована, а с учётом тех новых технических возможностей, которые открываются нам, ну я бы сказал, почти что каждый год не всё из этого хорошо, не всё из этого нужно, но и игнорировать это невозможно. Ну да.

И встаёт много вопросов, и соответственно наше академическое образование, наша база она ну, она востребована, но с разными новыми гранями и преломлениями. И получается нас не как бы с истинного пути нас не свести, то есть мы знаем, что в любом случае должно быть дано. Как бы там эти все блестючки это хорошо. И мы не лудиты, мы не будем сжигать ткацкие станки. Не будем, не будем.

Но и не будем кидаться в эти игрушки просто потому, что только игрушки. То есть мы чувствуем вот эту грань и где можно поиграться, а где наигрались и продолжаем дальше. Вот в этом я вижу нашу задачу, оставаясь верным академическому уровню некоторой планки, задействовать весь арсенал современных инструментов. Я бы сказала так, что вот как это нужно ставить перед собой. Да, соответствовать академическому уровню это хорошо, это ни в коем случае не снимается с повестки.

Но хорошо бы вот этот вот разрыв между теми людьми, которые приходят, люди же приходят совсем не академики, заполнять вот эту пропасть между тем уровнем, который мы хотим провести, и тем уровнем, с которым люди приходят, то есть обеспечить им возможность подтянуться к такому уровню, который мы можем преподать. То есть не просто говорить, что вот у нас есть учебник санскрита и по нему идти, а сделать все возможное, чтобы этот учебник стал понятен, доступен. В общем, мы не снобы. Да, мы не снобы, не в принципе. Мы не высокомерны ни в коем случае.

И от того, что человек не филолог, разумеется, не филолог, филологи сами как-то в большинстве случаев справляются. Вот и это нормально. Не справляться одному это ненормально, это нормально не понимать, что написано в учебнике Кочергиной. Вот это всё как раз нормально. Да, наша задача сделать так, чтобы вот это было понятно людям, которые приходят изучать санскрит.

Когда ему уже 35, 40, 45, 50, 55, 60 и так далее. То есть это не для то есть у нас почти нет тех кому 18 лет когда все дается легко. У нас такой бодрый, хороший возраст и свои обязательства помимо санскрита, то есть мы трезво понимаем, что люди живут не только нашими заданиями, поэтому мы их дозируем. Конечно, вот. Спасибо, Елена, и до свидания!

Вам спасибо, до свидания. Может вопросы какие-то? Нет, нет, упаси господи, даже если они есть, мы сделаем вид, что нету. Ну что же, если случайно кто-то по недоразумению задал какой-то вопрос, мы сможем ответить в письменном виде. Спасибо!

Всё, до свидания!

Стрим состоялся 21.02.2026

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240390
Rutube: rutube.ru/video/c06f4ff9689e651c692fa61543a785b7
Youtube: youtu.be/rYnncAM0skE

Прочитать стенограмму.

1. 1. 00:00:00 Беседа с Еленой Трефиловой (2026)
   2. 00:05:12 Филологическое образование и начало санскрита
   3. 00:10:45 Детство в Москве и ведомственный детский сад
   4. 00:16:30 Поступление на отделение теоретической лингвистики
   5. 00:22:15 Преподаватели МГУ: Кривнова, Поливанова, Успенский
   6. 00:27:40 Изучение языков: венгерский, финский, китайский
   7. 00:33:20 Первая попытка изучения санскрита у Кочергиной
   8. 00:38:50 Работа в компании ABBYY лингвистом
   9. 00:44:20 Знакомство с Марцисом и начало занятий санскритом
   10. 00:49:45 Чтение Хитопадеши и синтаксические деревья
   11. 00:55:30 Поездка в Ауровиль и идея лингвистического ликбеза
   12. 01:01:15 Ликбез по лингвистике: структура и темы курса
   13. 01:07:40 Синтаксис и падежи в санскрите
   14. 01:13:50 Релятивные клаузы и определительные предложения
   15. 01:19:20 Лингвистические задачи и венгерский язык
   16. 01:25:00 Санскритская продлёнка: упражнения на Деванагари
   17. 01:31:45 Мемрайз и интервальное повторение
   18. 01:37:20 Преподавание грамматики: две начальные группы
   19. 01:43:30 Работа с текстом и алгоритм анализа предложений
   20. 01:49:15 Мотивация, привычка и атмосфера в группе
   21. 01:55:40 Планы на лето: продлёнки и лингвистические задачи

Стрим состоялся 21.02.2026

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240389
Rutube: rutube.ru/video/5b1b34e4ae12818f3adbea9d8182b97c
Youtube: youtube.com/live/hwEDWkHK4m4

Вводный урок курса «Древние санскритские рукописи» (с тайм-кодами).

Стенограмма не авторизована. Автор лекции не несет ответственность за качество ИИшечного-транскрипта.

— Итак, добрый вечер!

— Здравствуйте!

— Сегодня мы снова встречаемся. Это далеко не наша первая встреча, не так ли?

— Нет, мы встречались какое-то время назад.

— Кажется, в 2022-м году впервые, когда вы рассказывали нам про предысторию деванагари.

— Да, было такое.

— Вот, а так вообще, конечно, у нас по-прежнему, надеюсь, теплится мысль, что мы можем на русском языке создать книгу о деванагари. Ну, в общем, не только поговорить об этом, но и как-то оформить это в письменном виде, вероятно после защиты вашей диссертации.

— Когда-нибудь, я надеюсь, мы это обязательно сделаем.

— Да. То есть мы просто не торопимся, но есть такая лакуна, что на русском языке деванагари должным образом не описан.

— Увы, но я бы не сказала, что он и на других языках достаточно полно описан, скажем так, особенно его предыстория, тем более, что она достаточно запутанная. Но я думаю, что когда-нибудь мы эту лакуну обязательно заполним максимально профессионально, конечно же.

— И в ожидании закрывания этой лакуны мы встречаемся сегодня в преддверии цикла лекций, посвящённого ранним санскритским рукописям. Так ли?

— Всё так. Надеюсь, этот цикл сбудется и мы пройдём его от начала и до конца.

— Насколько вам самой интересно рассказывать про рукописи, про ранние и вообще — то есть, в смысле, может быть вы самодостаточны, умны, красивы и этим уже всё исчерпано — или у вас есть какое-то желание поделиться?

— Мне это бесконечно интересно, потому что рукописи — это вся моя жизнь. Я занимаюсь ими уже лет, наверное, 15. С небольшими перерывами на всякое разное, но тем не менее. И конечно же, когда чем-то занимаешься так долго и так сильно это любишь, хочется с другими этим поделиться.

И, в общем-то, я уже делюсь. Какое-то время я делала экскурсии, так или иначе связанные с рукописями. Я писала какие-то статьи…

— В Петербурге!

— Да, в Петербурге. Писала статьи и продолжаю их писать, но, к сожалению, не так много людей статьи читает, потому что не все журналы публикуют их в открытом доступе. Плюс некоторые мои статьи на английском, и тоже, к сожалению, или к счастью, не все ещё знают английский, а может и не надо вообще его знать. Когда-нибудь, я думаю, все кроме санскрита выучат еще и русский.

— Да, я, собственно, вот к этому подталкиваю, что английский — это такая промежуточная стадия, и не надо на нем так циклиться.

— Совершенно не надо, надо сразу учить санскрит и читать все в оригинале самим.

— Санскрит и русский. Я думаю, что вот эти два языка — как вот основной такой набор, джентльменский набор: немецкий, французский не хуже английского, просто английский он такой, он проныра такой, он как санскрит 1000 лет назад: он был на каждом острове океана, разговаривали на санскрите, под влиянием санскрита…

То есть, было время, когда санскрит проникал в Юго-Восточной Азии, как английский в современном мире.

— Не так он проникал, потому что санскрит когда проникал, он немедленно, становился, вернее уже был священным языком. Его воспринимали как священный язык со священным звучанием, со священным написанием. Слава Богу! Или кому там будем возносить хвалу, с английским такого не происходит. Конечно, есть люди, которые восхищаются им как чем-то священным, но это не мы.

— Это профанный язык, и невозможно сопоставить то и это.

— Совершенно никакого сопоставления.

— Человек вряд ли прям в школе начинает с того, что он интересуется рукописями, и мне бы хотелось узнать, как так случилось… Это исключительно потому, что вы родились в Ленинграде, то есть и это естественный ход событий, что человек, рождённый в Ленинграде, занимается рукописями — или как?

Я бы хотел послушать про ваше становление, про юные ранние годы Ольги Лундышевой.

— В ранние годы я была не Лундышевой, у меня была другая фамилия, но не будем об этом. На самом деле, в общем, почему нет? В Ленинграде, в школе человек вполне может начать интересоваться — ну, если не рукописями, то индийскими языками как минимум. Я училась в школе с углублённым изучением хинди. Собственно, хинди я учила все свои школьные годы.

— Это было по географическому принципу расположения или это было умышленное?

— Это была самая хорошая школа в моем районе, а мои родители считали, что я достойна самого лучшего. Действительно, школа была совершенно прекрасна, она всё ещё есть и там продолжают учить хинди, насколько я знаю, но, к сожалению, уже не так углублённо, как это было, потому что когда я училась, это, в общем, ну, это уже был не то, что закат школы, после двухтысячных много что закатилось…

Но у нас был сильнейший состав учителей, прекрасных специалистов хинди. И мы учили не только хинди, до шести часов в неделю. А у нас была и география хинди, и историю мы учили, и даже на английском, мне кажется, учили географию Индии, и только этим и занимались.

— А кто вёл хинди? Кто вёл вам языки?

— Преподаватели, которые оканчивали, естественно, нашу восточную кафедру индийской филологии на Востфаке ЛГУ.

— А вы помните имена своих преподавателей?

— Их было достаточно много. Не было такого, что один преподаватель вел с самого начала до самого конца. У меня их было много, они фактически каждый год менялись. Самым последним преподавателем была Тамара Георгиевна, которая потом мне ещё преподавала и в университете.

— Правильно я понимаю, что ваши индологические изыскания, возможно, обусловлены исключительно тем, что ваши родители, желая вам самого лучшего, и по географическому принципу, соответственно, выбрав эту школу, они тем самым предопределили ваши дальнейшие изыскания.

— Я абсолютно уверена, что это было кармическое. Видимо, в прошлой жизни мне не удалось написать книгу по деванагари и закончить какой-нибудь каталог индийских рукописей…

— То есть, вам пришлось найти семью, которая проживает в этом районе, и примерно рассчитать время до заката!

— Примерно так.

— То есть вот, собственно, ваше знакомство с Индией происходит именно в рамках школы — первое?

— Да, я училась в школе.

— Вам сколько лет получается, когда произошло вот это первое касание?

— Семь лет. И, собственно, я учила хинди, занималась культурой Индии. Это всё меня очень вдохновляло. И настолько сильно я любила свою школу, что моё желание было пойти отучиться на Востфаке, на кафедре индийской филологии, чтобы вернуться в школу и преподавать уже хинди самой. Да, это было моё такое первое, основное желание.

Не то чтобы оно не сбылось. Я преподавала в школе ещё когда училась, по-моему, на третьем курсе, потом на шестом курсе какое-то время, но потом я уже нашла другую работу и как-то так не сложилось. Ну и плюс уже в школе уменьшили часы хинди… И как-то так с этим не срослось. Но вот желание как-то рассказывать об Индии, об индийских языках у меня было ещё со школы. Так что, видите…

— Всё было задолго «до». Хотелось поговорить, тем более поговорить на тему Индии.

— Да, я вообще люблю поговорить, чем и занимаюсь достаточно часто.

— Сначала была школа. Что было после школы?

— После школы сразу же я поступила на Востфак уже СПбГУ.

— То есть, осмысленно, не случайно, не по распределению?

— Нет, нет. И на кафедру индийской филологии — тоже это было осмысленное желание. Я готовилась к этому поступлению, и я туда поступила. И счастливо отучилась там 6 лет. Тогда уже была шестилетка, то есть, четыре года бакалавриата, два года магистратуры.

Не то чтобы я как-то сразу поняла, чем хочу заниматься. Сначала я занималась женской литературой на хинди, насколько я помню. Но потом я переключилась уже на южноиндийскую литературу, потому что Никита Владимирович Гуров, тогда завкафедрой, очень вдохновенно пытался нас из индоевропистов сделать дравидологами.

— Он преуспел с кем-то?

— Абсолютно преуспел! В итоге нас таких двое было, и я искренне верила, что я продолжу заниматься собственно чем-то таким. Ну, то есть, возможно, скорее всего, Южной Индией и, видимо, новой литературой, потому что темой моей магистерской и, по-моему, бакалаврской диссертации была современная южноиндийская литература. Ну как — современная, конец XIX века, начало XX, но всё равно современность, это было буквально вчера.

То есть, я одновременно была индоевропеистом, мы учили хинди и санскрит, и в равной мере мы учили южноиндийский язык — телугу. И специализировалась я именно на южноиндийской литературе, хотя у нас была мощная санскритская база. Нам преподавали потрясающие специалисты: [Светлана Леонидовна] Невелева, Ярослав Владимирович Васильков. Владимир Гансович Эрман, к сожалению, нам санскрит не преподавал, но он читал нам сопутствующие курсы.

— Какой курс читал Эрман?

— Эрман нам читал «Введение в…» Как же это называлось? В индийскую филологию, по-моему. Плюс он нам читал древнюю литературу.

А основным преподавателем по санскриту у меня был Сергей Сергеевич Тавастшерна, который, слава богу, здравствует и продолжает обучать студентов, насколько я знаю.

Вот так я провела прекрасные четыре года. Четыре плюс два года, то есть, шесть. И сразу же после этого я поступила в аспирантуру в Институт восточных рукописей. Тогда он по-другому назывался, по-моему Санкт-Петербургский филиал Института востоковедения. Что-то такое. Вот, это было сразу же.

В аспирантуру я поступила, и тогда было принято, что если ты учишься в аспирантуре, ты работаешь в институте. Вот и я начала там как-то осваиваться в рукописном фонде. Вначале рядом с индийской коллекцией, что очевидно, собственно, я — индолог.

И ещё почему, собственно, всё так сложно изменилось в моей жизни? Потому что в аспирантуре мне не дали продолжить заниматься ни южноиндийскими языками, ни современной литературой, а внезапно сказали, что я буду заниматься Севером и древней литературой, и писать диссертацию буду на тему «Махабхараты».

— То есть, всё перевернули?

— Категорически, то есть, просто вниз головой. Ну в общем-то, почему нет? Тема хорошая, интересная. И я работала в институте, понятно, не на полный день, но там что-то делала, училась в аспирантуре, «пилила» свою диссертацию, но обычно, когда человек начинает писать диссертацию, нормальный человек — он просто берёт свою магистерскую диссертацию, добавляет туда нужное введение и заключение… У меня так не вышло, потому что современная южноиндийская литература очень сложно конвертируется в «Махабхарату»… И мне пришлось начать совсем полностью с нуля, что, конечно, сделало мою жизнь, скажем так, несколько сложнее.

Тем не менее, я общалась с рукописями, трогала их руками, смотрела на них и проникалась любовью. Но пока ещё изучением не занималась, потому что я была занята своей диссертацией. А потом как-то так сложилось, что я счастливо стала ожидать дочку, и поэтому наше общение с диссертацией и рукописями на какое-то время прервали, а когда я уже вернулась, я поняла, что «Махабарата» восхитительна, и диссертация тоже… Но я не очень хочу заниматься литературоведением, а хочу вот прям настоящую такую вот, hard науку.

— То есть, более интересно источниковедение?

— Мне кажется, что источниковедение гораздо более интересное. Тут на вкус и цвет… И я стала всё больше и больше работать с рукописями. Так получилось, что меня переключили на, скажем так, «родительские обязанности», связанные с Сериндийским фондом. Об этом регионе мы как раз сегодня немножко поговорим, что такое Сериндия, что это такие за рукописи.

И я начала с ними всё больше и больше общаться, и настолько в них влюбилась, что поняла, что теперь — только они! И спешно стала пытаться выучить все языки, которые связаны с этим регионом.

— Это какие же?

— Ну как-то выучила древнеуйгурский, потом как-то выучила тохарский. Санскрит у меня, в общем, благодаря преподавателям какой-то был. И вот с этими языками я начала возиться. И потом так получилось, что я совсем переключилась на тохарские языки, потому что рукописи на тохарском языке были вообще практически не исследованы. А как так? Лежит рукопись, и не исследована!

— Именно потому, что это самая неисследованная часть архива?

— Да, да. Уйгурские рукописи тоже на самом деле было мало, но у нас пришла ещё одна девушка моя коллега прекрасная, которая начала ими заниматься, так как она по образованию была ближе к этому (я — не тюрколог), то я счастливо отдала ей уйгурику и сама полностью посвятила себя тохарским рукописям. Начала потихоньку писать диссертацию на эту тему, собирая материал. Но очень сложно одновременно работать полный рабочий день и писать диссертацию. Мне кажется, это практически невозможно.

То есть, когда тебе 23 года, наверное, ты ещё можешь не спать и ночью писать диссертацию. Когда ты немножечко постарше, это становится сложно. Вот такая моя диссертация затянулась, но в итоге я решила в какой-то момент (а это был, дай бог памяти, ну как раз, наверное, может, 2022 год это и был), что надо уже наконец-то точно остановиться на диссертации — потому что надо же что-то оставить после себя такое… Такое внушительное, в двух томах! Ну или там уж как получится. И уехала в Лейден эту диссертацию спешно дописывать. Ну как — спешно. Дописывать!

Почему в Лейден? Потому что там сейчас преподает мой научный руководитель Микаэль Перо, потрясающий совершенно специалист, ученик профессора Пино. И два года я там с ним и подписала, но потом я так соскучилась по дому. И решила…

— Была не была!

— Была не была, вернусь обратно домой и всё-таки смогу дописать её уже здесь.

— Я правильно понимаю, что началось с современного юга, переключили на…

— Нет, началось с хинди.

— Просто с современного нормального языка северного, с севера, переключили на современный юг, потом переключили обратно на север, но уже не современный, а древний, а потом еще раз — но уже никто никого не переключал, а сама склонилась к источниковедению севера, но уже ещё более седого, чем «Махабхарата».

— Да, ну и северо-запада, да, здесь север, юг, запад нет, северо-восток. Я «подвинулась» на восток, ушла в сторону Китая, в общем-то в него и пришла в итоге, потому что рукописи, которыми я занималась, они вот на территории Китая хранились и были найдены. Ну нынешнего Китая, давайте так скажем.

Да, всё сложно, покидала меня жизнь. Но когда я стала углублённо заниматься тохарскими рукописями, оказалось внезапно, что для тохаров санскрит был максимально священным языком, это был язык их литургии, и основные ну, в смысле, все их священные тексты — это были санскритские тексты. И если уж ты занимаешься тохарскими рукописями, то ты просто не можешь не заниматься санскритскими рукописями, потому что тохарские рукописи — это просто перевод санскритских. Тохарские тексты — это перевод санскритских текстов. И, не зная санскритские тексты, ты с тохарскими просто не разберёшься. И вот, собственно, опять меня вернуло куда-то в древность, в санскрит.

— Соответственно, мы ждём, когда вы объявите защиту диссертации, чтобы дружно поехать в Лейден.

— Да, защищаться, к сожалению, надо только там. А сейчас, как вы понимаете, путешествия усложнились. Но когда-нибудь они упростятся, я таки поеду туда, защищусь в мантии и шапочке. И всё брошу и уже смогу заниматься чем-то более интересным.

— Когда вы рассказали про родителей, я забыл спросить, чем занимаются ваши родители. То есть, как им пришло в голову, что хинди — это лучшее для…

— Мой папочка — он военный, подводник. И до того, как мы приехали в Ленинград, мы жили на Крайнем Севере, за Мурманском.

Нет, он, конечно, знал об Индии, очень образованный человек.

— То есть, вы прямо как Ярослав Владимирович [Васильков], получается, спустились — от Мурманска до Петербурга?

— Ну, примерно так.

— Чем вы занимались в Институте восточных рукописей? Вы просто подходили и гладили эти рукописи? Вот как происходило ваше взаимодействие?

— Конечно, это я тоже делала обязательно, потому что задача хранителя — это, конечно же, гладить рукописи и показывать им, что они не одни, что их помнят, что их любят и ценят. А я занималась систематизацией Сериндийского фонда, а потом, хранительские функции и исследования. То есть, я брала рукопись, её читала и публиковала на эту тему какие-то материалы.

Плюс у нас был проект, связанный с Сериндией трехлетний, за время которого нам удалось ещё больше этот фонд систематизировать, изучить. В рамках этого проекта было написано достаточно много статей. У нас была большая отличная группа. Насколько я понимаю, группа и сейчас существует, но она несколько уменьшилась. Но они продолжают, публикуются. И не так давно вышла книга — тоже из Синьцзяна, это сериндийский  регион. То есть, исследования продолжаются. И в основном это касается Сериндии, оно связано в основном именно с санскритскими рукописями, что совершенно прекрасно. Как можно больше санскритских рукописей, я считаю, должно быть опубликовано.

Я систематировала фонд, я трогала рукописи, смотрела на них, впитывала в себя их небесную красоту, я их исследовала и делилась этой небесной красотой с другими людьми.

— Например, Великий Новгород, он археологически исследован за 70 лет на 3%, то есть 97%, то есть на несколько тысячелетий можно продолжать дальше заниматься археологией Великого Новгорода. Я понимаю, что здесь, наверное, нельзя посчитать, но по вашим ощущениям, насколько этот фонд, я не знаю, освоен, я не знаю, как правильно сказать?

— Если вы имеете в виду конкретно фонд, который хранится в Санкт-Петербурге, то, конечно, там еще много нужно исследовать. Ну, это и хорошо, есть у людей много работы.

— То есть, это на столетия и тысячелетия?

— Нет, ну если взяться, то наверное можно и побыстрее. Сейчас санскритскими рукописями в Петербурге занимаются Сафарали Хайбуллоевич Шомахмадов и его ученик Артем Мешезников.

Как раз у Артёма вышла эта книга, про которую я говорила. Я, к сожалению, не очень точно помню, как она называется книга — я помню, по каким рукописям, название забыла. Все интересующиеся обязательно смотрите [«Буддийские санскритские рукописи Сериндии» — Ред.]. Она, по-моему, даже ещё в продаже есть. Она совсем-совсем недавно вышла, вот чуть ли не в прошлом году.

Вот, и в чём проблема? Или не проблема, или радость? Вот кажется, что вот всё уже опубликовали и исследовали, проходит сто лет, приходят новые специалисты, говорят: только надо всё переделать, господи, теперь же все иначе! Новая информация, мы теперь знаем больше! А вот этом фонде нашли это, а в том фонде нашли то!

И вот сейчас так и происходит, потому что эти рукописи начали исследовать сто лет назад, и тогда очень много сделали, вот прям много, и казалось, что вот как бы нормально. Ну, уже на хорошем уровне. А сейчас мы пересматриваем то, что было сделано, говорим: «Нет, нет, давайте все переделаем сначала». Потому что рукописи начинают разговаривать друг с другом.

— То есть, рукопись, найденная в Лондоне, начинает разговаривать с Берлином, и Берлин с Петербургом?

— Да, так как раньше у людей не было возможности делиться рукописями, изображениями, их как-то описывали. Но ты никогда не знаешь, вот ты занимаешься тем же куском, который в Париже, или в Токио, или там где-нибудь в Пекине, или нет? А сейчас это все можно сделать. Сейчас огромное количество баз, где публикуются фотографии, где все эти рукописи можно посмотреть. Плюс все-таки мир стал (был — сейчас все опять сложно) немножечко поменьше. Все со всеми общались, постоянно делились, все следили за публикациями. Сейчас тоже следят, конечно, за публикациями друг друга, и становится понятно, что несколько человек занимаются одним и тем же. Они, естественно, входят в какой-то контакт, дополняют друг друга, взаимодополняют, конечно же, или наоборот, может быть, как-то друг с другом полемизирую. Что тоже прекрасно, потому что полемика идёт только на пользу настоящей науке. И сейчас вот все так происходит. Что, конечно, будет через сто лет, мы не знаем. Возможно, Армагеддон — и мы все опять будем выбивать на каких-нибудь стелах эдикты, уж не знаю, на каком языке. Но никто не знает.

Будем думать о прекрасном и о том, что все сложится, и снова в любви и единстве мы продолжим заниматься действительно важными вещами, развивать науку. Хочется верить.

— А вокруг рукописей чего больше? Сотрудничества или соперничества?

— Сотрудничества, сотрудничества — абсолютно точно, потому что рукописей много, и их гораздо больше, чем исследователей, гораздо больше.

Все-таки заниматься рукописями — это не так просто. А вот прямо читать рукописи, заниматься рукописями, исследовать рукописи — я даже не знаю, где учат. Мне кажется, такого не происходит. Потому что если человек вдруг решает этим заняться, он выискивает себе наставника и дальше сидит у его стоп, носит воду, уж как получается, и постепенно вот эту мудрость перенимает.

И самому можно пытаться делать. Я поначалу пыталась все это делать сама, и честно скажу, три года самостоятельной практики и час работы со специалистом — они примерно оказались равны. Ну вот, все-таки от гуру снисходит благодать, и как-то через нее очень-очень много происходит.

— И этот час у вас состоялся с кем, если не секрет?

— С Никоэлем Перо, он восхитительнейший, конечно, специалист. Ну и дальше я еще прикасалась к стопам других специалистов по тохарским и по древним рукописям. С санскритскими тоже мне повезло работать, но, к сожалению, лично не получилось. У нас вышла совместная статья с Клаусом Вилле, к сожалению, ныне покойным. И мы с ним общались только в переписке, но это, конечно, тоже было совершенно потрясающе, и очень много я от него почерпнула. И это очень важно. Преподаватель — это ваш.

— Сколько лет потребовалось, чтобы вы почувствовали какую-то уверенность в работе с рукописями? Или она так и не появилась?

— Конечно, она не появилась. Ну вы что? Ну, может быть, когда-нибудь хотя вот я вот смотрю на своих наставников, и они постоянно сомневаются.

Конечно, там уже, наверное, после 60, наверное, вот когда 40 лет стажа, какая-то уверенность появляется. Но она только в основном в том, что те, кто пришли после тебя они ещё не достигли твоего уровня. Но то, что ты не достиг совершенства — это совершенно очевидно всем. И самый пожилой из моих наставников Дитер Мауэ, с которым я занималась уйгурским, вот он всегда говорит, что только Господь безупречен, только Господь знает все. А мы настолько даже не то что не приблизились, а где-то вот прахе — а это величайший совершенно человек! Поэтому куда нам, а мне особенно. Только вдохновляться примером.

— Вам нравится эта область, потому что это — постоянное понимание того, что тут совершенством даже еще не пахнет?

— Ну, в общем, нигде совершенством не пахнет. Давайте будем честными.

— Санскритология как будто бы, я думаю, ещё 2000 лет — и совершенство в описании санскрита будет достигнуто.

— Вполне возможно, вполне возможно. Санскритом всё-таки занималось гораздо больше людей, чем всем, чем занимаюсь я. Моя область совсем молодая.

— То есть, если кому-то сказать, что ты занимаешься санскритом, то вообще-то это как бы дичь, ты занимаешься чем-то редким. Но оказывается, что по сравнению с санскритом есть такая дичь, которой занимается ещё меньше людей!

— Всегда можно найти дичь, которой занимается ещё меньше людей. Санкритом действительно занимаются очень многие, и это абсолютно прекрасно, потому что даже если ты никак это не переводишь в научные результаты, это тебя как минимум развивает. Это очень сложный, очень сложный язык, который меняет мозг. Изучение сложных языков создаёт очевидные новые нейронные связи.

Ну, факт, оно физически меняет мозг. Это прекрасно. Вообще всем бы стоило учить санскрит. Конечно, в идеале — в детстве, но тут уж как пойдtт. Можно во взрослом возрасте, это тоже хорошо, это тоже развивает.

Но большинство тех, кто занимается санскритом, к рукописям даже не подходит, И это абсолютно понятно. Это абсолютно понятно, потому что к рукописям нужно иметь вкус.

— На самом деле, мой опыт даже странствий по Индии [подтверждает],  что рукописи — достаточно закрытые.

— Да, да, это закрыто, но это по-разному происходит. Понятно, что физические рукописи прямо вот потрогать руками практически тебе никто не даст, но нам сейчас везет. Мы можем их в очень хорошем разрешении видеть онлайн, и это прекрасно, потому что, честно вам скажу, прямо с физическими рукописями работать сложно. Они маленькие, ты всё время боишься с ними что-то сделать, на них ни чихнуть, ни попробуй.

— Дунуть, плюнуть — и всё, и ты сломал коллекцию, случайно чихнув.

— Жизнь свою сломал, потому что ты потом не сможешь в себя прийти! Вот поэтому да, и постоянно сидеть с увеличительным стеклом тоже сложно, а хочется иногда посмотреть прям как-то поярче.

А изображения помогают нам в хорошем разрешении. Я повторюсь ещё раз, вот то, что сейчас опубликовано, в очень хорошем разрешении можно увеличивать ну, почти все, не все, но многие, да, можно увеличивать до бесконечности и всматриваться тоже вечно. Это можно делать дома, никуда не нужно выезжать, а в нашей ситуации как раз это сейчас благо.

— С какого времени поменялось это? Ведь ещё 20 лет назад не было никаких баз данных в доступе и, тем более, в хорошем разрешении — ведь это все поменялось буквально относительно недавно?

— Да, вот совсем-совсем недавно я — если мы таки перейдем к моей презентации — я расскажу о проекте, который сделал это всё возможным.

Он начался, дай бог памяти, сейчас я забыла, где-то лет 15 назад или уже 20. Я потеряла ещё это время, если честно. Я меряю жизнь тысячелетиями.

— Тысячелетиями! А вот эти мелочи, эти десятилетия…

— Сто лет — это мелочи, сто лет — мелочи. Поэтому я точную дату не назову, но это да, вот как-то вот это было точно после двухтысячных, в пределах 20 лет.

— Потому что я помню ещё в начале, например, 2000-х, когда я опубликовал сканы Петербургского словаря [репринт Санскрито-русского словаря Коссовича — Ред.], о них и в интернете ещё не было. Я просто опубликовал сканы петербургского словаря — и начался скандал, потому что как это: такое сокровище выносить на всеобщее обозрение? И я понял, что не то что рунет, а интернет ещё не созрел для полноценной цифровизации индологии.

— Мне кажется, сейчас всё изменилось. Сейчас интернет созрел до всего, всё цифровизуется. Ну, может быть, ковид, конечно, ещё очень сильно помог. Да, мы поняли, что мы закрыты. Единственное окно в мир — это интернет. Но началось, конечно, раньше, и все как-то стали попроще к этому относиться. И плюс общая идея того, что наука должна быть открыта, она активно развивалась, и как можно больше специалистов старались сделать всё открытым, все в общий доступ, потому что — ну, приятно, конечно, вариться в своей маленькой группке в 100 человек (это кому повезло — сто человек) и делиться друг с другом.

Но это, в общем, неверно, потому что всё, что делается, делается для всех людей мира. Ну, давайте будем честными, никто не является хозяином никаких ни книг, ни рукописей. Должно быть всё открыто. Но это моё личное мнение, конечно. Возможно, владельцы типографии или библиотек скажут иначе.

Я считаю, что таить сокровища нельзя, надо делиться со всеми, тем более, что не все хотят эти сокровища получить. Всё равно прикоснутся к ним лишь единицы, поэтому — таи, не таи — это всё глупости. Всё сейчас лежит в интернете, но и что, все вот прямо бегают и восхищённо взирают? Я боюсь, что нет.

— Они даже не подозревают о существовании ведь таких сокровищ. Наверное, в этом и есть задача этого курса такое касание с миром рукописей, в частности, санскритских. Наверное, тут даже не столь важно, что они санскритские.

— Важно, потому что, если у нас получится, мы, может быть, даже что-нибудь почитаем, читать-то, конечно, это тоже очень интересно. Но это уж как пойдёт, посмотрим точно. Ну и почему ещё этот курс я так ограничила? Чтобы мы не пошли на все четыре стороны. Очень хочется сразу разделиться и охватить всё, но всё охватить невозможно, и нужно хоть как-то себя ограничить. Желательно ограничить себя во времени, желательно ограничить себя языком. Можно было, конечно, ещё материалом ограничить, но вот на такой беспредел я не пошла. Вот поэтому у нас санскритские рукописи, не уйгурские, не тохарские, не хатанские, вот санскритские.

Ранние рукописи, то есть 1-е тысячелетие, не раньше, не позже, просто тысячи лет всего-навсего, всего-навсего копейки. Так что в какой-то момент надо себя ограничить, из соображений методологии. Давайте так скажем.

— То есть, я правильно понимаю, что ваша еще окончательно не защищенная диссертация — она воплотится явно именно в этой серии лекций? То есть, это будет как проявление, как воплощение.

— Лишь отчасти, да. Моя диссертация посвящена палеографии, палеографии и кодекологии совершенно конкретного типа рукописей, мы тоже на них будем смотреть и, повторюсь, может быть, даже почитаем, но это лишь часть. Всё-таки моя диссертация связана с тохарским языком. Пока ещё эта тема слишком немногим людям интересна, к сожалению. К сожалению, потому что это потрясающий язык. Совершенно непонятно, почему. Непонятно, да.

— Я помню, когда по субботам я ходил на филфак МГУ на спецкурс Андрея Анатольевича [Зализняка], он тогда давал санскрит, персидский, арабский. Вот там, допустим, было человек двадцать. И одновременно один из посетителей этого курса Андрея Анатольевича сказал: «А вот я сейчас проведу курс по тохарскому». Я подумал: «Как интересно!». И, собственно, Светлана Бурлак провела течение года, кажется, курс по тохарскому, на который я тоже параллельно ходил.

И я понял, там нас было уже пятеро. Тогда Бурлак говорила: у вас есть все возможности сделать такое высказывание и открытие, которое станет всемирным достоянием, потому что эта область настолько плохо изучена, что… Ну, как выделиться в санскритологии — это надо еще постараться. А вот имея дело с тохарами, тут, мол, как бы конкуренции поменьше.

— Она абсолютно права, она абсолютно права. Я сочувствую себе, что я не слушала её курс.

Возможно, я бы влюбилась в этот язык гораздо раньше, но что уж делать.

Ранние санскритские рукописи: новый курс в Обществе ревнителей санскрита

— Итак, весной 2026 года в рамках Общества ревнителей санскрита мы хотим провести курс «Ранние санскритские рукописи». Есть ли некая перспектива у этой задумки? Есть ли некое продолжение, которое уместно или мыслимо?

— Ну посмотрим, как оно всё пойдёт, как жизнь сложится.

Дальше можно было бы продолжить, например, рассуждать о буддийской литературе и жанрах, что тоже ужасно интересно. Опять же, связано, конечно, с этими ранними санскритскими рукописями, потому что они в основном буддийские, и те, кто послушал этот курс, возможно, заинтересуются, что же там было в этих рукописях, чтобы там ещё можно было почитать.

— Такой немного всё-таки литературоведческий уклон получается, да?

— Например, да. Ну и вдруг, боже мой, кто-то захочет послушать курс по тохарскому?

— То есть не просто послушать, если я правильно понимаю, а принять участие, активное участие? Активное участие, прямо-таки даже поучить тохарский, о боже. Ну а вот, выучив тохарский, конечно, можно читать и тохарские рукописи ранние. Ну, они других там не было. То есть это самая седая древность, да?

— Древнее уже некуда. Не то чтобы… Вот санскритские они всё-таки древнее. Как-то от тохаров у нас осталось примерно там в основном от VI-VII века. Танклийский-то у нас есть пораньше. Вот и от тохаров, в общем, вот осталось вот там немножечко от V, VI, VII, чуть-чуть от VIII, а дальше как-то так случилось, что их не стало по разным причинам.

По-разному не стало, но не будем в это вдаваться. Вот поэтому я думаю, что прям седая древность. Но это очень интересно, потому что вот как раз тохаристика — это совсем молодая наука, и сейчас она активно исследуется, и сейчас ей стало достаточно легко заниматься, потому что появился прекрасный словарь и хороший онлайн-ресурс. Ну, тохаро-английский, к сожалению.

К сожалению, всё ещё, всё ещё английский. В каком году или? То есть какие-то ещё? Их было несколько переизданий. По самому свежему, по-моему, 10 лет примерно, и профессор Адамс, не знаю, будет ли он его переделывать, но, возможно, уже возьмутся другие более юные коллеги и пересмотрятся, дополнят его.

Но есть онлайн-словарь на проекте Kithon, которым занимается и активно развивает этот проект Австрийская Академия наук, по-моему, или университет, японская академия наук этим занимается. Это потрясающий ресурс, где они постарались собрать все оцифрованные и выложенные в общий доступ, конечно же, тохарские рукописи и все существующие словарные формы, которые Так вот, когда у них все рукописи, это какое количество? 10000 примерно. Ну, всего. Ну, их не так много, к сожалению.

Но это так громко звучит рукописи. Некоторые из них фрагменты. Вот именно, громко звучит. Я когда мы занимались про по проресям, и когда я держал эту прорезь, вот у меня только что на занятиях санскритом было нормальное печатное издание, И тут я прихожу на тохарский, и я понимаю, что для меня это выглядит как будто бы верблюд жевал какой-то лоскуток, он его не доживал, он выплюнул, и вот по крохам собранные акшары, приклеенные там как-то где-то правильно, где-то неправильно. И вот это какая-то изъеденная, искореженная там не пойми что.

Из этого надо найти признаки Будды, когда я там не могу понять, где там нога, где голова. Собираем из кусочков. Я надеюсь, через какое-то время выйдет наша статья, которую мы писали с Микелем Перо и ещё юными коллегами. Там мы собрали что там было? Это восемь кусочков.

Из восьми кусочков разрозненных мы собрали практически целый лист рукописи с жизнеописанием Будды на тохарском языке. Понятно, очень старая рукопись. Я думаю, это порядка ну, то есть, где-то там начало, может, пятого века, то есть, прям совсем старая тохарская, но очень-очень старая. И да, действительно, выглядела как такие какие-то мельчайшие пожёванные уж не знаю кем сусликом или верблюдом, но вряд ли верблюдом. Мне кажется, там суслик больше как-то поучаствовал, и это потребовало огромных усилий, тем более, что физической рукописи у нас, конечно, не было.

Мы собирали её из онлайн-кусочков но тем не менее да, но это тоже интересно, это такой ребус, головоломка, уж нельзя как назвать пазл. Да, это пазл. Паззл из неизвестного количества деталей, то есть это неизвестного текста, непонятно, что должно в итоге получиться, но очень интересно. То есть посыл, когда ты рассыпаешь, ты хотя бы веришь, что изначально там было какое-то количество деталей. Здесь тебе рассыпали и, возможно, присыпали из другой стопочки или то есть тут вообще ничего не понятно представляете как интересно это же сколько можно сделать ты никогда не уверен что вот ты с этого трупопись полностью тебе кажется что да вот все сделал потом приходит молодой специалист и говорит вот ещё фрагмент, посмотри, пожалуйста.

И добавляет сверху, снизу, сбоку, в середину, и в итоге собирается какой-то единый лист. Это продолжается до сих пор всё больше и больше как-то собирают листы. Немцы особенно активно в этом себя проявляют, их коллекция самоисследованная. Рамках Turfan Fund, то есть в рамках Turfan Forsching уже сейчас как такой проект, по-моему. То есть у него была какая-то граница, ли 20, то ли 25, я сейчас не помню.

Они прекратили. Сейчас они начали заново, но там уже немножечко другой состав, они немножечко другой ориентированы, но тем не менее, немецкая коллекция продолжает исследоваться и немцами тоже. И сейчас в основном, насколько я понимаю, в Геттингене занимаются этими исследованиями. Ну, там потрясающие совершенно, конечно, специалисты, потрясающие, только восторгаться. Очень мощные школы.

Ну что ж, тогда, пожалуй, я попрошу вас показать задумку как-то более ещё наглядно. Да, но понимаете, я готовилась примерно на полтора числа. Давайте я Прекрасно! Мы же как вас держим! Мы не утомили всех, но я не уверена, что кто-то выдержит.

Я постараюсь тогда, может быть, некоторые моменты пробежать. Ну, посмотрим, как пойдёт. В общем-то, если кто-то уснёт, то он это сделает тихо. Я думаю, что звук падающего тела мы не услышим. Давайте начнём.

Ну мы начнём, а там уж как пойдёт. Будем как викинги ворвёмся и будем действовать по обстоятельствам. Так, а, наверное, нужно расшарить свою презентацию. Я немедленно это сделаю, как только так сразу. Вот я уже включаю экран, и буквально сейчас она должна появиться.

Появилась и презентация. Так точно. Восхитительно. Почему я опять её не вижу? Боже, что же творится сегодня?

Бунт машин, да? Восстание! Восстание машин, да. А презентацию мы видим. Уж простите меня, пожалуйста, некоторые моменты я буду читать, потому что я всё время пытаюсь себя ограничить.

Если я не напишу текст, то я буду говорить вечность, а мы к этому не готовы. Наша вечность посвящена изучению санскрита в первую очередь. Что же, итак, как я уже говорила, лет 15 с некоторым перерывом я работаю с рукописями, и самый частый вопрос, который я слышу, кроме того, что зачем вообще нужно изучать древность, это а зачем вообще кому-то кроме учёных читать рукописи? Ведь есть же нормальные уже подготовленные к чтению книги. Ну опустим вопрос о том, опубликованы ли все необходимые тексты.

Ну допустим, текст, который нас интересует, уже кто-то для нас прочитал и переварил, и выглядит он совершенно превосходно. Рукопись да, вот мы видим, ну то есть всё есть, слова разделены, знаки препинания стоят, всё вот действительно переваренный текст, просто глотай и получай удовольствие, если, конечно, от этого удовольствие можно получить. Да, ну превосходно. А вот рукопись в знаке препинания боже, кому они нужны. Ну и поверьте мне, тут, в общем, человек, который это писал, он, конечно, знал санскрит, я практически в этом уверена, но, возможно, и лучше меня гораздо лучше, но тем не менее, ошибок здесь прилично.

Так вот зачем же читать вот такое рукопись в сравнении с печатным текстом кажется абсолютно нечитаемой. Ну, во-первых, как вы видите, это красиво. Во-вторых, лично мне кажется, что употреблять то, что кто-то для вас уже переварил, можно и даже удобно, но всё-таки в какой-то момент хочется перейти на новый уровень и начать уже делать всё самому. В-третьих, рукописные тексты отличаются друг от друга достаточно сильно, и не каждое критическое издание текста, но критическое это значит включающее в себя максимальное количество разночтений. Вот не каждое критическое издание текста действительно все эти разночтения содержат.

В-четвёртых, всё-таки многие самые ранние тексты не опубликованы, чтение рукописей необычайно развивает мозг, профилактика Альцгеймера и всё такое. Итак, допущения. И вот мы уже видим себя за столом библиотеки. Перед нами разворачивают огромную, восхитительную в своей красоте рукопись, покрытую божественными письменами де Ванагери, такими чёткими и понятными ну да, рукопись велика, но мы сможем её осилить. Но не тут-то было.

Подавляющее большинство дошедших на рукописей от первого тысячелетия нашей эры выглядит как сказал Мартис, как нечто пожёванное верблюдом. Вы сейчас видите выглядят они вот так. Экране фрагменты большие, на самом деле они очень-очень маленькие, ну там несколько ногтей больших пальцев, давайте так скажем. Да, она может повезти, и рукопись будет выглядеть вот так. Это прямо хорошая большая рукопись.

Здесь даже есть какие-то целые слова. Прекрасно. И тут, в общем, впору отчаяться. Простите меня, пожалуйста, я пыталась покрутить другой лист. Так вот, но тем не менее, у меня есть хорошие новости не стоит отчаиваться!

Отчаиваться и научиться читать рукописи можно! Можно! Надо всего лишь стать на правильный путь, как говорил Будда. И сделать это, а именно научиться читать рукописи, конечно, гораздо проще, чем достичь просветления. Хотя, конечно, кто знает, чего мы с вами достигнем в конце нашего пути.

Ведь, как говорится, не только чтение, и любое взаимодействие со священными рукописями приносит несравненные услуги. Но мы начнём сначала. Ведь чтобы пройти путь, надо как минимум сделать первый шаг. Ну и как всегда в путешествии основное удовольствие нам достанет не финиш, а сама дорога. И что же мы встретим на нашем пути?

Что же нужно, чтобы научиться читать рукописи? Как минимум, неплохо бы знать, где их найти. Также хорошо бы выучить письмо, в котором записаны тексты, а в идеале как можно больше видов письма. Познакомиться с особенностями текстов, а тексты, поверьте мне, бывает очень разными. И даже прочитав каждую акшеру и даже сложив эти акшеры в слова, не всегда можно понять, что же имелось в виду.

Но все это развлечение для тех, кто уже знает санскрит. А как же могут получить удовольствие те, кто пока санскрит не знает? Во-первых, конечно, учит санскрит, но ладно, допустим, мы когда-нибудь это все сделаем. А скажи вам, как давно знающий и практикующий этот вид удовольствия человек, рукописи хороши сами по себе, как материальный объект. Они очень разные, а за многими стоит сложная интересная судьба, история, находки.

И каждая рукопись это портал в прошлое, это отпечаток своего времени, это свидетельство чего-то большего. Они выводят из небытия тех людей события, которые были связаны с ними сотни, а некоторые тысячи лет назад. Они дают почувствовать время и ощутить его реальность, выйти из сиюминутного и прикоснуться к вечности. Надеюсь, я вдохновила вас, настроила должным образом, и мы можем уже с вами отправляться в путь. И начнём с того, что определим ранние рукописи это когда.

До конца XIX века, как минимум до его середины, в Европе не было известно о рукописях на санскрите древнее II тысячелетия нашей эры. В Индии органика очень плохо сохраняется, а рукописи это вещь крайне хрупкая. И ведь их же не просто хранили, их читали, и они постепенно приходили в негодность и замещались более новыми рукописями. То есть их просто переписывали, переписывали, переписывали. И как вы понимаете, я думаю, многие из вас были в Индии, и вы отлично знаете, какое в Индии отношение к древностям, без особого пиетета.

Древний храм нормально покрасить свежей красочкой, используя современные материалы, потому что это живая традиция, главное это наполнение, а внешняя оболочка это всё в общем мирское. Ну и главное в индуизме именно к рукописям никогда не испытывали особого пиетета. Священное именно живое слово, и никому было не нужно что-то деть в гетто и хранить. Хранят те, для кого священны и материальны носители текстов, а это характерно для буддийских традиций. Исторически сложилось так, что на территории Индийского субконтинента крупные библиотеки находились при буддийских монастырях, и они, так получилось, были разрушены примерно на рубеже тысячелетий, и в итоге рукописей ранее, более ранних, у рукописи первое тысячелетие просто не было шансов сохраниться.

Итого рукопись на санскрите, созданная в первом тысячелетии нашей эры, это ранние рукописи. То есть очень долго о них не было известно. Знали, конечно, что они существовали, но в руках никто не держал. А вот что касается рукописей на санскрите, созданных ранее, первого тысячелетия нашей эры, на данный момент ни одной такой не найдено. Может быть их и не было, об этом я надеюсь мы скажем чуть позже.

Так всё было, но в конце 19 века ситуация изменилась и за достаточно короткий промежуток времени было найдено вот прям вот действительно там лет тридцать наверное да ну может сорок и нашли прям огромное количество рукописей ну и рукописных фрагментов конечно в основном рукописных фрагментов относящихся к первому тысячелетию нашей эры. Вот прямо вот фактически с первого по десятый век, и были они найдены, как вы теперь понимаете, не в Индии и даже не в Непале. А где же они были найдены? Подавляющее большинство санскритских рукописей первого тысячелетия нашей эры было найдено за пределами Индийского субконтинента. Да, да, и об этом должна оговориться, да, что, конечно же, на территории современного Афганистана и Пакистана тоже в какой-то момент были найдены рукописи второй половины в основном первого тысячелетия нашей эры.

Но абсолютное большинство было найдено всё-таки на территории современного Китая. Вот увидите на слайде. Точнее в самой западной части таком месте, называется Синьцзян. Слово Синьцзян означает новая граница или новая территория. Это регион Центральной Азии на перекрёстке Шёлкового пути.

Что такое Шёлковый путь, я всё-таки скажу немножечко попозже. Этот регион был очень проходным, давайте так скажем, и на протяжении своей истории он переходил под контроль разных кочевых империй китайских государств. В конце первого тысячелетия до нашей эры его контролировали индоевропейские оазисные государства. В основном это было они находились под влиянием степной Конфедерации Сюнну, то есть гунна сюнна, да, вот как бы этим ну, они не руководили, такого не было, это были отдельные государства Куча, Хатан, Турфан, но вот сюнна там были главные военные силы, давайте так скажем, с которой считался Китай. А далее, во втором веке до нашей эры, Хань отправила туда экспедицию, установила там свои военные присутствия и создали протекторат западных регионов, обеспечили контроль над этим местом.

Потом Хань пала, китайский контроль ослаб, регион снова отказался от власти кочевых союзов. С IV по VI век власть переходила между жунчжуанями, тюркскими каганатами, опять локальными оседенными царствами. В VII веке Тан эта китайская династия снова завоевала регион, снова создала военные гарнизоны, потом было восстание Лушаня, китайское влияние ослабло, и в этот кусок региона заходили тибетцы. Опять и Тибетская империя захватила кусок этого региона. Там, ну, какое-то приличное время они там всем руководили, но потом пришли тюрки и захватили всё остальное.

В девятом веке частично регион перешёл под власть уйгурского каганата, потом уйгурский княжеств Турфана. Но это всё ужасно интересно. Я вот попыталась что-то как-то это сконцентрировать в одной маленькой табличке. Я просто хочу, чтобы вы поняли, этот регион был всем очень интересен. Это важный регион для торговых путей.

Тот, кто его контролировал, контролировал торговлю между Западом и Востоком. Там же песок, там же песок, там же песок, ничего нету. Ну как же песок? Смотрите, какой же, какой же песок? Вот, посмотрите, пожалуйста, там же сплошные реки, там сплошные реки, там же восхитительные оазисы.

Люди, которые там были, говорят, что там выращивают самый вкусный виноград, самый сладкий виноград. Там вообще всё выращивают, и всё там прекрасно. И сейчас к концу, как я понимаю, видите, этот регион, он в основном окормляется водой реки Тарим, реки с гор спускаются, наполняют его, и понятно, что чередуются периоды условной засухи и каких-то благоприятных для посевов времен, но тут уж люди там 2000 лет, даже как и больше, сколько они там живут, там тысячелетия, активно оазисы развивают и не видно никакого ущерба. И как я уже говорила, этот регион постоянно приходил туда-сюда. В итоге закончилось тем, что его захватили мусульмане, и это очень важно.

Мы должны об этом помнить, потому что сейчас это всё сыграет. И примерно тысячу лет с перерывом на захват Чингисхана, как бы не суть, всё равно главные там были мусульмане, культура там была исламская, и этот регион вошёл в XX век как мусульманский регион, и сейчас там ислам очень силён. Хотя, конечно, сейчас всё немного сложно и теперь ханьцев там примерно столько же, у примерно столько же, сколько уйгуров. Примерно, я сейчас не знаю, к сожалению, статистики такой у меня нет, но тем не менее. Стал он уже совсем прям китайским при ценах это был XVII век частью современного Китая то есть вот Китайской народной республики он стал с 1949 года у него автономный статус с 55 И официальное название этого региона, которое очень важно знать и понимать, это Синьцзян-Уйгурский автономный район Китайской народной республики.

Кратко можно просто говорить Синьцзян, все поймут. Но исторически у него было много разных названий. Я просто хочу, чтобы вы их знали, потому что если вы будете читать какую-то литературу от 19 века или от начала 20 века, или даже середины 20 века, возможно, эти названия вам будут встречаться. И чтобы вы понимали, что это все одно и то же. Вот все вот эти названия, которые перечислила на слайде, всё вот про вот этот вот про этот регион.

Ну Сидян понятно, да. Уйгуристан понятно, да. Потому что там были уйгуры, и сейчас они там есть всё ещё. Этот регион называли Восточным Туркестаном. Ой, Оденбурга, кажется, вот как раз он Восточный Туркестан.

Да, вот в конце девятнадцатого начале двадцатого века это было самое распространённое название, потому что был Западный Туркестан и был Восточный. И все это знали, все это разделяли. Западный это был, собственно, русский, да, русский Туркестан, а восточный китайский Туркестан. А мы говорим о фактических странах, которые управляли этим регионом. Также слово Сириндия постоянно звучит.

Коллекция, которая хранится в Петербурге, называется Сириндийская коллекция. Слово Сириндия происходит от латинского китай seres и названия Индия Индия, собственно, и им обозначали как раз весь этот регион, охватывающий Таринский бассейн и все алисы на Великом Шелковом пути. Ну вот, я думаю, вы всё это видите. А этот термин предложил ещё сэр Марк Аурелштейн, очень известный археолог. Мы, может быть, тоже о нём, конечно, опять о нём скажем, я надеюсь.

Это, условно, такая некая буддийская зона шёлкового пути между Индией и Китаем. Но современные сейчас в общем стараются этот термин избегать, поскольку он создаёт что-то вроде такой искусственной бинарной модели. Индия и Китай, а где же сам регион? Местные культуры игнорируются. Это были полноценные, очень мощные, очень интересные культуры, собственно, литературой, да, огромные абсолютно.

И этот термин читается колониальным. Ну вот Восточный Турксан тоже колониальный термин, а сейчас все стараются как-то избегать колониализма, его последствий. Да, поэтому слово Сиринья хорошее красивое слово, но вот как Восточный Туркестан его в общем стараются избегать. И сейчас в общем принято говорить либо так о писатель на Азии Шелкового пути, либо Таримский бассейн, да, регион Таримский регион, регион Тарима, бассейн реки Тарим. Это вот очень нейтрально, никакого колониализма.

А те, кто больше общается с Китаем и публикуется как-то в оглядке на Китай, конечно, будут говорить Синьцзян, тоже неплохо. Поэтому Синьцзян или Тарим, Тарим или Синьцзян. Немножечко шёлкого пути, но так просто чтобы обозначить. Вот вы сейчас видите картинку. Я сразу хочу сказать, что демонстрационное фото, кроме фото рукописи, я беру из Википедии.

Но не потому что я доверяю этому безупречному источнику, а просто потому что там изображение в открытом доступе легко автору указать. Я стараюсь всё-таки авторов всё время указывать. И название Шелковый путь тоже как все у нас устарело несколько. Оно было введено в 1877 году немецким географом и геологом фон Ритгофеном. Первоначально, это был действительно такой термин, шёлковый путь, но сейчас его тоже используют, конечно, но надо понимать, это не шёлковый путь, это шёлковые пути.

Этих путей было много. Вот здесь вот он в общем один нарисован, хотя нет, даже красненький, вот какой-то ещё. Это целая сеть путей, это такая паутина, паутина путей, торговых путей. Но очень важная часть этой паутины проходила именно вот по региону, который я вам сейчас только что рассказывала. И вот из Центральной Азии в Китай поступали знаменитые ферганские кони, нефрит из хотана, стекло, шерстяные тхани, какие-то сельскохозяйственные культуры.

Вот, а Китай экспортировал, ну, очевидно, шёлк, да, лаковые изделия, керамику, фарфор, чай, да. Ну там технологии. В итоге технология при изготовлении бумаги тоже очень быстро Китай покинул, ну потом позднее порох. Ну как бы это и хорошо. Взаимообмен культурный это очень-очень важно.

Надо меняться, быть открытыми и со всеми всем делиться. А если кто-то заинтересовался историей именно этого региона, конкретно этого региона, я всем рекомендую прекраснейшую книгу. Чуть-чуть она устарела, вот совсем-совсем чуть-чуть, просто очень активно развивается сейчас исследования, связанные с этим регионом. Книга уже, как вы видите, написана больше десяти лет назад, но она все еще исключительно хороша, и я рекомендую её читать на английском, хотя её перевели на русский и даже издали, и эта книга у меня есть, и я её читала. Перевод можно было бы улучшить, давайте скажем так.

Мне кажется, тогда ещё и не существовало. Я не могу обвинить издателя этой книги, что перевод им делал ChatGPT, но всегда можно что-то улучшить. Поэтому если вы совсем не читаете по-английски, конечно, читайте эту книгу. Вы всё равно получите удовольствие, узнаете много новой информации. Если хоть как-то английским владеете, читайте оригинал, тем более, что я практически уверена, что он есть в сети.

Ну, я его в сети нашла и скачала. Я думаю, каждый на это способен. Также есть просто потрясающий умопомрачительный проект. Его адрес я дала. Там публикуется вся визуальная информация, связанная с этим регионом.

Во-первых, там опубликованы карты сэра Марка Урильштейна, который отфотографировал регион полностью. Если вы с нами будете на курсе, вы увидите его карты. Я буду ими активно пользоваться. Это что-то утрачен сейчас, конечно, этот навык. И как человек просто руками мог это всё сделать?

Я не знаю, им опубликованы толстенные тома с полными картами, с описаниями регионов, с описаниями своих путешествий. Опять же, кто владеет английским всем рекомендую там все четыре тома, там или сколько там у него их даже было больше, всё читать. Мне кажется, тоже всё это есть в сети, но должно быть, по крайней мере. Вот, а на этом ресурсе можно смотреть карты, современные карты, фотографии пещер, фотографии озисов, старинные фотографии озисов, всё что связано с раскопками. Всем рекомендую, очень интересно, сама пользуюсь, наслаждаюсь и вам рекомендую.

Но вот важный вопрос. Вот я всё это рассказываю, что вот такой регион, вот такой вот он интересный, там его и фотографировали, и называется вот это вот у нас Сиринзия. Но как так произошло, что до 19 века в регионе никаких рукописей не находили? Дело в том, что их не искали. Регион, как я уже говорила, считался сугубо мусульманским.

Но как же так произошло, что в итоге-то их нашли? Повлияло на это несколько событий и факторов, и основным из них была так называемая большая игра. Большая игра это принятое, ну, как условно принятое, да, в русском регионе название соперничества между Британской империей и Российской империей в 19 начале 20 века за контроль и влияние в Центральной Азии. Россия активно стремилась расширяться, продвигаться на юг, в Среднюю юг, юго-восток, в Среднюю Азию, граница Афганистана. Да, и собственно, появление термина Западный Туркестан говорит нам о том, что она очень сильно преуспела.

Этом. А Великобритания, в свою очередь, стремилась защитить Индию, свою самую важную колонию. Они действительно считали, что Россия может дойти и вторгнуться в Индию. Ну, в общем-то, такие идеи были. Но пока Россия очень активно делала вид, что она вот-вот это сделает и давайте уже как-то пытайтесь с нами справиться.

И в итоге регион между двумя империями, точнее между колониями этих империй Афганистан, Персия, превратился в зону дипломатического давления, каких-то военных экспедиций, разведывательных миссий, сложной политической игры вокруг всего этого через местных правителей. Это противостояние в прямую войну, конечно же, не вылилось, потому что никому это было не нужно. России и Англии не нужна была прямая война. Это были такая прокси, как обычно, взаимодействия, какие-то военные конфликты в Афганистане. Россия очень много среднеазиатских ханств в итоге получила в своё управление Да и очень много было офицеров и путешественников которые выступали одновременно как исследователи картографы, и как тайные агенты.

Никогда не знаешь, сколько у них было вот этой вот тайно агентской деятельности, сколько это было только исследовательской и картографической. Я думаю, это всё было, потому что это были искренние исследователи, настоящие учёные. Ну а уж какую им давали дополнительную миссию, это уже не нам знать. Надо было сразу сказать, что само слово, термин большая игра стало известно благодаря роману Кейн, но я думаю, вы так это знаете. Вот, а и как я уже говорила, да, вот предшественниками этого, то есть перед тем как начали собственно что копать, да, в этот регион приходило просто много научных экспедиций, которые исследовали географию, геологию, флору, фауну, фотографировали.

Вот от России почему у меня сдвинулся слайд? Вот всё было так красиво. Ну допустим, Николай Михайлович Проживайский очень много сделал для современного региона. Но вот популярным в медиа того времени этот регион сделал Свен Хедин. Это исследователь, предшественник.

Он был прямо вот настоящим популяризатором, он писал яркие, захватывающие, увлекательные книги, и, в частности, он сообщал о находке руин на территории вот на краю Таримской пустыни, да, вот в районе Таримского региона. Ну вот, к концу 19 века Россия закрепила-таки свой контроль над Туркестаном, на западном по крайней мере, на восточной тоже она очень сильно продвинулась. Прямо совсем контроля не было, юридического, но фактически очень большое было влияние России там тоже. А Британия, в свою очередь, усилила своё влияние в Афганистане, который стал буферным государством между двумя этими империями. Формально это соперничество было урегулировано в 1907 году, но напряжённость сохранялась вплоть до Первой мировой войны.

Ну а что было дальше? Мы уже всё понимаем. Для нас самое важное, что эта большая игра спровоцировала не географические, но и археологические исследования региона. Почему вдруг? Это связано с такими именами, как Николай Петровский и Джордж Маккартни, то есть это генеральный консул Российской Империи и консул Великобритании, которые не только были фактическими противниками в турнире теней.

Они боролись не только за гегемонию своих стран, но и за превосходстве, в частности, в охоте за древностями. То есть это была такая дуэль на рукописях. Кто же найдет большее? Кто же найдет раньше? Кто же найдет древнее?

И это все начиналось, но вот формально бездны разверзлись после одной конкретной находки. 1889 год, капитан Гамильтон Бауэр был направлен в окрестности Кучи для расследования некого убийства. Мы об этом поговорим вот совсем-совсем скоро с теми, кто будет на курсе. Но самое главное он нашёл, ну не нашёл, он приобрёл у местного некую рукопись, написанную на берёзовой коре. Ну как это берёза была, я уж не знаю, да на береста, давайте скажу на бересте, там пятьдесят с чем-то листов, и понятно, что он сам прочитать его не мог, он отлично знал, кто мог.

В то время в Бенгалии, в Калькутте был потрясающий, опять же, специалист, Родольф Хёрнле, который очень много сделал для исследования рукописи этого региона. Это был специалист высочайшего уровня, и сделанный им и сейчас совершенно не потерял никакой научной актуальности. Его чтение, я считаю, безупречно абсолютно. Это, конечно, мне судить, но я искренне в это верю. Вот, и он исследовал эту рукопись и пришёл к совершенно правильному выводу, что на сегодняшний день это на тот день это была самая старая из известных санскритских рукописей.

Она была не самая старая вообще, и сейчас это не самая старая рукопись, но на тот момент точно прям совсем он датировать её не мог, да, но там вокруг, допустим, шестого века. Да, ну, мы опять же поговорим о датировке этой рукописи, там всё не так просто. Но, давайте скажем так, середина первого тысячелетия, середина. То есть это как минимум на 500 лет древнее, чем все известные на тот момент рукописи. Это восхитительно, да, то есть мы сразу раз и удревнились на 500 лет.

Вау! А вскоре после того, как эта рукопись, а её рукопись назвали рукопись Бауэра, да, не рукопись Хёрнля, но уж так получилось. Хёрнли, всё-таки, если бы называть рукописи, которые сетовал Хёрнли, рукописями Хёрнля, мы бы запутались, да, потому что их сотни и сотни. Ну так вот, а после того, как нашли эту рукопись, она была на санскрите, было сделано ещё одно революционное открытие, нашли рукопись уже письмо к хароштхи, оно тоже на индийском языке, не на санскрите, это не санскрит был, но тем не менее это был индийский язык, и эта рукопись уже была первых веков нашей эры. Вау, на тысячу лет мы удревнились.

Ну всё, дальше уже пути назад не было. Все, конечно, поняли, что надо исследовать здесь, Нужно заниматься только этим. Бросаем всё, занимаемся этим регионом. И в 99 году, в 899 году, на двенадцатом международном конгрессе ориенталистов собрались специалисты. Этот конгресс он ещё за 20 лет до этого начался.

Он проводился регулярно, там были разные специалисты по разным языкам. Санкретологи там только, конечно, постоянно были. И в этот раз туда в частности приехали от России Клементс и Радлов. А Клементс это очень известный путешественник, который был в этом регионе, и он исследовал какие-то рукописи. Радлов Василий Васильевич основоположник российской туркологии.

Он прочитал основные самые интересные древнеугорские рукописи, тоже потрясающий специалист. И вот от европейцев были Хернли как раз и Синах. Сенаха, я думаю, многие из вас знают, как человека, занимавшегося, занимавшегося надписями о шоке. Вот, и то есть, собралась такая вот Dream Team, и каждый из них доложил о своих находках, и русским было чего доложить, потому что у нас тоже к тому времени были найдены рукописи, благодаря, в основном, конечно, Николаю Петровскому. Ну, и Клемент тоже привёз каких-то рукописей, Хёрнли, конечно, тоже было что сказать, и французам.

И в итоге все поняли, что надо объединиться, надо всем вместе, всей Европой изучать рукопись этого региона. Уже тогда это понимали, и уже тогда не получилось. Потому что все разбежались, каждый, конечно же, стал копать для себя. Россия в это несколько припоздала, наши, вот, как вы видите, экспедиции были организованы чуть позже, чем и у англичан, и у немцев. Вот с французами мы копали примерно одновременно.

Даже японцы были раньше, боже. Но тем не менее, указанные здесь страны активно копали. Вы видите, в какое время, то есть до Первой мировой войны, и накопали очень много. Не всё они выкопали, китайцы продолжают выкапывать и до сих пор, но в основном они справились. Как вы понимаете, никто как англичане и немцы не может так отлично копать, а немцы вообще вывозили прямо кусками пещер, а британцы действовали несколько иначе, но тем не менее их коллекция тоже абсолютно прекрасна.

Наши коллекции и российская, и британская, немецкая, французская во многом пересекаются, потому что хотя они разделили место раскопок, не всегда, в общем, это разделение они следовали. Ну, в основном, конечно, старались. Да, и это прекрасно, да, поэтому всё-таки коллекции у нас несколько различаются. Но местные жители, которые очень быстро поняли, что тут-то можно заработать, Иногда с раскопов местные жители находили какую-то особо интересную рукопись и продавали её одним и другим. И вот мы просто постоянно видим, что кусочек листа в одной коллекции, кусочек листа в другой коллекции.

И в идеале, конечно, бы все эти коллекции объединить, хотя бы онлайн, изучать их вместе, потому что фактически это одна единая гигантская библиотека, которая, так получилось, разошлась по разным странам. Собственно, вы увидели, кто копал. Ну и совершенно понятно, где эти рукописи хранятся в тех странах, кто копал. Это Британская библиотека, государственная библиотека в Берлине, Национальная библиотека во Франции, в Японии. Она не только в одном месте эти вещи хранятся.

Исторически сложилось, что она в итоге разбежалась по разным местам. Но и, как я уже говорила, у нас эта коллекция хранится в Институте восточных рукописей Российской Академии наук. И немедленно должна сказать вам, где можно почитать о российских экспедициях, потому что это тоже очень интересно. Ну и главное, что это всё написано по-русски. Я крайне рекомендую статьи Бухарина, который опубликовал множество писем.

Я привела письма Березовского Ольденбургу, но очень много писем связанных с этим регионом, с сложением этой коллекции, и публиковал он их вот совсем недавно. Это очень свежее издание, на высочайшем абсолютно научном уровне сделано, и просто интересно читать старинные письма. Мне кажется, читать ужасно интересно. Вот, и на сайте Института восточных рукописей лежат в открытом доступе сканы. Ну, не сканы, или сканы там.

Ну, то ли сканы, то ли тексты вот этих книг, которые я привела российская экспедиция в Центральную Азию, да, Великое открытие русских учёных. И вот даже отчёт Ольденбурга четырнадцатого года там тоже выложен, и я всем рекомендую пойти скачать почитать. Это просто интересно, просто интересно. А мы с вами продолжаем двигаться дальше. И, собственно, ещё немного о том, где они сейчас хранятся.

Был вопрос: когда же стало возможно все эти рукописи посмотреть в одном месте? Это связано с проектом, международный дуньхуанский проект. Англичане решили сделать что-то хорошее и явить миру все находки из этого региона. И вот проект был создан, в нём вы видите, кто участвовал, и Россия тоже активно в этом участвовала. В основном начали там с того, что публиковали только рукопись, найденную Дуньхуаня, и те, кто будет на курсе, в итоге узнают, что же это было, что же такое за место и какие же там рукописи были.

Но просто поверьте, это тоже вот самая восточная часть этого региона. Очень интересно, но не будем об этом, иначе мы никогда не закончим вообще. Где же можно посмотреть эти фотографии? Во-первых, можете просто загуглить международный дунхуанский проект, и вы сразу выйдете на него. Но изначально это был единый сайт, но потом всё-таки центробежные, вернее центробежные силы усилились, извините за патологию, и все разбежались.

Опять все пошли на все четыре стороны. И если вы хотите посмотреть рукописи, которые хранятся в Берлине, вам нужно выходить именно на немецкую страничку. Те, которые хранятся в Англии, на Британскую страничку, и французы тоже сделали свой собственный сайт. Это всё очень хорошие, очень удобные сайты, там всё в достаточно хорошем разрешении хранится, но теперь это всё опять в разных местах, к сожалению. Ну вот не могут люди долго в одном месте находиться, но тем не менее всё это есть.

Вот, вот опять же логотипы, да, все кто участвовал, ну не всех основных, основных участников этого проекта. Вот поэтому, если хотите на рукописи посмотреть, пожалуйста, проходите IDP, и дальше уже гуляйте по сайту. Там и фотографии есть, и фотографии рукописей, и история, и много чего интересного. Продолжают публиковаться. Сейчас немножечко подстихло интерес к этому, но тем не менее это всё продолжается.

То есть это не рухнуло, на этом не закончили, продолжают и продолжают выкладывать новые фотографии, что, конечно, самое главное и исследовать, и какие-то новые вещи находить. Так что вот наслаждайтесь. Это всё теперь есть, это можно посмотреть. Пощупать, конечно, нельзя, но и не стоит. Не надо трогать рукописи лишний раз, смотреть и восхищаться.

Фотографией в принципе для этого достаточно. А мы с вами, я думаю, даже ещё успеем немножечко поговорить об истории письма, если я смогу переключить слайд. Да, я смогу это сделать. И почему же я хочу об этом поговорить? Сказала я, что рукописей до первого тысячелетия нашей эры не найдено, и, возможно, я так сказала, может их вообще и не было?

А почему же я так считаю? Не только я, да. Ну, дело в том, что вот в Индии очень долго была устная передача текста, и вот фактически прям до нашей эры. У всех народов на раннем этапе самые важные знания передаются из устно. Изобретение письменности это дело небыстрое, а индийцы они не просто передавали тексты устно.

Это было не просто так. Были разработаны сложнейшие мнемонические техники, которые позволяли сохранять священные тексты максимально точно, самыми мелкими нюансами, включая ударение. Это при том, что с какого-то момента люди, которые эти тексты заучивали на языке, даже не понимали значения слов. Пришлось это все потом восстанавливать. И техника эта была столь совершенна, что никакая письменная система справиться с этим не могла.

И в итоге зачем менять то, что работает? И самое главное, что этот способ, устный способ передачи текстов, он давал определённые преимущества. Можно было регулировать распространение знаний, можно было регулировать преемственность. Это очень важно. Да, не только сейчас люди считают, что самое священное нужно хранить у сердца да, и не выдавать никому.

Брахманы, ну, в общем, разумно считали, что они должны быть эксклюзивные, да, и не просто потому, что они были такие жадные негодяи, хотя всякие люди бывают, да. Дело в том, что священный текст, произносимый священный текст, он меняет реальность, и, соответственно, любая ошибка в этом тексте чревата самыми ужасными последствиями. В лучшем случае просто ваша молитва не сработает, а в худшем мир будет разрушен. И как можно рисковать судьбой мира, передавая знания кому попало? А письмо не способно передать все нюансы речи и звука.

Некоторые письмо способны, всё-таки Девонагори достигло высот в этом, но как бы опустим. Не все нюансы речи и звука. И при переписке можно допустить случайно ошибку. А это тоже чревато фатальными последствиями. Но вот то, что священные тексты не записывали, конечно, совершенно не значит, что письменность не могла существовать.

Если есть какая-то информация, то её хочется записать. А что обычно там хочется записать? Ну, обычно хочется бухгалтерию какую-то записать, чтобы не забыть, у тебя горшков, сколько налогов заплатили люди, сколько овец было, сколько овец стало. Ну и потом, мне кажется, каждый человек хочет хочет написать своё имя на своём имуществе, сказать, что вот я и здесь был Вася, и 1000 лет назад, и 2000 лет назад, и сейчас. Хочется, куда-то придя от радости сердца поделиться своим именем с этим пространством, поставить на нем свою печать.

А почему такого не могло быть 3000 лет назад или там 2000 лет назад в Индии? Так что скорее всего какая-то письменность в Индии существовала ещё до нашей эры, очевидно. Ну я вот в этом абсолютно полностью уверена. И это была некая такая протобрахми письменность, но вот просто от неё ничего не сохранилось. А почему не сохранилось?

Да потому что у тех, кто это писал, не было цели сохранить. Если что-то писали, то писали на недолговечных материалах. А недолговечные материалы что делают? Они до нас не доходят. Вот и всё.

И, соответственно, чтобы появилась какая-то письменность, должен появиться тот, кому нужна эта письменность. Те, кто хотел надолго сохранить свои слова. И это должен быть человек очень богатый, чтобы профинансировать создание этих надписей, инициировать их. И он должен быть очень влиятельным, и он должен был как-то сделать так, что брахманы не пришли и насучали ему по голове. И такой человек появился в 3 век до нашей эры.

Вы уже знаете кто, естественно, это Ашоко Маврия. Он завоевал практически весь Индийский субконтинент, вот прям много. И он был, ну скорее всего, даже верующим буддистом, ну в какого-то с какого-то момента, уж насколько там это был буддизм, точнее то, что вот мы сейчас воспринимаем как буддизм. Ну тут сложный вопрос, может быть, когда-нибудь о нём поговорим. Но в общем он стоял над всеми представителями всех бытовавших тогда религий, он был выше этого, и по всей своей огромной империи он поставил стеллы с текстами, диктами.

Эти дикты в основном носили религиозное содержание, но они также, помимо этого, они фиксировали статус царя и как бы клеймили территорию. Территория была велика, и на ней были разные люди, которые говорили на разных языках. Это было огромное пространство. Но почему-то, по какой-то причине, он, чтобы записать свои тексты, использовал всего четыре вида письма. Брахми и караошки для записи текстов на пракритах, то есть на индийских языках, греческое и арамейское для записи текстов, ну, собственно, греческом и арамейском, хотя их было достаточно мало.

Вот греческое и арамейское караошки он использовал только на севере, на территории нынешнего Пакистана и Афганистана. Там арамейское письмо ещё с 5 века до нашей эры циркулировало, плюс со времени Александр Македонского там были греческие общины. Нас это в общем не интересует, нас интересует Брахми а и вот если на севере Ашока как-то подстраивался под своих соседей и не а проклято говорящих людей то вот на юге он уже в общем на дравидов особо не ориентировался, и на тех, кто говорил, не на том Пракрите, на котором говорил он. И все надписи были выполнены на одном и том же языке, абсолютно одним и тем же письмом Брахме. Вот так вот, вот такой вот был от шока, и почему-то он так действовал.

Видимо, для него было важно показать, что вот одно письмо, один язык, один царь, одно государство, одна дхарману, в смысле религия, да? У него была своя собственная дхарма и своё представление о том, что это такое, но опять же, это не тема нашей нынешней лекции. И пока Ашока, собственно, был жив, и были живы, и не слушай живы, были в полной силе его потомки, очень следили за стандартизированностью письма. Это был единый стандарт. Но от Ашоти его потомков нашли только эдикты, написанные на каменных колоннах или скальных породах.

Да. И это не рукописи, рукописи это то, что можно взять и унести. В целом очень сложно взять и унести, только немцы такое могут делать, да, обычно люди нет. И вот опять же возникает вопрос: ну вот почему вот примерно 150 лет да, начиная со Шоки, письмо Брахме по всей Индии было практически одинаковым, стандартным, а потом вдруг начало меняться. Ну почему?

Ну потому что, во-первых, ничто не остаётся неизменным вообще, как бы мы ни старались. Ну а во-вторых, как только государство ослабло и некому стало поддерживать стандарты с центра, начали появляться региональные варианты, и примерно 200 лет это всё продолжалось. И потом опять же сменилась эпоха, появились новые правители. В начале эры большую часть Северной Индии захватила династия Кушанов. Хотя это, собственно, была не индийская династия, они правили частью Северной Индии, но они были по преимуществу буддистами, ну или индуистами, тут уж одни так, другие так, и они очень много сделали для продвижения именно письма Брахми от них остались тоже наскальные надписи, монеты и уже Ура Ура!

Небольшие фрагменты рукописей на пальмовом листе. И вот самая известная из этих рукописей рукопись СПИЦАРА, которую мы будем читать вот буквально уже вот на первом занятии курса, она относится к этой эпохе, к собственно к ушанам. Да, то есть это вот самые ранние, изошедшие до нас рукописи, они были написаны так называемым кушанским Брахме. Вот, а ну вот, конечно же, рукописей брахме от той эпохи до нас дошло очень мало, и не потому что опять же всё разрушается и всё сложно, но а потому что кушаны всё-таки в основном писали над письмом к Хороштхи. А вот рукописей к ароштхи от самого начала первого тысяча дошло прямо много.

Возможно, возможно, в центральной Индии в то самое время создавалось огромное количество рукописей письмом Брахме, но до нас они не дошли. Ну потому что, извините, повторюсь, ничего не дошло. Гораздо больше рукописей Брахми в основном на пальмы, но уже и бумажные начинают до нас доходить примерно века с четвёртого, и создавались они в эпоху правления Индийской династии Гуптов, и опять же, они были найдены не в Индии, да, и за её пределами, а в Индии только какие-то наскальные надписи остались, а там что-то ещё, там что-то может быть на металле. Вот а всё это было найдено, то есть эти вот рукописи Губта тоже были найдены в Сириндийском регионе. И вот опять вопрос: ну, хорошо, ладно, делали на севере Индии эти рукописи.

Как, как они оказались в Сириндии? Как они оказались в Синьцзяне, да, в регионе Таримского бассейна? А связано это с проповедью буддизма. Буддисты, собственно, как и брахманисты, долго тексты не записывали, но в какой-то момент просто страх утраты слов Будды заставил их собраться уже наконец-то и записать эти тексты. И, в отличие от брахманистов и индуистов потом, буддистам не нужно было сохранять именно звуковую составляющую текстов.

Более того, им не надо было сохранять язык проповеди, потому что Будда прямо требовал это записано чтобы проповедь свилась на местных языках. Для него самое главное было донести смысл учения. А как, на каком языке оно будет рассказано? В общем, какая разница? Положи лучше на местном, чтобы тебя поняли.

Вот, и рукописи описали письмом, ну, и письмом карошки тоже, да, и письмо Брахме, и вот эти рукописи в итоге люди, верующие буддисты, брали с собой и шли в этот регион Синьцзяна. Значит, они туда шли. Некоторые прямо конкретно были проповедниками, монахами, и они шли с совершенно конкретной целью нести учение. Это были просто торговцы. Очень много торговцев было буддистами, и они просто внесли с собой эти рукописи и как бы распространяли слухи об этом учении.

Были люди, которые уже в этом, собственно, регионе. Они там жили, там жили, как будто хары, хатанцы, да, там куча людей было, которые услышали об этом учении, и они захотели узнать о нём побольше, и направлялись в Индию, чтобы забрать эти рукописи. Да, и так вот эти вот рукописи они постепенно приходили в регион, приходили, приходили и вот в итоге пришли, и в Индии они не сохранились, а в этом регионе, где сплошной песок, да, они счастливо лежали. Опять же, почему их ещё так много находили, вернее сейчас находят? Это не только связано с тем, что какие-то библиотеки замуровывали и потом их вскрывали.

Такое счастье случается, но очень редко. У буддистов была такая традиция, точнее их было две. Первая была традиция, что поднести в качестве дара рукопись это очень хорошо. То есть специально готовили рукопись, её могли поместить в некий сосуд и его там погрести, да, закопать, давай так скажем. А рукопись могли в ступу заключить.

Это тоже было очень хорошо. Это было как часть, как шарира, да, как вот часть тела Будды, потому что учение Будды оно тоже является частью его самого. Да, это вот как бы рукопись, это материальная, материальное воплощение этого учения Будды. А и плюс выбрасывать священную рукопись это плохо. Да, как вот у иудеев, да, есть генизы, где хранятся какие-то фрагменты рукописи.

Так судя по всему было и у буддистов. Ну назвать логинизм, конечно, нельзя, но вот рукописи не выбрасывали, их могли тоже вот как бы сделать им погребение, и вот какие-то такие фрагменты старых уже изношенных рукописей тоже вот могли сделать. Да и мы в итоге их потом нашли. Вот, ну и да, я в следующий раз всё-таки некоторые библиотеки замуровывали, да, какие-то рукописи просто могли, а в качестве вот сохранения такого как посмертный дарт. Ну не дарт, человек умирает, да и вместе с ним погребает его библиотеку.

Да, тоже очень хорошо и благоприятно. Это при том, что в Индии, получается, даже современные, они же просто, например, по реке могут спустить рукописи, которые уже вот вышли там 50 лет прошло, 100 лет прошло, 150, и они уже их надо заменить и сожгут. Или по реке. Соответственно, разные подходы к рукописям. Да, абсолютно разные.

Я повторюсь ещё раз, всё-таки для индуса рукопись это не то, что для буддиста, потому что для буддиста рукопись это действительно материальное учение Будды, это часть его тела. То есть можем положить в ступу, в ступе может лежать шарира, но бы сколько их там осталось от Будды, понятно, что в каждую ступу не положишь. А если ты хочешь что-то такое священное туда положить, так вот рукопись. И ну, это было в разное время по-разному, но вот сейчас в некоторых традициях просто достаточно не читать рукопись, да, просто её буквально пролистать при верующих, и это уже даёт благодать. То есть просто посмотреть на рукопись это уже благодать, а положить священный текст в барабан и покрутить барабан это уже то же самое, что прочитать этот текст.

Вот другая немножечко традиция, немножечко другие, другая вера. И благодаря вот этому отношению к рукописям, вот прямо вот не к текстам, не к текстам, а именно к рукописям, как к чему-то священному, вот предельно священному. Да, вот это всё для нас и сохранилось, потому что скорее всего вот все эти древние тексты в основном они буддийские, конечно, но я думаю, теперь понятно почему Они бы до нас просто не дошли. Есть прекрасный тибетский канон, всё там записано очень хорошо. Китайский канон, буддийский, да, полийский канон супер, но И говорить прям санскритский канон я не буду, потому что, скорее всего, это были каноны.

В каждом, может быть, даже монастыре был свой собственный какой-то мини-каном. Я боюсь, что, наверное, в регионе прям целого такого канона не было. Но явно были вот такие каноны на санскрите, и они отличались от и тибетского, дошедшего до нас, хотя тибетцы, естественно, они очень хорошо, они очень чётко переводили именно санскритские тексты и многие древние тексты Китай сохранил нам очень много древних текстов они тоже уже естественно переводили в основном санскрита вот но не всё не всё. И вот эти рукописи они хранят те тексты, которые не дошли до нас больше никаким образом. Это вот свидетели той самой вот прямо древней буддийской традиции, и это, конечно, потрясающе интересно, это даёт определённую сложность, потому что мы теперь не можем понять, что это был такой за текст, потому что этот текст мог не сохраниться ни в тибетской версии, ни в китайской, да, не в парийской тем более, совсем другое, да, вот.

Но всё равно потихонечку-полегонечку эти тексты собираются по крупиночке, всё больше и больше. И я надеюсь, когда-нибудь мы получим, ну, понятно, что не санскритский канон, но мы хоть как-то приблизимся к нему и поймём, что же это было, насколько он сильно отличался. Ну конечно же отличался. Вот и собственно уже я буду, наверное, заканчивать. Давайте я просто покажу, какие рукописи мы будем читать на нашем курсе.

Это лишь такая очень краткая выжимка. Мы посмотрим на рукописи Кушанским Брахме, я расскажу вам поподробнее, что это за письмо, какие у него были особенности, как выглядели рукописи той эпохи. Расскажу о истории находки той самой рукописи Шпицера, да, которую я уже упоминала, или Шпицера. Я вот никак не могу определиться, да, я прихожу к какой-то идее и даже нахожу подтверждение, а потом опять теряюсь. Но к следующему занятию я точно скажу вам, как нужно говорить.

Уж простите меня, пожалуйста, говорю долго, уже заговариваюсь. То есть это самые ранние рукописи, рукописи кушанским Брахме. В основном они, конечно, на палевом листе, но там есть кожа. Ну там всё очень интересно. Следите за нашими выступлениями.

А следующее посмотрим Гупта Брахме чуть попозднее, но тоже ужасно интересно. Там же начинает появляться бумага. Вот письмо Гупта, как раз вот на этом этапе, Брахми вышел за пределы Индийского субконтинента и просто пошёл везде. И вот из этого Гупта Брахми в итоге родились все основные региональные виды письма. Это, наверное, самый интересный этап, и там прямо об этом можно много говорить.

Я это время очень люблю. Мне очень сложно читать Гупта Брахми это совсем не моё письмо, но вот это основа. Если его знать, то потом становится понятно, а как же появились все остальные виды письма, потому что всё в общем произошло. Разделение на региональные ветви пошло именно отсюда. Вот мы почитаем конечно же очень много и посмотрим на рукопись о северотаримском Брахме.

Да, мы уже знаем, что такое Тарим, да, регион вот это вот. Это рукописи, которые создавались уже там. То есть рукописи Кушанским Брахме и Гупта Брахме они создавались в Индии. Ну, я имею виду историческую Индию, Индийский субконтинент, понятно. Рукописи всеми остальными видами письма уже создавались на месте, уже создавались в регионе местными людьми, которые уже адаптировали это письмо под себя, уже начали даже переводить на свои собственные языки.

Но мы будем заниматься только санскритом. Вот и говоря о северо-римском Брахме, мы посмотрим на ранние рукописи, ранние туркестанские Брахме и вот ранние северо-римские. Он проходил, прошёл там 400 лет много превращений, и это тоже очень интересно посмотреть, как же менялись акшеры от одной к другой, как менялись рукописи, как менялся подход к жанрам. Да, но опять же, забегая вперёд, всё это будет. Посмотрим рукописи Ю над римским брахами.

Это вот то, что делали хатанцы, своя традиция, тоже очень интересная. Я, конечно, изучаю Северотаримский Брахме, и он у меня родной, но я не могу не признать, что каллиграфия в Южной Таримской Брахме самая красивая. Ну тут уж как бы тут очевидно, но это прямо это исключительно красиво. Но насладимся, насладимся. А и что интересно, севере то есть рукописи северо римскими брахами они относятся к тому направлению буддизма которое раньше было принято называть хинаяной но сейчас так не говорят это неприличное слово Не махаянским текстом, содержат не махаянские тексты, а вот хатанские рукописи они все сплошь махаянские, что тоже, конечно, что тоже интересно, ну, для буддолога, наверное.

Вот мы посмотрим на вот эту замечательную рукопись. О термине Сиддхам в отношении письма мы тоже немножечко поговорим. Терминология это не моё любимое, и я вообще не люблю обсуждать, как же нужно всё правильно называть. Это особая дисциплина специальной олимпиады, и я не хочу в этом участвовать. Но рукопись хороша.

Это вот рукопись, думаю, все её знают, ну, может быть, не узнали прямо в цвете. Да, это та самая рукопись, которая из храма Хорюдзю, которая хранится в Японии, и её сначала датировали чуть ли не там пятым шестым веком. Но, конечно, она более поздняя, но тем не менее очень красивая. Вот её мы точно почитаем, потому что там на ней записан очень важный текст. Это сутра сердца, парадигма параметры.

Это тоже достойная, достойная вещь. Ну и, конечно, посмотрим на письмо. Ну и закончим мы, наверное. Хотя почему закончим, не знаю, может быть это будет где-нибудь посмотрим как пойдёт, ближе к концу конечно. Видами письма связанными с регионом Гильгита это как раз уже вот мы опять возвращаемся в Индийский субконтинент, Афганистан Пакистан.

Там тоже было очень интересное письмо, которое получило тоже интересное развитие. По-разному его называют. Его называют гильгитское письмо. Но это про самый ранний этап до VI века, потом протошарада, потом уже сама шарада. Но ряд интереснейших рукописей из того региона тоже до нас дошёл.

Вот, ну то есть так вкратце, да, мы посчитаем рукописи Кушанским Брахми, Губта Брахми, всеми видами Таримского Брахми, немножечко посмотрим на Сингам, немножечко посмотрим на Шарада. Конечно же, в основном, я буду вам не показывать просто картинку рукописей и больше ничего нет, мы поговорим об истории, как эти рукописи находились, о регионе, о текстах, которые в них записаны. Это же тоже всё очень интересно, даже если мы не читаем их в оригинале. Ну хотя бы содержание знать, наверное, тоже было бы не скучно. Ну и на рукописи мы тоже будем смотреть.

Я надеюсь, вы также полюбите их, как и я, вы увидите, как одна акшара постепенно превращалась в другую, развивалась. А если вы знаете до Ванагари, я думаю, вы получите самое максимальное удовольствие, потому что вы же знаете, к чему это в итоге придётся. Да, ну, понятно, что северотаримский Брах ни в какой Даванагре не пришёл. Да, Даванагре развился из своей ветки, да, но тем не менее интересно посмотреть, как же всё это выглядело у разных людей, у разных народов, как это всё менялось, как вот вот эти вот рукописи, которые я вам показывала, в итоге стали вот тем, что мы сейчас видим. Да, сейчас рукописи совершенно иначе выглядят, да, там у них и уже отверстий нет, и там картинки, если нам повезёт, есть.

Ну, а некоторые наоборот стали писать как курица лапой. Ну тут уж всё идёт в разные стороны, что-то улучшается, что-то ухудшается. Но это всё будет на нашем курсе, к которому, надеюсь, вы присоединитесь. Ну, если нет, значит, может, в следующей жизни. Всё-таки видите, карма меня ведёт, а я в итоге её курс прочитаю и, надеюсь, с Мартесом и книгу напишем, даст Бог.

И выпьем на защите диссертации. Это обязательно. Воды, воды чистой воды. Историмского источника. Но если он не пересохнет к тому времени, надеюсь, конечно, нет.

Вот я предлагаю на этом закончить. Это хорошая логическая точка. Я немножко подустала. Я думаю, все уже устали, хотят спать, пить чай там у кого что. Вот если вдруг какие-то есть вопросы я с огромным удовольствием на них отвечу если нет то я всех целую и жду на своём курсе давайте тогда выключим презентацию мы конечно все вопросы они проходят цензуру это длительное явки и прочее.

Цензура это очень важно. Это получается шесть видов письма и на трёх материалах, да? Условно, шесть это я сократила, потому что в каждом есть некое своё развитие, да, то есть там и Губ-то он был немножечко разный в начале и в конце, и вот эти вот северотаримский, южнотаримский, ну, как минимум три стадии ранние, средние и поздние прошли, да, а ещё какие-то промежуточные, да, поэтому понятно, что их будет больше, и мы не будем прямо так уж так у нас большой курс, мы можем себе позволить каждый этап обсмотреть со всех сторон. Да, но точно будет три вида письма, потому что А, четыре! Боже, боже, я забыла кожу!

У нас ещё будет рукопись на коже! Да, да, четыре, четыре материала, четыре материала. Пальмовый лист, береста, бумага и кожа. В основном, конечно, бумага, но самое раннее на бумаге, как вы понимаете, быть написаны не могли, потому что бумаги не было как пищу. Ещё не технологию у китайцев.

Да, и бумагу ещё не стырили, ни технологию, ни бумагу. Вот поэтому самое раннее у нас, конечно, это пальмовый лист, береста и кожа. Кожи гораздо меньше, потому что, видимо, на них чуть меньше писали. Ну, всё-таки, если ты буддист, писать на коже, ну, наверное, не надо, не надо. Вот, написали, конечно, писали.

А вот, ну, и может быть, оно просто разлагается быстрее. Тут уж я не знаю, я с органикой так плохо взаимодействую, хотя, конечно, пальмовый лист тоже органика. Не знаю, так получилось. На коже мало, на пальме больше. Вот, собственно, этому пальмовому, скажем, не листу, ему тысяча лет.

Вот этому пальмовому, не пальмовому, а берестяному. Это береста из Великого Новгорода из Троицкого раскопа и ей 1000 лет. И она лежала, она так хорошо сохранилась, потому что там болото. Вот получается хорошо хранится или в пустыне, или в болоте. Да, всё так, всё так.

Ну или в ступе где-нибудь. Как раз секрет новгородских болот, что там нету воздуха. Да, воздух не проходил. Да, не то есть, что у нас портит рукописи? Это солнечный свет и воздух.

Поэтому всё, что подвержено солнечному свету и воздуху, оно, к сожалению. А, ну влага, да, влага тоже, конечно. То есть, для мертвечины солнечный свет, он как бы разлагает её? Да вот он всё разлагает. Если вы положите книжку на подоконник, забудете там её, не знаю, на год, а лучше на 10 лет, то вы не узнаете книжку, когда вернётесь.

Она сгорит, даже если прямого солнечного света не будет. Свет прям ужасно действует на рукописи, на На всё плохо действует. Он разлагает всё. Да, возможно, и на людей он плохо действует. А вот я кто?

Питерские знают, да, никакого солнца не надо. Правильно я понимаю, что мы поговорим о полиографии? Полиографии мы тоже будем говорить. Мы будем говорить о полиографии, о кодекологии. Сложно сказать, говорят, что вообще употреблять слово кодекология к рукописям типа потхи нельзя, потому что кадикология для кодексов.

Но грубо говоря о строении рукописной книги давайте так скажем, о строении рукописной книги обязательно поговорим. О каллиографии, то есть о письме, поговорим о жанрах, которые бытовали в то время, то есть о текстах, которые были записаны, и поговорим, конечно, об истории, как это всё находилось, потому что это интересненько. Ну соответственно полиграфии мы посмотрим как одни значки менялись другими. Да? Да.

Как выглядело всё письмо в целом и как одни превращались в другие. Ну вот лично мне, например, вероятно это наиболее интересно, как они так менялись, что в результате получился Дева Нагри, хотя изначально ничего не предвещало. Это вот я боюсь, что к сожалению вот прям Мы не дойдем до этого момента! Да, но поверьте мы просто не пойдем по метке Дева Нагри. Мы пойдём, у нас будет прото, скажем так, прото.

Да, такой подход, потом мы в какой-то момент просто скажем, а потом когда-нибудь через 500 лет из этого развился Деланагри, но мы пойдём в другую. Нет, понятно. В смысле, всё равно будут какие-то зачаточные, формы будут образовываться всё равно. Зачаточные будут. Те, кто знает Даванагари, быстро начинают понимать вот эти вот виды письма.

А вот с южноиндийскими сложнее. То есть если ты знаешь Даванагари, выучить южноиндийское письмо может не только здесь ну не каждый совсем. Они прямо очень далеко ушли. А вот всё, что было на севере, там видно, там прямо понимаемо. То есть, нужно, может быть, конечно, немножко помедитировать, но в итоге ты смиряешься и понимаешь, что да, это оно.

А южные стали такими круглыми, потому что у них такие листы круглые, то есть такие кудряшки. Есть какое-то объяснение, почему юг такой кучерявый? Честно, я не знаю. Я слышала, вот говорили, что это связано вот действительно с материалом, что мол их как-то проще выцарапывать, но не знаю. Как по мне, выцарапывать на пальме кругляшки также сложно.

Ну, так сложилось. Может, им казалось, что это красиво. Честно, я не знаю. Эти вопросы вот а почему так случилось? Я не знаю.

Я не могу залить голову этим людям, и, честно, я не очень хочу этим заниматься. Вот мы имеем, имеем. Мы видим, как оно менялось. Это уже патологоанатом, да, получается? Да, да, да, я вот как-то немножечко, немножечко про другое палео, да, но не пато.

Да, нам везёт. Мы будем наши ранние рукописи на санскрите, они написаны хорошим, чётким подобным письмом. Давайте так скажем. Ну южное письмо тоже нужно учить, тоже нужно учить. Там много важных текстов сохранилось, и оно тоже очень красивое.

Вам интересно содержание всего этого или форма? Я вот прям теряюсь, потому что мне нравится и интересно и форма, и форма, но содержание это тоже, это тоже, это всё столько всего интересного, как бы хотелось вот это всё изучить. Честно скажу, вот в равной степени, мне нравится просто сами рукописи сами по себе. Это просто красиво, это вот как это написано, как эти акшеры живут, как они меняются. Но это же прям Это эстетика.

Да, эстетика, сам факт того, что ты читаешь это. Я даже не знаю. Ну, только кто не пробовал, ему сложно понять это. Описывать, как я буду сейчас описывать вкусы блюд. Почему вам нравится есть?

Ну, вот пища, она такая, вот ты берёшь, чувствуешь вот разные вкусы, а вкус бывает вот горький, сладкий и умами, и как они так все сочетаются. Ну вот это сложно. Лучше самим есть, лучше самим читать рукописи, тогда вы поймёте. Может быть не сразу, не все вкусы сразу начинают нравиться, когда мы маленькие мы и горького не любим, там и кислые не очень, только сладенького хочется. Но когда мы вырастаем, вкус развивается, и уже начинаешь получать удовольствие от сложных интересов.

Даже кофе начинает нравиться, боже, да, такая дрянь, вот, а некоторые, по-моему, мне просто не могут. Вот и я тоже, да, вот, сначала смотришь на рукопись, ну дрянь, ну как это можно переварить, да, ну нет, а потом блин, же без рукописи? Нет, утро без рукописи уже не то. То есть мне, как человеку, который всю жизнь жевал шнурки, обувные, вы будете начинать рассказывать про манго, я же всё равно не пойму, да? Не поймёте, но если вы попробуете кусочек манго, вы же сразу-сразу осознаете, никаких шнурков больше в этой жизни, только на завтра, может быть на ужин, шнурки отдай, Хорошо, есть ли какое-то предположение, какой-то базис, который должен быть?

То есть насколько это сложно? То есть у нас есть курсы простые, средние, сложные. Вот как можно? Смотрите, я думаю, что я в итоге посмотрю на то, кто пришёл, и курс адаптирую, потому что можно просто смотреть, ничего не читая, и уже будет легко, потому что может быть легче слушание. Какие-то, может быть Созерцания лектора и созерцание рукописей.

Ну, лектора, это не даёт благодать, а вот созерцание рукописей, я уверена, благодать даёт. Вот, а если то есть, если совершенно ничего не знаешь, и для таких тоже будет. Я буду рассказывать, не употребляя максимально никаких терминов ни на каких языках, кроме русского. Да, может быть, вот самое сложное будет слово полиография, да, там или фолиация, о боже, да, хотя и этого тоже можно избежать. Вот, а если станет понятно, что слушатели курса знают хотя бы до Ванагори, да, мы пойдём глубже, и я буду больше упирать вот на эту часть.

Если вдруг, боже мой, они будут знать санскрит хоть как-то, хоть чуть-чуть, немножечко, тогда мы пойдём ещё глубже, и мы прям почитаем. Вот, но я думаю, почитаем мы в любом случае. Да, возможно, я буду, если у нас совсем всё будет сложно, я просто буду показывать рукопись и прикреплю текст каким-то другим образом. Да, или, может быть, там как-то зачитаю вслух. Да, ну понятно, как и с русским переводом, очевидно.

Вот, но будем действовать по обстоятельствам. Повторюсь, да, адаптировать курс я могу в любой момент. Будем смотреть. Исходя из тех заявок, которые я вижу на сейчас, я утверждаю, что эти люди знают не только Деванагари, а о Боже, они имеют, и некоторые из них, весьма серьёзный опыт погружения в санскрит. Ну тогда, Боже, всё мы будем читать, мы будем читать.

То есть круг этих людей избранных узок, но это лучшие люди в рядах общества ринителей санскрита. Я в восторге, я просто в восторге. Так что полагаю, что просто созерцанием вы не ограничитесь. Восхитительно, восхитительно. Лучшая новость сегодняшнего дня.

Итак, исходя из ваших возможностей и наших пожеланий, мы рассматриваем среду как вероятный день занятий. Да, это было бы, наверное, максимально удобно. Впрочем, и тут возможны какие-то корректировки, как и по времени, и как и по дню занятия. Но изначально на выбор предлагается два варианта среда, среда утром и или среда вечером. Если утром, то допустим в 9 утра, но повторяюсь, мы можем двигаться как в день так и время если допустим вечер то 19 или 19:30 то есть 9 утра или 19:30 вечера по средам.

И если таки избранных мы соберём, то допустим 4 марта двадцать шестого года мы можем начать курс из 16 занятий, чтобы закончить до лета. Да. Вот такова задумка. Это задумка. Ну как получится, тут уж куда нас выведут пути, кто знает, сколько благих заслуг мы накопили, чтобы воплотить своё желание.

В каких жанрах то есть можно ли сказать, что из каких жанров будут те огрызочки, с которыми мы будем соприкасаться? Практически всё это будет буддийские тексты, практически всё. В начале репертуар будет несколько иной. Там ещё людей буддизм не так сильно интересовал, в основном их интересовала медицина. Вот одна рукопись нас точно будет медицинская.

Я не хочу спойлерить. Это всё так Ну, в смысле, заклятие, да? Заклятье обязательно, обязательно, обязательно, заклятие, медицина с этого мы начнём, потому что больше всего, конечно, людей интересовали заклятие и медицина, что уж там вот, а потом да, всё-таки это будет больше буддизма, потому что как-то так сложилось. То есть правильно понимаю, что во всём буддийском мире это самая древность? То есть древнее этого в буддийском мире нет ничего?

Или как? Есть сопоставимое по древности. Это рукописи, написанные письмом к Харуждхи. Но это не санскриты, это пракриты. Это тоже буддийские тексты.

Там 100% строго буддизм. Там вот, насколько я знаю, хотя может быть там тоже есть заклинания. Вообще всех интересовали заклинания медицины. Что я кого обманываю? Пьесы, заклинания и медицина то, что нужно было людям.

В смысле, можно так разграничить заклинания медицины? Разве, Разве заклинание не является разновидностью медицины? Конечно, ну, в смысле, это одно и то же. В смысле, что когда вы отогрете, как будто бы через запятую. А ведь на самом деле Не всё сложнее, а потому что, конечно же, медицина без желания не работает, это очевидно абсолютно любому человеку, а любому образованному человеку понятно.

Любому образующему занятие знает, да. Надо закрепить, так сказать, свой медицинский успех. Сразу же наоборот, нужно закрепить успех заклинания жалкими материальными вкусняшками, да, там или не очень вкусняшками, но заклинания сами по себе тоже были, и мы тоже на курсе почитаем, я надеюсь, почитаем очень интересную рукопись, связанную с заклинанием против вкусов змей, и там никакой медицины, там просто заклинание против вкусов змей. Ну, то есть крайне полезные в хозяйстве знания. Есть Да!

Что делать, если тебя укусила гадюка? Да! Мы его прямо даже прочитаем, и можно будет выучить, и тогда никакая змея вообще вам не будет страшна. Ни подхолодная, ни обычная, ни индийская, ни российская. Это слова Будды.

Он так сказал всё, кто мы против него. Кто против Будды да то есть этим я думаю можно завершить наше заседание. Кто не придёт — тот, получается, он просто не узнает этого против Будды. Будды в при нирване, всё хорошо у него, его нет, его нет. И никогда не было вредным? Был, но уже нет.

Ну, я имею виду, только временно как бы, то есть его он как бы никогда не был, то есть он такой же Нет, нет, он был. Он был, он достиг просветления, и его не стало. В этом смысл. Спасибо, Ольга. Я надеюсь, что это будет началом как раз нашего знакомства с этим регионом, и что наше касание рукописей рано или поздно приведёт через буддийские жанры нас к тохарскому языку.

— Очень бы этого хотелось. Языкам, точнее, ну в общем да. Очень бы этого хотелось.

Стрим состоялся 22.02.2026

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240389
Rutube: rutube.ru/video/5b1b34e4ae12818f3adbea9d8182b97c
Youtube: youtube.com/live/hwEDWkHK4m4

Прочитать стенограмму.

1. 1. 00:00:00 Вводный урок курса «Древние санскритские рукописи», Ольги Лундышевой
   2. 00:05:25 Школьное образование и изучение хинди
   3. 00:10:28 Поступление на кафедру индийской филологии
   4. 00:15:18 Переход к изучению рукописей
   5. 00:20:22 Работа в институте восточных рукописей
   6. 00:25:21 Специфика изучения рукописей
   7. 00:30:29 Цифровизация рукописных коллекций
   8. 00:35:47 Концепция курса по ранним рукописям
   9. 00:40:40 Сложность работы с фрагментами
   10. 00:45:48 Синьцзян: география и история региона
   11. 00:52:12 Буддийские рукописи и материалы письма
   12. 00:59:30 Археологические экспедиции XIX-XX веков
   13. 01:05:54 Проект международной оцифровки рукописей
   14. 01:12:11 История письма Брахми
   15. 01:17:17 Распространение буддизма и рукописей
   16. 01:26:31 Эдикты Ашоки и стандартизация письма
   17. 01:33:12 Буддийская традиция сохранения текстов
   18. 01:39:21 Виды письма на курсе
   19. 01:46:36 Материалы рукописей: береста, пальмовый лист, бумага
   20. 01:52:31 Эстетика и содержание рукописей
   21. 01:57:45 Организация курса: время и программа

Стрим состоялся 19.02.2026

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240392
Rutube: rutube.ru/video/d0534be489dfdd20c8896ee254453a5a
Youtube: youtube.com/live/EoSjcwGV_XM

Прослушать стрим с Ушей Санкой (с тайм-кодами).

Стенограмма не авторизована. Автор лекции не несет ответственность за качество ИИшечного-транскрипта.

Отлично, доброе утро, у нас сегодня неожиданно и непланирован концерт по заявкам, Мы планировали изначально, что сегодня начнём гимн, тайный гимн Абхи Навагупты, но он начнётся не сегодня, а 15 что ли мар-та.

Да, 15 марта в 10:00 мы начинаем гимн Абхиново-губты, который продлится четыре месяца. А в следующие два воскресенья мы будем просто собираться духом, потому что некоторые из нас уже устали, а сегодня будет концерт по заявкам. Чем мы ещё сейчас занимаемся? Вот прямо сейчас в феврале двадцать шестого года по вторникам в одиннадцать мы начали первый из трёх кругов Бхагавад-гиты, то есть всего у нас будет 48 шлок отобранных Рамана Махариши, и мы начали первый круг. Первый круг, то есть первый сколько Оксана шлок у нас в Гике?

14. 14, да у нас получается первые 14 из 48 шлок, то есть всего ГИТе 700 шлок, 48 мы закроем. Вчера написала наш административный аккаунт ученица говорит я занималась с наставником из она спрашивает всю лигиту мы будем рецитировать, а я ей говорю а я быстро посчитал на калькуляторе, что нам потребуется 13 с половиной лет, чтобы по одной шлоке в неделю закончить всю гиту. Я говорю, ну долговато как-то она говорит, нет, я занимаясь полчаса каждый день с индийским наставником прошла гиду мол за лето хочу повторить и тут я понял что мы с вами ещё и черепашки так вот мы в своём черепашьем темпе пройдём лишь часть гиды но пойдём пройдём её образцово Ещё хочу сказать, что по 7 марта уже не Уша будет вести, но Уша записала звучание нам Ханумана Чалисы, и с 7 марта 17:00 у нас начнётся 8 занятий с Максимом Демченко, но в том числе и доступна озвучка от уши, то есть у нас будет три разные озвучки на Хануман Чалисы. Соответственно по вторникам в 11 у нас сейчас Гита, но в течение двадцать шестого года Гита будет в разное время.

То есть сейчас, когда она закончится во вторник 11, потом, вероятно, она появится во вторник 15 по Москве, потом в субботу 12, а потом в воскресенье в 10 утра. То есть три дня в неделю в четыре времени разных будет Гита, Гита будет разная. Вот такова задумка. Гиту мы чередуем разную. Во вторник 15:00 сейчас идут имена Сурьи, имена Сурьи, группа вторник начала раньше, группа субботы 12 начала позже, то есть там небольшой разрыв по шлокам и тем не менее к ним можно примкнуть.

Соответственно в воскресенье мы закончили гимн Калии, и пожалуй в ближайший месяц я составлю перечень всего того, что было вообще за все годы. Ведь никто не знает, даже я, что было за все эти годы. Поэтому будет составлен перечень и постепенно будем выкладывать образцы того, что уже было, а было очень много чего. Вот ну и соответственно получается по воскресенье мы начнём Апхиногогупту. То есть у нас с 4 марта будет вторая часть 16 занятий с Максимом Ворошиловым по Кашмирскому шиваизму.

И вот собственно наша реабилитация Апхиногогупты это как дополнение к этому курсу кашмирского шиваизма, который проходит у нас вот уже 16 занятий были и ещё 16 запланированные. Вот ну и собственно тогда это было предисловие, а сейчас тогда попросим Ушу начать с алфавита это, так сказать, наше со-со-со-со-со. Как её так сильно назвать? Что мы достигаем путём рецитации алфавита? Настройка?

Сонастройка наша, да. Так выключаем микрофон, у всех людей выключено и мы слушаем разные разновидности алфавита, то с чего у нас собственно всё началось изначально. Believe that we will her it, because let is try. Итак, вот наша главная задача, собственно, понять, что долг в два раза дольше кратких. Это просто в теории сложно в жизни.

И, соответственно, для этого мы можем воспользоваться метрономом. Некоторые из вас собственно так и сделали, не так ли? А если не прибегать к метроному, то простой способ это хлопать ладоши, но если не хлопать ладоши, то можно прибегнуть к кастрюле и ложке или вот как уши, собственно, такие тибетские колокольчики. Вот, собственно, для того, чтобы помочь и чисто физически себе подсказать и не пытаться полтора раза дольше или 12 раза дольше долгую гласную. Это сложно попасть ровно в два раза.

Я замерял уши на гласные, они ровно попадают, то есть я прям до миллисекунды замерял, когда я изучал ее записи, вот, то есть прям ну, то есть там нет, это не условно, это не примерно это четко выверено вот и эту четкость сложно соблюсти вот в ткани звучания то есть когда у тебя одна гласная краткая одна долгая гласная это несложно но как только ткань все рассыпается вот поэтому тем не менее для начала мы настраиваемся и Это было алфавит обычный и обратный. Ань, ты же тоже обратный можешь, не так ли? Ли? Ann, готова обратный алфавит? Могу попробовать.

Мне надо сначала вперед, чтобы Хорошо, давайте сначала вперед. А что такое медленно, хорошо? Если быстро, то а медленное-то как? Сейчас услышим. Tadhana tadhana bah bham yar ala va sha sha saham har sha va laya mabha bapa pa madha data madha ga ca ca nia ja ya ca ca няджя а ка ка а а а а а а а я очень люблю, как Аня произносит.

У нас же есть и другие знатоки алфавитов передних и на задних, да? Не так ли, Оксан, кто у нас ещё умеет тут? Хадиз умеет. Хадиз же, несомненно, имеет, в этом нет обратно вообще точно не умею. Если не пробовала, вот сейчас вот Аня пропела, я думаю: А чего бы мне тоже не научиться?

Вот такое вдохновение пришло. Красивый на самом деле уши далеко не всегда не каждый раз сможет обратный сделать сходу. Есть ей требуется подготовка, а Аня без подготовки вместо в карьер, то есть ей ничего не надо. Так, ну, опять же, Оксана, наверное. В смысле, Оксана, я имею в виду у нас Да, да, я думаю, что тоже сможет, и сможет Татьяна Свиркина, она тоже с нами уже давненько, уже считаю её старенькую.

Ну вот то есть идея такая, что у нас сегодня концерт по заявкам, поэтому давайте будем показывать, что умеем мы, будем смотреть, что умеет уши, и будем обмениваться опытом. Уши ведь часть из вас никогда в каких-то срезах не слышала, вот, например, алфавит не всех участников Уша слышала, а алфавит кого Уша никогда не слышала, например, если кто-то, кто знает, что его алфавит Уша точно никогда не слышала. Кто-то, кто готов, и кто-то, кто знает, что Уша его не знает. Мы, по-моему, никто уши не пели. Уверены, да?

Ну, сам Бог тогда велел, получается вам, раз тут все такие стеснительные, вам-то что терять, называется, вам чего стесняться? Ну ладно, попробую, но я давно не процитировала. Not have. Видите, мы дожили, Китежа, сегодня был исторический сейчас момент. Мы дожили до того, что нам говорят не просто читай, а пей пой, пой.

Ещё не пей, но уже пой, пой. То есть нам ещё никогда не говорили пой, то есть к вам уже подобран уже другой глагол. Я попробую. А а и у ой все спутала все не сейчас заново а а и у у у а у а а как а а а Татха бэ дхан ма, татха дхан ма. Пабха бэ бэ бэ ма йа ра ля бэ ш ша са бэ Отлично!

Оксана Какая из Оксан готова процитировать интересный алфавит? Конечно, другая. Другая? Да, конечно! А потом можно Татьяну Свиркину спросить.

Вот, она же готова. Татьяну, сейчас попробую. Да, только пока вперёд. В смысле, вперёд мы кого-то пропускаем или алфавит вперёд? Алфавит вперёд.

Такая разновидность называется. Время вперёд, алфавит вперёд. Вот у нас такая разновидность вперёд и взад. Ну хорошо, да, про пою, но пока ты вперёд. Хорошо.

Gacha gacha gacha gacha gacha gacha gacha gacha gacha gacha я ралавашаша То есть вы начинаете опускаться, получается, раньше, преждевременно, да? Да, да, да, я вот тоже доловлю. Даже дирижабль слишком быстро теряет высоту. Да, где-то вот здесь. А что, собственно, делать?

Как избежать этого? В чём ошибка Татьяны? Ну, естественно, петь очень много, работать чуть над слухом. Вот это все приходит, если тренироваться. На слушанность та же самая, постоянное повторение, как учение такой мелодии, слушать и постоянно постоянно пропевать.

То есть в чём причина невозможность удержания мелодии? Ну, может быть, координация слуха и воспроизведения. Бывает такое, что человек слышит, а иногда на выходе получается немного, даже немного, а не так. Иногда не запоминается мелодия, потому что от волнения всё летит ко всем в тартарары. Вот, очень разные, разноплановые причины могут быть.

Хорошо, а другая Оксана? Намасте всем, намасте, диди. Я могу только вперёд. Сейчас выжтем немножко, Оксана. Да, вперёд, пока вперёд.

Это Гормыстаева нам даст назад в смысле, поэтому в этом плане я спокоен. Оксана готова. И я К черту детали, неописуемая. А вот Марс Юрьевич, вы так редко появляетесь на занятиях, а мало-то вы знаете. А где только избранные места?

Автор Оксанас южуал и реверс Автор Оксанас реверс, амм реди. Потому что мы слушаем Оксан, я готов, но после твоего обратного. Нет, ну так нечестно. Обратный у меня такой, не готов. Ну знаешь, а ты как уже сделала?

Она открыла подсказочку себе, и ты открой подсказочку. Вот там вот я налажаю с мелодии. Оно пока не так спето. Подожди, а ты можешь хотя бы один раз налажать мне на радость в смысле, чтобы все люди убедились в том, что ты тоже можешь лажать? Я не могу этого себе позволить уже.

И doing trade off. Оксана, soulshi first she gives reverse, а than I give day usual vanamala. I can usual dis day vanamala, and after me я Ну давай, Оксан, у меня после тебя будет уже нечего терять, поэтому в смысле все внутри тебя никогда не догнать, поэтому татха джанна бабка бабка ма йара нава щаша са ха Спасибо. Спасибо. Спасибо.

Ну что, Март Юрьевич? Вилгив дартую, ха-ха своё, кетари своё сон. Как ха га джа джа джа ня та тха да дха на и и что вы так скромничали, Марс Юрьевич? Волнуются много. Перед сценой теряю речь.

Есть ли у нас кто-то ещё из старичков, Оксана? А кто? Сможет спеть? Предлагаю Ну не постесняется. Екатерину я предлагаю спросить.

Она хоть недавно к нам подключилась но очень погружена в это дело. И старается очень много. Я думаю стоит ее спросить. Екатерина, готова? Екатерина, это я?

Да. Да, это вы. Сейчас, секунду, сейчас я соберусь. Екатерина, как сыграть на верна-малась, можете её ещё исполнить? Смысле?

А что значит ещё? Ну, практикует человек. Практикует? Практикует. Подождите, сказала, что недавно.

Екатерина недавно, но у неё прям запал очень хороший, дисциплина хорошая, и у меня рвения, да, рвения у меня много. Хорошо, в смысле я, конечно, с удовольствием бы заслушал обратное, потому что, видите, даже Оксану-то я не могу говорить на обратное. Только после вашего обратного можно я сначала прямой а может быть потом конечно сначала прямой конечно Я очень волнуюсь. И вы готовы попробовать обратное, да? Возможно.

Натха да тха там. Тха Натха джа джа джа джа джа джа джа ага ага а обратное не очень спасибо Попытка защищена. Отлично за смелость. Кого ещё, Оксан, узнаёшь? Юля Остапенко включила камеру, потому что намекает на то, что она готова.

Да, я правильно понимаю? Да. И правильно считывают знаки? Я бы хотела бы попробовать, да. Давайте.

Но только прямую. Прямую дорожку. Ещё видите, Оксана тоже нас не балует, а обратное? Гага гага ня ня ня ня ня ня ня ня я Спасибо. Ты сегодня нереально добрая.

Всех приветствую. Нет, она, по-моему, стандартная. В смысле, сейчас разве вы чувствуете, что она более мягкая, чем обычная? Прощает то, что в другой раз не просил бы? По-моему, нет.

Кто ещё, Оксана? Я просто не узнаю в смысле никого больше. Можно попросить Елену Морозову? В принципе, наверное, только прямой сможет исполнить. Не знаю, что с обратным, если есть возможность подключиться.

Здравствуйте, Сей, я просто лежу сейчас с простудой и подключилась для поддержки вибраций, чтобы выздороветь. Спасибо большое за доверие. Я пока посозерцаю и немножко поздоровите. Да, да, спасибо. А Лидия?

Кстати думаю что тоже наверное знает алфавит потому что насколько помню вот она на где она у нас на сурии подключилась вот алфавит, может быть, выучила. Лидия? Если тоже с нами. Я с вами, но я тут с ребёнком бегаю. Я видела, что это я в жизни видел, что это мы в вашем случае не противоречит, поэтому этот аргумент не зачтён.

Следовательно, одной рукой ребёнок, в другой руке алфавит. Мы внимательно вас слушаем. А можно я еще чуть-чуть подготовлюсь и через одного? Через одного, но не больше, потому что буквально мы уже дальше сейчас пойдем к следующему, так сказать, части нашей концертной программы. Николай вы намекаете на нет не намекаете, да хорошо.

Сабину можно спросить если если не волнуется может исполнить я думаю Сабин у нас на Бхагавад Гите в группе. Готовы? Здравствуйте. Нет, я сегодня только слушаю. Извините меня, пожалуйста.

Я подключилась только посмотреть, что это у вас есть технические ограничения? Да, у меня нету алфавита даже передо мной. Нет, нет, это вообще не считается. Сейчас вот это мы исправим сейчас. Я имел в виду другого характера технические ограничения, то есть других у вас нету, кроме как нету алфавита.

Это вообще всё ерунда. Я буду держать его перед вашими глазами. Это вообще не считается. Вы читать умеете латинские буквы? Простите, я вот так вот сходу я не беру.

То есть мне нужно час рецитировать самой, ходить, и то не один день для того чтобы у меня что-то получилось я просто не могу Ну потому что девочки знают мой начальный уровень когда я вообще не слышу. Знаете, когда Оксана только что про вас рассказывала, она не падала в обморок, следовательно ничего там такого не было. Ну, Светлана просто немножко волнуется, нужно подготовиться, поэтому ничего. Извините, да? Ничего страшного, придёт уверенность, и алфавит доучится, поэтому да, просто попробовать.

Считаю, что вот этот алфавит, он обладает определённым каким-то магическим воздействием, поэтому всем вот новичкам однозначно обладает воздействием. Я рассказывал, что когда я через всю Москву, ну хорошо, не через всю Москву, через юг, юго-восток Москвы добирался от себя до Лихушиной, я приезжал, запыхавшись после метро, после маршрутки, я прочитал алфавит, но мы его не пели, потому что в смысле до уши никто в мире алфавит не пел, вот, но просто даже прочитав все, я успокоился и дальше уже мы погнали, то есть, конечно, то есть он однозначно обладает профилактическим эффектом вот но я к тому чтобы те кто только пришли допустим недавно занимаются чтобы они придали этому значение и взяли на вооружение этот момент разучивать потому что как исполняет душа этот вариант у нас же есть он, да, Марс Юрьевич, везде доступно, можно доступно, оно есть, но получается, никто о нем не знает. То есть от того, что он на поверхности, он как как рубин, который лежит на в базаре, и никто не верит, что вот это он на самом деле все. А может быть, Мартис Юрьевич, мы введем такую традицию: каждый курс обязательно будет у участников возможность послушать и выбрать для себя, изучать или нет. Просто вот в чат выложить, как исполняет Уша.

Вы имеете в виду алфавит? Алфавит, да. Почему нет? Новенькие приходят, для них это всегда будет такое Видите, я же спрашиваю постоянно вот обратную связь. Вот, например, наша Галина, да, она в чате Кали нам прислала разные исполнения.

Ведь далеко Оксана вот прислала, например, я не помню кто ещё Оксан прислал, вот, собственно, то есть не так-то часто откликаются на мой призыв. Я-то всячески приветствую как раз вот эту творческую самодеятельность. Ну вот сегодня вы вот этим эфиром где-то может быть и способствовали придать большее значение алфавиту. Ну вот эта огласка, видимо, явно недостаточно. То есть я вот сколько, это же не первый раз, когда мы собираемся именно алфавит так цитируем именно совместно и тот который уши никогда не слышала вот но все равно алфавит я то что хочу сделать я хочу этот алфавит получить на нее авторские права а потом эти авторские права передать индийскому посольству.

То есть я хочу, чтобы это произведение было зарегистрировано, а права на него были общедоступные. Вот, то есть чтобы оно появилось как некая юридическая единица, вот, и тем самым начать его популяризировать. Вот, но моих сил недостаточно и усилий моих в том числе. Мы будем молиться, чем мы ещё можем помочь? Так, хорошо.

Лидия, тянули время как только могли. Так. Сейчас. Ну это. Я давно не рецетировала именно алфавит, поэтому сразу говорю не садитесь строго.

Так, давайте ещё раз. Блин я забыла как это поется честно третий подход а можно дальше продолжу потом это хорошо не идет не получается как Оксана говорит вдохнули вы выдохнули вдохнули начинаем сначала я же не отстану пока вы алфавит не произнесете Ну ладно. Э-ай-о-а-ам ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-на, джа-джа-джа-джа-джа-ня, я ралаваша, Саша, Саха. Давайте ещё раз и целиком. Да ну нет.

Я честная. Да, давайте. А можно попросить, чтобы уши ещё раз? Я за ней хорошо повторяю. Меня вот на слово.

У у вас request. Do you know how to recide wornamala? Can you, diddy? Ok, share! You shill know how to recide it.

Я и я вам выключил микрофон включите его обратно papha bahbham yara lava sa sha sah. Нет, ну это плохо. Это мне не нравится. Нет, мне не нравится! Да!

Это то, что есть! И отрицать это невозможно! Я могу лучше. Просто я давно не понимаю. Я допускаю!

Но пусть я считаю как что девиз общей соединителей санскрита: Позориться так позориться до конца. Начал дени, что бы там ни было. Это вообще Лидия, зато для вас вы вот есть такой запал на будущее, будете каждый день рецитировать. Нет, пора ты один раз опоссорился перед своими как бы сокурсниками. Это же запоминается, по-моему, на всю жизнь.

Ну, и страшно. На самом деле было неплохо, на самом деле было. Я тоже не понимаю, Оксан, что она так придирается к себе в смысле? Человек, наверное, просто перфекционист. У неё завышенные ожидания?

Завышенные требования к себе, я думаю, естественно, особенно когда смотрят такие люди, как вы, как вы, знаете, и смущаетесь. Оксана, мы будем так вот, в смысле, когда будем глаза закреплять, вот так вот. Так правильно я понимаю, что те кто хотели все уже попробовали алфавит и мы можем двигаться дальше? Я думаю да. Раз никто слова не просит.

Когда Лидия засмущалась, засмущалась, я попросил, может ли Уша прочитать алфавит, она сказала: Я попробую без ошибок, вспомнив, как она отвечала своему племяннику девятилетнему, который уши напирала на него, чтобы он учил гимны, а ему девять лет, думал уже пора учить санскрит и все такое, а он её спрашивает: А ты сама в смысле без ошибок мне можешь прочитать? И она ему тогда ответила, что я попробую без ошибок. Вот собственно поэтому так она мне сейчас уши ответила, когда я после Лидии попросил прочитать, она сказала я попробую без ошибок. Так и мы все пробуем без ошибок. Окей, so we had varnamala, be varnamala is not the usual, amin, that’s not traditional sandscrit chundo’s kind of thingle, that something like more То есть сам алфавит уши собрала на основе тех южно-индийских мелодий, которые окружали её в детстве.

И это не то, как обычно звучат наши санскритские стихи, а сейчас прозвучит, ну вот 98% санскритской литературы, не то что поэзии, а санскритская литература написана вот этим размером, который сейчас прозвучит, и это будет как раз шлока из предстоящего курса Бхагавад-гиты, то есть у нас сейчас идёт один курс Бхагавад-гиты, а вот это из будущего, вот. Because I would real want something gitter bringing the bridge to the future. Окей, something abort gitter. Окей, something frank your throughter. Окей, и и доптам гитамретам малачеш судхардюн эфортис царе бокта допа неша до гало доп гало па ля нандена что сейчас Уша делала Кто мне может объяснить она использовала разные мелодии Да просто Ануштуб первый был это всё было Ануштуб только разные мелодии это всё было тот же размер но разные манеры прочтения этого размера.

Марсиевич, почему мы эти разные размеры не используем? Вы боитесь, что новички не справятся? Ну да, у нас получается не было у нас ещё не было такого курса, которым мы бы ставили задачу освоить все семь, их семь. И это действительно сложно. Я это убедился, когда попросил это сделать год назад Оксану.

Я понял, что это действительно сложная задача. Просто так красиво. Это невероятно красиво. Никто в мире это не делает. Никто в мире не может один человек исполнить семь разных мелодий шлоки.

Да, это удивительно, потому что когда несколько лет назад Уша собственно эти записи выложила, вот у нас есть как бы сообщество санскритологов и в этом сообществе санскритологов есть маленькое крыло на 50 человек, которые занимаются компьютерной лингвистикой. Вот в этом крыле есть несколько лидеров, и один из них, казалось бы, человек, который занимается такими делами, но как который интересный мне, то есть с квантитивной лингвистикой, да, то есть много разных много программирования поверх языка, и когда он услышал Ушины вот эти разные мелодии, сказал: Какая красота! То есть смысле, что он никогда такого ничего подобного не видел. То есть люди, которые видели многое, а компьютерный лингвист, он вынужден знать все, что вообще есть, чтобы учитывать это. Он такого прежде не видел, он даже письмо уже написал.

То есть он такой закрытый сам по себе парень, он в принципе даже на письма сам не отвечает. Но он, услышав ее, написал ей письмо. Что это? Как это? На самом деле смысл.

Ну то есть даже люди, даже санскритологи не знают о том, что такое возможно. Более того, что кто-то сегодня такое практикует. Оксана, ты не пробовала? Я пробовала, и у меня есть эти записи. Я обучу потихоньку.

Это сложно, да, Оксана? Ну, Оксане не так, наверное, сложно. Там сложно. Я поняла, что даже Оксане сложно. Вот что я понял.

Нет, там не сложно, там просто нужно запомнить некоторые вариации, потому что некоторые там вот эти интонационные линии, они варьируются, и где-то то одинаково. То где-то там раз вариация то есть вот это вот нужно немножко заполнить в общем сходу так вот не получилось у Оксаны я понял что это если у Оксаны которая посидеть надо да то есть просто что то есть получается дать это задание нашим вот кто пришел впервые но это расстрелять их в упор Вот, поэтому, конечно, нет, вот. Но это невероятно красиво. Diddy, can you do chanting in fast mode? So you have give enas than normal mode, right now, right?

Yes, yes. Итак, обычно нам рецитируют в обычной скорости. Но есть ещё две скорости. Умирающего лебедя это даётся в дидактических целях, и это я тоже попрошу. Но есть то, на таких скоростях, где даже уши спотыкаются, с мысли ей сложно полчаса подряд выдержать, нигде не споткнувшись.

Вот, и вот эту скорость, максимальную мыслимую скорость вы сейчас услышите. И Уша утверждает, что она знает тех, кто может ещё быстрее. Просто восхищение, просто восхищение, что тут сказать? Тут на поворотах надо реально осторожно, чтобы язык успел туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда. Можешь мы когда-нибудь достигнем таких уровней в этом плане?

Я думаю, я как понимаю, как нужно выбирать наставника, понимая, что ты никогда не достигнешь его уровня. Если ты выбираешь наставника, которого можно превзойти, то это так себе. Как бы кому-то и такого наставника надо заслужить, но жить надо так, чтобы твой эталон был заведомо недостижим. Нам в этом повезло. Да, то есть в смысле, что когда если сравнивать с Шивой Натараджио, то все танцоры просто вот, ну, в общем, ну, они как верблюды неловкие, вот поэтому вопрос в том, как бы с кем сравнивать.

И поэтому здесь я просто изначально, например, вот даже не ставлю себе такой значимый, но это немыслимо, вот, вот, хорошо. Лиди, дать вас фуллспид? Can you do in really slow mode? Tay one. Вишвам бе шнор вар вар каро.

Бхута бхав йа ват праху. Бхута кред бхута бхав мяма. Бхута ВАМЯХА. ЛУТАТТМА ПАРЯМАТМА ЧА МУКТАНАМ ПАРЯМАМА ГХАТИХ. АЛЬЯЙЯ Споруша Сакше.

Кшетса днёб шара е бача йога йога видам мета праха на поруша шва ра нара сину ха ва пох шриман KEY SHA WA POHRU SHOTAMAH Это было то же самое, только медленно. What about something non chandas? И я попрошу отдать разные стихотворные размеры помимо Ануштубха. Но сейчас у нас будет то есть всё что есть на санскрите, оно написано или в стихотворной форме, не всё что написано в стихотворной форме является стихами, или оно написано в форме сутр. Это две основные формы бытования санскритских произведений.

И сейчас уши зачитают то, чем она занималась с Ольга Литвиненко, и чем мы будем заниматься в двадцать шестом году. Мы запустим курс по рецитации йога-сутр, и это совершенно другое, вообще не похоже на то, чем мы занимаемся обычно. Потому что это не стихи, это заведомо записанные наикратчайшим способом загадки, и никакого рисунка ритмического там заведомо нету, и тем не менее, есть способы работы даже с сутрами. Вот, то есть самые известные сутры в мире это, конечно, сутры Аштадхайи, то есть это самые известные сутры в мире, это грамматика санскрита. Вот, на втором, пожалуй, месте по известности я поставил бы йога-сутры.

Вот, у нас есть выверенный текст йога-сутры, а тексты йога-сутры, которые гуляют в интернете они не выверенны, они содержат множество ошибок. Мы потратили два года для того, чтобы завершить эту работу с помощью моих учеников. Вот, работа завершена, у нас есть выверенный текст йога-сутр, будет курс по медитации йога-сутр в этом, в двадцать шестом году, а сейчас я уши попрошу показать, как это звучит. Yeedi? I are ready?

Yes, yes, I’m ready? Yes, yes, yes, first, let’s, let’s, y canning give like три speeds normal, slow, fast. Fast, ok, fast, let that’s begin with normal. Atta bartan jala yoga с утра nee pratamo dhya yah samá dhypadah. АТА ЙОГА НУША САНАМ ЙОГА СЧИТТА ВРЕТТИМИРО ДХАХА ТАДА ДРАШТУХ СВАРУ ПЕВА СТАНАМ ВРЕТТИ КАРО ПЬЯМИТАРАТРА Это была обычная скорость, теперь медленная, потом будет быстрая.

ЙОГАШ ЧИТАБРЕТТИМИ РО ДХАХА. СТАДАДРА ШТУХ САРУ ПЕ ВАС ТХАНАМ. В ти сарупиометратра. Вре тхайо в панчатайо клыфта, клыфта, прамарна випарийа я викальпанитра смретая ва пратйа кша ну манна гама прамарна ви мае мона можно давать только медленную скорость в принципе смысле только за медленный вариант все что быстрее уже юзы путается и и быстрая скорость Уш-основа утверждает, что есть тот, кто может ещё быстрее, чем уши. Что я хочу сказать?

У нас в двадцать пятом году был курс из двадцати шести занятий о содержании йога-сутр, о содержании йога-сутр по два часа каждое занятие, то есть это было насыщенно. С точки зрения древнеиндийской философии у нас не было более насыщенного курса в рамках общей страницы санскрита никогда. Это был просто вынос мозга. У нас сейчас запускается в марте Введение в индийскую философию с Сергеем Пахомовым, с другим преподавателем из петербургского университета. Вот у нас будет введение по филос в индийской философии по субботам в 11 часов в марте у нас будет 16 занятий, потому что ну стало понятно, что люди не могут рассуждать про йогу, потому что им трудно, что не хватает базы.

Вот поэтому сейчас было решено дать эту базу. Дать базу, потому что не хватает этого. Вот что я хотел сказать. Так вот одна из участниц у нас было 1222 участника было на первых 16 занятиях вот этого курса, и одна из участниц после уже решения курса поехала по-моему чуть ли не в Таиланд на очные занятия, чтобы разучивать йога-суты наизусть. То есть в смысле некоторые люди за этим едут в тридевять земель, вот, а мы это обеспечим с доставкой на дом.

Вот, разучивание, то есть, соответственно, там было содержание, здесь будет исключительно форма. Но форма, по-моему, безупречна. Вот, и к этому Максирович что вы делаете со мной у меня скоро я еле сдержалась чтобы не пойти на 108 имён сурии на обходы в общем я держу себя в руках потому что это невозможно. Я просто ещё вам не рассказал про сакральную географию Индии, которая будет идти по средам в 18:30, который будет вести наш религиовед, то есть который будет рассказывать. То есть я я с года думал про этот курс про сакральную географию Индии, и вот в двадцать шестом году наконец-то это всё сошлось, вот, то есть ну простите меня Хадижа, вы слишком близко берёте это всё к сердцу, вот, но ничего не могу поделать.

Да, то есть то, что будет я думаю, что потихоньку я буду уменьшать количество курсов, буду оставлять только ну, то есть посмотрим. Я просто физически не выдерживаю курировать это все количество курсов, но тем не менее индийскую философию дать надо. Вот мы будем у нас похоже будет в марте курс по Ведийской литературе, мы начнем курс по Ведам, соответственно, в марте мы начнём курс 16 занятий по Ведам, что такое Веды, а потом в октябре двадцать шестого года у нас будет Ведийская космография, то есть будем только курс по том, как с точки зрения вед создавалась Вселенная, то есть на основе Ригведы, адхарваведы, и собственно вот это будет в октябре, а сейчас будет ведийская литература. То есть мы я долго, многие годы собирал, чтобы это всё стало возможным. Вот все, семья меня потеряла.

Но я не могу, я не могу этот паровоз сейчас остановить. Если я сейчас остановлю, это будет, ну, это невозможно. Но я обещаю, Хадижа, исходя из ваших возможностей, слегка, как это сказать, в разнообразии замедлиться. Спасибо вам большое! Чтобы просто, чтобы семья не страдала, чтобы ваша семья не страдала, а я во многом обязан, я соответственно готов это разнообразие, как сказать, вот немного как бы в общем не расширяться как минимум, вот, а на самом деле немножко сузится.

Вот да, то есть я хочу, чтобы мы я хочу чтобы наши Веды говорили то, что на самом деле там есть, потому что та же Ригведа, если читать как бы не понимая, она скучна, она скучна и однообразна, вот но на самом деле в ней столько разных жанров там и эротика есть и юмор и это все хочется показать разные грани Ригведы вот она живая интересная на самом деле вот а если читать вот как бы от а до бету это просто занудство такое что невозможно вот поэтому надо уметь об этом рассказывать интересно. Так что, значит, у нас была ретитация йога-сутр. Didy, code you, please? I believe that we are moving to the end. Samples of different chandases.

Bithinter of different chandas I have something new. Окей. Окей. Окей. Окей.

Окей. Окей. Окей. Окей. Окей.

Окей. Окей. Я слышал только один раз это в 2006 году в Эдинбурге на Всемирном Седе Санскритологов как можно красиво читать прозу. То есть смысле вот у нас получается были, то есть как бы классически противопоставляются шлоки не шлокам, то есть гадья, гадья это проза. Вот, ну а я вам как бы чуть раньше сказал, что вот есть сутры и есть шлоки, так вот сейчас будет гадья, проза.

То есть, например, можно же взять басни Эзопа, которые написаны прозой и выучить наизусть. Вот я так детстве делал, я учил басни Эзопа наизусть, то есть не стихи, а прозу. Считается, что это высшее мастерство, то есть стихи может выучить даже, в общем даже, даже осел, условно говоря, может выучить стихи, если много раз повторять, вот попугай точно, а вот с прозой сложнее. Значит, то есть у нас теперь впервые опять же мы никогда не давали ничего. То есть смотрите 19 лет в обществе не было ничего, кроме санскрита.

На 20-й год я дал слабину и впустил хинди, а теперь на двадцать первый год у нас уже и теллугу прозвучит. И на самом деле в октябре мы планируем курс про бенгальский язык, соответственно с той же Екатериной Костиной, соответственно у нас будет ещё одна моя слабина, вероятно. И также, впрочем, я допускаю мысль о том, что мы начнем пали. В общем, сейчас прозвучит тэлугу перед тем, как прозвучит проза. Да, yes.

Melodies or diferent antasis? Didiferent beats. Didiferent didiferent beats. Didiferent didifer Это первый образец на тему Ханумана. Далее.

То есть тут все построено было на созвучиях. То есть мы проходим, получается, гимн Солнцу на санскрите, а теперь будет фрагмент гимна сури на теллугу, то есть на дравидийском языке. Ну, no dravidian. Dravidian, it’s Dravidian, no it’s traxferder, a le are dravidian go something to break in near. No, the rolet ce ce be abiles of largem samskrythome.

А а теперь вот в том месте где живёт Уша, есть одно местное божество, её любимое теперь будет. Какая же это красота! That’s all five, right, beddy? This five. There could den, de coming te labu?

Fuel see and last one? Gadiam, yes, last was gadiam. You want to say that day read out so beautiful или that brose? I’m gadiam, gadiam, yes, gadiam, gadiam, yes, у нас в русском литературоведение есть такое понятие как стихи в прозе. Вот, например, у Тургенева читали стихи в прозе?

Вот, если вы не читали стихи в прозе у Тургенева, почитайте стихи в прозе, вы почувствуете, что проза тоже может звучать. Например, у него там гора разговаривать с другой горой, вот, и Вот то, что последнее мы слышали это была проза. Это они всмысленно разные лады заучили наизусть мелодию, разные мелодии, и это было не стихи. Они так читают прозу. Представляете себе, как они стихи читают, если они прозу так читают?

Просто То есть они, выучив это наизусть, выдают это на разные лады. Прозу. Вы такое где-нибудь видели? Я нет. И Уша попробует найти образец того, как читать сейчас санскритскую прозу.

Если никто из вас прежде не слышал, ну, в смысле Оксана, конечно, слышала, но она преподаватель, поэтому она как бы не в счет. Как звучит санскритские скороговорки? Есть кто-то, кто хорошо, есть ли кто-то, кто слышал? Оксана не в счёт. А по-моему здесь нет таких Нет таких, да?

Давний курс, да и в чём она там нет таких девчонок на ногах. У нас, например, Оксана Собака, она влюбилась в эти скороговорки, она их выучила, и мы потом выступали с ней в Москве очно с этими скороговорками. Вот это они просто зубодробительные, например, весь стих построенный на одной согласной, или там вот такое изобилие гласных, что везде, в общем, то есть оно построено на каких-то шабда-аланкарах, то есть на каких-то звуковых украшениях. И вот там реально язык заплетается, вот. I we like a improvise?

Read normal lead as yau in glose. Om namaste debi shaya surasu remama skrytaya boot aba piyama debi vaya хари тапинга ла лоджаная валая будди рупиде вайя грабаса над чалая ране я трай лок я прабхаве ишвар ая ара я ари нет трая юганта тарана на лайя ганешайя до капалайя маха гуджая маха стайя шулиме маха данж джене калая мавешварайя абвяяя и и я и и ма года я и и и им не хватило в 12-й книге Махабхара этой тысячи имён Шивы они ещё написали отдельно отрывок Шиви в прозе, да, то есть вот отрывок в прозе, который уже сейчас зачитала, импровизируя, впервые его вот читая таким образом, то есть готовой мелодии тут не было. Is this something still maybe at list softuch underses that sound different than maybe are your something like that something sloca. I y y can singer? Есть один размер, который полностью противопоставлен всем им.

И вот сейчас он прозвучит. Banim dita socovanim malekulavenim balva vol de тронim. Banim матанги мноми шам кара танги камаля камаля джаканта кара сара сака та карта кара камаля кара юга ла витры та камаля кималям камалям ка чура я А теперь другой размер, уже традиционный. И Если кто-то из вас хочет посмотреть, как эти размеры выглядят в жизни, у нас есть книга в рамках Библиотека санскритика называется подсерия опера миноры и вот у нас например есть бхартрейхари и вот бхартрейхари там как раз много разных этих размеров и размеры здесь прописаны то есть вот например вот здесь у нас справа для каждого стиха здесь прописан размер, то есть эта книга состоит из стихов совершенно разных размеров, то есть то что Уша произносит, вот эти размеры представлены в образцах поэзии Бхартрихари. А эту книжечку это можно заказать, да, эту книжку?

Да, у нас в рамках нашего канала Библиотека Санскритика у нас осталось их ещё штук 20, да. То есть у нас есть лингвы, да, то есть в смысле книги на двух языках, на санскрите и русском, и таких не одна, а несколько. Как она называется? Ну, в частности, это Бхартвейхари. Ага, это известный сасскритский поэт.

Ага, хорошо, спасибо. Тут у нас есть большая серия Библиотека санскритика, это мои книги, которые я издаю по санскриту, а в ней есть подсерии опера и минор. Опе и минор это именно би-лингву, то есть одновременно о двух языках. И и я и he head that something that is like totally different. И кабигу на редам.

Лече ям и лям реша на тва вед ам паббатам кабигу И мы это проходили. Моя любимая мелодия почему-то, она мне больше всего нравится. А я не знаю, я не уверен все ли заслышали, я выкладывал в чате напевного санскрита как Хрис исполняет, она сделала студийную запись этой, ну в смысле тотаки, не знаю, все ли из вас слышали, я иногда, я знаю, что Литвиненко моя Оля Глаченица переслушивает, и я сам несколько раз в году переслушиваю, как именно Крис исполняет тотак, она такая динамичная. Дайте нам тоже доступ. I want to sing that.

Shrimat payo mi tedike tana chattra parne. Blogin dra bloga marne gant gitta por myamor бэ ма ма тра ма руд а р ка кири та корти сан хар пита англика мал а мал а канти канта я думал, что только для Нуштубха есть семь способов прочитать собственно шлоку, а только для этого отдельно взятого одного из двадцати пяти самых популярных санскритских размеров Васантатылока есть пять способов, как её можно прочитать. Я и Это одна из трёх шлок, которые Уша выучила в детстве первыми, то есть, в смысле, они сопровождают её с детства. Biddy and I have an Idea, that we y ask aksanna, and than we turn back to you, and I a believe we will close the class for today. I would love Оксана, готова ли вы принять такой заказ?

Yes, готова. Я могу пропеть, так как Diddi показывала разные стихотворные размеры, но у нас есть не только стихотворные размеры у нас принципе есть еще и песенки санскритские в общем все что захочешь я бы хотела чтобы ты продемонстрировал все что сочтешь нужным Thie delites this song, Кришна song. Ok. Nan dakishora hat Найати чаге тум, сара са стире па лайятун, найяти чадхи науччараятун, сара са стире па лайятун, маргара мам сихи ма лайяти, дхи ма лайяти, ма гхура мам сихи ма лайяти, ши ма ла ла я ти маху р а ма ла я ла я ти н а са ке ла тире го па кумарай го па куле НАНДАКИ ШОРАХА КРИУЛЯ ТИРЕ, ГОПА КУМАРАЙ ГОПА КУЛЕ. Келан гачхати митра грихам, татра чо раяти навани там.

Келан гачхати митра грихам, татра трачурая ты нава ни там прямая чати митра бяга грава грава грава грава грава грава грава грава грава грава грава грава грава и Beautiful. Соответственно, это песня сочинения Уши, которую исполняет Оксана. Хорошо, Оксана, что Как уши, в смысле сочинив аварнамалу, то есть алфавит, каждый раз радуется, когда слышит её от вас, как бы отзеркаливая также в Оксане, в своей, наверное, самой способной ученице она видит, и ей это приятно. Оксана, готовы ли что-то ещё? В смысле, помимо песни?

You’re member that? Member that? That not я готова сейчас? Да, нет, я вот одну пока в разобранном состоянии. Хорошо, как хочешь.

По-моему, у нас было всего достаточно или кому-то что-то не хватило. Есть ли какие-то вопросы, пожелания? То есть программа на 26 год точно составлена. Будет ли 27 год я не уверен, я не знаю. Мы, конечно, будем рацитировать, но будем ли мы рацитировать с ушей, я не знаю.

Я голову на отсечение не дам. 26 год мы занимаемся точно. И программа у нас более чем насыщена. Надо сделать всё, чтобы мы рецитировали в двадцать втором году. Слушай.

Ну это зависит от того, как хорошо мы проведём двадцать шестой, видимо, год, потому что пока Есть разные обстоятельства, которые намекают на то, что это будет сложно, но они невозможны. Есть ли какие-то вопросы, пожелания вообще из того, то, что я озвучил, да, то, что планируется? То есть, видите, у нас в чате иногда поднимается вопрос о том ну, большинство тех пожеланий, которые высказываются, это что-то из ведийского репертуара, то есть то, чего мы не берем. Вот, Ну а кроме Ведийского репертуара таких пожеланий вроде и особо-то и не было. А можно вопрос?

А вот это уши думают, вести не вести? Это из-за её загруженности или из-за нашего непонимания? Какой-то же есть грунт? Грунт есть, да. Ну как Может, мы можем чем-то как-то извиниться, чтобы уж захотела продолжить, если она такие думки делает?

Да, ну то есть основная мысль, что она устала преподавать. Скорее так. Ну то есть мысли так, смотрите. Если ученик делает невероятные успехи, то есть если он перестаёт лениться и начинает заниматься, то в принципе даже когда учитель уже сам ничего не хочет, ещё какое-то время по инерции занятия могут продолжаться. Поэтому, конечно, часть этого зависит от нас.

То есть если сейчас, условно говоря, на наши воскресные занятия придёт шесть человек, то потихоньку всё равно это всё, то есть, ну, в смысле, нас будет всё меньше и меньше, то потихоньку это сведётся к тому, что мы в двадцать седьмом году уже отпустим. Вот, соответственно. Ну да, то есть, Ань, как бы Наше старание влияет на это. Наши старание всё равно влияет, то есть, потому что уже ведь этот вопрос поднимался ну один раз точно. То есть было размышление о том, что мы уже прервём.

То есть когда я говорю, что прервём это не рекламный трюк, это как бы некая ситуация. Ну да, пожалуй, то есть я исхожу из того, что наше дело заниматься усердно. Ну, как бы не всё в этой жизни зависит от нас, то есть если так случится, то так случится. А наше старание может продлить наше Могут продлить, да. Но вот, собственно, Ань, почему мы до сих пор здесь?

Вот сейчас вот 26-я группа, почему мы здесь? Потому что откликнулась Хадижа. Если бы Хадижа не откликнулась, мы бы не собрали уже группы ни в двадцать пятом и, по-моему, даже не в двадцать четвёртом году. Соответственно, мы здесь, потому что есть те, нас поддерживают, и мы сами, каким бы прекрасным мы не были мы не самодостаточны. Вот поэтому поддержка эта дорогого мне стоит и в общем я благодарен за тех, ну то есть как бы здесь есть много работы за как бы невидимой работы, да, вот видите, ушёл снег, и мы заметили, что, оказывается, ушли волны, да, вот, то есть как бы, что ну, этот А мы там к ним пришли, как само собой разумеющееся.

Да, да, да, это всё очень хрупко, да, то есть вот дунул ветер, даже не что ветер, а вот дуновение просто вот небольшое и всё, и задулась свеча, и мы теперь не знаем, но мы, конечно, будем пробовать восстановить так или иначе эти волны, но получится ли? Сможем ли мы обеспечить стабильность? Вообще не знаю, вообще не уверен. То есть вопросов много и препятствий много на нашем пути. Но я рад, что Оксана намеренно и продолжает.

Это много, ну как бы это мне дорого, это мне важно. В этом смысле как бы я не унывал, а я, пожалуй, порой прихожу уже в унынии, наблюдая за всем, что происходит. Мне приятно, Оксана хочет, что ей ну как бы что она не расхотела, что ей не надоело. Да моё служение, конечно. Вот, как бы да, то есть я считаю, что если мы с огоньком проведём двадцать шестой, то я рассчитываю, что Уша передумает насчёт конца своей педагогической карьеры в двадцать седьмом.

Да, Поэтому да, я полагаю, что влияет. Борис Юрьевич, а вот рекламы на все мероприятия, которые будут, они в вашем канале есть, да? Ну вот у нас получается мы сейчас сосредотачиваем все наши рекламы в одном телеграм-канале, собственно, в оповещениях санскритян. То есть оттуда я делаю репосты в общество ревнителей, но в телеграме это всего тысяча человек, это ни о чём, ВКонтакте это 10000 человек, вот там у нас Я к тому, что где я могу взять и телеграмму? Вот у нас всегда самое самое последнее всегда вот получается в одном только месте в оповещении санскритян.

Вот я сейчас выложу повторно детали уже по Демченко, то есть по Хануман Чалисе, соответственно теперь уже известно и время и день они установлены. Максим во всей неделе может один день и одно время, то есть тут без вариантов и собственно сейчас я буду выкладывать ну как бы уже итоговый пост по Хануманчалисе. Вот я еще ни разу публично не объявлял ту же ретитацию йога-сутр, то есть я имею ввиду в письменном виде только на словах вот и повтор второй раз это сейчас говорю вот ну в общем да вот соответственно как бы на самом деле я делаю не в некотором смысле последние попытки если они не будут. Я могу, я могу на Хануман Челису прорекламировать, я думаю, там откликнуться. Ну вот, ну что ж, будем Я могу вот эту философию индийскую прорекламировать, думаю, что откликнуться.

Ну как бы и есть. Да в общем хорошо я смысле я к тому что на самом деле я могу даже собрать один такой сборную сляночку например сказать там про четыре какие-нибудь вместе то есть чтобы не дробить их на эти части а сделать такую сборную сляночку то есть записать может быть даже отдельное видео, рассказав там на две минуты, допустим, и вот собственно прикрепив буковками. И это конечно будет большая поддержка, вот потому что я знаю как сделать лучший продукт, но я уже видимо разучился ну то есть мы сейчас на самом деле огромные усилия вкладываем в рекламу. Вот буквально сейчас, собственно, я вам расскажу одну историю, что случилось буквально вчера. Сейчас здесь у нас присутствует Анна, вот и она вчера но мы пользуемся всё Яндекс Директом, Яндекс Таргетом, в смысле ВК Таргетом, то есть мы на рекламу мы как бы много сил туда вкладываем, но не всегда вложение наших сил пропорционально отдаче.

Но вот теперь мы заручились поддержкой аж двух команд, которые вот прям вот работают именно в этих двух направлениях. Так вот, расскажу вам буквально одну историю. Вот собственно получается Анна вчера искала хинди и она знала уже про демченко, то есть в смысле она до того как попала к нам знала что есть такой демченко. И увидев что у нас есть демченко она увидела хинди, а через хинди она собственно вот уже попала сюда сегодня и слушает нас здесь, и уже получается собственно ну как бы соприкасается с санскритом. То есть получается моя задача расставить вот эти медовые ловушки, то есть собственно чтобы по всем направлениям можно было нас найти.

Но собственно вот если в течение каких-то ограниченных количества месяцев мы не пчёл не привлечём, то пожалуй вот придётся вот сужаться, закрывать что-то. Возможно вообще как бы потихоньку закрываться, потому что ну в общем нам людей не хватает, и, может быть, просто вернуться обратно только к санскритской грамматике, не знаю, может быть, так, как бы то, от всего, от чего всё пошло, возможно, вернуться к этому. Вот ещё хотел уточнить: а репосты можно делать на своей страничке? Вот, в смысле, видите, у нас вот как бы какой курс стал самым популярным в двадцать пятом году? Курс Андрея Вселовича Парипка по йога-сутрам, и у нас там было 300 репостов.

Ну собственно, конечно, репост это тот, что, ну, то, что работает. Когда у нас раньше было, то есть, я думаю, что не все в курсе, но у нас, например, сейчас осталось ещё последние два экземпляра от хорвоведа, то есть у нас бумаги есть от хорвоведа, но об этом даже наши ученики толком не знают. Так вот, когда у нас были Упанишады, всего было напечатано 500 книг у Панишад в издательстве Наука, а у нас их было 300 из этого тиража. Вот, в тот раз тоже получается у нас было 200 репостов. То есть, репосты обычно работают в двух случаях: или когда их массово много, или когда они хадежа, то есть есть два вида репостов, то есть в смысле или хадежа, всё остальное.

Ну где-то реклама работает, то есть мы вкладываем сейчас невероятные усилия в эту рекламу, если она сработает мы спасены, если нет я подумываю о том что потихоньку закрываться и расходиться по домам было здорово, это слишком трудозатратно в поддерживании. Поддерживание всей этой инфраструктуры. У нас получается сейчас только сейчас 14 преподавателей, 33 направления, голова идёт кругом. Марсович, вам нужен помощник, причём не просто там из наших рядов, а именно профессиональные помощники, профессиональные музыканты. Я многократно в такой роли привлекал разных людей, но они устают от того.

Есть когда они видят всё, чем я жонглирую, они говорят что человеку это невозможно в смысле что это непосильно что я замахнулся на неподъёмное то есть смысле мне говорят что в любой предыдущей работе нагрузка была в 10 раз меньше, то есть, что это невозможно. А теперь понятно, кто виноват. Ну, в смысле, что я взвалил такую ношу, которую одному даже помощнику как бы не вывести. Есть их как бы должно быть несколько. Ну собственно ну вот наше ядро отдел заботы они ну не вывозят, то есть физически тяжело.

То есть в смысле ни один отдельно взятый человек не сможет вынести. Я же ну как бы в общем я бы напридумал столько, что это невозможно видимо поддерживать. Вот длительное время. Ну, тогда надо вот обратиться, кто здесь находится, кто своими навыками какими-то профессиональными может. Да, тут как бы смысл в том, что вот исторически так сложилось, как бы каждый чем-то бывало помогал.

То есть вот, собственно, как вот муж Оксаны Анатолий, то есть вот я ему в 2 часа ночи, например, могу позвонить и сказать, что вот к утру мне нужен санскритский словарь, и есть свет там в той в той части города, где есть нету света, работает генератор, дроны сейчас летают, не летают, вот к утру у меня будет словарь, я знаю. То есть есть люди, на которых я могу положиться, и это дорогого стоит. Вот, собственно, Оксана вот это такой человек, на которого я тоже могу положиться, И это редко, это редко когда я знаю что я могу сказать и это будет сделано. Вот и это редкость. Потому что чаще я говорю и потом же я сам прихожу и оказывается ну что то человек забыл о том что я говорил.

А я как ни странно говорю о том что только значимо, просто так поболтать я обычно не говорю. Вот поэтому вот надежных людей в общем мало получается вот их не хватает. Вот ваша поддержка важна, и я не шучу и не преувеличиваю, когда говорю, что направление рецидации было бы закрыто на сегодня, если бы не вы. Это правда, вот то есть каждые четыре месяца у нас новый курс, и у нас не успелся закончиться старый, когда мне уже надо собрать новых, а я еще не отошел от этого сбора старого, когда нужно новый. Я психически еще не успел отойти, не то что физически, психически, потому что это же надо отобрать, это надо подготовить, это надо записать эти аудио, а до этого были ещё те волны, это всё надо удерживать сроки, календари, чтобы ничего не нахлёстывалось то есть это просто вот голова пухнет от этого поэтому да если если вам то что мы делаем дорого пусть каждый принесёт свою маленькую лепту то есть пусть каждый что-то покажет что может потому что я не в силах сам один это удержать Я наплодил столько, что я готов это как-то раз бульба и убить, но в том виде, как оно есть В общем, так продолжаться бесконечно не может, то есть что-то должно измениться.

Вот собственно сегодня у нас такое немножко необычная встреча. В следующие две недели мы отдыхаем, получается мы собираемся силами, что касается воскресных занятий. Получается у нас будет Абхи Навагупта, а после Абхи Навагупты, соответственно у нас будет или Гита, или Сурья, или рацитация йога-сутр. Сколько бы длится рацитация йога-сутр я сходу сказать не могу, потому что не могу рассчитать, сколько за раз можно пройти. Но допускаю, что может быть тоже вот условно там четыре месяца.

Хотя по факту не знаю, может быть меньше, может быть больше. Вот, то есть вот у нас такие получается Гита, Сурья, Йогасутры. Вот после Абхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинаватхинава по смыслам это вот собственно курс Андрея Всеволодовича. Вот собственно там вот, ну в общем это интересно, но это зубодробительно. Вот то есть когда университетский профессор тебе рассказывает как никто никогда прежде не рассказывал.

Да, это интересно, но это просто То есть да, мы разделяем смыслы и форму. У нас всегда отдельно смысл и форма. Но, собственно, те же йога-сутры у нас на сайте в параллельном корпусе выложены со всеми мыслимыми русскими переводами и с комментариями, то есть всем бесплатно доступно в одном месте все, что есть на русском языке по йога-сутрам. То есть вот такой ресурс у нас есть. Хорошо, есть ли еще какой-то вопрос?

Перед тем, как мы уже будем закругляться? По желанию? Ольга Алексеева тут присутствует, судя по аватарке, или нет? Или мне мерещится? Здравствуйте, да, Ольга Алексеева только что зашла, но я, если честно, случайно здесь оказалась.

Случайно прекрасно. Значит, Ольга Алексеева не разучилась санскритскому алфавиту? Вот это я зашла. Нет, не разучилась. Отлично, тогда А камера-то у неё ещё работает или это уже будет слишком?

Сейчас, секунду. Можно секунду? Убедитесь, что у вас на голове есть волосы. Да, да, надо езжу. В общем, что-нибудь такое.

Вот каждый раз зайдешь и ты знаешь, что тебя ждет. Конечно. И будем двигаться к завершению нашей сегодняшней встречи. Да, пожелание есть найти человека, который поможет вам разобраться, все это менеджить. Потому что я так понимаю, ну, я сужу только по себе, что я не могу помочь, я не менеджер, я более потребителю.

А ваша нагрузка уже сверх всяких мыслимых что вы, что вы? Нет, в смысле Просто очень рада, если кто-то может организовать, как компания Толчельников. Люблю то, что вы откликнулись, например, и поехали в Непал на Всемирный съезд санскритологов мне было так приятно, что вы как бы ну то есть это здорово. То есть в смысле, что мы показываем, что в России есть востоковедение, что в России есть индология. Это круто, это для меня важно, поэтому это здорово.

Да, Оль, давайте Ольга, Ольга Варнамала. Я шир-шир. Там сид хасми! Паттату мя, гая доймынке! Лю э а и о а у а м ага ка ган ган ча ча джа ня ПАППХА ДАБХА НА, ТАТХА ДАБХА НА, ПАППХА БАБХА МА, ЙОРА ЛАВА ША ША САХА.

Так, Ой, а обратный алфавит ещё не разучилась? Ну, я не повторяла давно. Хорошо, вот как раз повод повторить. Сейчас? Да, сейчас, прямо сейчас, прямо сю секунду.

Рая. Мабха бха па па на два да па та, на два га ка та, Просто космос. Предлагаю тогда на этом завершить наши посиделки. Я допускаю, что что-то похожее в сегодняшняя встреча будет где-то в месяце, не знаю, в августе, в сентябре или в октябре. Вот, как бы пока всё распланировано, и мы знаем, как бы репертуар уже установлен, вот.

О, хорошо! В общем, спасибо вам, мне приятно видеть, какие вы красивые, и как вы здорово рецитируете. Мне, правда, это нравится, что мне получилось создать такое место, где хотя, конечно, преобладает грамматика но и представлены все другие направления, и представлены достойно, должным образом. Уши отказывается закрывать. Занятие, в смысле, нашу посиделку.

Так как два раза Эдыды поёт, поэтому один раз я, а потом вы. Ну хорошо. Давайте. Сперва, я и и у у р у э а и у а у ам а кака гаган га ча ча ча джа ня ха. Спасибо и до свидания.

Где вы выложите эту сегодняшнюю нашу? Она у нас доступна по трём ссылкам, в смысле по тем ссылкам, которые, в своём, сейчас везде выложу. Спасибо! До свидания!

 

Стрим состоялся 22.02.2026