Что, если Индия существует одновременно в двух измерениях — как территория на карте и как живое тело богини, проступающее сквозь ландшафт? Почему слово tīrtha означает и брод через реку, и точку соприкосновения миров? Как миф превращает “брод” в этап пути к мокше?

Храмовая мандала и сакральная геометрия: как пространство упорядочивается и превращается в путь от внешнего к внутреннему. Что общего у храма, города и человеческого тела — и почему “войти в святилище” означает пройти маршрут к сердцу божества?

Сарасвати как река памяти и богиня знания; Ганга как сила очищения. Миф, карма и ритуал. Ежевечернее арати на гхатах как театральность стихий и присутствия.

Каши как “вечный” город; Кала-Бхайрав и топология времени; священная логика гхатов и порог между смертным и вечным.

Маршруты парикрамы (внешний, внутренний по гхатам, ночной путь света). Город как карта мифов и ритуалов, где переход становится практикой освобождения.

Почему буддизм сохраняет практику паломничества по ключевым местам жизни Будды? Четыре узловых пункта: рождение, пробуждение, первая проповедь, уход в нирвану. Лумбини, Бодхгая, Сарнатх, Кушинагар.

Ступа как реликварий и космологическая модель. “84000 ступ” как символ полноты учения и историческая география. Пример: Санчи и другие памятники индийского буддизма.

Джайнская сакральная география: места жизни и освобождения тиртханкаров, горные святыни и паломнические маршруты. Шатрунджай и Саммет-Шикхар; образ пути в фигуре Бахубали (Шраванабелагола).

Шакти-питхи как “части” Деви в пространстве: сакральные центры энергии, мифология тела, стражи порога (Бхайрав). Камакхья и Калигхат как ключевые примеры.

Дхарма-кшетра как место выбора и памяти. Исчезнувшая река, ритуалы подношений предкам, пруды-саровары, текстуальная память и топография эпоса.

Джйотирлингам как образ бесконечного огня и присутствия. Двенадцать точек как замкнутый круг, охватывающий субконтинент: логика паломничества и “проверка” пространства присутствием.

Гималаи как тело Шивы в мифопоэтической перспективе. Путь канвара: превращение дороги в ритуал. Чар-Дхам как цикл (Ямунотри, Ганготри, Кедарнатх, Бадринатх).

Лила как принцип сакральной географии: следы божественной игры в храмах, водоёмах и лесах. Две оси субконтинента: путь долга (Рама) и путь любви (Кришна).

Рамаяна как “текстуальная карта”: как эпос именует ландшафт и создаёт маршрут. “Мост Рамы” как символическая связь миров и замыкание пути в космический круг.

Сакральная география как пульсация времени: когда место “просыпается” в календаре. Махашиваратри, амбубачи и Кумбхамела как массовая материализация мифа.

Как паломнические дороги удерживали культурное единство без единого государства. Пураны как “живые карты” и современность: почему сакральные маршруты продолжают работать сегодня.