Блог

Летний интенсив по хинди (продвинутый уровень)

«Джатака о звуке» в современной Индии: мини-курс с Екатериной Костиной по пересказу и аудированию на хинди.

C 11 июля по 1 сентября, по субботам 10:00 МСК, восемь занятий. 18 июля пропуск.

Мини-курс по истории “आसमान गिरा” на июль и август 2026 г.

Материалы к курсу: 

Учебник वीणा, कक्षा ४. Урок 5. आसमान गिरा. पृष्ठ ५१-५८

Мультфильм Bungle in the Jungle из серии पंचतंत्र की कहानियाँ

Отрывок из повести Н. Носова «Приключения Незнайки и его друзей»

16000 руб. за курс или дважды по 8000 руб. Можно Paypal. Пишите t.me/rusamskrtam

Rutube: rutube.ru/video/e90df233de6f8658919646c63f8a7db6
вКонтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240155
Youtube: youtu.be/S5dPJCRG8XE

Прочитать стенограмму.

1. 1. 1. 1. 1. 00:00:00 Введение. Мифы о санскрите
            2. 00:05:20 Попытка чтения санскритского текста
            3. 00:10:30 Общие элементы санскрита и русского языка
            4. 00:15:45 Сходство санскрита с латынью и греческим
            5. 00:20:50 Принцип регулярных фонетических соответствий
            6. 00:26:15 Общие инновации балтославянских и индоиранских языков
            7. 00:31:20 Литовский язык и его близость к санскриту
            8. 00:33:00 Вопросы из зала: мифы в других языковых семьях
            9. 00:35:30 Вопрос о самом древнем языке
            10. 00:37:15 Белорусский язык: язык или диалект?
            11. 00:39:00 Реконструкция праиндоевропейского языка
            12. 00:40:45 Критерии различения заимствований и родственных слов
            13. 00:43:20 Методы восстановления древнего произношения
            14. 00:46:15 Завершение и награждение

Rutube: rutube.ru/video/e90df233de6f8658919646c63f8a7db6
вКонтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240155
Youtube: youtu.be/S5dPJCRG8XE

Прослушать лекцию Светланы Бурлак (с тайм-кодами).

Стенограмма не авторизована. Автор лекции не несет ответственность за качество ИИшечного-транскрипта.

Светлана Бурлак — доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН, профессор РАН, автор книги «Происхождение языка».

— Здравствуйте, Светлана!

— Добрый день! Я сегодня буду говорить о мифах, связанных с санскритом. Основу этих мифов, по-видимому, составляет история о том, как санскритолог Дурга Прасад Шастри в 60-х годах приехал в Россию, поехал в какую-то северную деревню и изумился: «Боже, как русский похож на санскрит! Прямо хоть без переводчика!». И из этого дальше происходят вот такие удивительные мифы, вплоть до домашних упряжных мамонтов, исходящие из того, что русский язык — это диалект санскрита, русский язык — это предок санскрита, русский язык — это потомок санскрита, причем прямой, да. И виманы, которые тут уже упоминались, тоже где-то там летать должны.

Подробно я эти сказки рассказывать не буду, вы можете найти их легко в Интернете, а я буду рассказывать о том, насколько санскрит действительно похож на русский.

Итак, если санскрит похож на русский настолько, что прямо вот без переводчика — ну, вперед. Это отрывок из истории про Наля и Дамаянти. Наль собирался идти свататься к Дамаянти, тут встретились ему четыре бога и решили: а давайте мы его попросим, значит, нас, наоборот, Дамаянти порекламировать. И Наль сказал, что… Увидел четырех богов и сказал: «Да, просите, что хотите, я исполню любую вашу просьбу» — а потом, все-таки, спросил, в чем просьба-то состоит. Сначала пообещал, потом спросил, что, собственно, делать.

Вот кто из здесь присутствующих, не учивших санскрит, способен опознать, какому фрагменту того, что я сейчас рассказала, соответствует то, что здесь написано? Из не учивших санскрит, видимо, никто — поэтому, собственно, основание мифа, что санскрит и русский вот такие прямо близкие, что понятно без перевода, основание мифа рушится. Дальше, соответственно, рушится и все здание мифа, поэтому я о нем так долго не рассказывала.

И это, кстати, при том, что тут не то что корни, тут суффиксы и приставки иногда похожие. Вот посмотрите: tebhyaḥ — это то же самое «т», которое у нас в указательном местоимении «тот». Я даже не удивлюсь, если «э» то же самое, и это в санскрите дифтонг. У нас, соответственно, это «я» — тоже дифтонг.

Prati — это тоже тот же элемент, что у нас «против». Приставка это или наречие — это зависит от того, куда оно встанет, но как бы этимологически это то же самое; jñā — это тот же корень, что и «знать». Pari — приставка, соответствует нашему «пере», prach соответствует нашему корню «прос» от слова «спросить». Sthā соответствует нашему «стоять». Kar — с большой вероятностью… Kar мы видим в kariṣya в первой строке, и вот это «кр» в слове kṛtāñjalir во второй строке с большой вероятностью соответствует нашим «чарам». В санскрите kar — это просто «делать», это, кстати, тот же корень, что в самом слове «санскрит» (saṃskṛta). Само слово «санскрит» буквально значит «сделанный», такой вот «обработанный».

Бывает пракрит, а бывает санскрит. Пракрит — это деревенский, «необработанный» язык, на котором говорят простолюдины, а санскрит — это литературный стандарт. Поэтому он «обработанный». Собственно, как любой литературный язык, он такой обработанный, вот удивительно, да? И вот это i(ti), возможно, соответствует тому «й», который не виден в качестве отдельной буквы, но слышен в качестве отдельного звука в таких словах, как «его», «её», «ей», «ему» и так далее.

В целом строчки переводятся так: «Тем пообещав (pratijñāya — это «обещать», то есть, богам пообещав), Наль (это его так зовут) kariṣya —  то есть, «сделаю!». Iti — это маркер окончания прямой речи. И тут еще одно забавное сходство с русским языком. Самый точный перевод этого фрагмента был бы такой: «Им пообещав, Наль такой: сделаю». Вот и у нас — «Наль такой: сделаю». У нас «такой», указательное местоимение, служит указанием на прямую речь — в современном разговорном русском довольно часто.

Бхарата (Bharata). Поскольку история рассказывается внутри Махабхараты одному из героев, который потомок Бхараты, то вот это — обращение к этому потомку Бхараты. Кстати, возможно, что это тот же корень, что русское «беру», а может быть, и нет, потому что имена собственные этимологизировать трудно: может, они отсюда, а может, и нет вовсе. Athai значит — «потом», у них (`tān) спросил с почтительно сложенными руками (āñjalir); āñjalir — слово без этимологии, не знаю, откуда оно взялось. Со сделанным āñjalir, upasthitaḥ — представший, приблизившийся к ним. Upa, если кто знает греческий, то это похоже на греческое слово hypo. Мы его, кстати, знаем из русского, только в русском оно заимствовалось и выглядит как «гипо», на самом деле оно «хыпо».

Так что санскрит, конечно, похож на русский, но вовсе не в том смысле, чтобы прямо без переводчика можно было все читать. На самом деле такое ощущение, что санскрит похож на русский — или, в обратную сторону, русский похож на санскрит, или санскрит похож на что-нибудь еще — возникает у любого человека, который знаком с древними или достаточно архаичными, как русский или литовский, европейскими языками, который внезапно знакомится с санскритом. И, собственно говоря, сама наука индоевропеистика началась ровно с того, что Уильям Джоунз познакомился с санскритом. И если бы тогда модны были заголовки, как сейчас, то тогда английские газеты, наверное, выходили бы со словами: «Ученые в шоке! Санскрит похож на латынь!».

На греческий, на любые другие языки, европейские языки, знакомые образованному филологу: на готский, на немецкий, на английский. И, соответственно, Уильям Джоунз в этой своей работе показал родство санскрита с языками Европы — с латынью, греческим, готским, английским, немецким, персидским, который он до этого тоже поучил, и кельтскими языками. Потом Расмус Раск добавил еще балтийские и славянские языки. Оказалось, что эти дикие восточные варвары тоже относятся к индогерманской языковой семье. Да, с точки зрения германцев, славяне —  это предмет рассмотрения института востоковедения.

Наш Московский институт востоковедения, где я работаю, славянами, уже, естественно, не занимается. И Уильям Джоунз впервые высказывает идею, что такое сходство не может быть случайным и такое сходство не может возникнуть в результате заимствования, потому что сходство действительно совершенно ошеломляющее. Вот смотрите: «новый» в санскрите — nava-, в латыни — novus, в греческом — νέоς. Тут мы «в» не видим, потому что греческому языку не повезло, «в» между гласными в нем не выживает, там его просто нет, там даже буквы для него нет. Есть буква дигамма (Ϝ, ϝ), которая иногда, в некоторых диалектах, в древние времена… Но в общем, если мы берем классический греческий, то там уже никакой дигаммы нету, просто νέоς. Английское new —  орфография очень старая, поэтому она нам показывает те времена, когда это «в» еще произносилось.

Местоимение «ты» — в санскрите основа tva- или tu-, в латыни tū-, в английском — thou. Это устаревшая форма, но она в письменных памятниках засвидетельствована и сейчас используется либо для архаизации, либо в религиозных текстах.

«Два» —  в санскрите основа dva-, дальше окончание двойственного числа в латыни — duo, в греческом — δυо. У нас — «два», если в мужском роде, или «две», если в женском роде, потому что двойственное число склоняется по разным склонениям. В санскрите тоже будет по разным склонениям оно склоняться. В разных типах склонений (число, естественно, двойственное). Английское two — тоже «в» видно по орфографии, когда-то оно произносилось.

Слово «брат» —  в санскрите bhratār-, в латыни frāter-, в английском brother, в греческом φράτηρ тоже есть, но это член рода, а не прямо вот родной брат. Но тут видно, что и русский тоже вполне в это вписывается. А вот дальше русский немножко не вписывается.

«Нести» в санскрите — bhar-, в латыни — fero, в греческом — φέρω, в английском to bear. Не то, которое «медведь», а то, от которого birthday образовано. Кстати, обратите внимание на соответствие согласных: где в санскрите «бх», там в латыни «ф», и в греческом тоже «ф» («пх», собственно говоря). А в английском «б». Где в греческом, латыни и в санскрите «д», там в английском «т», а где в греческом, санскрите и латыни «т», там в английском то, что пишется через th, а читается в зависимости от позиции. В данном случае оно читается как thou.

«Отец» —  в русском этого слова тоже нет, а в санскрите есть: в санскрите pitar-, в латыни pater, в греческом πατερ- — и дальше там какие-то будут окончания. Выбрала основу, а не форму именительного падежа, потому что буковка эпсилон больше похожа на наше «э», вам читать легче будет. В английском — father. Кстати, обратите внимание, что не только «т» превращается в th, но и «п» превращается в «ф» —  это германское передвижение согласных, первое германское передвижение согласных, а еще бывает второе немецкое.

«Идти» —  везде «и», да, и в русском тоже «и». В греческом «ей», потому что глагольные корни умеют делать чередование гласных. И если мы возьмем настоящее время, то в санскрите будет «аями», в латыни — «eo» («й» между гласными не бывает в такой ситуации). Греческое «эйми» —  мы видим здесь дифтонг «эй».

Показатель именительно-винительного падежа (одинаковый в среднем роде) — во множественном числе везде «а». То есть, слова типа «сёла», «озёра», «дела» какие-нибудь — то, что будет среднего рода, оно будет заканчиваться на «а».

И понятно, что случайностей таких быть не может, и заимствований таких быть не может. Кто будет заимствовать чередование в глагольной основе? Кто будет заимствовать идею, что средний род должен во множественном числе заканчиваться на «а»? Вообще, почему слова должны быть какого-то рода? Особенно если это неодушевленные существительные.

Английский без этого вполне обходится, ничего, всем нормально. Но тут именно вот так, причем одни и те же слова относятся к одному и тому же роду. Если мы возьмем слово «дом», то оно есть в русском, есть в латыни, везде оно мужского рода и так называемого о-склонения, то есть, второго склонения. Или, вернее, оно болтается между вторым склонением и так называемым у-склонением, в русском языке его сейчас нет, раньше было.

Если мы возьмем слово «ночь» — она везде женского рода. Опять же можно поговорить о богах, которые какого-то рода, но обычно язык первичен. И если в языке соответствующее слово мужского рода, то бог будет мужчиной, а если женского рода, то бог будет, соответственно, женщиной. Если кто читал Пратчетта, то вы, может быть, помните, что там Смерть мужского рода. Исконный германский персонаж, исконное германское существительное, которое мы в немецком знаем как Tod, в английском, соответственно, Death будет — оно мужского рода.

Английский сейчас это утратил, в нем «смерть» никакого рода, но германские языки имеют «смерть» мужского рода. В русском языке Смерть женского рода, поэтому это такая старуха с косой. Так что санскрит похож и очень даже, причем в таких сущностных вещах, которые никто не будет заимствовать и которые не могут быть объяснены случайностью.

А вот, пожалуйста, санскрит похож на латынь, но без русского. Вот слово «конь» — aśvas и equus, окончание -s я написала условно, оно там будет чередоваться, поэтому в других местах я его выписывать не буду. Но тут прямо соответствие —  буква в букву просто, а у нас этого слова нет.

Царь — это, соответственно, rāja, rājan — основа в санскрите, и rex в латыни, откуда regula — «как правило». Regio, regionis — «регион», соответственно, место, где кто-то правит, и так далее. Мужчина — vīra в санскрите, vir в латыни. «Змея» —  от глагола «ползать», соответственно, sarpa в санскрите и serpens в латыни. «Нога» в санскрите — основа pad-, в латыни основа — ped-, откуда «велосипед», «педали», вот эти заимствования. У нас этих корней просто нет. Так что, пожалуйста, если приезжать санскритологу в Древний Рим, то там тоже вполне можно обнаружить кучу всего похожего.

В других случаях у нас эти слова есть, но немножко с другим фонетическим развитием. «Брат», например: у нас «р» нету. «Ночь»: у нас этого «кт» не видно, а в латыни и в санскрите видно. «Имя»: что у нас случилось, у славян, с началом этого слова, не знает никто. Все просто тихо надеются, что корень тот же самый. «Нести» — у нас изменилось значение, у нас этот корень означает «брать». «Суть» —  глагол («эти многоугольники суть конгруэнтны» — в этом значении). У нас не видно, а в латыни и в санскрите видно.

Пожалуйста, можно сделать так, чтобы санскрит был похож на греческий. Кстати, обратите внимание, что тут не только корни, не существительные, но и глагольные корни вполне находятся, глагольные окончания вполне находятся, их там достаточно много тоже одинаковых. Приставки тоже находятся совершенно прекрасные, и связанные с ними наречия. Перфект образуется одинаковым образом: то есть, надо удвоить первый согласный корня и добавить гласный «э». В греческом так все и останется, поэтому от γραφα мы видим γέγραφα, мы прямо это «ге» видим, вы видите его в последней строчке. А в санскрите «э» краткое превратилось в «а», и «о» краткое тоже превратилось в «а» краткое. Поэтому там «э» мы не видим, но зато мы видим палатализацию. Будет не «ка-кара», а «ча-кара» (cakara). Вот «ч» из «к» по палатализации, да, как у нас, прямо так. Поэтому чем-то похож на греческий, чем-то похож наоборот.

Можно найти так, чтобы русский был похож на латынь, пожалуйста. Вот «семя», а в латыни sēmen.  «Луна», и в латыни тоже — lūna. И да, это не заимствования, хотя они такие одинаковые. Там «секу», а в латыни seco, «пасу» — в латыни pasco. Здесь, правда, sk — это суффикс, но видно, что корень pas у этого глагола. И поэтому «пастор» какой-нибудь, там «т» и «ор» — это суффиксы, а «пас» — это корень. Поэтому да, «пастор» — это тот, кто пасет.

«Новый» — novus, «о» и в русском, и в латыни, а в санскрите — nava, через «а». Как я уже говорила, такое было развитие гласных. Русское «есть», бытийный глагол, в латыни — est, а в санскрите — asti. Кстати, связка, на которую кивал этот самый брахман-санскритолог, отсутствует в современном русском и отсутствует в санскрите, то есть, просто не нужна, не обязательна. Но в древнерусском она вполне была, довольно часто употреблялась, откуда мы знаем все формы этого глагола бытийного. И таких вещей, видимых невооруженным глазом, можно подобрать [множество] между любой парой языков индоевропейской семьи.

Но смотрите, это я вам показываю сходство, которое видно невооруженным глазом. Но для науки это не годится, потому что сходство, как и красота, в глазах смотрящего. И, как известно, для многих русских все китайцы на одно лицо с вьетнамцами. А для многих китайцев все русские тоже на одно лицо: «Ну оглядитесь вокруг, видно же, что все лица под копирку!». А в московском метро есть две станции с одинаковыми названиями: «Водный стадион» и «Речной вокзал». Вот вы смеетесь, а многие путаются, потом звонят и говорят: «Ой, а где тут такой автобус? —  А ты на какой станции?». Поэтому полагаться на то, что видно невооруженным глазом, наука не может. У каждого глаз свой и видит свое.

Поэтому наука — любая наука, не только лингвистика, с самого начала существования тем и занимается, что вооружает глаз. Чтобы увидеть то, что невооруженным глазом не видно. Чтобы увидеть то, что невооруженному глазу кажется каким-то хаосом или каким-то чудом, увидеть в этом закономерность. Для этого наука вооружает глаз. Чем дальше, тем больше, и это хорошо, потому что многое видно не как хаос и не как чудо, а как закономерность. Но это имеет и свою оборотную сторону, потому что теперь, чтобы смотреть вооруженным глазом, надо долго тренироваться и учиться.

Вот в докладе о ВИЧ и ВИЧ-диссидентах показали бинокулярный микроскоп, он же бинокуляр, я в него смотреть не умею, меня не научили в детстве. Поэтому, когда мне люди хотят показать какие-нибудь микроскопические красоты, я гляжу в этот бинокуляр и вижу какую-то белесую муть. Но я не буду говорить, что вы все врете, ничего у вас там нет, ученые скрывают! Они ничего не скрывают, они показывают, просто я в бинокуляр смотреть не умею. Поэтому, если ученый вам что-то показывает, а вам не видно, то, может быть, вы просто не умеете смотреть в этот бинокуляр.

Итак: для науки нужен критерий, который будет получать результаты  (похоже или непохоже, то же самое или не то же самое) независимо от того, кто это будет смотреть. Способен ли этот кто-то считать, что все русские на одно лицо, или все китайцы, и так далее. Этим критерием стали регулярные фонетические соответствия, регулярные звуковые соответствия.

Всякое фонетическое изменение, поскольку оно происходит механически, совершается по законам, не знающим исключений. То есть, направление фонетического изменения у всех членов языкового коллектива всегда одинаково, если не считать случаев диалектного разделения. И все слова, заключающие подверженный изменению звук в одинаковых условиях, подчиняются ему безо всякого исключения.

И вот портреты младограмматиков, с которых все это и пошло в такой формулировке.

И на самом деле вы легко можете это увидеть. Понаблюдайте за теми вашими знакомыми, которые не выговаривают, например, «р». Вот не будет у вас такого знакомого, который в слове «рак» выговаривает «р» нормально, а в слове «раб» не выговаривает «р» нормально, или наоборот. Но вполне может найтись человек, который в слове «реки» или в слове «рельсы» выговаривает «ре» нормальное, а в слове «жрец» не выговаривает «ре» нормально, а испытывает с этим какие-то затруднения. Потому что «речь» и «жрец» — это разные позиции, в одном случае —  начало слова, в другом случае — после согласного шипящего, и тут бывает все по-разному. Поэтому звуки, которые находятся в одинаковой позиции, позиция обычно фонетическая, то есть, рядом с какими-то звуками, перед чем-то, после чего-то, перед ударением, после ударения, в начале слова, на конце слова, между гласными —  вот такие позиции.

Но бывают позиции морфологические, например, в приставке все будет немножко не так, как в корне. И это является критерием. Вот если у нас имеются сходства, подкрепленные регулярными звуковыми соответствиями, тогда мы можем сказать, что эти слова родственны, и, соответственно, если родственны такие слова, которые в любом языке есть, их заимствовать не надо, так называемая базисная лексика, тогда можно говорить о родстве языков. Кстати говоря, когда я вам демонстрировала сходство санскрита с языками Европы, я обратила ваше внимание на регулярность звуковых соответствий: что когда в санскрите «бх», то в русском «в», в греческом «ф» и так далее.

Это уже вполне критерий, и он не зависит от того, кто на это смотрит. Просто берешь базисную лексику, которую не надо заимствовать, и смотришь: есть там регулярные соответствия или нет. Если есть, значит, да, ура, языки родственны, если не находятся — печаль. Почему же возникает впечатление именно от сходства русского с санскритом? А потому что у балтославянских языков с индоиранскими довольно много разных общих инноваций.

Одну я уже упоминала: «печёт» и pacati, «к» переходит в «ч». В латыни эта форма выглядит как coquit. Там и qua, ни балто-славянский, ни индо-иранский этого qua не сохраняют, просто «к» вместо него. И палатализации в латыни нет, то есть qua не будет палатализоваться. «Живет» в санскрите jīvati, в латыни — vīvit, но это такой странный звук, который был в начале этого слова. И в русском, и в санскрите он дал довольно похожие рефлексы «дж» и «джь», «ж» даже и «джь», если брать древнерусский, а в латыни он дал «в», и поэтому уже не так похоже.

Русское «четверо» очень похоже на санскритское «четыре» — catvāra, и дальше будут окончания. В латыни quattuor, опять же qua, которая никуда не палатализуется. Русское «слыть», санскритское «щру», а в латыни вместо этого «с» или «щ» там будет «к». Вот по этому признаку языки делятся на языки [группы] «сатем» и языки [группы] «кентум». Балтославянские и индоиранские — это языки «сатем», а латынь, греческий и германские языки — это языки «кентум». Поэтому у них будет «к», а у нас будет «с», если в русском; «щ» — если в санскрите; «с» в иранском и так далее. Точно так же — «острый», точно так же — «весь». Да, у нас «весь» через «с», в санскрите vīś через «щ», а в латыни vīcus, через «к».

Но если вы думаете, что русский язык — это самый похожий на санскрит, то таки нет. Самый похожий на санскрит — это литовский. Вот «кто»: в литовском — kas и в санскрите — kas. Но дальше с этим as будет происходить удивительное, потому что когда слова становятся рядом, то в санскрите концы и начала могут довольно сильно меняться. В литовском kataras, но это, правда, диалектная форма, литературная — katras, в санскрите kataras — который. У нас там «о», а у них «а», и там, и там.

Sūnus в литовском и sūnus в санскрите — это сын, у нас «ы», а у них прямо долгое «у» в неизменном виде. Naktis в литовском, naktis в санскрите — это «ночь», соответственно. Vyras (игрек в литовском — это долгое «и», и в санскрите тоже долгое «и») и vīras — это, соответственно, «мужчина».

Но значит ли это, что, выучив литовский, вы будете без проблем понимать санскрит? Конечно, нет. Даже если вы выучите хинди, это вам поможет с пониманием санскрита не больше, чем знание современного русского помогает читать «Слово о полку Игореве».

Поэтому, если хотите понимать санскрит, учите санскрит. Спасибо за внимание.

— Спасибо, Светлана. У нас есть вопрос от эксперта. Вас хочет спросить наш постоянный спикер археолог Павел Колосницын. Я хочу спросить: Павел, вы здесь? Принесите Павлу микрофон, пожалуйста. Я его не вижу. На балконе, да, все, вижу. Павел, вон там наверху.

— Я здесь. У меня такой вопрос: этот миф касается языков, относящихся к индоевропейской семье. А есть подобные мифы в других языковых семьях? Вот кто-нибудь где-нибудь считает, что, зная язык из алтайской семьи, можно понимать древний язык из этой же семьи? Или, зная какой-то современный, опять же, точнее: когда какой-то современный язык считается прямым предком, прямым потомком или предком какого-то древнего.

— Честно говоря, не знаю, потому что просто я не коллекционирую мифы о языках. С алтайской семьей проблема, потому что в нее ученые-то не все верят. Но там, тем не менее, действительно можно показать, что да, вот эти слова тюркские соответствуют вот этим монгольским, вот этим тунгусо-маньчжурским. Особенно когда монгольские соответствуют тунгусо-маньчжурским, а в тюркском соответствующих слов нету, то тогда понятно, что это не заимствование никакое. Корейский с японским — тоже можно показать, что там действительно есть регулярные фонетические соответствия. Да, слова сильно не похожи, невооруженным глазом не видно, но наука затем и вооружала глаз, чтобы было действительно видно. Есть ли такие мифы еще где-то? Ну, не знаю. Для этого нужен какой-то особо древний язык, чтобы он был один, и тогда, может быть, будет какой-нибудь такой миф. Так что не могу, к сожалению, сказать.

— Наш делегат прислал вам, Светлана, вот такой вопрос: «Можно ли определить, какой язык, не как условный набор звуков, а как более-менее осмысленная система, стал первым и какой является самым древним?».

— Ну, что значит — какой язык является самым древним? Если мы видим какой-то язык сейчас, или мы видим какой-то язык в письменных памятниках древних, то он — ровесник любого другого языка, который мы видим в ту же эпоху. Потому что с тех пор, как зародился язык — когда-то давно у каких-то там homo, не знаю каких… В принципе, к членораздельной звучащей речи был способен еще гейдельбергский человек. Сделал ли он из этой членораздельной речи прямо такой настоящий язык, как хочет Хомский, со сложными предложениями, сложноподчиненными, с разветвленными, придаточными, не знаю. Не очень понятно, как бы это можно было сказать. Но явно сапиенсам уже не так много оставалось доработать. Тогда вот, собственно, язык и возникал. И дальше все языки менялись, поэтому ни один язык не является более древним, чем другой. Единственное, что мы можем сказать, так это то, что какой-то язык просто раньше другого столкнулся с письменностью.

В этом смысле — да, первым столкнулся с письменностью, собственно, изобрел себе письменность шумерский язык. Поэтому в этом смысле он самый древний, просто по времени фиксации. Других языков того периода мы не наблюдаем в письменной форме. Потом вот шумеры изобрели — и как-то пошло-поехало, сразу и Египет, и Китай, и тут, и там. В общем, историки говорят, что появилась мир-система, и знания стали расползаться по всему этому самому миру. Вот, собственно, так.

— Давайте отдадим микрофон в зал. Кристина, рядом с вами прямо женщина тянет руку.

— Тема довольно-таки интересная. Меня зовут Алена. Я хотела спросить, а как африканские языки, арабский относится к санскриту? Тоже есть соответствия или они совершенно разные? Древнеегипетский… Что-то про это известно?

— Арабский и древнеегипетский… Арабский входит в семитскую семью, куда кроме него входят иврит, амхарский, финикийский, угарит, если брать древние языки. Из современных языков еще там много всяких, но вы, может быть, даже их по названиям не знаете. Семитская семья внутри себя обнаруживает очень хорошие регулярные фонетические соответствия, просто там все очень хорошо видно, умеренно глубокая семья. Между древними языками видно вообще хорошо.

Дальше семитская ветвь, древнеегипетская ветвь (как отдельная ветвь), берберская ветвь — если слышали про туарегов, вот это они. Значит, берберская ветвь, чадская ветвь — вокруг озера Чад живут всякие люди, там язык хауса и разные другие. И кушитская ветвь, и, возможно, омотская. Про омотскую хуже известно. Вот эти языки образуют такую очень глубокую семью афроазийскую. Глубина родства там порядка 12 тысяч лет, это очень много. Глубина родства индоевропейского — порядка 7-7,5 тысяч лет, если брать вместе с анатолийской ветвью.

Дальше, если посмотреть, если взять праиндоевропейский и праафроазийский, то между ними какое-то количество похожих слов, выше случайного, есть, и даже соответствия тоже вполне усматриваются. Но гораздо ближе к индоевропейскому оказываются уральские языки и алтайские, и еще картвельские и дравидийские. И вот эта компания образует так называемую ностратическую семью, а ностратическая семья уже является сестрой вот этой афроазийской семьи. Вот такая история.

—  Пожалуйста, вот в задних рядах, слева от меня, я вижу руки. Да-да, вот туда, еще дальше, еще гораздо дальше. Прошу, давайте-давайте.

— Здравствуйте, меня зовут Анна. У меня такой вопрос: территория современной Беларуси ранее принадлежала то Литве, то России, то Польше.

— Можете микрофон взять так, чтобы слышно было?

— Меня не слышно? Слышно, да? Меня зовут Анна, я повторяю.

— Вы помедленнее говорите.

— Территория современной Беларуси ранее принадлежала то Литве, то Польше, то России. Из-за этого наблюдается такое смешение языков. В каждой области, в каждом городе — свое наречие, свой диалект. Я хочу, чтобы вы мне ответили, насколько целесообразно считать современный белорусский язык вообще языком? Может, это наречие или диалект какой-то?

— Значит, что чем целесообразно считать, зависит от того, как мы определяем это что-то. Вот определение — это то, что строит человек, исследователь сам для каких-то своих целей и задач. Мы можем построить такое определение, например, языка, чтобы белорусский считать языком, а не наречием, не, как это называется, группа диалектов. Но обычно, когда говорят «группа диалектов», они дальше друг от друга, чем диалекты белорусского языка. Мы можем построить определение языка так, чтобы каждый отдельный диалект называть языком, но тогда русский язык у нас распадется на еще большее количество языков. Потому что в русском языке диалектов тоже очень много, они очень разные. Поэтому тут вопрос определения.

Как сказал в свое время великий лингвист Фердинанд де Сосюр, языковой знак произволен. То есть, люди просто вырезают некоторый кусок действительности так, как им хочется его вырезать. Считают, что вот этот кусок действительности надо рассматривать как некоторую отдельную сущность и нарекают эту сущность каким-то словом. Это хорошо, потому что это удобно: сразу берем слово, и у нас возникает этот кусок действительности, отделенный от любых других кусков. Но надо понимать, что никакого сакрального смысла за этими словами не стоит. Стоит либо чье-то определение, если мы имеем в виду язык науки, либо стоит просто привычка, если мы имеем в виду обычный бытовой язык. И, кстати, если мы будем брать обычный бытовой язык, то очень часто мы будем натыкаться на то, что ядро этой привычки у всех общее, а вот по периферии все понимают разное.

И очень большая часть непримиримых споров связана именно с тем, что исходные понятия люди понимают по-разному, вкладывают в них немножко разный смысл. И он так меняет дело, смещает акценты, меняет настроение, что люди непримиримо спорят. Вот, пожалуйста, с белорусским и русским, в общем, та же история. Да.

— Спасибо. Давайте балкон, пожалуйста, вот левее туда. Прошу. Представляйтесь только, пожалуйста.

— Добрый вечер, меня зовут Анна и вопрос у меня такой. Так как уже выявлены какие-то общие черты в индоевропейских языках, значит, как-то можно реконструировать праиндоевропейский язык. Вот такой вопрос: насколько он реконструирован, на какой промежуток, может быть?

— Реконструировать можно, бывает внутренняя реконструкция, бывает внешняя, то есть, мы можем взять просто систему одного языка и по ней посмотреть, где там какие косяки, несообразности, которые хорошо объясняются тем, что раньше было по-другому. И мы можем взять несколько языков, латынь, санскрит, греческий и так далее, и посмотреть, что у них общего, в том числе — какие общие косяки. И, соответственно, вывести какую-то систему, из которой все это будет выводиться.

В общем, реконструировано достаточно много, возьмите какой-нибудь учебник по индоевропейстике, и вы увидите, насколько. Так, в принципе, я могу про это целую лекцию прочитать, но надо дать время другому докладчику.

— Спасибо. Пожалуйста, вот в левом блоке, да. Вот там рука, дальше-дальше. Прошу.

— Добрый вечер, меня зовут Александр. Вы, когда показывали похожесть латинского и русского языка, вы там сказали, что вот это вот — 100% вообще не заимствование. Я хотел спросить, а какие основные критерии, когда определяют это заимствование? Или это единая схема развития языков, фонетики и так далее? То есть, чем в первую очередь руководствуются?

— А вот теми же самыми регулярными звуковыми соответствиями. В латыни lūna через долгое «y». Если бы что-то славяне заимствовали, и это что-то содержало бы долгое «у», оно перешло бы в «ы». И такие заимствования есть. Поэтому если бы мы слово «луна» заимствовали из латыни, она бы стала «лына». А она в самых древних памятниках «лоуна» через «оу», то есть, это такое «у», которое бывший дифтонг, «оу». Соответственно, «луна» — это тоже, видимо, долгое «у» из бывшего дифтонга, и это видно по индоиранским параллелям. Там прямо виден этот дифтонг в виде «ау» в авестийском, но только там «р» вместо «л», потому что у индоиранцев с «л» проблемы.

Соответственно, если слово заимствуется, то у него другой паттерн, другой ряд соответствий. Ну хотя бы: вот есть латинское слово nomen, да, это «имя». И есть германское слово name — это имя, значит, опять же, не основа, не окончание, а так только, корень. Name в немецком, name в английском, и так далее, по другим германским языкам. Это же слово nomen перешло из латыни в романские языки, в частности, во французский. И во французском оно выглядит как nom — с носовым.

Этот nom переходит в английский язык. По-носовому, естественно, не видно, что там в конце было «м», а не «н». И английский язык его адаптирует к себе, носовых в английском нету гласных, и английский получает noun. Поэтому в английском есть name, а есть noun. Одно родственно, а другое заимствовано.

И они выглядят по-разному, потому что они пришли в разные моменты, когда была разная мода на звуковые изменения. Вот так мы, собственно, это все и знаем.

— Спасибо. Кристина, вот в к красной футболке, ближе к центру, поднялся мужчина. Сейчас микрофон к нему идет.

— Добрый вечер, спасибо большое за доклад. Меня зовут Никита. Мой вопрос следующего характера. Выглядит логичным, что мы, когда имеем дело с древними языками, владеем, по сути дела, только текстом. Мы знать не знаем, как они произносили те или иные слова.

Вопрос заключается в следующем: а на основании чего мы транскрибируем сейчас древние слова так, как мы их транскрибируем, и на основании чего мы их произносим так, как вы произносили в своем докладе? Спасибо.

— Значит, да, вопрос о том, откуда мы знаем Это очень правильный вопрос, на самом деле, самый главный вопрос, с которым надо подходить к любой новой информации: откуда человек знает о том, что он вам сейчас собирается поведать? Откуда человек знает о том, что, например, в русском языке раньше «ж» было мягким? Вот я говорила: «живет», «жьивет» — через «ж» мягкое.

Откуда мы знаем? А вот откуда. Дело в том, что иногда те люди, которые пишут, они ошибаются. Вот современные люди, когда пишут «жи», они довольно часто ошибаются. Если вы войдете в интернет, вы увидите там кучу слов типа «жыза», через «ы» видели? «Жыжа» или там какие-то «лыжы» через «ы»? Слово «жизнь» еще народу примелькалось, а «лыжы» — человек форму строит сам и пишет «ы» на автомате, потом задумывается. Древнерусский человек так не делал никогда. То есть, в XVI веке — вот там уже «жы» через «ы» сколько угодно. В XII — ни за что, в XIII — не бывает. Мягкий знак вот, «ерь» так называемая буква — пожалуйста, сколько угодно. Твердый знак, который «ер» — никогда. Так же, как мы не можем написать какие-нибудь «лучи» через «ы». «Лучы». Правда же? Вот «лыжи» написать через «ы» — это запросто, а «лучи» — никогда. Соответственно, таким образом мы понимаем, что «ж» было мягким. Потом оно стало твердым, и появились ошибки типа «ржы», там, «три четверти ржы». И тогда мы знаем, что вот да, вот в XVI веке «ж» уже произносилось твердо, и поэтому такие ошибки.

Это один источник. Другой источник — это заимствования. Иногда слова заимствуются из одного языка в другой. И там какое-нибудь русское слово, типа «толокно», вот между «к» и «н» там стоит буква «твердый знак», буква «ер». Как произносился этот «ер»? Сейчас мы его вообще никак не произносим. Это беглый гласный, который то «о», то «ноль», а что это было раньше? А вот это самое «толокно», оказывается, заимствовано в финский, и в финском выглядит как «талькуна» (talkkuna). То есть, между «к» и «на» там «у». И действительно, все, кто заимствует, в качестве «еря», то есть, мягкого знака, ставят «и», а в качестве «ера», то есть, твердого знака, ставят «у». И из этого мы делаем вывод, что, наверное, вот эти вот буквы так читались. И так далее.

В китайском мы еще можем посмотреть по словарям рифм, то есть, какое-то слово мы знаем, потому что его кто-то заимствовал, и, соответственно, мы понимаем, как оно произносилось, а дальше есть словарь рифм. Что вот с этим словом, которое пишется вот этим иероглифом, рифмуется вот это слово, и вот это слово, и вот это слово. А начало у него такое же, как у вот этого слова, и у вот этого слова. И, соответственно, таким вот образом, как перекрестный допрос получается. И таким образом мы знаем даже, как читались древнекитайские иероглифы.

— Светлана, вам теперь осталось выбрать лучший вопрос. Я вам напомню, какие были вопросы. Значит, первый вопрос — об отношении африканских, арабских и прочих языков и санскрита. Второй вопрос — о целесообразности названия белорусского языка языком. Третий — о реконструкциях языка. Четвертый вопрос — критерии заимствования. И пятый — о транскрипции древних слов, как и откуда мы ее узнаем.

— Я выбираю вопрос про реконструкцию.

— Отлично!

— Просто очень люблю эту тему.

— Да, автор вопроса получает книгу «Солнечное вещество». Светлана, вам я хочу преподнести череп человека, который, наверное, уже говорил, но мы не знаем, каким был его язык.

— Спасибо.

— Здесь скетч Юлии Родиной на тему вашего выступления. Спасибо большое, аплодисменты!

Миграция учебного процесса: переход в личные кабинеты

Уважаемые слушатели,

Выдача доступов, распределение учебных материалов и дальнейшее прохождение курсов полностью переносятся на платформу закрытых личных кабинетов, нашей новой закрытой разработки.

Причины и регламент связи
В связи с хронической нестабильностью работы Telegram на территории РФ, мессенджер лишается статуса основной площадки и переводится в категорию вспомогательного канала. Бесперебойная работа приложения у отдельных пользователей не отменяет общего решения о системной миграции — дальнейшая академическая переписка будет вестись по возможности за пределами мессенджера.

Инструкция по доступу
* Для первичной авторизации необходимо передать куратору курсов ваш актуальный адрес электронной почты любым доступным способом.
* Уже в системе: 343 студента (примерно 1/6 от общего числа учащихся), чьи контактные данные были собраны ранее, уже интегрированы в систему. Для них кабинет функционирует штатно, без дополнительных запросов.

Состояние платформы
На данный момент база кабинета укомплектована материалами актуальных дисциплин. Планомерно ведется загрузка, индексация и систематизация записей курсов из архива.

Вход в систему: samskrte.ru/cabinet

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240287
Rutube: rutube.ru/video/74e54c13a1a0e5a6cb7434856b57bbca
Youtube: youtube.com/live/UAd6KBB-Pkk

1. 1. 1. 00:00:00 Особенности астрономических знаний
      2. 00:01:02 Древние астрономические площадки
      3. 00:02:01 Роль астрономии в обществе
      4. 00:02:54 Путь от мифологии к науке
      5. 00:03:56 Гебекли-Тепе
      6. 00:05:34 Стоунхендж и шумерские зиккураты
      7. 00:08:45 Египетские пирамиды и гелиотический восход Сириуса
      8. 00:09:44 Развитие астрономических знаний в Вавилоне и Греции
      9. 00:10:18 Александрия и падение Рима
      10. 00:11:23 Обсерватория Улугбека
      11. 00:12:09 Астрономическая терминология и астралатрия
      12. 00:14:25 Анимизм и предсказания
      13. 00:15:54 Астрология и астрономия
      14. 00:17:40 Виды календарей
      15. 00:20:07 Календарь золотого трона Венеры
      16. 00:21:25 Системы отсчёта в астрономии
      17. 00:23:20 Древние системы координат
      18. 00:25:24 Физическое устройство Солнечной системы
      19. 00:27:10 Рецессия точки весеннего равноденствия
      20. 00:29:18 Индийская астрономия и санскрит
      21. 00:34:41 Индоевропейская языковая семья
      22. 00:35:32 Введение в письмо деванагари
      23. 00:36:26 Связь Шахрезады и деванагари
      24. 00:37:06 Значение слова «шах»
      25. 00:39:37 Происхождение слова «шахар»
      26. 00:40:40 Особенности деванагари
      27. 00:42:40 Санскритские словари
      28. 00:44:55 Сказки и притчи
      29. 00:46:36 Астрономические знания и игры
      30. 00:48:43 Азартные игры и детерминизм
      31. 00:52:34 Электронные средства для изучения санскрита
      32. 00:54:42 Эволюция вселенной и жизни
      33. 00:55:35 Введение в курс
      34. 00:56:23 Кристаллы и план курса
      35. 00:59:13 Обратная связь и организационные вопросы
      36. 01:05:44 Стоимость и начало курса
      37. 01:09:00 План второго занятия
      38. 01:11:04 Пример из йоги
      39. 01:12:12 Значение слова «квала»
      40. 01:13:11 Простое понимание санскритских терминов
      41. 01:14:09 Комментатор Йога-сутры
      42. 01:15:39 Терминология воды
      43. 01:18:24 Важность комментариев к Йога-сутрам
      44. 01:20:42 Сакральный язык санскрит
      45. 01:22:29 Небесный санскрит
      46. 01:22:59 Завершение

Стрим состоялся 02.03.2026

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240399
Rutube: rutube.ru/video/d3c670e2104b24814a330967cd1d12be
Youtube: youtube.com/live/MZ4LMrksZ8Y

1. 1. 1. 00:00:00 Вводное занятие по курсу «Ведийская литература»
      2. 00:04:25 Академический подход к ведийской литературе
      3. 00:08:41 Структура курса: санхиты, брахманы, упанишады
      4. 00:12:18 Ведийская культура как отдельный культурный этап
      5. 00:16:14 Сложность понимания ведийских текстов
      6. 00:20:18 Проблема комментаторской традиции
      7. 00:24:37 Хараппская цивилизация и её наследие
      8. 00:28:47 Арийские племена и формирование ведийской культуры
      9. 00:32:42 Роль аборигенов в развитии индийской культуры
      10. 00:36:47 Четыре веды и ведийский ритуал
      11. 00:41:13 Четыре класса жрецов и их функции
      12. 00:46:51 Структура Ригведы: мандалы и гимны
      13. 00:50:52 Космический закон Рита и борьба богов с асурами
      14. 00:54:47 Сатья и значение божественной речи в ритуале
      15. 00:58:53 Ведийский пантеон: Индра, Агни, Варуна
      16. 01:02:57 Яджурведа и развитие рационального мышления
      17. 01:10:57 Брахманы: осмысление и интерпретация ритуала
      18. 01:14:37 Знание как сила в ведийской традиции
      19. 01:18:15 Араньяки и упанишады: путь к философии
      20. 01:21:43 Философы упанишад: Яджнявалкья и другие
      21. 01:25:50 План курса и основные темы
      22. 01:29:53 Разбор космогонического гимна Ригведы
      23. 01:33:10 Вопросы и обсуждение

Стрим состоялся 02.03.2026

Rutube: rutube.ru/video/937f351870ef700ded7888230b137086
вКонтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240431
Youtube: youtube.com/live/mWaMYzvghX0

Прослушать беседу Марциса Гасунса с Софией Камадановой (с тайм-кодами).

Стенограмма не авторизована. Автор лекции не несет ответственность за качество ИИшечного-транскрипта.

Итак, добрый день. С нами сегодня, наверное, мой самый молодой участник наших бесед за последние 10 лет София Сергеевна Камоданова. Здравствуйте. Здравствуйте. Я слышал о Софии впервые, наверное, лет пять тому назад.

И только хорошее, что в андологии вообще редкость, потому что каким-то странным образом эндологи друг друга почему-то недолюбливают. И поэтому похвала и похвала многократная и с разных сторон до меня доносящаяся это добрый знак. И, собственно, я хотел бы, чтобы вы рассказали свою исследовательскую биографию, как так случилось, что такая красивая девушка, как Вы, решили вообще заниматься вот этой мертвечиной и языками, и как вы поступили, как поступали, как сейчас поступление идет, то есть чем живет иса, чем живут индологи, ну и о вашем педагогическом опыте. Мне интересно, что вам передали, чем вы пользуетесь, что, возможно, вы делаете иначе, чем делали ваши предшественники. Мне интересно все.

Итак, для начала вы москвичка изначально? Нет, я родилась вообще в Ставропольском, город именно Мыск, но я там практически не жила еще ребенком. Мои родители уехали в другой город, и всю осознанную жизнь я прожила во Владимире. Город Владимир это я считаю своим местом детства местом юношества потому что я вот как приехала туда уже поступать в школу Да вот шести лет тогда 17 лет я там и про прожила проучилась я училась в школе общеобразовательной номер один города Владимир как раз около золотых ворот знаменитая достопримечательность все знают эти золотые ворота в городе Владимир красивые белокаменные и вот моя школа как раз бывшая женская гимназия вот совершенно рядом в центре города напротив драматического театра располагается и очень теплые нежные воспоминания о школе этих годах которые провела в городе Владимир но вот я уже конечно решила когда поступать выбрала Москву потому что это было логично исходя из ряда технических чисто моментов потому что у меня мама в Москве работала на тот момент Ну и об этом наверное во всем по порядку Если говорить про скорее такую общую траекторию, которой я следовала. Хотела бы я сказать, что у меня был какой-то особый интерес с детства именно к Индии, к языкам, что я будучи маленьким ребенком, думала, что я буду когда-то учиться в мгу или что я буду тем более преподавать и сама заниматься исследовать санскрит мертвые языки да как-то естественно тогда этого еще ничего не было и я даже не задумывалась о такого рода вещах но наверное общий интерес к востоку задала именно семья как это часто бывает весь интерес от семьи а именно среда формирует такое какое-то бытие сознание впечатление детства юношества у меня мне посчастливилось родиться очень интересной, талантливой, очень образованной, эрудированной семье.

Я сейчас говорю даже не про какой-то академизм или про то, что называется, да, интеллигенция. Я скорее говорю о уровне осознанности, уровне осознания, уровень владения речевым аппаратом, начитанностью, интересом вообще к тому, что происходит вокруг тебя в мире, как ты откликаешься на все происходящее. И я росла в очень любящей теплой именно такой семейной обстановке и благодаря вот моим родителям которые постоянно со мной разговаривали беседовали как взрослым человеком которые я слышала беседы взрослых людей о взрослых предметах, взрослых вещах, связанных с философией, с религией, с политикой, с историей, с культурой. Естественно, всем этим напитывалась. Не то, чтобы я прям могу сказать, что живо интересовалась, да, и сразу начала читать взрослые умные книги.

Вот это какая-то культура общения, культура интереса к нестандартным, нетривиальным вещам. Она, конечно же, тоже давала о себе знать. К тому же, меня окружали люди в силу вот такой вот семейной истории, связанной с буддизмом с буддологии это буддисты по большому счёту это люди которые около скажем так скажу аккуратно буддисты люди которые интересовались эзотерикой которые искали себя которые искали себя в разных каких-то конфессиях религиях традициях и благодаря вот этому какому-то взгляду на мир очень интересному Да казалось бы Владимир создали это вообще более русского места с этими белокаменными красивыми резными храмами православными. И вот в духе вот этого вот, например, Суздаля, который тоже нежно люблю, в котором очень много времени проводила и, казалось бы, росла в Суздале, Владимир. Такие места, но разговоры в семье внутри семьи у более широкого круга у друзей семьи это было всё вокруг связано с буддизмом в первую очередь с таким вот религиозным философским толком поэтому с детства у меня вот уже закладывалось вот это вот понимание определенного интереса и даже не могу сказать что это интерес это как некоторая данность которая присутствовала тональность в моей жизни всегда у меня не было чувство я бы сказала внутреннего какого-то поиска очень сильного и глубокого что вот будто бы я должна найти что-то да что отвечает каким-то моим интересам потому что у меня та счастливая какая-то очень очень благоприятственная ситуация когда будто бы все что мне нужно было найти по жизни Да к чему прийти оно уже было мне дано исходно и в этом плане скорее вот весь мой такой вот интерес связанный с религиозно-философским каноном с языками Это не результат какого-то, знаете, выстраданного пути, сложного поиска, какого-то очень такого болезненного, надломленного.

В моем окружении очень много людей, взрослых и более молодых, юных, которые приходят к таким вещам как правило через какой-то кризис через надлом через какой-то поиск запрос через трагедии через непонимание себя мира да тех законов по которым он устроен и вот этот вот поиск он часто людей да вот двигает толкает по жизни чтобы прийти к чему-то что казалось бы вот отвечает даёт какие-то вопросы да на твои проблемы на твои какие-то вот запросы и поиски у меня же ситуация скорее от обратного то есть мне не приходилось искать что-то чтобы ответить на свои внутренние вопросы потому что я скорее находила подтверждение того что уже вот содержится не знаю в пространстве моего ума в том что я читаю в том что я вижу в в тех людях которые окружают меня то есть скорее для меня не было той самой книги знаете которая бы открыла мне путь. Как часто бывает. Потому что у вас бы других книг не было. Ну, с одной стороны, с одной стороны, да. Причём, на самом деле, у меня очень разносторонняя семья, интересовалась совершенно разными вещами.

Это и наука, и техника, и не только это религия, философия. Я росла очень обычным нормальным ребёнком. На самом деле это не было какой-то такой секторностью, где родители пытаются навязать ребёнку какие-то свои представления. На самом деле, я бы сказала, это в более таком светском ключе меня воспитывали в духе культа именно образования, науки, знания, логика какого-то понятийного мышления, самого критического мышления. Самое главное это критическое мышление, что ко всему нужно подходить критически, осмысленно и в том числе даже к тому, что родители сами же тебе и говорят.

Это на меня произвело очень глубокое впечатление. То есть мне никогда ничего не навязывалось, не позиционировалась какая-то установка Да которая должна следовать потому что например мой тоже брат он развивается мой старший брат воспитывался в той же среде той же культуре но при этом пошло совершенно своим путем, который не имеет никакого отношения, например, к Востоку, к каким-то канонам религиозно-философским, ответвлениям. То есть человек идет своим путем, и в этом плане я тоже иду своим путем, но это именно мой выбор, потому что я долго присматривалась, прислушивалась к тому, что я слышу, к тому, что я вижу. И я, опять же, как уже сказала, не было я много читала естественно было много книг и по буддизму и по биологии по философии и каким-то таким около смежным течением но я бы сказала что я воспитывалась на обычной литературе светской школьной программе лучшим каноном традициям обычного школьника тех лет то есть я родилась в 2000 году да соответственно в школу пошла в 2006 году и вот моё такое становление Да это как раз 2006 года да в этом 2015 16 17 когда я заканчивала школу это та же самая литература которую читали обычные школьники Да я нежно люблю например Германа Гесса Да естественно степной волк это одна из моих до сих пор любимых книг.

То, что тоже мне всегда очень нравилось такая литература. Но это не было чем-то единственным, не единственным плодом такой кухни, которой я питалась. В принципе я бы сказала что в большей степени всю школу все школьные годы я была сосредоточена исключительно на интенсивном обучении в школе то есть все мои мысли не были в найти в религии философии в каноне в языках тем более Я была озабочена исключительно школьной программой, как стать, как заниматься математикой, физикой, геометрией, биологией, химией. И в принципе, вот именно, я бы сказала, школьные годы, школьная программа, она меня очень сильно закалила, потому что у меня вся была очень большая любовь к очень внутреннее такое стремление к познанию, которому меня никто никогда не подгонял и не заставлял. Это был такой невероятно внутренний, я бы сказала, перфекционизм.

Даже сейчас у меня уже нет а вот именно в школьные годы это было просто невероятная работоспособность я вот знаете я бы сказала такая вот 10 лет которые полностью были отданы на откуп исключительно знанию познанию прохождению освоению всех ступеней которые я должна была пройти поэтому вот именно скорее такое вот качественное отношение к образованию к своему Да к тому как я отдаюсь учёбе образовательному процессу оно меня по жизни очень сильно в этом плане стимулирует и преследует и до сих пор вот это вот такая именно образовательная линия научно-исследовательская она для меня очень важна то есть при всём таком бэкграунде с одной стороны погружения с детства в но я бы не сказала вольнодумие но в открытость Да вот такого мировоззрения открытость мира открытости мышления все равно такой центральной линии магистральной для меня была именно через образование через исследование через такой логика понятийный в том числе путь и этому я стараюсь тоже придерживаться до сих пор то есть вы отличница Да а да вот все худшие стереотипы которые существуют о девочках отличницах вот каюсь Да есть такое и я очень болезненно относилась к всем неудачам пусть даже временным на пути четвёрка это смерти подобно пять с минусом просто непростительно и слёзы бессонные ночи просто потому что нужно сделать домашнее задание это всё меня преследует я бы сказала до сих пор Я уже более так с юмором к этому всему отношусь, но на тот момент действительно это было для меня очень-очень важно.

И мне на самом деле не жаль, мне не стыдно. Я считаю, что это было очень хорошим подспорьем, которое дало мне такую очень хорошую основательную фундаментальную базу. Но именно это в том числе стремление оно меня по большему счёту бы сказала Ну не то чтобы уводило от какого-то такого понимания чем хочу заниматься по жизни Наверное я бы так и сказала потому что когда тебе одинаковое интересно как математика алгебры Я просто обожала вот именно эту красоту форм математичность систем причём именно не геометрия не тригонометрия а именно вот чистота форм вот красота вот вещь в себе вот эта вот структура ради структуры когда тебе не обязательно даже пытаться объяснить себе зачем ты это учишь тебе просто нравится сам процесс вот сама сама красота того как система может функционировать разворачиваться без применения даже хоть какому-нибудь практическому измерению и с детства это тоже было для меня очень важно то есть у меня не было какого-то конкретного стимула что я это делаю для того чтобы что-то да для того чтобы сами себе как бы можете заводить вам даже не нужны внешние поводов мне абсолютно не нужны и не были нужны внешние стимулы я абсолютно не задумывалась о карьерном пути не то чтобы не задумывалась это не было моей мотивацией что вот я должна допустим получить такую-то профессию для того чтобы получать такую-то зарплату для того чтобы реализовываться так-то и так-то для меня скорее важен сам какой-то творческий путь причём для этого нет абсолютно никакой я бы сказала не было на тот момент материальной обоснованности да то есть я могла бы наверное позволить себе так думать если бы все было очень легко если бы семье давалось это легко но на самом деле моя семья очень много вкладывала ресурсов, сил и внимания и к моему образованию, и к тому, чтобы у меня была вся возможность, все возможности для реализации, для творчества, для роста.

Но это было тяжело. Я с большой благодарностью отношусь вообще к тому, как родители отнеслись к вот этому подходу да к моему образованию и к образованию моего брата было тяжело очень родителям семье всегда все это давалось непросто это было как раз преодоление все преодоление ушло Да вот было снято с моих плеч и легло на плечи от моей семьи моих родителей а я шла вот по такой лотосовой дорожке устланой вот такой вот ковровой перед моими ногами и просто пользовалась Да теми какими-то плодами которыми меня одаривало вокруг пространства поэтому в этом плане я росла исключительно в безопасной такой счастливой ситуации но при этом это достаточно было всегда тяжело для самой семьи Именно поэтому я понимала, что для меня очень важно поступить на бюджет, что всё равно, поскольку я хочу развиваться дальше и для меня единственный вариант это было именно бюджетное образование. И это вопрос был чести в том числе, потому что ну для не для этого я столько вкладывала внимание чтобы я ещё да к тому же не оправдала свои собственные какие-то ожидания и тем более ожиданий родителей. Но не то чтобы ожидание, скорее это вопрос какого-то уважения. Скорее возможности.

Да, да, совершенно верно. Поэтому я понимала, мне нужно в том числе правильно воспользоваться умом теми дарами да которыми были мне предоставлены и выбрать правильную какую-то траекторию но как я сказала поскольку меня интересовало абсолютно практически всё мне одинаково нравилось искусство, математика, системы. Ядерная физика. Языки. Да, я вот честно скажу, меня на самом деле именно поэтому я представляла в детстве что Ну возможно я буду допустим дизайнером или архитектором художником постановщиком не знаю может быть пойду по такой-то логике развития может быть пойду по такой-то но всерьёз я никогда до самого конца не понимала вообще что же из этого получится потому что было слишком много знаете вот этих вот возможности траектории вероятность того как я могу развиваться я в принципе одинаково ровно я чувствую уверенно чувствовала бы себя на каждой из этих веток вероятностей я бы так сказала и я до самого конца думала что я скорее пойду по линии развития именно такой вот художественной потому что у меня два художественных образования помимо вот такого художественная школа где там 6-7 лет действительно провела меня еще была когда училась школе дополнительное образование такого среднеспециальное художник росписи по дереву народных промыслов поэтому моя любимая шутка в студенческие годы что если они сложатся санскритом на завод матрешек в суздаль это там конечно завода матрешек но я себе откройте соответственно да да да вот вот поэтому я в принципе думала что скорее наверное пойду какие-нибудь художник постановщик или на архитектора архи какие-то были такие представления востоковедение же я никогда не воспринимала всерьёз Да вот действительно вот что вот на сто процентов что я могу себя представить среди например востоковед во-первых я даже ещё не очень понимала что такое как таковое востоковедение.

Да, например, у моей семьи, естественно, очень ярко выраженный интерес к Востоку. У моего папы это интерес в первую очередь через Китай и очень много о Китае, о Тибете я узнавала и до сих пор продолжаю узнавать, например, от моего отца моя мама она вообще несмотря на то что по профессии своей она совершенно не из-за не гуманитарной области но с самой молодости она очень много лет много десятилетий очень скрупулёзно а последовательно давала времени на изучение тибетского языка классического языка и вот вот эта вот тема Тибета Китая она была в большей степени актуализирована в моём сознании чем та же Индия я не помню разговоров об Индии Да вот из детства я не то чтобы читала много книг именно об Индии и не могу сказать что меня волновало манила и снилась Индия и до сих пор вот это достаточно курьёз своего рода я эндолог Да я получила образование именно как эндолог но именно Индия не является предметом моего самого такого бы сказала сердечного интереса я очень уважаю очень понимаю и принимаю эту культуру со всеми её изводами но для меня Индия это скорее ключ к мостик в сторону именно вот этой религиозной философской мысли традиции тексты культуры текстов например буддийского канона Да в большей степени поэтому поскольку для той же современной Индии Индия и буддизм это отдельная тема Да насколько вот они связаны исторически но при этом Да что мы можем увидеть именно что Индия может дать и предложить вот современная Индия в рамках изучения того же буддизма это очень тоже как бы отдельная интересная тема Ну вот к слову о том что Индия никогда не была Да вот особенно как-то вот зафиксирована не являлась какой-то особой такой твёрдой установкой в моей памяти за которым я бы следовала и достаточно тоже интересная я человек абсолютно не скажем так не радикальный не революционный то Я с большой открытостью, я бы сказала, и вниманием отношусь к пути, который может сам мне открыться.

Я при всем таком определенном научном подходе, я все равно очень открыта к пространству и у меня я была готова ко всем вариантам развития событий то есть у меня не было какой-то жёсткой такой вот установки в уме что я должна быть вот тем-то или тем-то я понимала что в принципе по большому счёту важнее то как ты проходишь этот путь качественно насколько качественно путь который выбирает тебя чем нежели пытаться выбрать самому путь как тебе кажется который тебе нужен то есть я понимаю что у каждого свой тип сознания типа каждого нужен свой какой-то подход каждый человек каждое существо совершенно особенное и если кому-то подходит и кому-то нужен именно определенный тип да выбора пути подхода да к своей жизни у меня вот он тоже свой и у меня не было никакого страдания какого-то мук выбора невероятно сложных вот кем же я буду я не плакала я не стенала я не вопрошала к пространству да вот что же что же мне делать я скорее как-то вот живо откликалась на те возможности на те какие-то вот информационные волны которые стали Круги по воде вот запускаться вот уже к моему более такому зрелому возрасту когда я была в десятом классе в одиннадцатом классе в тот момент вот благодаря моему папе моему отцу который всегда очень много рассказывал мне о Китае благодаря которому эта тема даже Китая в моем уме была очень-очень так актуализирована.

Во многом следуя каким-то его, в том числе, опять же, таким вот намерением и благопожеланием, я решила попробовать изучать китайский язык и за что тоже очень благодарна моим родителям что несмотря ни на что они нашли возможность и оплатили мне тоже вот несколько таких очень серьезных курсов по китайскому языку это было в десятом классе в одиннадцатом классе каюсь сожалению к счастью так получилось что сейчас я с китайским языком никак не соприкасаюсь его очень безбожно забыла и мне нужно заново это все вот я все мечтаю мечтаю что вот я наконец-то вернусь вот сейчас вот я расправлюсь с магистратурой с аспирантурой и вот настанут все благословенные времена когда я смогу вернуться к нежно любимому китайскому языку который я благополучно уже забыла и тоже моя такая вот морковок на будущее Да вот за которые я тяну что вот китайский язык от меня не уйдет но он ушел ушел но я не жалею потому что эта тема востока благодаря китайскому языку она для меня стала все более и более материальная то есть это уже было нечто мое нечто не внешнее это был такой очень глубокий какой-то внутренний интерес к языку культуре, к вообще возможности того, насколько языки могут быть. К пониманию того, насколько языки все разные, и насколько это открывает кругозор.

Школа у меня была самая обычная, она была замечательная тоже исключительно нежные воспоминания самые такие благодарственные это была обычная общеобразовательная школа это не было лицеем гимназии или какой-то экстраординарной выдающейся вот такой вот школой которая бы давала не знаю уровень образования экстра классов То есть это была обычная общеобразовательная школа с очень очень обычным я бы сказала обычно посредственным преподаванием языков самая обычная школьная программа английского языка и собственно это всё и даже я это достаточно забавно и курьёзно но в своей жизни я всего два раза два раза сказала вот никогда нет вот ни за что своей жизни я не буду нет и вот это было две вещи первое это вот я так сейчас помню как я с кем-то обсуждала ещё не зная толком ничего лингвистики но я рассуждала о лингвистике со своими сверстниками, друзьями и говорила, что нет. Вот лингвистика. Я уже тогда поняла, что лингвистика это очень серьезная наука. Это наука, по сути, не менее сложная, разработанная и математичная, чем сама та же алгебра или все изводы математических наук. Я понимала, что это совершенно отдельная специальность экстра-класса, которая, ну, наверное, я даже не буду пытаться приближаться, что это настолько сложно, что нет.

Ну, лингвиста, нет. Лингвистам я точно никогда не буду. Языки учить нет, языки учить я никогда не буду для того, чтобы с ними работать. Ну, одно дело для себя, для развития. Но точно также я не планировал никак связывать свою жизнь с языками.

И вторая такая вот вещь которую я по неосторожности когда-то озвучила это Индия Да ну нет ни за что в жизни с Индии я не могу связывать свою жизнь потому что тогда опять же Индия не была каким-то предметом моих мечтаний и уж а поскольку вокруг было очень много людей которые интересовались какими-то эзотерическими ответвлениями да традицией каким-то такими вот интересными вещами Я всегда очень осторожно, честно скажу, относилась к той же Индии, потому что люди, которые транслировали на тот момент жизни Индию, всегда воспринимались мною как люди, которые знаете я очень скажем так аккуратно отношусь к слову да эзотерика без всякого пренебрежения они вам казались немного ре реха а ну опять же при всём уважении к тоже не хочу так культуру рехов сильно, ну то есть не мне рассуждать, но я очень аккуратно. Очень трепетно отношусь к наследию рериков, но это не означает, что нету такого движения людей, которые как-то, не знаю, преданы, что ли, через меру, то есть они ничего, кроме этого, и они получаются какие-то такие фанатичные. Знаете есть такое слово вот опять же вот благодаря моему отцу к его которое очень такое тоже развитое критическое мышление которое мне тоже привило очень такую какую-то я бы сказала аккуратность да к той информации которая поступает твой ум вот мне очень понравилось время такое выражение как преизотеринные вот есть люди которые больше эзотерики и которые вот проникнуты этим духом при всем уважении а есть преизотеринные я опять же не хочу ни в какую сторону никого оскорблять потому что опять же это часть пути у каждого человека но свой путь и в принципе опять же через призму какого-то буддийского восприятия буддологического тоже понимаю что все находятся да на каком-то этапе своего развития и все да там там совершенно верно в силу каких-то причинно-следственных связей все проходят какой-то свой путь и не нужно пытаться этот путь это все равно не получится да как-то вот преобразить революционизировать да потому что закон причины следствия все равно он как бы приведет к необратимо к своим каким-то плодам но вот я очень аккуратно и очень осторожно честно скажу отношусь к такому синкретизму традиций течений когда санскрит например осмысляется через призму русских корней и русских традиций славянских славянские веды и вот прочие какие-то вот такие вот ответвления мысли да которые сейчас тоже достаточно Ну в определённых кругах популярны когда какая-то такая этноконфессиональная история завязана на каких-то родовых таких вот вещах я к этому очень осторожно отношусь когда смешивают сильно традиции когда разные восточные традиции как-то вот неаккуратно небрежно сплавляют в нечто такое вот аморфное прикрывает это тем что все едино все абсолютно все по большему счету про одно и то же опять же через призму я бы сказала не столько буддийского сколько быдологического такого вот понятийного аппарата да вот внешнего да интерпретационного очень хорошо это прослеживается на тех же представлениях о уровнях да вот реальности как в буддийском пути вот есть никто не спорит абсолютные уровни да какое-то постижение есть относительные их много и я предпочитаю опять же в силу в силу понимания того что я не даже не буду претендовать да на то что я знаю больше да там чем все остальные как-то последовательно и аккуратно и методично функционировать в рамках какого-то конкретного хотя бы относительного уровня.

И когда начинается смешение вот этих вот пластов, какие-то внешние такие вот вещи чисто структурные, чисто таких вот функционирующие в нашем плотно проявленном обычном мире начинают описывать, интерпретировать и как-то оправдывать через какие-то очень высокие материи тонкие. Я к этому тоже отношусь достаточно настороженно. И когда я еще была в юношестве совсем ребенком, я уже тогда это чувствовала то есть видя как общаются какие между собой взрослые люди умные да которые тоже прошли свой путь я уже тогда для себя решила что путь, по крайней мере, лично для себя, я бы хотела выбрать в большей степени. Ну, я бы не хотела использовать термин чистый, но какой-то такой вот, и не то чтобы строгий, но конкретный с чётким пониманием того что если ты хочешь прийти да к какому-то результату нужно выбрать конкретный путь ему следовать да конкретную методологию и смешивать пытаться пройти по разным путям это едва ли приведёт себя к какому-то конкретному результату то есть ты должен что-то выбрать для себя что-то очень внятное чёткое опять же я ни в коем случае не считаю что это как бы истина последняя станция но лично для себя я поняла что для меня это важно то есть для меня важно сохранять какую-то такую ясность чистоту восприятия традиций в том числе из уважения к этим же традициям то есть я не отрицаю традиции какие-то другие другого толка но пытаться объяснять и сильно как-то вот подменять одно другим это наверное не тот путь которому бы хотела следовать я и поэтому я ещё не особо понимая да чем я хочу заниматься по жизни так вот живо откликалась на то что вообще происходит, да, вот вокруг меня.

И так получилось, что, как вы уже поняли, это девочка-отличница, которая у которой было турне по всем бесконечным олимпиадам, начиная с физики, математики, географии, заканчивая литературой и русским языком. Вот одна из таких вот веточек привела меня к литературоведению к литературе к филологии потому что всё равно я много читала очень люблю всегда любила люблю читать и сама вот это вот скорее любовь к тексту к восприятию информации именно через текст да через такую какую-то культуру книжного знания она привела меня на ряд тоже там что-то там на городе в регионе и так получилось что на тот момент вот во Владимирской области решила администрация создать такую вот очень школ с очень пафосным названием школа олимпийского резерва филологическая но по сути это была специализированная такая школа дополнительного образования то есть помимо общеобразовательной то есть дополнительное пространство в рамках отдельного такого учебного комбината вот дополнительному образованию где собрали там с десяток ребят победителей олимпиада по литературе литературоведению с разных городов владимирской области я вот попала как раз от города владимир где для нас что было очень неприятно очень интересно очень лестно читали лекции преподаватели университета и того же Владимирского государственного и приглашённых из других университетов и тогда я ещё будучи школьником почувствовала вот эту вот атмосферу университетского знания что это такое когда к тебе приходит приходят профессора доценты преподаватели и дают информацию без скидки на возраст и на школьную программу а когда с тобой тебя сразу погружают настолько глубокие пласты текста и уровня анализа текста что это вызывало скажем так, просто огромный восторг у ума, которому хотелось подбросить очередную какую-то интеллектуальную задачку, которую хотелось решить, хотелось преодолеть.

И эта школа была достаточно очень хорошей школой жизни, потому что буквально там каждую неделю каждые две недели у нас были серьёзные задания на протяжении там двух лет нам давался тот или иной текст поэтический прозаический или какой-то какого-то другого жанра и давалась задача то есть нужно было проанализировать например этот текст на уровне того или иного скажем так ну не знаю через призму структурализма лингвистики филологии То есть разные какие-то аспекты текстологической работы. И всё время вот эта вот работа каждонедельная с текстом, с бережным таким отношением к тексту, где-то ты должен проанализировать текст совершенно с разных сторон. И вот это вот просто привычка постоянно доанализировать, копаться и очень аккуратно относиться к каждому слову, каждой фонеме, каждой морфеме, когда этот уровень анализа погружается от каких-то широких мазков до более таких тонких, которые уже погружаются в тонкости не знаю звукозаписи, литерации каких-то тонких моментов, как каждый маленький кусочек сегмент текста может функционировать да на раскрытие какого-то общего смысла и эта культура работы с текстом она меня тогда тоже очень вдохновила на понимание того что вообще в общем-то мне нравится работать с текстами Мне нравится филология Мне нравится литературоведение Мне нравится вообще как таковая работа с языком, с текстом и препарировать, расчленять, сегментировать, анализировать, заниматься такой алхимией вот этого вот.

Меня это тогда очень живо вдохновляло и собственно этот интерес такой филологический наложился интерес который подтягивался все больше и больше через изучение китайского языка и вот эта вот тема понимания того что Восток то мне на самом-то деле очень-очень интересен и близок и что мне очень интересен Восток при этом мне с точки зрения современной какой-то геополитики что до сих пор меня не особенно-то и сильно интересует Ну конечно в силу как бы профессии я вынуждена Да постоянно быть в теме Да вот как бы откликаться живо на все происходящее в геополитике стран Южной Азии например но это не то чтобы сильно я бы сказала меня так уж честно говоря волнует и самого детства я тоже чувствовала вот эту вот какую-то именно интерес и пиятец перед чем-то очень глубоким философичным таким не то чтобы закрытым а именно тем к чему ещё нужно подобраться то есть то что не лежит на поверхности да а то что тебе ещё нужно такую задачку решить как-то выявить проявить да и осмыслить и вот философия меня тоже в юности очень интересовала и даже это меня завело далеко когда в 14 лет там читаешь и вот это вот все ну какой-то момент понимаешь что да все-таки но интересно каюсь интересно философия интересной религии и восток мне тоже интересен именно с этой точки зрения то есть я не хочу заниматься историей политологии и строго говоря дипломатии да и да экономика в том числе Но мне интересна культура, традиция, ну, например, не история.

То есть, история это тоже не то, чтобы меня сильно так уж, строго говоря, волнует. История для меня интересна в контексте того, как это формирует смысл, да, как это укладывается в канву анализа текста смысла Да и проявления вот этих вот каких-то тонкостей анализа тех же текстов например там буддийского канона и в этой связи я уже понимала Да что мне интересен Восток Да но идти заниматься экономикой Востока это, наверное, тоже не мой путь. Но при этом мне интересны тексты, и мне интересна филология, мне интересна литература, но при этом структура мне тоже интересна. То есть, с одной стороны, я всегда чувствую вот эту какую-то двоякость. Меня волнует в первую очередь смыслы да вот именно смысл религиозно-философского канона но структура да структура самого текста логика изложения язык это тоже что меня тоже очень-очень захватывает и сама красота формы вот это вот вещь в себе да просто как структура сама в себе как бы разворачивается даже без применительно к тому содержанию которое стоит за ним это тоже мне интересно и я вот ну так размышляла Ну а как вообще это можно все соединить но не то чтобы я это прям сильно рефлексировала то есть я с достаточно как уже сказала доверием относилась к тому Ну как-нибудь жизнь меня да выведет.

Не сильно я переживала. Я вообще не задумывалась, как чем я буду зарабатывать и как сколько я буду получать. Меня это вообще абсолютно не волновало. Хотя, наверное, нужно было, потому что, опять же, ничего просто в моей семье и мне тоже не давалось. Но у меня какое-то всегда было безграничное доверие всему миру пространству и у меня всегда всё было очень логично и я бы сказала мягко то есть без каких-то очень серьёзных сломов и переломов всегда в нужное время в нужном месте мне находились нужные люди нужные события складывались так чтобы нужное время я как-то вот мой ум направлялся на тот или иной какой-то аспект не знаю познания изучения развития саморазвития поэтому меня не волновало у меня не было никогда никакого переживания Да вот а как же что же с этим делать я была всегда уверена что все опять же закон причины следствий как-то меня думаю выведет в нужное русло и я всегда чувствовала что в моей жизни есть нечто такое особенно какой-то изначально очень драгоценный какой-то потенциал изначальных стартовых условий который позволяет мне не скажем так с умом воспользоваться теми Ну допустим там десятью двадцатью тридцатью годами жизни которые зачастую людям требуется для того чтобы через внутренние какие-то сломы и путь прийти к тому к чему Ну возможно я уже пришла например в более юном возрасте не потому что я не знаю там такая умная или там мудрая осознанная там ни в коем случае потому что просто опять же как-то вот стартовое условие опять же закон какой-то причины следствия вот этот путь сложился Так что мне не пришлось искать будто бы все что мне нужно было опять же найти уже у меня было мне нужно было просто немножко подрасти чтобы как-то до этого уже интеллектуально дойти разрешить тогда прервать вас потому что я понял что если я что-то не скажу то все равно нам не хватит времени не то что два часа, я расскажу одну историю.

Я попросил Викторию Дмитриеву поехать, когда еще Александр Яковлевич Сыркин приезжал в Москву и Петербург, он останавливался в Петербурге всегда в одной и той же гостинице. И, собственно, когда Дмитриев туда приехал, мы думали, ну, снимем беседу на час. Когда шел уже пятый час, и беседа никак не прерывалась, потом я подумал: нет, это все выложить, конечно, невозможно. Потом мы отрезали оттуда, оставили два часа, и когда эту беседу выложили, люди возмущались: как это? То есть почему Дмитриева постоянно прерывает Сыркина?

Как она может? Я очень ее понимаю, потому что я знаю, что если Сыркина не прерывать, ему в принципе задай одну тему. Я к тому, что когда человек настолько начитан, а к циркинг тому моменту он приближал к своему 90, я удивляюсь тому, конечно, насколько вы начитаны, насколько вы можете не просто поддерживать, но поддерживать интересно. И в принципе, даже если бы я ничего больше не сказал, я прекрасно понимаю, что у вас есть о чем рассказать и рассказать интересно. Просто меня удивляет, что Сыркиным было уже к 90, а вы как будто бы моложе, но ваша наполненность она заметна, и она интересна.

Я должен сказать, что ваши родители действительно постарались во славу, и мне интересно, кто ваши родители? Смысле образованию? Смысле я не понимаю, как вы даже не 30 лет от роду, а рассуждаете то, о чем вы рассуждаете. Есть я хочу понять, как так случилось. Я могу сказать что я первый человек в своей семье по крайней мере из такого близкого окружения кто получил такое полное академическое образование именно университетское и например моих родителей Ну могу сказать у них Да нет высшего образования до сих пор они являются для меня примером того насколько вот это вот марка марка какой-то именно ну и повысил слово интеллектуальности и осознанности начитанности и вот эта вот культура какого-то слова она в том числе тоже она конечно соотносится очень очень сильно с уровнем образования полученного но это для меня такой показательный пример что видимо есть что-то помимо этого мои родители они вообще по своей профессии не имеют никакого отношения к востоковедению Мой папа очень много лет своей жизни тоже был связан, например, с преподаванием Тядицюань, китайской вот этой вот практики, которая одновременно это как йога, но в большей степени ское с одной стороны это часть ушу и это и боевые искусства одновременно и оздоровительные практики но при этом любая также как в йоге это физкультура без какого-то наполнения внутреннего она не принесёт никакого плода поэтому естественно какая-то такая наполненность смыслами она всё равно присутствует тоже в рамках того же там просто ушу Да по-другому не может быть поэтому для моего папы это всегда было через вот Китай через связь с Китаем он был одним ещё там из первых людей там которые в девяностые годы очень были тесно связаны именно с вот этой вот традицией Китай когда он ещё был только новомоден интересен а сейчас-то конечно уже на каждом углу у нас там преподают изучают китайский язык и так далее а мама она вообще медицинский работник много лет по крайней мере раньше она проработала больше 30 лет в сфере медицинского труда и очень много лет жизни отдала вот этому служению немного немало но всегда вот этот вот интерес к тибетскому языку он её поддерживал и тоже для меня пример такой упорного стремления кто бы что тебе по жизни не говорил как бы не до оценивал или не обесценивал но вот именно труд такой вот педантичный когда ты бьёшь в одну из года в год несмотря ни на что и когда у тебя есть такая вот четкая цель четкое понимание что тебе это нужно это безусловно тоже вот мама не очень привела потому что то к какому качеству перевода тибетских текстов именно религиозно философски с классического тибетского языка она пришла для меня это вот на данный момент эталон маркеры и якобы скромно выступаю скорее редактором таким с точки зрения русского языка запятых пунктуации но поскольку я все время вычитывать эти тексты для меня это образец того как можно прийти Да с вот нулевым каким-то да вот багажом да знаний вообще про методику изучения языка про вообще культуру про сам язык Да но когда ты используешь любую возможность для того чтобы обучаться обучаться независимо от чего и к чему например она пришла это действительно меня очень сильно вдохновляет и очень помогает и поддерживает поэтому и в первую очередь поскольку семья у меня очень всегда связана с буддизмом да то есть вот это вот тема буддизма она всегда присутствовала и в этом плане это такая как бы не это такая прослойка да смысловая которая независимо чем ты по жизни занимаешься это формирует в целом всё то есть это формирует смыслы это формирует качество проживания переживания любого опыта даже самого какого-то бытового банального поэтому я всегда понимала что я могу быть кем угодно я могу быть хоть математиком хоть художником хоть архитектором и я могу быть в этом точно также счастлива и я уверена до сих пор что в принципе если бы я пошла по другому пути я бы и там себя нашла но я нисколько не жалею потому что то как например складывается мой путь Ну я во-первых и представить такого наверное не могла раньше это настолько интересно настолько неожиданно это такое большое космическое путешествие, которого я не ожидала, которого я сама, как бы, не планировала.

Но то, как оно вроде бы, как бы естественно, с одной стороны, но с другой стороны, настолько неожиданно преломилось, это просто удивительно. Потому что, вот, я уже сказала, востоковедение это не то, что я прям всерьез рассматривала, но до сих пор помню вот этот был наверное класс десятый даже уже скорее одиннадцатый класс самое начало когда уже казалось бы надо выбирать ЕГЭ уже готовиться это был 2017 2016 там 2017 года вот надо выбирать экзамены надо готовиться надо как бы выбрать университет даже там 5 да нужно подать на специальности я вот вроде бы высматривала высматривала какие-то такие художественные разные форматы связанные с изобразительным искусством дизайном но в какой-то момент вот просто вот от скуки, я не знаю, от от чего я подумала, а так вот посмотрю, а что вообще есть в востоковедческом. Ну вот так вот просто как резервный случай. Я начала смотреть, а что вообще есть действительно востоковедческого в России, какие есть факультеты, какие есть университеты. Я, конечно, много чего нашла.

Самый первый же список, самый банальный, самый такой простой, очевидный меня, помню, тогда поразило само название Институт стран Азии и Африки МГУ. Во-первых, МГУ меня поразило, что МГУ, ну естественно, я знала, что есть МГУ, есть такая махина, есть такая величина. Но меня поразило просто до глубины души, как такое вообще возможно, что в рамках МГУ, казалось бы, настолько ну академичного такого фундаментального классического образования и что-то настолько экзотическое, настолько из ряда вон выходящее, даже в силу своего названия, то Институт стран Азии и Африки, что они изучают культуру, историю, политологию, экономику и вообще традиции стран Востока, в том числе практически во всех его региональных ответвлениях То есть это не только там Кавказ Дальний Восток там средняя Азия но это Южная Азия это Юго-Восточная Азия и меня это просто зацепило скорее даже интеллектуально не то чтобы я сразу подумала что вот мне надо туда, но я тогда думала, о интересная задачка. Ну как бы вот чисто такая даже абстрактная для ума, что-то настолько экстраординарное, интересное и при этом и при этом то о чем вообще даже не знала то есть я до тех пор вообще не знала что он существует и это очень глубоко это засело в моем уме я сначала так аккуратно начала читать про институт про направление подготовки я сразу конечно испугалась я увидела что набор специальностей набор экзаменов он очень серьёзный он очень такой фундаментальный это тоже история это английский язык опять же при всей какой-то но язык это серьезный навык, которому тебе должны или хорошо, хорошо поставить, или ты сам должен как-то вот очень много внимания этому уделять.

Честно признаюсь, у меня не было никакой вообще экстраординарной подготовки в плане языка. Это была самая посредственная и в хорошем, и в плохом смысле школьная программа. И она практически никак не соотносилась. Ну, обычно английский в школах безобразный. Ну, честно говоря, да, я просто не хочу заведомо какие-то вот волны неуважения пускать в сторону конкретных учителей потому что все равно какая-то система обречения да да да да совершенно верно общая система да того что она преподавалась она была ну достаточно слабом уровне и я бы сказала очень слабом уровне я честно оценивала свой уровень то есть мой уровень был достаточно слабым я может быть могла действительно разбирать читать тексты но так чтобы говорить так чтобы я чувствовала какую-то уверенность том что я могу достаточно даже помыслить о том что там дерзнуть сдать экзамен выбрать на английском английскому языку а все вы понимаете что все знают все эти проблемы современного образования, ЕГЭ, и что вот уровень той подготовки, которая в конечном итоге от тебя требует вот эта экземационная процедура, система, он очень сильно не соотносится с той программой, которую вы осваиваете на школьном уровне то есть вы можете хоть быть там 10 раз девочка отличницей но при этом если вы специально не прилагаете усилия для того чтобы заточить скажем так и отработать материал исключительно формата и гэ с тем уровнем достаточно серьезным которые требуются на егэ я не говорю уже о том что это базовые бвгдеки это серьезные сложные экзамены и тут как раз речь о том что экзамены они действительно сейчас егэ очень сложные они многоуровневые многоплановые и действительно требуется очень серьёзная подготовка для того чтобы это сдать и нужна определённая практика в том числе логики решения такого рода задач этого же у меня в школе не было я понимала что а поскольку я была оторвана традиции вот этих вот репетиторов как это сейчас очень распространено когда ты постоянно ну когда у тебя должно быть много репетиторов Да для меня это было достаточно сложно потому что я понимала что мне нужно без репетиторов самой опять же это тоже вопрос чести Ну как бы я не столько училась Да для того чтобы я ещё репетиторов использовала Я кстати между прочим в какой-то момент все-таки испугалась, и мы с родителями подумали, будет хорошо найти мне репетитора по английскому языку.

У меня был такой опыт очень недолгосрочный, когда я брала занятия у преподавателя из университета даже в ЛГУ для подготовки к ЕГЭ, но поняла, что я бы вот сейчас прям я бы подготовилась не хуже самостоятельно. И не особо мне это помогла на самом деле история с репетитором. Но это дало мне небольшое такое хотя бы десять процентов уверенности, что я хотя бы приложила какое-то дополнительное усилие и будет потом не так стыдно не так обидно если я не поступлю например туда и я размышляю о том что экзамен достаточно серьёзные экзамены это действительно серьёзные нужно к ним готовиться и я в итоге всё равно дерзнула почему-то не знаю меня не отпускала эта мысль что это действительно очень хорошее место для моей какой-то реализации это было тому же логично потому что мама моя на тот момент работала Москве и она просто приезжала на выходные к нам вот во Владимир опять же для того чтобы иметь возможность обеспечивать семью вот было такое принято решение моя мама она работала в Москве это было очень тяжело но она снимала квартиру как бы комнату в квартире И так когда опять же все сложилось одно к одному, что у нее освободилась комната, где она жила на тот момент с квартиры, где она снимала жилье.

Мне нужно было поступать. Я хотела в Москву. Мы все равно жили на съемном жилье в этом плане по большому счету какая разница где снимать и мы вот опять же большая благодарность моим родителям которые мы все вместе приехали Москву. То есть не было ни доли сомнений, что вот опять же мне нужно получить образование. Никто меня не пытался удержать при себе и точно также никто не строил никаких препятствий.

И опять же, поскольку меня всегда очень оберегали, это было само собой разумеющимся что нам нужно быть всем вместе на тот момент я еще была очень робким таким мягким созданием я еще не прошла эту строгую школу жизни иса поэтому я ещё была нежным ранимым цветочком, которого одну нельзя было отпускать в Москву. Поэтому сейчас, конечно, пройдя Школу Жизни Иса, уже всё на это с юмором смотришь по-другому, но тем не менее. И вот я оказалась в Москве, её сдала, всё равно нужное количество баллов очень хорошо экзамены все и по и вступительные по истории я поступила в итоге во все ВУЗы в которые я подавала то есть я подавала Ну помимо Ну ну можно было пять тогда попадать но я подавала исключительно в Москве. То есть, я подавала, по-моему, РГГУ. В общем, везде, где была программа набора на востоковедение, связанная с востоковедческой программой.

Я тогда это мыслила, скорее, я буду связывать наверное Ну для меня логично было это заходить через китайский язык потому что я его на тот момент уже как бы начинала осваивать и поэтому все востоковедческие программы где были на тот момент они примерно те же сейчас и остались Да кроме МГИМО потому что МГИМО опять же для меня дипломатическая служба это как бы не совсем не совсем просто мне близко хотя опять же с большим уважением отношусь к коллегам да из мгемо и вот я в итоге переживала что никуда не поступлю но поступила везде в итоге поступила везде с перепугу Да так боялась так боялась что в итоге с перепугу поступила везде но выбрала естественно как мне казалось лучше МГУ Да это для меня тоже было важно как определённо само слово МГУ уже внушает какой-то такой священный трепет это важно как бы и для меня было и для всей семьи я чувствовала что это возможность роста такого нового оправдать возложенные надежды возложенные надежды ожидания но даже не то чтобы внешние скорее внутренние меня никто никогда не сподвигал в этом плане на меня никогда не было никакого давления что я что-то кому-то должна это скорее было внутреннее вот это вот желание проявить весь лучший свой какой-то потенциал Да раскрыть его и вот этот момент роста и сложности для меня был важен сложнее тем лучше желательно чем вот интереснее сложнее и чем выше вот этот какой-то бастион который нужно взять вот идеально вот надо что-то самое сложное вот мне дать и вот это прям ум тогда начинает радостно радостно плескаться да и вот от восторга и думать, что вот наконец-то есть чем новым заняться.

И вот я радостно поступила в ислам. Это напоминает мне Максим Альбертович, который пришел и сказал: Отдайте мне самую сложную, ему дали кавью. Вот это напомнило мне насчёт самое сложное вот как раз в рамках эса опять же поскольку я же сказала что у меня были какие-то разные интересы и в принципе я могла бы всё-таки выбрать какие-то траектории другие более в плане вот чего-то такого связанного с художественным каким-то дизайном архитектурой но для меня всегда была важна какая-то такая вот интеллектуальная что ли сложность то есть опять же это не значит что работа Да в других сферах она не тертоина но я всегда чувствовала что ну мне достаточно быстро скучно становится если я просто вот ничем не нагружаю свой мозг и мне хочется занимать его чем-то именно таким теоретическим Да тяжеловесным Да и вот чем тяжелее тебя прибьёт по голове вот тем вот лучше прям вот идеально вот нужно идти туда куда страшно не знаю откуда у меня на тот момент было столько дерзости и смелости замахнуться из обычной школы общеобразовательной на МГУ уехать в город и даже не пытаться подавать заявки в какие-то такие не знаю региональные вузы где собственно откуда там я и пришла Да я туда даже не подавала А всё вот исключительно все вот ставки сделаны на Москву на вот все эти образовательные программы и вот я когда поступила в иса на тот момент была система распределения не то чтобы по выбору то есть я предполагала что мне может не достаться китайский язык я к этому была очень на самом деле нормально расположена ровно я вторым языком написала как раз хинди опять же не то чтобы у меня была какая-то любовь особо большая понимание того что такое индия но я понимала что востоковедение для меня тогда будет возможностью как раз заняться погружением изучением таким интеллектуальным таким вот понятийным тех же текстов религиозно-фолософского канона того же нежно любимого мной буддизма и если я не смогу зайти допустим через китай через тибет через виньян через классический китайский или через, например, тибетский язык, которого все равно тибетский не изучали в Иса, это как бы и так понятно.

Но я смогу, если что, зайти через санскрит. То есть, я на тот момент уже понимала, что все-таки есть в Индии то, что мне по-настоящему интересно. И это санскрит это язык я не особо еще понимала что это такое я не то чтобы прям вот особо вдумчиво или интеллектуально могла осознать Да всю величину всю глыбу на которую я могу замахнуться но когда я ещё изучала и переписывалась студентами будучи абитуриентов будучи абитуриентом с теми студентами которые обучались в иссале которые обучались на программе хинди я у них испытывала я вот у них спрашивала А вот вы тут вот изучаете хинди А можно ли у вас изучать санскрит и тогда вот для меня очень радостно было услышать что не то что можно у них как бы выбора нет хочешь не хочешь заставим и я думаю о это то что мне нужно вот заставит это вот меня заставлять не надо я с радостью и даже небольшая потеря что мне придётся изучать хинди Ну много языков немало Ну ладно хинди ещё выучу не то чтобы было мне там сильно для того чтобы изучать санскрит вдогонку надо ещё взять хинди хинди возьму да да поэтому в принципе для меня хинди это был ну как бы знаете такое ну не то чтобы злой неизбежно это что-то что я не мало но ну такой довесок действительно пошёл я думаю ну ладно вот ради санскрита вот можно инди потерпеть и Индия собственно в том числе вот как-нибудь я просто зайду не севера да вот с юга прямо туда же в тебе примерно и приду просто другими тропами но как бы невелика беда Зато может быть это еще более интересно и не так тривиально, как например может быть там идти через тоже там классический тибетский язык сразу без бэкграунда санскрита и пали.

И в итоге так и получилось. Я поступила на хинди. Когда я поступила в исай я поняла что в принципе настолько тяжёлая учёба настолько невыносимо сложно это вот опять же я девочка отличница думала что мне море по колено что ну уж я-то Ну уж что ещё может быть сложнее чем удивите меня чем-нибудь и вот так уж меня удивили вы саль я была под впечатлением что ну я как бы предполагала что может быть сложно но что настолько невыносимо сложно что тебя до слёз доводит вот это вот отчаяние сложности вот этого пути который ты проходишь насколько это физически именно сложно что не оставалось времени какой там религиозно-философский контекст какая это какой там тебе какой там буддизм вообще исключительно понять бы к началу лекции все существительные Да ещё даже до санскрита это было сложно первый курс это вообще до сих пор вспоминаю то есть это когда у тебя пары Да с 9 утра до там 6 вечера плюс ещё потом физкультура надо ехать на ленгоры у нас же из создание Красномоховой вот красивое в центре Москвы в центре как раз вот сердце так сказать вот рядом как раз на моховой и надо было ещё куда-то и далеко ехать на один горы потом ты уставший потом приходишь домой по 6 часов делаешь эти домашние задания я как-то не осознавала что мне снова надо будет много-много лет делать домашнее задание Я думала что вот я сейчас приду, и как-то оно будет Ты уже переделала, пример Свобода.

Да, но вот, честно говоря, столько, сколько я делала домашних заданий в университете, это вот даже, я думаю, в школе мне, наверное, не снилось. Поэтому это было очень А, это потому, что вы отличница, и воспринимали любой, ну, фабулитативный вариант вы воспринимали как обязательный, что никто не предполагал, что кто-то это всё будет делать, а вы, собственно, как единственная, кто всё. Именно так это и было что я воспринимала опять же там болезненное абсолютно всё и пыталась как бы вот всё что давали всё по максимуму вот выстроить осознать выучить На самом деле учиться очень интересно в ИСАА это лучшее, что вообще могло случиться в моей жизни. Нисколько не жалею и сделал бы этот выбор заново снова и снова, потому что опять же это очень серьезная школа жизни именно фундаментального образования. Вот что хотела, то и получила, собственно говоря.

Это действительно было очень основательно, очень фундаментально. Это очень тонко и потрясающе интересно. Вот эти вот селекции, наработки специалистов, специалистов экстра класса в своей области и по литературоведению, и по лингвистике, и по истории, и по политологии, по экономике. Интересно было абсолютно всё, и ум просто был в восторге от вот этого обилия сложных задач и сложных интересных каких-то смыслов. И в целом и сад действительно захватывает.

Особенно вот эта культура многоязычия, многокафедральности, да, вот это многоголосье культуры регионов, когда у нас же очень маленькие группы. То есть я училась в группе, где нас было около там пяти студентов хинди. Это вот наша была такая боевая ячейка, единица, с которой вот я с первой по четвёртый курс проучилась. И вот мы изучали маленькую группку хинди и вот эти вот занятия. И это и то это историки вместе с филологами потому что нас было всего две филологии две девушки которые были филологами все остальные были например историками и все время у нас разные сочетания в группе но это мальчики тоже были вот филологи у нас было двое вот девочек которые выжили скажем так пережили все вот если говорить не те кто поступил а те кто остался в конечном итоге это вот две вот мы там девушки это филологи так вот историки конечно политологи экономисты это все время в этой в этом котле общения с разными группами, разными студентами, когда в твоём всё равно поле люди, которые изучают африканские языки, кавказские, юго-восточные, вьетнамские, индонезийские, филиппинские, арабский китайский казахский кхмерский и так далее и так далее сингальские прочие языки и ты в этом котле варишься и когда все твои друзья да с которыми ты растешь вместе и как-то зреешь все они тоже вот напитываются вот этой вот какой-то культурой это конечно очень это очень ценный опыт очень это я думаю в любом университетском конечно по сути наверное изводе будет да вот эта культура какая-то академическая когда ты растешь вместе со своими вот друзьями которые сами потом начинают уже преподавать сами начинают уже возглавлять какие-то какие-то отделения какие-то корпорации когда вот этот вот Круг связи в которых ты растешь, зреешь, он тоже растёт и начинает потом тебя же тоже как-то толкать выше и выше.

Это, конечно, очень здорово. Мы до сих пор все общаемся, и ИСа в этом плане действительно даёт очень блистательное образование с их точек зрения. Оно, конечно, по-разному выстроено немножко методически и, скажем так, практически в разных профилях, да, потому что у нас есть политологи, экономисты, филологии, внутрифилологии, да, есть те, кто занимается лингвистикой литературоведением. И, казалось бы, к слову, да, я должна была бы пойти со своей склонностью именно по линии литературоведения, литературы, потому что литература все равно, опять же, для меня это просто было более очевидным путем с моим, опять же, бэкграундом филологического такого же какого-то опыта дополнительного образования когда ты занимаешься текстами анализируешь вот эти разные текстологические какие-то процедуры проводишь текстом и принципе я думала что я буду литературоведом и наверное может быть видимо очень похож потому что я тоже буду литературоведом я буду заниматься средневековым индийским, то есть я думал, что буду заниматься литературой, а по факту я занимаюсь лингвистикой и ничем, кроме лингвистики. Слава Богу, я не говорил, что не буду ей заниматься, я не понимал, как ей заниматься, но тяга у меня была.

То есть изначально литература может привести к языку, к языкознанию. Поскольку, как я уже сказала, для меня в приоритете было именно подойти как можно ближе к санскриту, на тот момент на моей кафедре, и сейчас тоже есть несколько преподавателей, которые владеют уже этим языком, которые тоже это блистательно преподают. Но, как всегда, поскольку, как уже сказала, мне нравилось брать самые сложные вершины во всех смыслах, меня, естественно, прельстила фигура Бориса Алексеича Захарина, потому что на тот момент был заведующий кафедры. Это такой, да, мастодонт, мэтр, и естественно если идти кому-то да то к носителю такого вот самого самого тяжеловесного знания самого фундаментального самого такого вот классического образования и поскольку Борис Алексеевич он является санскритологом да он лингвист я понимала, что у меня были, как бы, разные мысли, к кому пойти, да, под научное руководство. Но раз уж именно Борис Алексеевич вёл у нас занятия санскритом, начиная со второго курса, то для меня это было, в принципе, логично пойти под его руководство.

И я подумала, что ну можно пожертвовать в этом смысле и опять же в довесок взять лингвистику для того, чтобы подойти к санскриту, потому что лучше уж чем едва ли можно было Ну как мне казалось на тот момент найти кого-то в предлагаемых обстоятельствах Да в данных условиях и с Алексеевичем конечно я понимаю что все знают что у него очень такой ну суровый достаточно очень такой нрав и очень непросто Да войти в круг его доверия и нужно себя всячески проявить для того чтобы определенные инициации пройти для того чтобы иметь возможность даже дерзнуть, пойти к нему под какое-то такое покровительство и научное руководство. Но у меня на самом деле с Борисом Алексеевичем все сложилось очень быстро и очень легко. Я просто в какой-то момент набралась смелости и подошла к нему каким-то там дрожащим голосом где-то там в коридоре сказала Выбор Алексеевич я вот мне надо вот вот уже курсовую работу вот выбирать да на научное руководство а вот можно пожалуйста вот к вам вот попробовать вот лингвистику и вот он сказал да да конечно и вот на том все и началось. И забавно, что на тот момент нам еще санскрит толком и не преподавали. Это должно было быть на втором семестре второго года обучения.

Мне этот выбор надо было сделать еще раньше. И поэтому еще до того, как мы даже начали изучать санскрит, я уже поняла что я буду писать курсовую работу связанную в том числе с санскритом ещё не начиная его даже изучать и тоже опять не знаю откуда у меня столько было дерзости но это не столько даже мой Потому что на самом деле я тоже рассматривал Бориса Алексеевича как возможного научного руководителя, но близко с ним пообщавшись, очередной раз я понял, что я на столько суровый человек, я, пожалуй, не готов. То есть, в смысле, я его внутренний тоже рассматривал как человека, который занимается лингвистикой, а я люблю лингвистику, санскритом. У меня в голове было три человека. И, собственно, я последовательно отрабатывал, это было за двенадцать лет до того, как вы делали свой выбор, я вот по Москве смотрел, вот три человека есть.

Так смотрю, доживет не доживет до моей защиты, так, может дожить. Смотрим дальше, так. И смотрел дальше уже как бы по складу характера. И понял, с таким характером я не уживусь. У меня просто изначально психология всегда была такая, что я не должна, скажем так, не то, чтобы выбирать, но скорее поскольку в силу своей какой-то гибкости, мягкости, адаптивности и особого пиетета, уважения перед авторитетами, для меня всегда это было нечто такое вот тема учителя мне всегда по жизни везет с учителями что было в школе других каких-то образовательных учреждениях в университете это какое-то вот не знаю особое какое-то вот счастье иметь именно хороших таких вот мэтров покровителей преподавателей которые не давят тебя своим каким-то авторитетом а которые наоборот тебя берут под своё крыло и всячески взращивают помогают и только способствуют моему развитию мне везёт то есть я не помню честно говоря ни одного примера пока на данный момент своей жизни конечно всё не постоянно но на данный момент не было ни одного ни одного примера чтобы кто-то пытался не знаю меня как-то вот ущемить закрыть путь наоборот исключительно режим наибольшего благоприятствования во всем и в этом плане даже на мой кафедре тоже так сложилось что Борис Алексеевич проявил все свои самые достойные качества научного руководителя в человеческом отношении мы до сих пор с ним то есть я прошла с ним очень многие долгие годы жизни да я не мысли свой путь академический без фигуры братья Алексеевича Захарина потому что он дал во-первых именно фундаментальное такое основательное лингвистическое понимание подхода к санскриту что мне очень-очень нравилось и до сих пор я этому следую потому что я же вижу да знаю что ну это в нашем мире не редкость когда люди изучают ознакомленных санскритом и что люди с каким-то бэкграундом санскрита они приступают к анализу и пониманию интерпретации текстов например того же религиозно-философского канона буддизма Но я всегда тонко чувствовала такие вот вещи, как мы в самом начале говорили про некоторое такое смешение эклектизма традиций, зачастую совершенно разного толка свойства.

Также с точки зрения какого-то методологического подхода, поскольку мне всегда нравилось какая-то системность четкость прозрачность и красота форм чтобы не пытаться замылить красивыми какими-то словами абстрактными отсутствие понимания глубинной структуры и какого-то простого понимания такого ясного четкого да хотя бы уровня того как функционируют слова предложения лингвистика уровень структуры у меня всегда вот этот такой структуралистский какой-то подход лингвистический математический математичный мне очень нравился я очень рада что я именно прошла школу именно иса. Сначала изучила хинди, диванагры, том числе асулов. В этом плане мне уже было проще, хотя бы не мучилась уже когда, подойдя к санскриту, в плане освоения графики, также как моя группа. Но у них не было выбора. Единственная кто радовалась да остальные ребята наверное не стали имеют радостное впечатление освоения санскрита потому что опять же ребята которые больше будет заинтересованы экономикой политологии да и какой-то другими историями другими какими-то ответвлениями научного знания но тем не менее в этом плане пришлось им конечно помучиться мне тоже помучиться понятно освоение санскрита просто не далось и она достаточно сложно давалась потому что у нас не так уж много часов было академических на освоение санскрита это всего две пары в неделю то есть это четыре академических часа на протяжении полутора лет то есть это не так чтобы очень много например если сравнивать с хинди у нас на первом году обучения это это восемь пар в неделю то есть это 16 академических часов в неделю да и по сравнению с хинди часы которые закладывались под санскрит они не столь объемные но они не должны были быть такими потому что программа все-таки у нас востоковедческая очень насыщенная и я до сих пор все равно не позиционирую себя как найти лингвиста очень очень хороший лингвист я скорее востоковед в силу своего образования с я иногда шучу востоковед со вкусом лингвистики, востоковед со вкусом филологии.

Но я, конечно, стараюсь как-то развиваться опять же в рамках лингвистики и филологии, но всё равно наша программа она и не подразумевает настолько качественное образование что это не может ни в коей мере соревноваться, конкурировать или хоть сколько бы нибудь пробежаться к тому уровню, которому преподают, на том что филфайки МГУ, атиплы и прочие какие-то другие изводы, там, тот же просто МГУ, да, лингвистический университет это все-таки другое, да. У нас не настолько объемный пакет тех же дисциплин именно строго филологических. И в этом плане лингвистом, именно вот прям лингвистом ради лингвистики, да, я не претендую на это, но на область этого научного знания. Строго говоря, не так, чтобы это мне прям на сто процентов интересно отвечало именно моими какая-то междисциплинарность с одной стороны интерес к текстам религиозно-философского канона в первую очередь буддийского в какой-то такой точности аккуратности отношения к тексту и понимая структуры важны и что как вот я уже сказала я же там видела да что другие ну есть люди которые тоже знакомые которые изучают санскрит но когда я видела как например зачастую ну скажем так обратно небрежно относится к самому тексту и насколько много, много интерпретаций допускается в анализ того или иного текста. Просто в силу своего очень глубокого понимания, не знаю, философии, культуры, истории, зачастую вот это понятно, что у всех своя профдеформация.

И у меня, ну, как у питеницы есть своя формация, да, она в большей степени имеет уклон в лингвистику, филологию, и в такую, я бы сказала именно благодаря Борису Алексеевичу, аккуратности, непримиримости, я бы сказала, иногда отношении структуры и правильного понимания грамматики, да, и переводить вопрос перевода это тоже такой серьёзный фундаментальный вопрос. Да, в Исане занимаются такими исследованиями религиоведческими, по большому счету, какими-то культурологическими в изводах изучения текстов интерпретации религиозно-философского канона. Это я тоже понимала и понимала, где я нахожусь. Но я брала по максимуму то, что я могла взять на тот момент. И на тот момент я нисколько не жалею я по максимуму могла взять именно язык не говоря про конечно другие всякие дисциплины да но применительно к тому к чему я хотела прийти понимание какого-то качественного понимания языка санскрита это то что удалось как-то схватить благодаря Борису Алексеевичу потом когда эти занятия прекратились в рамках общего курса мы Борисом Алексеевичем продолжали уже часто заниматься просто в рамках факультативов каких-то спец семинаров потому что я продолжала писать у него снова и снова курсовые работы потом дипломный рамка бакалавриата потом магистратуры вот сейчас в аспирантуре вот третий год шлю диссертационные исследования тоже руководством на Борис Алексеевича и название если можно название ваших работ мне интересно как что вас трогает Ну опять же вот тут сразу нужно оговориться что поскольку я человек достаточно Ну не то чтобы уступчивый но я адекватно оцениваю предлагаемые обстоятельства и когда нужно и когда можно когда есть возможность да выбирать идти поперёк и как-то навязывать своё какое-то представление а когда этого делать или не следует или просто нельзя поэтому есть определённое такое прокрутство ложа есть определённое определённое ограничение в рамках выбора определенных тем в том числе подготовки которые очень четко жестко завязаны под конкретные программы освоения дисциплины профилей вот коль скоро я выбрала лингвистическую подготовку приняла решение да вот единственный адекватный на тот момент подойти к санскриту но тогда через призму лингвистики у меня уже не было технической возможности как-то вот уходить и пытаться увернуться и выскользнуть из-под лингвистики и вот использовать это под прикрытие не знаю, изучение текстов.

Нет, то есть, если я сделаю этот выбор, то единственная возможность это брать строго лингвистические темы, которые не имеют никакого отношения к философии, не знаю, религиозно-фолосовскому канону, переводу или интерпретации текстов. То есть, это определённая данность, чисто связанная с определёнными ограничениями. С одной стороны, я понимаю, что это некоторое такое обязательство иногда тягостное. Не буду скрывать, что это не просто даётся в том числе мне, потому что нужно каждый раз снова и снова выбирать лингвистничать по инерции идти и весь свой интерес такой вот запал анализа текстов, его приходится реализовывать, скажем так, скобками, да, уже в рамках какой-то личной проектной работы, связанной с тем же вот философским факультетом МГУ, который я уважаю. Это просто мои тоже ближайшие коллеги, соратники, с которыми я уже много лет тоже работаю, сотрудничаю, которые меня тоже очень-очень поддерживают и которые позволяют мне как-то вот поддерживать этот интерес на тот момент пока я сейчас мистика но мои темы они тоже поскольку завязаны под конкретного научного руководителя это тоже определённая такая данность то есть я едва ли ну понятно не стала бы писать работы по не знаю соцолингвистике психолингвистике или каким-то проблемам современных новоиндийских языков Мои исследования они, ну, как исследовали это курсовые работы студенческие.

Наверное, это уж слишком будет называть это такими фундаментальными исследованиями, но пробами пера, какими-то такими, такими неловкими неуклюжими, достаточно примитивными зачастую, но пробами пера, связанными с изучением. Сначала это были причастные формы, вот эти пассивно-перфективные с суффиксом та и та, вот как они функционируют в санскрите, затем это были герундивы, пассивное причастие, долженствование, будущее времени, инфинитивы. Это было в большей степени морфология. Сейчас тема моего диссертационного исследования она в большей степени ближе к синтаксическая, связанная с изучением описанием конструкций тема строго говоря звучит конструкция с инфинитивами и герундивами в истории индоарийского от древнеиндийских до новоиндийских языков то есть я прослеживаю такое диохроническое исследование сравнительно типологическое, начиная с авидийского, санскрита, пали, по возможности другие такие пракриты касательно затрагиваю. Ну, я, в принципе, могу разбирать очень медленно, аккуратно, но могу все-таки разбирать тексты на Артахамагадхи язык тоже пракрит джайнского канона.

Это, конечно, еще более сложная, зубодробительная, неясная, мутная история. Не, пали вообще прекрасно по сравнению вот с остальными пракритами. Все-таки это раннесреднеидийский язык, а вот уже средне-среднеидийский ордхамагадхи, всякие там агадхи и прочие пракриты сомнительной грамматической морфологической системой и с отсутствующими нормальными словарями, ну, или даже если присутствующими, но все равно сложно разбираемыми. И вот тоже пракриты стараюсь затрагивать, абхарамша немножко, поздний средний индийский язык. И новые индийские языки но это уже в угоду тоже как бы диссертационного исследования чтобы это имел хоть какую-то актуальность да современный хинди Ну вот немножко как бы у меня есть опыт освоения изучения пали Ну это я уже скорее просто набираю разные языки с которыми которых я не знаю но с которыми я знакомлена да изучаю конкретные формы там панджай бегу джарати маратхи и сравнить антипологические какие-то вот системы кластеры выявляю потому что в истории в истории индорийского те же герундивы пассивные причастия долженствования вот то что вот итавья ония да суффиксами ония или там суффиксами я и так далее они на самом деле очень любопытно перемежаются с теми же инфинитивами и в истории новых индорийских языков.

Некоторые герундивы встраиваются в систему, например, футурма, просто будущего времени становятся финитными формами или приходят в класс инфинитивов. И вот эта вот какая-то связь такая вот неочевидная странная между инфинитивами и герундивами. Я пытаюсь как-то исторически проследить описать но она большей степени дескриптивная работа не то чтобы это какая-то экстра новаторская потому что я даже не претендую на какие-то серьезные корпусные исследования потому что если говорить про санскрит это будет еще более-менее реально благодаря имеющимся да каким-то адекватным корпусом ну по крайней мере компедиумом сборником текстов то когда ты подходишь к тем же там racry там да среднеиндийским но это уже будет несерьёзно то есть это вопрос выборки каких-то конкретных отдельных текстов поэтому чтобы эта работа не была настолько бы неуклюжая Да что ты пытаешься какую-то корпусность ухода применить к одной системе игнорируя как бы всё остальное В этом плане работает в большей степени дескриптивно. То есть я описываю конструкции синтаксические, какие конструкции бытовали древнеиндийском, среднеиндийском, вне новых индоарийских языках, с теми же герундивами, с инфинитивами, в какой момент эволюции они начали как-то взаимозаменяться как-то вот пересекаться и вот какая-то интерференция начала происходить и что это породило какое какое многообразие разных скажем так ручейков вариаций уже в новых индоарийских языках максимально Ну такая лингвистическая тема не имеющая вообще никакого выхода хоть даже близко да да да опять же я естественно но адекватно оцениваю свои силы понимаю что у меня нет претензий на то чтобы я во всем многообразии форм описала все абсолютно конструкции то есть я скорее выбираю наиболее такие как бы типовые ключевые именно не как вот отдельно герундивов отдельной системы инфинитивов а скорее в их связке друг с другом то есть выявить какие-то опорные моменты когда и в силу каких причин особенно в рамках среднеиндийского периода начала закладываться вот это вот какая-то связь между ними функциональная поэтому Ну посмотрим что из этого получится я конечно работаю над диссертационным исследованием и надеюсь что скоро будет возможность уже как-то это все завершить да у меня нет выбора что я могу сказать у меня хочу я не хочу мне надо будет завершить если я хочу получить диплом до об освоении в том числе программу аспирантуры дальше уже вопрос о защите но не буду забегать вперед потому что все равно еще достаточно все страшно скажем так, покрыто завесой тайны, как оно все это будет в будущем сложится.

Ну я хоть, конечно, сохраняю критическое мышление, все равно оптимист, поэтому, ну, думаю, что как-нибудь оно, надеюсь, сложится сейчас я в этом плане стараюсь все-таки до прилагать усилия к своей такой вот научно-исследовательской работе но все больше и больше уже давать себе возможности заниматься именно тем ради чего собственно пришла да это именно будологические исследования в разных изводах да этой и темы связанные с наработкой каких-то материалов по междисциплинарным каким-то изводам и в этой связи конечно мой большой друг это философский факультет МГУ потому что благодаря ним у меня есть возможность реализовывать какие-то дополнительные программы помимо строго говоря такой вот лингвистики Отвести душу скажите пожалуйста можно ли сказать, что ваши родители представляют, например, буддийское направление, а вы буддологическое? Есть ли какое-то противостояние? Я хочу сказать, знаете, такой Клише, ничего, видит Бог. Я пыталась, как могла, так сказать покрыть завесой некоторого такого дать больше воздуха и не проявлять сильно какие-то конкретные да вот личные предпочтения и так далее но да действительно у меня с одной стороны моя семья действительно не будологи да буддисты и именно поэтому собственно моя мама да является переводчиком в том числе конкретные да Санхах и не по одной да она выступает как переводчик письменного тибетского языка но для меня интерес с одной стороны несмотря на то что мой путь он большей степени будо логический такой академический потому что это скорее ну стиль что ли стиль не знаю восприятие информации и стиль способа не знаю взаимодействия с этим миром но мне просто так интересно не знаю мой ум вот хочет играться вот в такие формы Ну вот проявляться как-то вот так Ну я ему периодически поэтому подыгрываю Да ну и вот делаю вид что вот я вот маленький учёный нечто наподобие к тому что стремится да стать каким-то вот исследователем учёным мне это просто интересно это не какая-то претензия на то чтобы вот не знаю что-то вот заявить о себе не знаю сказать что-то этому миру в этом плане я тут достаточно оцениваю здраво и как бы свой потенциал как бы свои силы но мне интересно мне интересно расти мне как бы меня это увлекает такой путь но это все равно скорее определенный способ да как бы инструментарий вот именно академическое фундаментальное знание которое позволяет мне именно прийти к религиозным философским текстам которые мне естественно очень интересны потому что для меня это тоже очень важно то есть это вот эта семейная история она для меня тоже как бы естественно очень близкая я продолжаю традиции своих родителей но не потому что это было как-то да там навязано потому что в какой-то момент своей жизни уже достаточно зрелый я бы сказала ну как зрелый не в детстве это было принято решение уже в более осознанном возрасте уже действительно я и приняла прибежище буддийское у меня есть учитель у меня есть у меня все хорошо в этом плане то есть у меня нет никаких внутренних терзаний поисков драм, как прийти к какому-то пути, что-то найти, потому что я уже сказала, у меня какая-то, не знаю, в этом плане счастливая благая возможность, уже имея это всё, и будто бы даже и не теряя, и будто бы это всегда было как-то подспудно присутствовало в моей жизни, просто вот использовать тот уже какой-то имеющийся инструментарий и как-то радоваться жизни расти творческие исследовательские приносить в меру каких-то своих возможностей не знаю ну насколько скромно производите ну какую-то пользу да и себе и другим существам и этот путь по крайней мере он интересен он точно максимально как мне кажется созидателен и отвечает всем каким-то моим внутренним и внешним запросам.

То есть, с одной стороны, это такая академическая максимальная вовлеченность. Я ни в коем случае себя не, ну, как бы стараюсь не позиционировать, как человек именно изнутри традиции. Все равно я четко понимаю что буддология и буддизм это разные скажем так сферы существования таких моды с реальности я даже не буду пытаться оценивать хорошо ли это плохо нужно ли чтобы они пересекались или не нужно потому что это все равно это по-разному проявляется независимо от нашего какого-то желания благопожелания все равно все равно будут бы дологи которые не будут буддистами которые будут заниматься текстами и которые будут понимать их так как понимают они исходя из своего какого-то исключительно научного представления и иногда это будет получаться удачно иногда нет всё равно будут буддисты которые будут претендовать на сферу скажем так работы взаимодействия будологов и будучи буддистами считают что сам факт того что они изнутри традиции даёт им ну не то чтобы право но даёт им какой-то уже будто бы достаточный инструментарий чтобы переводить осмыслять те или иные вещи которые по большому счёту тоже требуют серьёзное такой вот научной подготовки какого-то аппарата и методологического и теоретического и практического и всё равно будут и одновременно те кто будет буддисты будучи буддистами стремиться быть будологами чтобы пытаться как-то это соединить иногда удачно иногда неудачно будут те которые скажем так под прикрытием как разведчики буддистами показывать себя проявлять как будологи и наоборот поэтому на компрайзе форма оно конечно было оно есть но оно будет не то чтобы с этим мне кажется можно что-то поделать поэтому я тут не претендую на то чтобы как бы создавать какие-то школы вовлекаться какие-то школы Ну вот есть какая-то такая траектория моего развития и она очень сильно соприкасается то с одной сферой да вот то с другой сферой и в этом плане именно взгляд изнутри все равно мне очень многое дает именно в том числе как переводчику потому что у меня есть возможность переводить иногда лекции например учителей буддийских например по традициям религиозно-философского опять же там канона конкретных школ конкретных изводов буддизма например с хинди такого неполизированного хинди да с терминами санскритизма Да на русский язык например с английского языка для меня это тоже очень хорошая школа роста именно как для переводчика не то чтобы я когда-то стремилась быть переводчиком устным это достаточно мне сложно то есть на преодолении даётся я всё-таки предпочитаю быть книжным таким кабинетным червем который в пыли словарей книг желательно где-нибудь в зашторенной темной комнате сидит и не взаимодействует в этом плане как-то устно не передает эту традицию но поскольку этот опыт все равно моей жизни подспудно присутствует то это тоже дает мне очень много именно для понимания правильных каких-то тонкостей тех текстов да которым у меня есть доступ и которые я тоже стараюсь как-то осмыслять в будущем тоже там переводить поскольку опять же взаимодействие с миром самих же буддистов учителей и разных санг он тоже дает более такое широкое комплексное понимание того какие проблемы есть в тоже академической среде то есть то что что нужно скажем так тем же буддистам например и нужно ли это вообще да для своей качественной практики потому что есть буддисты которые у которых прям есть запросы реальные действительный запрос на то чтобы лучше разобраться в конкретных аспектах своей практики через язык да через текст и это нормальная позиция это адекватное да человек практикует он практикует какую-то традицию какую-то линию в буддизме да ну это все равно в любом случае да если не брать традиции народного буддизма например вот в России да если не говорить про там туинские про там монгольские вот эти вот истории там с Калмыкии если говорить в целом про такие вот в большей степени популярные на территории России изводы буддизма имеющие отношение к традиции тибетского буддизма в том числе и традиции кировада других традиций это тибетский язык это в меньшей степени конечно в инь-яне как-то исторически не так чтобы это сильно ну есть конечно специалисты замечательные которые приводят и с этим каноном но просто сами люди которые практикуют это чаще практикуют основываясь на тибетском языке да и скажем так санскрит тоже имеет значение потому что мантры во всех садханах и так далее все равно термины ну очень большой пласт смыслов которые потягиваются из санскрита конечно же это пали как бы оно там было есть и будет но естественно вот люди которые вот на то что меня окружают я вижу что конечно таким вот главным сердцем средоточием такого вот скажем так проводником Да в мир содержания это является тибетский язык и я с большим уважением отношусь тоже к естественно тибетскому языку сама я его очень-очень скромно скажем так знаю умею читать умею писать умею со словарем разбирать какие-то ну как бы тексты Ну то есть это разбор со словарем очень такой медленный вдумчивый так чтобы вот я сходу там могла сильно особо прямо тоже там читать тем более без претензий на современный язык тибетский ни в коем случае нет я очень-очень аккуратная просто нет еще времени достаточно для того чтобы погрузиться именно в тибетский язык тут уж как бы нужно выбирать да какую-то такую траекторию исследовательскую и я понимаю что тибетский нужен важен и он все равно присутствует в моей жизни я его буду дальше развивать также как желательно вот тоже связь китайским языком но просто в данный момент времени Ну не хватает сожалению времени просто на все такая же базовая Да просто не разорвешься но тибетский язык Да он важен но поскольку у меня есть вот эта благая какая-то счастливая возможность транслировать какие-то переводы я не засмысленные через санскрит то конечно я вижу этот же запрос какой-то отклик из мира в том числе какого-то вне академической среды потому что люди часто практикующие спрашивают вот эта мантра Да почему она звучит так или иначе почему по-тибетски она звучит именно так почему у нас не знаю там бензо там безу почему не почему там просто слоговая мантра джарасаттвы почему она звучит именно так или иначе а вот на самом деле вот я видела что кто-то пишет так например Почему переводы тоже начинаются какие-то определенные нюансы в понимании смыслов тех или иных мантр если их можно конечно перевести просто сейчас мантра например очень актуализирована потому что опять же в рамках проектной работы с тем что философским факультетом мы сейчас разрабатываем постепенно такую программу связанную с философией мантр и вообще вот история такая историко-культурологическая такая философская такая подоплека мантра откуда она тянется прослеживание понимания мантры и культуры сведийского через санскрит через поздние традиции через в индуизме буддизме в джанизме как это всё преломляется как современные какие-то например нейрофизиологические какие-то исследования насколько они отвечают, резонируют каким-то тем проблемам, которые были поставлены в Древней Индии.

И получаются очень интересные такие курсы, которые в рамках, например, вот у нас недавно была на философском факультете программа философия йоги. В рамках философии йоги вот у меня там было несколько часов где я читала про вот как раз философию мантр и я вот вижу вот что в таких темах на самом деле заложен очень большой потенциал потому что с одной стороны это филология это лингвистика тоже не побоюсь этого слова это определённое структурализм это тоже определённое понимание работы систем да и в том числе форм да вот определённых каких-то а с другой стороны это и содержание это и философия это и религиозно философский такой какой-то бэкграунд и культурология история и такая междисциплинарность и такого рода тем они мне очень интересные вот такие какие-то на стыке филологии и философии и лингвистики и где ты можешь как такой определённый ментор вовремя чуть-чуть вот так вот остановить вот такой поток мышления коллег философов студентов которые потоком своего такого очень развитого ума начинают сразу уходить очень глубоко и высоко куда-то там какие-то далее отрываясь Да от какой-то основы самой базовой такой какой-то да там внешней и вот как раз только вчера буквально у меня была беседа да вот с коллегами своим коллегой по поводу мантры например ваджрасат знаменитый которого все обычно обычно рецитируют в мире буддизма на таком тибетском варианте в тибетском произношении вот стослогово я основательно фундаментально разобралась как оно все там раскладывается и там грамматически синтактически и я вот вижу что все переводы которые на данный момент существуют они очень интерпретационные не потому что люди не понимают люди очень умные талантливые образованные ещё более чем я образованный всё правильно понимают и всё правильно как бы интерпретируют но например тут такой момент опять же вот этот какой-то буддийский может быть взгляд как бы изнутри понимание даёт тоже определённую важную методологию понимания как функционируют те же тексты да вот буддийские и что например если мы говорим про грамматики и интерпретации.

Да, например, очень Очень мы подвержены, в смысле, ваша жизнь между этими полюсами, мне очень напоминает книгу Никаса Казанзакиса Грег Зорба. Вот ваше противостояние, Там тоже вся книга, о чём вы рассказываете, это Грек Зорб. Спасибо большое, почитаю. И вот как раз я хотела сказать, что если мы говорим, допустим, про ваджраяну да там про тайную мантру который вообще конечно не стоит особо сильно так уж прямо переводить но дело даже не в этом вот коре уже есть определенная проблема такая чисто дидактическая бы даже сказала прагматическая меня сейчас как преподавателя, волнует. Я, ну, не какие-то теоретические дали, а очень такие конкретные дидактические, пропедевтические, такие толковательные проблемы.

Как правильно поставить какую-то школу, такую основательную тем же уже студентам, которые, например, приходят ко мне, и как правильно им объяснять и давать какой-то инструмент в условиях ограниченности времени как правильно подойти к анализу того или иного текста и вот например есть уже какая-то конкретная проблема есть допустим конкретная мантра которая уже пошла по миру которая открыта, которую все активно употребляют. И тот случай, когда у нее есть конкретный перевод. Но, опять же, вот, понимать какой-то бэкграунд, традиции, с которой она вышла, у такого рода текстов есть три уровня, как бы, понимания, постижения и определенного перевода этот внешний уровень тайный уровень точнее внешний уровень внутренний уровень и тайный уровень и вот все эти комментарии все те переводы например которые я вижу мантры они правильные Я не говорю, что они неправильные. Люди правильно понимают, толкуют, потому что это основывается на комментариях учителей того или иного времени отдаленности, в том числе современных и более, как бы, во времени отстоящих. Но это всё комментарии вот определённый структурализм с одной стороны такой лингвистический чисто формальный фона даёт внешних каких-то зацепок да да тут даже дело не в зацепках то есть тут по-разному можно раскладывать с одной стороны вот перед нами текст у которого есть конкретная грамматика конкретный временной план например вот эта мантра вот там просто очень такая в этом плане репрезентативная допустим бхава вот конкретная форма да будь стань императив второе лицо единственное число он там прасмаипада Будь ты стань обращение допустим к конкретному вот даму ва жрасатве но все интерпретации все приводы они идут от обратного Пусть я стану пусть я стану таким-то например подобным пусть мне будет например то-то то-то пусть со мной станет мало того кто скорее как наптатив похоже чем на императив так ещё и как но не от как бы ну то есть как бы в сторону меня поиску то есть как бы как бы не заложено чисто на внешнем уровне Да и вот я как раз с одной стороны именно чисто как филолог как лингвиста но не могу позволить себе например лично вот я за себя отвечаю переводить конкретный текст, конкретная грамматика, с конкретным синтаксисом, с конкретной морфологией, даже зная, что на самом деле здесь подразумевается, ну, я бы не стала переводить лично я это интерпретационно, я бы привела строго в соответствии с грамматикой внешнего уровня.

Потому что собственно так это и было заложено так этот текст был так этот текст открыт функционирует и такая грамматика в нем есть да вот например не знаю там суто шейма бхава да это как должно быть на санскрите но явно это имеется ввиду что ты стань, да, ты стань каким, да, вот процветания исполненным, там или радости исполненным, там любви и так далее, но не я. И я понимаю, откуда тянутся эти смыслы. Я понимаю, почему люди так интерпретируют, потому что на определённом уровне уже там не двойственности, теории, практики это все, да, это уже про не двойственность, я, тожество субъекта-объекта, да, вот это плод и есть путь, путь есть плод. Это все понятно, это все я не отрицаю ни в коем случае. Но это не то, что нужно тянуть в перевод конкретного вам это не то с чего вы хотите начинать да да это не то с чего я даже хочу начать с чего правильно и с чего нужно то есть текст есть как бы есть определённый он уже не нами как бы придуман не нами открыт и он функционирует именно ровно в такой вот фонетической среде и там грамматической и но не нам в этом плане мне кажется нужно делать выбор и делать скажем так ну, если уж считается, да, что это было открыто на Буддаме, да, что это Будда бодхисаттвы, да, являют вот эти вот тексты, но не нам за них делать выбор в пользу того, как мы должны это переводить, что мы должны открыть все тайные тайные мантры, например, в тексте.

На то это и традиции достаточно такие изводы да вазраянские чтобы такие вещи например и должны передаваться устно из уст в уста в рамках комментаторской традиции от учителя к ученику это то что практикуется но это не то что должно публиковаться открыто и уж тем более в таком переводе то есть это должно публиковаться быть открыто но на уровне внешнего смысла внешней формы потому что эти формы они все правильные они все то есть одна другому не противоречит если вы приводите строго грамматически это не значит что вы не понимаете внутренний уровень это с этого надо начинать и это просто маленький уровень Ну это маленький пример скорее того как в целом например я сейчас стараюсь устраивать какую-то свою такую методологически в этом плане работу чтобы очень большим вниманием к исходному материалу именно грамматически именно морфологически синтаксически буквально разбирать каждое слово как препарировать каждый элемент понимая, что за ним заложено, за ним стоит том смысл, который запакованы. Но это не значит, что нужно руководствоваться этим пониманием, чтобы правильно перевести, чтобы не дать себе возможность перевести неправильно, но это не значит, что это нужно смешивать. И вот в этом плане я стараюсь для себя всегда проводить вот эти вот моменты с точки зрения содержания, не смешивать разные какие-то уровни изучения.

Вот есть академический контекст, да, вот есть конкретные студенты, конкретные группы, которые изучают данный язык, исходя из конкретных целей. Например, в рамках ИСа это ну, не хочу шутить, что это неизбежное зло, у них нет выбора, но, по большому счёту, это скорее как довесок к хинди, чтобы хоть как-то, в том числе, дать им возможность почувствовать глубину того же хинди, что есть определенные логические, логичные закономерности, и если вы знаете которые, вы можете правильно производить какие-то и не допускать орфографических ошибок хинди например да то есть правила порождения изменения там гласных да в аффиксах корнях почему в хинди те или иные слова санскритизмы да или какие-то заимствованные вот эти вот слова они функционируют так или иначе какие-то приставки значимые почему это слово значит то или иное именно потому что на самом деле ты им рассказываешь да вот санскрите вот есть такие приставки есть такие суффиксы именно поэтому вот а вот представляете как интересно вы не хотите вот учить санскрит а вот зная не зная санскрит но зная это маленькую крупицу этого знания с экранного вы теперь уже не будете допускать орфографических ошибок вообще во всех подобных допустим формах и так далее то есть в этом плане для студентов хинди это очень ну тоже имеет такую прагматическую достаточно понятную внятную ценность тут уже нету религиозных знаний конечно не осознают то есть тех экономистов политологов которые унологи, вынуждены заниматься санскритом, они, конечно, адца, в смысле боялись, они чувствовали, то есть они как бы не испытывали ничего теплого и скорее ну как некая пытка то есть они бы не хотят этого санскрита им навязано да с одной стороны да конечно всё равно бывают студенты обычно на каждое поколение на каждую какую-нибудь группу всё равно находится там один человек которому интересна культура вот например у меня сейчас вот есть группа первого курса хинди который которым я хинди преподаю вот там есть ребята которые они не то чтобы они там собираются быть рагиоведами философами или литературоведами но и все равно им это очень интересное чувство откликается то есть по крайней мере отдельные люди и студенты которые вот прям вот тянутся которые внимают я прям чувствую что есть для кого рассказывать вот эти какие-то интересности санскрита но я не пытаюсь их перегрузить и знаете как-то вот причинить добро вот этим своим знанием понимания Ну как знание ознакомлением санскрита потому что я понимаю что ну не навязать не напугать и не травмировать то есть лично я опять же не то чтобы у меня очень большой опыт преподавания для меня ну вот я начала преподавать на первую попытку это не знаю вот наверное четвертый курс бакалавриата это как бы и то так получилось что через меня какой-то завязался опять снова мостик от темы санскрита с фасосским факультетом и коллеги фасосского факультета решили возобновить по вот эту прерванную уже традицию преподавания санскрита для их студентов и я рассказала что вот есть Борис Алексеевич что вот он принципе готов ему интересно действительно живо откликнулся он сказал что да я готов взяться за группу и возобновить преподавание санскрита но поскольку это выпало на ковид самое начальная вот ему было естественно очень сложно дистанционно это просто было ну невозможно чтобы он дистанционно мог обучить графике элементарно студентов и поэтому попросили меня в течение семестра сделать такой вводный блок где я дитя современного поколения могу технически и технократически с помощью презентации летающих всяких там досок все это быстро и ловко обучить просто элементарно конкретным навыкам графики потому что наши-то студенты уже знают диванагре потому что они хития.

У нас с нами разговор короткий, как бы у нас неделя есть на то, чтобы выучить. Хотим мы не хотим, мы уже на второй неделе первого курса, первого семестра мы уже читаем. Поэтому в этом плане как бы у нас вот этот стрессовый фактор, он не растягивается, семестра он достаточно быстрое всё интенсивее а тут для ребят философского так не получится Да всё-таки это факультатив это нужно более как-то деликатно мягко чтобы не напугать что проходится за неделю тут за полгода практически это растянулось на семестр Ну потому что я ещё рассказывала подспудно чуть-чуть уже основы грамматики в целом какой-то подтягивала культурный такой интересный план чтобы занимать их их ум знаете вот эту морковку постоянно подтягивать что пожалуйста потерпите потерпите вот вот давайте еще переживем вот этот вот вот эту тему и вот тогда мы сможем с вами взять несколько очень интересных религиозных философских терминов и вот радостно понять теперь почему что почему не значит именно это они все время чтобы как-то захватывать интерес надо было немножко вот это жонглировать но это мой первые такие попытки робкие преподавания во многом неуклюжие не то чтобы сейчас они сильно уже ловкие какие-то тут не так уж много лет прошло с тех пор но все-таки уже есть какая-то наработанность просто их больше каждый года есть какая-то группа кому что-то в каком-то виде нужно преподавать и вот постом он подхватил эту группу уже грамматически то есть он первый курс даже полтора года так внедрял Да вот уже саму грамматику грамматическую систему и потом так интересно получилось что эти же ребята вернулись ко мне мой самая первая же группа мои первые же студенты уже в рамках преподавания пали вот мы несколько лет с ними занимаемся вот палийскими текстами осваивали очень быстро после санскрита это вообще ну можно сказать совсем легко даётся если вы уже с санскритом знакомы то упали это вообще уже можно сказать приятная такая приятная разгрузка не такая травмирующая сейчас мы с ними погружаемся вообще в пракрит и там ребята такие очень энтузиазм полны энтузиазмом там гандхарии там хорош дхи вообще такие взводы например вот на гандхарии они напали вот это сравнение версии дхамопады то есть там ребята очень увлеченные и мне в этом плане очень повезло потому что представьте моя первая группа первый опыт преподавания и сразу такой выработался костяк несколько человек которые ребята это религиоведы и философы которым это интересно и вот моя первая же группа и сразу такая ну как бы удачная потому что сами ребята такие то есть просто потрясающе умные эрудированные образованные я от них очень многому учусь то есть в этом плане мы с ними уже на равных и вот у нас как такая же сложилась рабочая такая творческая группа такой же коллектив не побоюсь этого слова научный когда я уже не воспринимаю как своих учеников скорее мы на равных потому что ну и мне есть чем у них уже поучиться и вот когда мы несколько лет уже ну наверное лет 5 точно занимаемся, встречаемся, да, регулярно, каждую неделю.

И тем или иным мы занимаемся. Вот те или иные тексты мы читаем, разбираем, анализируем. И вот эта традиция медленного, вдумчивого чтения, медленного вдумчивого такого чтения с, там, моими комментариями, с их комментариями это, как мне кажется, самое продуктивное и самое, вообще, ценное, что только можно, вот, взять из традиции. Вот, вот эта вот схема, когда есть ученик, есть ученики которые да вот вокруг учителя которые постепенно вместе с ним Ну как бы вот проходит школу какой-то подготовки вдумчивого Да чтение анализа текстов а потом уже Ну не то что иногда получается удачно когда вы уже на равных Да можете вместе переводить и это получается удачно и работать и вот я благодаря этим ребятам которые провели очень большую долю терпения в том числе к моим каким-то огрехам таким тоже ну первого опыта да преподавания к моим несовершенствам тоже методическим да не всегда тоже очень ловким но мы всё равно очень удачно с ними как-то вот в этом плане сошлись и у меня есть возможность на ней как на бедных подопытных роликах отрабатывать все свои любые задумки новые какие-то новаторства новшества и какие-то интересности потому что конечно я как ученица Бориса Алексеевича это нормально да как бы когда у тебя есть учитель первый твой опыт это когда ты транслируешь то чему тебя научили то есть когда ты строго следуешь то помучителя это даже мне кажется ну правильно да и ты сначала ты даёшь дань какое-то уважение традиции учителю и естественно как и Борис Алексеевич там я иду там по учебнику там шла тогда к очерединой все понимают Да что есть несовершенство никто не будет спорить и например у нас опять же не было выбора мы должны были от начала до конца учебник полностью как бы выучить тут как бы очень хорошо срабатывает мотивация отчисления или ещё чего-нибудь поэтому ну как бы у студентов нет отрезок времени вы должны были Ну вот полтора года получается за полтора года Ну то есть у нас было очень интенсивно у нас хоть мало было часов академических но вы вот мы встречаемся две пары подряд например с большим Алексеевичем три часа за полтора часа вы проверяете например домашнее задание по предыдущему уроку и начинаете новый урок и ещё один урок По сути, мы по два урока проходили каждый раз каждую неделю.

И надо было на каждую неделю сделать по вот два домашних задания. Достаточно очень суровая такая серьёзная была тяжёлая подготовка, плюс эти постоянные такие своего рода самостоятельной работы контроль мало того что санскрит так ещё Представьте на оценку на оценку контрольный самостоятельный по текстам по переводу да вот бедных маленьких востоковедов которые не хотят учить санскрит но это я кажется полушутку потому что есть люди которые хотят которым это интересно и опыт показывает что и сейчас у нас есть студенты которые тянутся Да их немного но их я считаю, и не должно быть много. Зачем нам сотни, допустим, специалистов по санскриту? Тут скорее важно качество подготовки. Пусть это будет один человек на за год или даже за два года, но пусть это будет очень вдумчиво, человек который как преклоносец пронесёт традицию дальше и который сможет Ну дальше как-то это передавать и в этом плане спокойно отношусь к тому что ну один человек за два года это уже если один человек в год это очень много.

Мне известны города и университеты, которые за двадцать лет не дали ничего, поэтому если Москва когда-либо сможет удержать этот ритм, конечно будет здорово. Нет, много их не надо, то есть перепроизводство конечно не нужно. Да, ну понятно, что поскольку у меня же сейчас есть возможность как-то немножко отходить от традиции например преподавания именно по кочергиной я за собой замечаю что каждую новую группу я всё сейчас более раннего раннего урока начинаю соскакивать с этого учебника и просто пускаться в плавание комментированного такого чтения формата семинарских занятий. То есть я все раньше и раньше начинаю. С одной стороны, я вроде бы там лингвист, люблю структуры, но я не люблю мучить, и я не люблю травмировать.

Точки зрения понимаю что не всем это нужно и ребятам того же философского факультета для них важнее вооружить их инструментарием именно таким вот структурным да таким техническим дальше лучше от лингвистики филологии но не то чтобы задавить лучше но не исключительно да но не исключительно да для того просто дать всё лучшее что есть да вот в рамках этого аппарата Да какой-то понятий чтобы они могли быть теми кем они хотят быть философами религиоведами чтобы получить доступ качественному вдумчивому чтению переводу пониманию текстов и поэтому сейчас конечно я стараюсь как-то всё больше и больше ну устраивать как-то свои курсы больше ориентируясь на целевую аудиторию да на этих людей кто вообще там передо мной это вот как например у меня был опыт преподавания в школе хинди да там московской школьники это вообще отдельная история когда ты хинди обучаешь и чуть-чуть даже какие-то элементы санскрита то есть школьники это одна реальность да бабушки из московского долголетия которым нужно лекцию рассказать про культуру например там южной Азии про языки это другая целевая аудитория и я понимаю что им как бы нужно дать в другой манере другой подачи какие-то вот интересные для них вещи студенты иса это одна история да и то студенты иса бывают разные разные группы экономисты историки политологи филологи тоже разная реальность для филологов конечно санскрит важно чтобы они просто были хорошими филологами чтобы тоже хинди понимали грамотно и качественно тут это уже не вопрос какой-то там содержание а вот для студентов например такого религиозно-филосасского толка конечно структура это важна все но понятно им бы скорее в тексты и с одной стороны тут я все время вот чувствую как пройти тонко вот эту грань чтобы с одной стороны их вовремя приструнить и сказать нет ребят вот смыслы будут содержание будет но пожалуйста надо вооружиться терпением и очень вдумчиво постоянно их приземлять опускать снова и снова поближе к тексту к форме не давайте мы тихо тихо тихо так мы не спокойно медленно да чтобы лучше посидеть полчаса над одним словом и как-то распаковать его чем пытаться сразу пуститься в интерпретации смысла А вот у этих студентов это очень легко идет просто они очень умные очень умные меня пугает честно говоря студенты Факутета и не только МГУ вообще вот ну то есть я так не могу даже моей живости ума не хватает на вот такое я поэтому я восхищаюсь одной стороны а с другой стороны пугаюсь той лёгкостью вольнодумство как они легко отходят от текста поэтому вот моя была задача как-то их приучить к заземлить и мне кажется Ну это у меня получилось по крайней мере в конкретной группе где я преподавала А вот дальше уже дальше уже когда есть какая-то основа это вот формат как по мне удачный всё-таки семинарские занятия когда выбираете какие-то тексты и текст конкретный когда вы сначала разные ну там разного жанра какие-то выборки делаете потом берёте один большой фундаментальный текст и как-то вдумчиво вместе приводите спорите иногда даже они меня убеждают в том что я не права и как бы я нормально к этому отношусь понимаю что действительно это здорово когда как раз междисциплинарность такая когда мне может быть не всегда хватает того же содержания да понимания глубины им не хватает понимания формы структуры и вместе как раз вот я вижу как бы задачу в том числе академических сообществ создавать такие площадки какой-то коллаборации именно на уровне институциональной возможности соединять вместе студентов и преподавателей разных специальностей как по мне вот я бы хотела на будущее в том числе вот наши наши кафедры института и нашли институтов и не только увидеть именно вот в таком да каком-то больше открытости потому что наша система довольно закрыты всегда функционировали да вот какая-то жесткость зачастую не принять других подходов других но на уровне конкретных опять же вот исследовательских групп это получается вот Ну к моему счастью я вижу что это работает что какая-то такая вот открытость подхода она тоже работает и она находит отклик и у преподавателей и у студентов и это очень вдохновляет поэтому посмотрим что из этого получится но вот пока такое какое-то вот впечатление преподавание Сфисаген, я хочу сказать, что, конечно, я ещё не задал ни один из тех вопросов, которые во мне сидели, и, соответственно, я вынужден вас спросить ещё раз встретиться потому что, собственно, это было предисловие, а я-то хочу услышать, как вас обучали и как вы обучаете, поэтому я допускаю, что это не последняя встреча, это раз.

И во-вторых, я надеюсь, что пусть может быть и не в этом году, но когда бы то ни было, рамках общества лишних санскрита, чтобы возможно язык пали или что-то, что вам близко, чтобы вы вели некий курс, потому что то, как вы говорите, то о чем вы говорите мне созвучно. Я бы как раз хотел вот такого содружества и союза, потому что я видел много войн, я был участником некоторых из них, но я устал от этого. А как раз союз и сотрудничество, потому что на самом деле лично я, например, вкладываю много времени Ученики это как моя попытка размножить тех, кто будут вместе со мной. То есть не потому что они как-то хуже, они позже начали, но и вот и все. То есть я в них вижу опору для себя в своих исследованиях.

Все то поле, я задумал, одному мне не посильно. Поэтому я думаю, что на этом роде мы созвучны в том, что мы делаем и как мы делаем. Спасибо вам большое, я впечатлен вашими взглядами. И мне приятно понимать, что в иса дела обстоят хорошо, если вы есть в иса. Следовательно, если раньше я испытывал некоторые опасения относительно того, что до меня доходило, то теперь видя вас я понимаю, что и опасения были напрасны.

Спасибо вам и до свидания!

Стрим состоялся 17.04.2026