Санскрит — Страница 12 — Книги и онлайн курсы санскрита

Если Вы готовы, но не знаете как, пишите куратору курсов Общества ревнителей санскрита в телеграме.

Вконтакте: vkvideo.ru/video-88831040_456240269
Rutube: rutube.ru/video/88d5662edc72fc461d92b01f61edd12d
Youtube: youtube.com/live/WldzPNQhJjM

Прослушать выступление (с тайм-кодами) Парибка о йоге.

Скачать .doc файл стенограммы: Вопросы и ответы с Парибком 2025

– Ну все, мы готовы, все турбины включены. Добрый день! В преддверии второй части нашего курса по «Йога-сутрам» я бы хотел, чтобы мы проговорили какие-то моменты, которые остались не отвеченными, темными, подвисшими после первой части. Потому что – что такое 16 занятий для «Йога-сутры»? Это подогрев. Вот подогрев у нас был, подогрев был весной – подошла осень и хотелось бы продолжить. Но чтобы продолжить, надо понять, что мы не понимаем. Вот для этого мы собрали несколько из наших участников прошлого курса. Может быть, кто-то примкнет из новых к нам. У нас в прошлый раз было суммарно 222 ученика, что я считаю успехом.

– Господа активисты, а вы видели анонс или он вам не нужен?

– Они еще, боюсь, не все видели анонс. Мы его донесем до них, этот анонс. В любом случае, я думаю сейчас в развернутом виде можно будет сделать как раз обращение. Может быть, с него даже начать,чтобы подсветить, в частности, чем вторая часть будет принципиально отличаться от первой… То есть, если будет – то, может быть, тогда с этого и начать: такой развернутый анонс. Вот тот краткий, трехминутный, они все видят. Андрей Всеволодович, пожалуйста, тогда прошу вас – представьтесь.

– Те, кто меня видят, меня знают, но мало ли кто еще увидит меня? Я – Андрей Всеволодович Парибок. Я – йог некоторых традиций. Я йог уже 62 года, а так мне 73. И, в общем, я не жалуюсь на йогу в ее воздействии на свое психическое и физическое здоровье.

Кроме того, я еще и санскритолог, и неплохой знаток, а может быть, по-русски – из двух-трех главных знатоков текстов йоги на санскрите. И я все собираю и собираю все новые и новые комментарии, и в них залезаю, и мне по прежнему очень интересно. Более того, я собираюсь, наверное, онлайн в одном интологическом бдении в Индии рассказать – может быть, на английском, может быть, на санскрите, а может быть, в смеси, свои соображения, критические по отношению едва ли не ко всей йогической традиции, которые опираются на пятерку режимов читты, ультракратко описанную Вьясой. Полагаю, что я понял, что он имел в виду, а остальные не поняли. Ну вот посмотрим, что товарищи потом будут говорить об этом. Вот примерно так.

Значит, теперь: что мы могли бы делать? Ну, во-первых, поскольку предполагается, что какая-то доля новых участников появится, придется, вернее, наш долг – учесть их интерес и каким-то образом, хотя более свернуто, ибо, наверное, они еще смогут иметь на тех условиях, которые сообщит им уважаемый Марцис, получить доступ к первым частям – вернуться, подытожить, суммировать то, что говорилось про «Йога-сутры» и собственно про текст впервые. На первом нашем подходе.

Кроме того, вполне возможно упоминание – ну это, вот, бывают ассоциации, которые… Вы знаете, скажу так: вот чем больше занимаешься йогой, тем больше тебе начинает быть присуща правильная спонтанность. А вдруг на ум пришло – и оказалось, что не зря. А до этого не приходило. Так вот: может быть, какие-то другие методы, другие приемы будут описаны, либо переописаны – то, с чем мы уже с вами имели дело. Я обращаюсь к тем, кто меня уже слышал – и для того, чтобы это приложить к своим, ну, для начала, опробованиям. А потом не все, что опробуемо, нужно применять регулярно, но нужно это иметь в загашнике. Мало ли, какие бывают обстоятельства, когда что-то желательно применить.

Наш учитель так вообще говорил: «Вы на свою ответственность можете применять все, что угодно. Хотите – индуистские методы, хотите – суфийские методы, хотите – христианские методы. Если вы понимаете и разбираетесь, что они вам помогут, да пожалуйста!» И вам еще скажу. Вот был такой великий йог, Буддагуптанатха. Сперва он был натхом – отсюда последнее слово его имени, а потом появилось слово буддха, потому что он стал еще буддистом. Ну так вот, он несколько напрягал великого Таранатху.

А Таранатха был великий деятель, на самом деле, выдающийся деятель тибетского буддизма, и что интересно, в следующем поколении, он тоже был выдающимся деятелем, в следующем поколении перевоплощений, он был великим скульптором 18 века, 17-18 века в Монголии. Так вот, вот что-то его напрягало, что Буддануптанатха спокойно применял индуистские методы. Хотя если посмотришь на разные рассказы, легендарные, лапидарные, о великих йогах прошлого, они этим как-то особо не озабочивались. Работает – и хорошо.

Так вот, этот товарищ, очевидно, выучил фарси. Фарси – великолепный язык, первый мировой язык Евразии, если кто не знает. И спокойно и несколько лет странствовал по восточному Ирану, то есть, по Хорасану и т. д. Преподавая под видом суфия, где нужно, он говорил слово «Аллах». Я думаю, всем было от этого хорошо. То есть, от этого было духовно хорошо. Вот я к этому отношусь с огромным уважением. Вот так, примерно так, что касается методов.

Помимо такого подытоживания, в котором лично я требую еще подразобраться в том, что осталось темным… Я честно говорил: это мне темновато. А вдруг просветилось за это время? Вдруг я загляну в комментарии и что-то будет ясно? С другой стороны, если не будет ясно, мы честно скажем: «Товарищи, традиция тут малость облажалась, она важничает и не понимает в чем дело. Следовательно, нам надо кому-то обходить это стороной, а кому-то дерзать. И что-то может выйти». Это следующее.

Далее. Идти по тексту вперед. Есть следующий текст, следующая пада, т. е. – четверть или стопа текста, где описаны сверхспособности и специальные методы про сверхспособности. Относительно, по крайней мере, части из этих методов я кое чего знаю, какие иные способы, в иных традициях (оговорка, что традиции нам не вполне указ) можно применять. И может быть, это сработает.

Да, еще по поводу традиций. Понимаете, вот есть и такое сравнение. Я, конечно, его потом еще и всем скажу, но вам тоже скажу. Значит, вот когда люди занимаются так называемыми боевыми искусствами ушу, это, вообще говоря, динамическая йога, то там большую роль очень играет точное соблюдение стиля. Но если речь идет о бое, нужна победа. И поэтому все годится, что выбивает противника. В йоге точно так же. Если ты уже мастер какого-то стиля, а лучше двух-трех, ты можешь пользоваться и другими подходами, если тебя прошибает именно это.

Не далее как сегодня мне мой дорогой друг прислал джазовую композицию, от которой меня сильно прошибло. И сильно прошибло в Авалокитешвару, то есть, во вселенское сострадание. Ну нормально, бывает. Наверное, этот джазист был бодхисаттвой. Почему же нет? Это второе.

Третье. Может, дойдем еще и до кайвальи, но наверное дойдем. Хотя с кайвальей свои сложности, потому как исторический подход, свойственный иной цивилизации, не индийской, приходит к выводу, что ее пришпандорили попозже. Потому как 4 – это сакраментальное число, а 3 – это не совсем то, это другое сакраментальное число. Ну вот, может быть, так. И повторы там есть, и немножко там по содержанию, и немножко там меньше сутр… Ну, в общем, какие-то издержки возможны.

Кроме этого, вернувшись к «Йога-сутрам», наверное, имеет смысл отдельно оговариваться о композиции. Я не все говорил про композицию, кое-где было только мельком, потому что существуют такие понятия очень важные, как подверстывание (не буду говорить санскритский термин), как долгота компетенции такой-то сутры. Вот сказана сутра, и она не только про себя, но и про N сутр дальше. И вот поди знай, сколько там дальше N сутр. А в некоторых случаях приходится решать, это подверстывается к этой сутре, либо к той сутре? Некоторые комментаторы затрудняются, и я затрудняюсь. И тут… Ну, я тоже комментатор, и тут надо решать долго, может быть, и по существу.

И наконец, еще один такой аспект: все-таки чуть позже, чем появились «Йога-сутры», но вряд ли позже, чем появилась «Йога-бхашья» уважаемого Ватсьяяны, на небосклоне Индии взошло светило хатха-йоги, т. е. йоги с силою, насильной йоги – которое потом стало обособляться. И об особенностях ее обособления, о том, почему же так произошло и что в результате хорошего и проблематичного получилось – в результате обособления от раджа и джняна-йоги – случилось с хатха-йогой, мы сможем поговорить. Кроме того, мы можем обратиться к ранней истории хатха-йоги и к тому, как она подсоединялась к тому, что не является хатха-йогой.

Если сказать очень просто и от себя лично… Ну вот, скажем, философского ума и воли у меня хватает. И, вроде бы, для сангхи этого было достаточно. Но я человек энергетически неуравновешенный. Меня может туда или сюда понести, и воля тут не помогает. А для того, чтобы уравновеситься, как раз и нужна хатха-йога. И есть ранние указания, есть ранние перечни. У меня есть старый друг русский, который давным-давно живет и преподает традицию натхов, будучи полностью в нее посвящен, в Австралии. Говорит об Австралии все как есть, и ничего хорошего о ней сказать нельзя, судя по нему, именно ему я верю. Ну, вот он меня снабжал тоже всякими интересными материалами. Мы можем об этом поговорить и обсудить, не знаю, кратко, полно, систематично или нет, всякие тексты по хатха-йоге и упоминания хатха-йоги. Вот примерно то, что у меня наметилось на сегодня. Так, Марцис?

– Да. Есть ли у нас какие-то вопросы, пожелания к сегодняшней беседе или к предстоящему курсу? Хочет ли кто-то взять слово?

– Здравствуйте. Вопрос, который у меня был, я его в анонсе, ответ на него уже услышал, по поводу вот этого краткого изложения. Пользуясь вашей же терминологией, Андрей Всеволодович, хотелось бы темы первых шести лекций, которые были, кратко изложить, как в вашей классификации, чтобы саттвичные ученики под знаком саттвы могли бы понять, о чем шла речь. Я себя к таким не причисляю, но надеюсь, со второго раза что-то дойдет.

– Ну а чтобы раджасичные начали побольше пахать!

– Да, чтобы они пересмотрели первый семинар. Я, потому что Марцис Юрьевич задал мне вопрос, я так на весь Интернет пошутил, что если вы не были на первой части, значит, уже все. Ну, как бы, лето кончилось, весна тоже. Хотелось бы, чтобы была действительно возможность у тех, кто заинтересовался – что не просто объяснять. А вот хотелось бы еще раз услышать это именно в таком чуть более коротком изложении. Плюс очень хочется услышать: мы прошли – яма, нияма, вот самые прикладные и попсовые части, будем называть, асана, пранаяма – мы прошли при помощи вот этого чудесного фехтования пятерками, которое вы представили. Хотелось бы его повторить, потому что даже после прочтения очерка, который мне потом прислали, все равно это как вот в упомянутом вами ушу: можно знать какой-то стиль, но хотелось бы посмотреть, как человек, который его изобрел, при помощи него раскладывает какие-то тройки.

– Я не изобрел, я переоткрыл, как Будда говорил. Я не изобрел дхарму, я переоткрыл ту дхарму, которая когда-то была известна.

– Ну, вы тогда сказали, что это была такая идея, что индусы утаивают пятерки, предлагая нам тройки, а вы их разложили обратно до пятерок. Очень интересная мысль, хотелось бы просто в более прикладном контексте еще несколько раз это услышать. То есть, остановились… Первое. Второе. Ну и да, и мы остановились – Марцис Юрьевич сказал, впечатления тех, кто были…

Мы остановились, как Данте, в сумрачном лесу посреди третьей пады. И там действительно хотелось бы сделать небольшой круг и опять пройти туда. И вот это дополнение про хатха-йогу, большего можно было даже не желать! То есть, ключевой момент.

– Понятно, понятно. Еще добавлю, в некоторых случаях просто суть текстовой традиции может меня вынудить к тому, чтобы обсуждать разноречия уважаемых товарищей. Почему они говорят так, эдак и по-разному? И это частично связано с таким важным аспектом для всех нас, не только для индологов, но и для индолюбов, все мы – индолюбы! – что каким образом социально существует хорошее элитарное знание в индийской культуре. Поскольку индийский разум отличается от европейского, то и носители культуры, то есть, домашние библиотеки и прочее, они существуют не так. Понимаете? И на это можно обращать внимание.

Иногда я задаю себе такой вопрос: почему этот товарищ пишет то, что и в других комментариях уже есть? У меня на это есть два-три ответа, потом, может быть, я о них скажу. Вот примерно такое.

– Но это было самое ценное в первой части, и, надеемся, во второй это будет все понятно.

– Хорошо. Марцис Юрьевич, тогда я жду транскрипции, которой нас уважаемый и несравненный слушатель меня снабдит, потому что это гораздо быстрее, чем пересматривать.

– Да, то есть у нас, да будет вам известно, уважаемая публика, что у нас есть тайные материалы, которые в себе содержат проявление скрытых смыслов. То есть, стенограмма того, что было в первой части. Но мы ее не обнародуем широко, но вот предоставили Игорю и предоставим Андрею Всеволодовичу, чтобы он пересмотрел. И мне кажется разумным повтор, потому что я сам – неразумный, с первого раза не разумею все, что было сказано, поэтому повтор – он хуже не сделает. То есть, может быть, первый блок или, может быть, даже первые два блока – это просто рассказ. Например, про композицию, про какие-то метаданные: не про сам текст, а именно метаданные!

– А вот метаданные – это, я бы сказал, топ-сикрет, как говорят наши враги англичане! Вот. Как это все устроено? То, что обычные люди, даже искренне заинтересованные предметом, и именно из-за заинтересованности предметом, проглядывают мимо, понимаете?

На это я вам еще скажу такую байку, тоже, наверное, в общем тексте когда-нибудь она будет повторена. Вот есть очень важные для буддийской традиции тексты, собственно, это библиотека, в которой занимаются пониманием понимания. Называется это Праджняпарамита сутра. Там сложное философское содержание. Если у тебя есть все способности… Ну, первая способность – тебе это интересно, ну и так дальше, ума хватает, усердия хватает, то ты с этим справишься. Но, как говорит нам традиция, там есть более сложный аспект. Помимо содержания, которое ты просто прорабатываешь, там есть хитрости и тонкости композиции, которые тоже воздействуют на твои мозги, если они умные. И это настолько тонко, что самому бодхисаттве Майтрея, который сейчас в последней доземной жизни находится на небесах, пришлось вмешаться и написать краткий комментарий о том, как это методически понимать. Вот насколько хитер методический аспект.

– Есть ли кто-то с пожеланием, вопросом? Как вас зовут?

– Меня зовут Михаил Константинов. Добрый день! Андрей Всеволодович, огромное спасибо вам за тот труд, который вы делаете. Я вообще считаю, что комментариев и трактовок «Йога-сутр» не может быть много, они неисчерпаемы. Тем более, когда этим занимается такой светоч как вы, которых, в принципе, у нас раз-два и обчелся. Но, зная, конечно, вашу практику, вашу дхарму, что вы буддист и прочее, у меня со своей стороны есть пожелание по мере возможности обратить внимание и как-то больше использовать классические индуистские комментарии (перечисляет).

– Так я их всех читаю.

– Да, вот хотелось бы побольше, чем буддийских, потому что к буддизму отношусь с огромным уважением, но моя тема больше шайваистско-индуистская, а все эти комментарии, как вы знаете – к сожалению, на русский язык ни один из них не переведен, и неизвестно, будет ли это когда-то, и поэтому вся надежда на вас.

– Кое-что будет, потому что уважаемая Наталья Сенина переводит – и переведет!

– Очень будем надеяться, она ответственный человек.

– Она сама из традиции Паттабхи Джойса, как, насколько понимаю, и вы, давно инициирована и, в общем, она успешна.

– Будем надеяться, будем надеяться. Но я обращаюсь в данном случае к вам. А так, конечно, замечательный у вас курс – очень, просто запредельно глубокий. Единственное, что хотелось бы – уже пожелать не вам, а участникам многочисленным, чтобы они минимальную подготовку, что-то прочли хотя бы по теме. Потому что есть некоторые люди, которые совсем не в теме, и начинают спрашивать перевод базовых слов. И тогда можно весь курс заняться детским садом, подготовкой, а он не для этого предназначен. То есть, люди должны иметь какой-то базис, раз они приходят к вам, они должны хоть что-то прочесть, вообще понимать.

– Вы совершенно правы, но я за этим вижу системную проблему. Раньше в большинстве случаев было понятно, когда человек читает или слушает что-то, примерно понятно, что он должен знать. И на основе этого знания ему преподают новое знание. А теперь вообще непонятно, что человек должен знать, и это ужасно затрудняет.

– Но опять же, Андрей Всеволодович, учитывая, что это ваш курс, было бы замечательно, есл бы вы – до начала курса осталось (второй части) неделя, две, три, не важно, чтобы вы взяли и написали список, ну скажем, из трех книг, которые неплохо было бы людям за это время хотя бы просмотреть.

– Хорошо, пожелание услышано, да, хорошо, хорошо. Может быть, даже и не целиком, а, так сказать, обратить внимание на то и се, примерно так.

– У меня вопросов больше нет. Спасибо вам огромное!

– Ом Намах Шивайя.

– Есть ли другие пожелания? Какие пожелания у Новосибирска?

– Да у меня, вы знаете, когда я первую часть слушал, к сожалению, это выпало на мои частые отъезды и я, наверное, пропустил треть вообще лекций, так получилось – а в записи переслушивать это очень тяжело получается. Поэтому не могу, так сказать, слишком объективно какие-то пожелания высказать. Но мне немножечко было, показалось: очень мы быстро проскочили и первую, и вторую часть, как-то прям с такой скоростью, что, не останавливаясь ни на каких… Может быть, я что-то недопонял, может быть, в этом был какой-то глубокий смысл… Ну, то есть, мы как бы читали текст, а комментарии к нему были только такие очень короткие, краткие.

– На самом деле, да. И преимущественно это относилось к тому, где у меня самого царствовало в основном недоумение. И мне мало помогали комментаторы, которых я читал. Но что мне психологически как лектору важно? Почему тяжело слушать в записи?

– Это, в смысле, вопрос ко мне?

– Да, к вам.

– Вопрос самодисциплины, конечно же, в первую очередь. Это тяжело слушать не потому, что вы как-то не так читаете – это просто себя организовать очень трудно, и это не только, я думаю, моя проблема. Просто когда ты пришел, тебе назначено, человек сидит рассказывает и ты его слушаешь, у тебя есть уважение к нему, и ты должен его слушать. А когда запись – ну, какая-то запись, я ее послушаю сейчас или через час, а потом…

– Это тот самый подлый для нас эффект, когда раньше ты брал книгу, должен вернуть через две недели – и читаешь. А теперь все книги лежат на компьютере, и, следовательно, ты их когда-нибудь прочтешь, то есть – никогда.

– Кстати, с бумажной проще. Бумажную книгу, я заметил по себе за свою жизнь, что бумажную книгу я дочитываю так или иначе, то есть, дисциплины больше. А вот то, что в компьютере какая-то там лекция, ну она хорошая, здоровская, да, но мне сейчас не до нее и так далее. Поэтому вопрос не к подаче материала, а к слушателям.

– В одной йоговской традиции то, что вы так точно описываете, тоже описано по-своему, и когда-нибудь я про это скажу. Но, в качестве контрпримера: у меня есть знакомая, она помладше меня, она все-таки работает, но в том числе она еще работает бабушкой. Да еще и дача с огородом! Ну вот она никак не могла послушать мои другие лекции, а потом, наконец, работая бабушкой, послушала, прогуливаясь с внучком, и высказала мне одобрение. В общем, ей понравилось. Она все услышала. Вот так вот.

– Да, кстати, может быть, знаете еще такое – вот когда есть просто аудиозапись, гораздо проще ее послушать, чем, скажем там, на Ютубе – надо там открывать экран… А аудио я просто еду в машине куда-нибудь и спокойно слушаю.

– Марцис Юрьевич, это вообще осуществимо – отделить аудио?

– Это более чем осуществимо в случае Владимира, так как он нас поддерживает все годы. Конечно, мы готовы для таких экземпляров отдельно хоть новый формат придумать. Да, конечно.

То есть, у нас, получается, есть люди, которые пересматривали, я так понимаю, по три-четыре раза. Есть ли тут те, кто пересматривал несколько раз в записях?

– Что на меня особо смотреть? Я асаны не показываю, я даже подстричься не успел. Слушать, конечно, важнее.

– То есть, я так понимаю, что с одного раза даже переслушивание не получалось. Мы делали опрос, и некоторые даже по три-четыре раза переслушивали.

– Я бы хотел дополнить комментарий Владимира, потому что у меня тоже сложилось впечатление, что для меня вот суть повествования – где-то началась, наверное, ближе к шестой лекции, когда мы провалились на слове «ведана». Вот оттуда мы начали, но мы оттуда очень быстро ушли в сторону уже дальнейшей пратьяхара, дхарана, дхьяна. И получается, что в обратную сторону, как у нас тут рядом на Алтае говорят, были даны комментарии как: «Если есть мужик и топор, будет новая деревня». То есть, вы прокомментировали, как это разобрать в обратную сторону, и мы как-то пошли дальше. Вот у меня очень четко сложилось впечатление, что где-то шестая лекция ведана, пассивность восприятия… Начиная с четвертой, вы начали рассказывать разницу между пассивностью восприятия и активностью поведения, про то, что нормальному человеку она не нужна – и дальше мы ушли – вот тут поддержу комментарии Михаила Николаевича Константинова – ушли в буддистские примеры и ушли в сторону медитации. А хотелось бы йогические примеры и яма, нияма, асана, пранаяма. Было бы очень здорово, я прям двумя руками.

– Хорошо, хотя если шестая, то там Яма, Нияма еще не дозрела, потому что она-то вообще во второй паде обсуждается.

– Я могу путать, но вот сам термин был введен где-то в шестом, и дальше нас просто… Там уже глубина играла.

– Да, тут вы правы, конечно. Я упоминал, без них обходиться не получалось. Да. Ладно, спасибо, спасибо.

– Есть ли какие-то еще отклики от тех, кто ходил на первую часть? Потому что, я так понимаю, материал непростой, и мне бы хотелось как раз какую-то, не то чтобы критику, но – какие трудности были? То есть, там, где хорошо, там и так хорошо. А, может быть, что-то отшлифовать? Есть ли кто-то из старичков, кто готов сказать?

– Меня зовут Олег. Андрей Всеволодович, добрый день. Огромное спасибо, во-первых, за ваш курс. С большой включенностью иду внутрь, но мне очень интересно было бы услышать, возможно, несколько слов от вас конкретно про практику хатха-йоги. И, к примеру, может ли практик, не занимаясь асаной, пранаямой, идти сразу в раджа-йогу? Потому что довольно часто есть примеры, когда человек, к примеру, больше идет в теорию, и при этом это превращается в некий ментальный колодец разных иллюзий, и при этом уходит от практики. Как вы интегрируете конкретно асаны, пранаяму, возможно, и теорию.

– Хорошо. Видите ли, раджа-йогой или джняна-йогой можно заниматься, если у тебя так сложилось, если ты такой человек, такое у тебя удачное тело, удачное не в смысле медкомиссии, а вот неизвестно почему, удачное и все, то можно заниматься. Но если нет, как у меня, то нужно чем-то заниматься. Я, скажем, сочетал не только хатха-йогу, но очень люблю плавание на длинные дистанции разными стилями в достаточно теплой воде, потому что я худощав. А также раньше любил штангу. Сейчас-то, вы видите, я отощал, но, наверное, наращу опять. То есть, это на меня хорошо действовало – в сочетании с хатха-йогой.

Что касается чистого умствования… Уйти в умствование приятно, особенно если ты умеешь думать и любишь думать, но это так и пошло, и пошло, и поехало. И вот, например, этим очень отличается, на самом деле великий, без всяких экивоков, философ Х века и комментатор «Йога-сутр» по имени Вачаспати Мишра, но надо сказать, что в своем комментарии к ньяе и к веданте он гораздо лучше! То есть, мне гораздо интереснее. Я сам большой любитель ньяи и малый любитель веданты. Но вот – это его сильные стороны. Но с общей включенностью в жизнь – а ведь йога есть искусство в действиях, одно из определений, которое дает Кришна, помните, в «Бхагавадгите»? У него было посредственно, Например, его женили, ну, – нужно! Он сидел, работал, писал, работал, писал. В конце концов он обнаружил, что какая-то женщина ему подает еду. Он говорит: «Слушай, а ты кто?» – «Господин, а я ваша жена». Он из уважения даже назвал один из своих комментариев ее именем. Но прошло, на это ушло не один или два месяца, прежде чем такое случилось.

Вот такое бывает с тем, кого называют в Индии пандитами. Так что сочетание некоторое нужно, а конкретные методы… Ну, в общем, я могу сказать так. Если быть последовательным и системным, то хатха-йога для большинства людей является очень полезным, но вторичным методом достижения результата. Если ты в высшей степени саттвичен, то мог бы и обойтись. Но, как правило, она нужна. Еще такой оттенок. Есть различие в том, какие у нас главные тона веданы. Помните? Один человек в типичном для нас многообразии окружающего склонен, автоматизм такой, замечать больше неприятное, а другой – больше замечать приятное. И далее. Если человек склонен больше замечать приятное, то ему показана практика хатха-йоги, а если он еще очень самообуздан и себя контролирует, то – парная сексуальная практика. Которую передают гораздо меньше, потому что ею легко злоупотребить, уж больно приятно.

Если же брать человека, который больше видит неприятное, то тут ситуация иная. Но если мне неприятно, обобщим это: мне все неприятно, я отворачиваюсь лицом к стене и засыпаю. И тогда я занимаюсь практикой йоги в управляемом сновидении. Тоже хорошо работает. Вот такой ответ кратко.

– Спасибо большое. А как вынести знания «Йога-сутр» на йога-коврик? И в практику асан, возможно ли это? Как вы считаете?

– Вы знаете, в двух словах не скажешь. Но первое могу сказать то, что придумал Бойко. Это его мысли и, может быть, они ценные, но это не индийская традиция. Люди по своему, по-бойковски занимаются. Большая часть асан не нужна, то есть, которая выполняется на коврике, не нужна для магистрального управления собой. Гораздо более важна пранаяма. И тут такие аспекты, как, например, тонкий привычный наклон вправо-влево-назад и вперед сказывается на психике, на некоторых клешах. С этим надо работать с помощью главных методов хатха-йоги. То есть, падмасана, сиддхасана и прочее. А остальное я до сих пор не нашел. Может, я найду? Может, мне мой друг из Австралии скажет?

Я до сих пор не нашел, каким образом та потрясающая поза, когда ты садишься в бадрасану, а потом вот так вот выворачиваешь ноги, помните, сидишь на пятках, да, а ступни назад – каким образом она быстрее пробуждает кундалини? Ну не знаю. В некоторых случаях что-то мне ясно, но общий ответ такой, не слишком определенный, буду честен.

– Спасибо большое.

– Я задам один письменный вопрос. Елена спрашивает, в чем же практичность йоги в применении ее в обычной жизни, кроме приобретения здоровья?

– Вы знаете, я бы сказал так. Замечательный былой ректор ЛГУ академик Александров был физиком, он не был философом, но у него хватало ума. И вот он спрашивал: «А в чем польза пользы?» Понимаете? Йога попутно улучшает здоровье не только физическое, но, что важнее, психосоматическое и психическое – что, конечно, скажется на общем качестве жизни. Но, если ты хочешь ею заниматься ради этого, то как только ты получишь удовлетворяющие тебя, по твоим критериям, результаты в области здоровья, ты перестанешь прогрессировать, потому что ты всего достиг.

Йоги считают, что предела нет. В любой нормальной традиции трансценденции, то есть превосхождения себя как человека, предела нет. Здоровье нужно не для чего-то, не просто так, это не самоцель, а для того, чтобы на фоне здоровья что-то делать. Что дальше? Понимать лучше, лучше проявлять себя для других, которые хотят тоже что-то понять. Вот примерно так. Понимаете?

Редукция йоги к здоровью весьма распространена сейчас. Это йога, как весьма почтенный, без иронии говорю, индийский вариант фитнеса. И я уже имел случай сравнивать. Ну вот есть индийский вариант фитнеса – хатха-йога в варианте Айенгара. Есть американский вариант фитнеса – культуризм, любительский. Один из основателей прожил 94 года, другой 95 лет. Оба были здоровы, оба практиковали то, к чему стремились. Но это и все. Остальное отличие – в отличии очень большом индийской и штатовской культур.

Настоящая йога стремится к большему. Поэтому мы должны, если мы предполагаем такую вероятность, что они не зря к этому стремятся, что некоторая доля тех, кто занимались йогой, не дурью маялись. Еще раз скажу: 98% тех, кто Богу молится, дурью мается. Но поскольку религия вообще имеет смысл, нас интересует то, что происходит с двумя процентами. 90% стихов – дрянь. Нас интересуют оставшиеся 10. С йогой точно так же: нас интересует, до чего на самом деле доходят те, кто всерьез работают над собой, и у кого что-то получается. У меня есть знакомый, которому за 80 и он собирается нормально прожить 95 лет. У него очень много чего получилось. Ну вот такой мой ответ.

– Спасибо. Да, занятия по-прежнему будут проходить по субботам, по-прежнему в 14.00 и будут длиться два часа.

– Так? У меня нет никаких возражений.

– Есть ли пожелания какие-то еще устные у кого-то? Если устных нет, тогда я зачитаю следующие письменные. Дмитрий спрашивает: «А что значит дхарма?».

– Так. В общеиндийском смысле, дхарма – это то, за что ты держишься и что вне положено тебе, что по твоим установкам первее тебя, ибо если у тебя нет дхармы, то ты скотина. Что хочет любая скотина или мышка? Чтобы ей и мышатам жилось хорошо. Любое, что выходит за это и за что держатся, является по определению дхармой. Вот и все. А дальше – всякие уточнения, у кого что. У кшатриев, например, свое. У брахманов – свое. И так дальше. Перевести это однозначно не удается, но объяснить просто, я думаю, мне удалось. Это от корня «др» – держать. То, за что ты держишься. Норма, если хотите, в чем-то. Вот так.

(читает с экрана: «Если у тебя нет дхармы, ты скотина!»)

– Вас цитируют уже, разбирают на мемы. Я еще думаю, что нужно включить иллюстрации к этой парной сексуальной практике, тогда ряды слушателей у нас… Мы будем отбиваться!

– Ну знаете… Я и сейчас озорной, несмотря на возраст немолодой, Но раньше тоже был озорной. И у нас был хранитель тибетского фонда Савицкий. И я решил пошутить, захотелось мне пошутить. У нас была сессия, и я к сессии пришпандорил, отпечатанный тогда на машинке еще, один доклад: «Савицкий, такая-то секция. Теория и практика парного секса в тантре». Люди ходили почтенные, востоковеды ходили и сладко, задумчиво улыбались. Но он тоже был не дурак, он написал: «Доклад отменился, потому что партнерша не явилась».

(читает с экрана) Нет, почему? Парная сексуальная практика – не даосская, я все-таки не имею даосских передач. В индийских есть парные практики. Это называется «открытие через нижние врата».

«Открытие через верхние врата» – это другая продвинутая практика. Просто потому что настолько ответственную женщину очень трудно сыскать. А если она не будет достаточно ответственной, она и тебя куда-то в сторону гедонизма утащит. И поэтому есть запасной вариант. Он называется… Переведу на русский, не буду говорить… Он называется «стерва». Этот метод называется «стерва». Это дает огромное физическое блаженство, но без секса. Оно чуть-чуть похоже по опыту на то, что бывает, когда ты зимой раза три-четыре в парилку – и в снег, в парилку – и в снег! Потом начинается вот такое вот блаженство. Ну, некоторый, обыденный, но аналог. Вот насчет парного.

Почему тантра ассоциируется с интимом в йоге? Вообще слово тантра – это просто «система» на санскрите. Просто! Например, ньяя, глубоко чтимая мною философская логика, она называется тантрой тоже. С легкой руки товарища Ошо, который был очень умен, очень образован, и чутко понимал, что нужно зажравшимся тогдашним западным товарищам, и давал им то, что им надо.

Но в Индии это просто не так. Говоря совсем кратко: любая половая жизнь, если она не скотская, требует ограничений, норм. Например, если ты женат, ты не ходишь налево. Так вот, если посмотришь, каковы ограничения половой жизни в тантре, которые должны принять на себя тантрист и тантристка, то они гораздо суровее, чем у добропорядочного семейного человека. Вот так.

– А можно еще один вопрос? Подскажите, как вы соединяете образ йогина именно в монашеской среде, когда он максимально не включен в соцактивность, в какие-то естественные процессы передвижения. И образ практика, когда это и семья, это и разного рода деятельность, не только связанная с практикой.

– Первое тривиальное: больше трудностей, то есть, больше нужно себя мобилизовывать в смысле внимания, в смысле одергивания. Что это я сейчас делаю? Херней занимаюсь. Ну-ка, обратно! Что не так в случае с одиночным йогом? Как с совершенно оправданной иронией пишут какие-то тибетцы: вот садится йог и занимается в горной пещере подготовительной практикой. Он думает про то, как хорошо, что я родился человеком не глухонемым, не идиотом, не в мусульманской стране, что у меня доступ к дхарме. Думает не торопясь, внедряет в себя эту индоктринацию, чайку попил, глядишь и полдня прошло. Так что тут тоже можно расслабляться сколь угодно. И эти насмешки совершенно оправданы, понимаете?

Второе, есть люди, говорят, которым никто не нужен кроме себя. Есть люди, которым нужна жена. Есть люди, которым нужны жена и семья. Пример такого – великий тибетский переводчик Марпа, у которого была жена, семья, дети. Богатство. Работал по хозяйству, был нормальным хозяином. А у его ученика, великого йога Миларепы, вообще ничего не было, кроме поэтического удара. Вообще год одной крапивой питался в горах, а аж позеленел весь. Так что, кому как надо.

Это первое, что можно сказать про сочетание. Ну и второе. Мне представляется, что иногда появляющееся, всплывающее в том, что осталось от, к сожалению, переживающей не лучшие времена православной традиции, утверждение, имеет за собой правду. А именно: что монахом быть хорошо, но настоящим мирянином быть еще труднее, чтобы достичь праведности или святости. Я думаю, это так. Я думаю, это так. Справляюсь я как? Вам не скажу. Сам себе скажу: хотелось бы лучшего. Очень бы хотелось бы лучшего.

– Вопрос от Марии. Дхарана и медитации. Почему стали подменять и замещать эти термины? И даже чаще можно услышать медитация, чем дхарана

– Не знаю, по недоразумению. Просто по недоразумению. Дхарана – это удержание. Я вам в прошлый раз рассказывал, что такое это удержание. И это совсем не медитация. Ну, например, вы вынуждены, притом в более сложном динамическом режиме, сохранять дхарану, если вы идете по жердочке над холодной речкой. Не будете удерживать внимание – ну, окунетесь. Понимаете? Вот и все.

А за словом медитация есть семейство терминов, мы к этому, наверное, вынуждены будем вернуться. Слово медитация – это латинское и, более определенно даже, в последние века – иезуитское слово. И это намеренное контролируемое размышление, направленное на разрешение проблем, которые ты сам считаешь для себя ценностно очень важными. Вот и все. По-индийски там несколько других слов.

– Здравствуйте, Андрей Всеволодович, я смотрел ваш курс по «Йога-сутрам», и вы упоминали, что парампара – есть такое слово, оно означает «дальше и дальше». А сампрадайя – это то же самое? Или чем они отличаются?

– Разное. Сампрадайя – это более социальный термин. Сампрадайя – это, например, считанное число, до полудесятка в вишишта-адвайте. А парампара – это я говорю: «Вот у меня был такой учитель, а у учителя был такой учитель, и так дальше». Типичный пример парампары, и самый ранний, это последний раздел Катха-упанишады, где говорится: «Это сокровенное знание было передано таким-то такому-то, а далее такому-то и так далее». Сампрадайи здесь нет.

– Андрей Всеволодович, большое спасибо, прошу прощения, что задержался, это не от неуважения, просто форс-мажор. Скажите, пожалуйста, я понимаю, что обедню глухим два раза не служат – может быть, вы отвечали на этот вопрос, но повторите для меня пожалуйста. Вы сами, вот как эксперт, к каким больше комментариям, каким вы сутрам доверяете? На ваш взгляд, на взгляд эксперта, чьи комментарии ближе к тому, что изложено в «Йога-сутрах» Патанджали?

– Первое. Я не заношусь и не могу сказать, что я перечитал все комментарии, некоторые из них сложны и обширны. Могу кое-что сказать, что Вачаспати Мишра любит пустить пыль в глаза. Иногда не зря, а иногда зря! Могу сказать, что в некоторых случаях Боджа Раджа мне импонирует больше, чем Вьяса. Он бывает кратче, он бывает больше по делу. В последней статье, которая находится в печати, я просто показал, что трактовка одного места у Вьясы приводит к абсурду. Просто, ну, стыдно! Мне еще предстоит как следует прочитать Виджняна Бхикшу, потому что Виджняна Бхикшу – великий человек. Он был ведантист, теист и йог. И он соединил это в своем синтезе. И он пишет нормальным слогом, без пандийских выкрутас. Он приятно читается. Я буду его дальше читать.

Комментарии Шанкары Бхагавадпады иногда помогают, иногда не очень. Заметная часть более поздних комментаторов как-то, собственно, поддерживают свое умение писать тексты. Они мне мало что дали. И конечно, еще предстоит чтение, этим я специально занимаюсь, Харихарананда Араньи, человека, который успешно сочетал пандитскую деятельность с многолетним затвором в пещере, написал отличные тексты на санскрите и более популярные на родном бенгальском, и он вызывает у меня всяческое уважение и интерес. Вот, коротко говоря, так.

– У нас письменный вопрос от Олега: «Подскажите, пожалуйста, как вы относитесь к явлению учителя-гуру в традиции йоги? Является ли учитель непременным фактором роста на пути йоги? Что вы думаете относительно популярных концептов внутреннего учителя и всех окружающих людей как учителей? Возможен ли путь в практике йоги без воплощенного гуру?».

– Хорошо. Отвечаю. Первое, самое существенное, то, на чем невозможно не споткнуться европейцу и, в частности, такому европейцу как русский человек – это внутренний учитель. Речь не о внутреннем или внешнем учителе, а о том, что смыслы терминов разные. По-индийски – гуру. Внутренний учитель и внешний учитель имеют одну функцию, это не субстанции. Следовательно, не только внутри нет такого существа как внутренний учитель. Нет такого существа, как и внешний учитель, потому что если бы было такое существо, все идущие, в том числе последние болваны, увидели и сказали: «О, это Учитель!».

Но такого не бывает! И с Буддой, и с Шанкарой такого не было! Следовательно, это некоторое отношение. Это идет издавна из Упанишад. В Упанишадах кто-то из учеников говорит нечто потрясающее своей успешностью его учителя, и он говорит: «Кто тебя этому научил?». Он сказал: «Гусь меня научил» или «Дерево меня научило». Это что означает? Благодаря столкновению с гусем или с деревом, меня прошибло. Так вот, меня может прошибить и изнутри.

Теперь про внешнего учителя. Поначалу внешний учитель нужен в большинстве случаев. Хотя, если есть хорошая методичка, то в случае методов, которые по-буддистски называются разрядом сутр, а в общем, это методы «Йога-сутр» в основе, то можно следовать – и это будет работать, хотя, не исключено, медленнее. Дело в том, что индийский способ передачи знания характеризуется меньшей привязанностью к письменному тексту. Все тексты поедаются козявками, поэтому надо запоминать. И поэтому тексты должны быть короткими. Значит, большая часть, сравнительно с нашими библиотеками, остается в развитости конкретного йога. А конкретный йог видит конкретного тебя и говорит: «Вот тебе нужно то-то». Потому что он тебя видит, он с тобой поговорил.

Очень полезно время от времени встречаться с учителем. Но судя по типичным описаниям, такие встречи бывали, может, даже раз в полгода или раз в год. Человеку дали задание, он бьется-бьется-бьется-бьется, пробил, пришел и говорит: «Что теперь дальше делать?» – «Так, это у тебя вышло?» – «Да.» – «Как вышло?» — «Так». – «А, вот теперь вот это делай». Вот примерно так это и идет. То есть, докучать учителю не учтиво и неприлично. Уважение к учителю предполагает, что ты рассчитываешь: он говорит то, что тебе надо, и то, чего тебе хватит на некоторое время, для того, чтобы работать над собой. Вот общий ответ такой.

– Добрый день, Андрей Всеволодович и все участники. Большое спасибо за курс, с большим удовольствием его прослушала, была участницей онлайн и потом в записи некоторые лекции переслушивала. У меня такой вопрос, он может показаться примитивным, но он всегда на повестке. Я преподаватель хатха-йоги, соответственно, всегда есть вот эта борьба сторон. Хатха-йога – это люди, которые не практикуют йогу, они – физкультура. Есть раджа-йога, но если мы посмотрим на содержание хатха-йоги, некоторые элементы раджа-йоги мы можем вписывать в занятия. Например, там та же борьба с клешами, она всегда происходит, когда ты развиваешь толерантность к дискомфорту, через преодоление. Вот как вы к этому относитесь, можем ли мы сказать, что все-таки действительно, когда мы практикуем хатха-йогу – честно, дисциплинированно – элементы раджа-йоги там присутствуют?

– Можно, можно так сказать. Но совершенно не обязательно именно в хатха-йоге. Более того, в хатха-йоге есть то, что впервые сформулировано Буддой, но что является общим правилом, а именно – срединный путь. Ни дожать, ни не дожать, а без этого, без того и без другого ничего не будет. Понимаете? А это очень сложно, потому что – мера и отсутствие насилия по отношению к себе. Мера продвигается постепенно. Можно подготовиться к соревнованиям по спортивной йоге, но это не йога в интересующем нас смысле.

Другой пример, как люди, которые хорошо работают с телом, занимаются йогой. Фактически. Например, был такой видный культурист, он отличался исключительно эстетикой поз или телосложения. Так вот, его звали Зейн. Говорили, что он занимается Зейн-йогой. И это полушутка, полуправда. Просто выдающийся был человек. Другой пример, наш великий штангист, донецкий немец Ригерт. Вот он он этим занимался. Описание. Он заказал себе штангу рекордного для своего веса, у него был полутяжелый вес тогда, для рывка – 160. Она лежала. И заказал себе для разминки штангу весом в 90 кг. Он подошел к штанге в 90 кг, стоял над ней две минуты, весь потом изошел, взял ее, немедленно подошел к той и взял ту. Понимаете? Это йога, да? Понимаете? Вот так вот.

– Немного разворачивая предыдущий ответ. Можно же сказать, что практика асан может быть средой для работы с психосоматическими и соматопсихическими элементами, то есть работа с собой? И более того, так как асана сейчас стала еще и социально такой не то что приемлемой, а принимаемой средой, то есть, все больше есть возможностей практику асан использовать не как, как вы говорили, пример восточной гимнастики, а как среду или время/пространство, в котором можно отрабатывать – вот даже те техники, которые вы называли на первом курсе, они прекрасно вписываются в практику асан. И более того, я, чтобы ничего не изобретать от себя, я помню, как некоторые моменты концентрации, деконцентрации, визуализации, которые вы предлагали, можно было положить даже на самые известные виньясы и асаны, которые есть.

И складывается впечатление, что, освобождаясь от какой-то отдельной деятельности, имея специальную такую лабораторию в виде коврика для этого, можно вполне успешно этим заниматься. То есть, нельзя сказать, что только асаны, но можно сказать, что это сейчас очень удобная среда для работы с психикой.

– Конечно, конечно. И вообще, отделять сому. У нас есть три отдела физических. Сома – это кости, мышцы, соматическая. Это не печень, не желудок (это уже висцеральная). Так вот, отделять сому от психики было бы неосмотрительно и можно только до поры до времени.

– У Моше Фельденкрайза было написано вообще, что соматика – это наука только о живом теле. Вот он всегда описывал, что ключевой момент – это работа живого тела и проводил такую параллель. То есть наоборот, что это образ самого себя неделим с образом движения.

– Приятно услышать умного человека.

– Спасибо. Просто сверяю реальности.

– Да, спасибо.

– Андрей Всеволодович, а можно спросить немного не по теме самой конференции… У меня вопрос по санскриту именно. В буддийских текстах мы часто сталкиваемся с таким термином как пустота. А как на санскрите изначально, каким словом обозначается – шуньята?

– Шунья, ну или шуньята, пустота. Всем надо знать. Я помню, как от души хохотал, веселился француз, которому я это объяснил по-французски. Это слово шунья – ну, есть другое слово «рихта», например, порожний. Ну вот порожнее ведро, где ничего нет. Но шунья выбрано, слово шунья, а слово рихта – не выбрано. В санскрите синонимов-то полно. Так вот, оно от корня «раздуваться». И это означает дутый: то есть, снаружи кажется, что-то есть, а на самом деле ничего.

– А это не соответствует индуистскому «акашу»? Не-не-не-не! Акаша – это среда распространения волны. Все дутое. Ну вот, например, Алла Борисовна Пугачева. Дутая фигура. И все такое. И когда йог понимает, что все дутое, он хохочет несколько часов подряд. Все, хватит меня надувать, меня больше никто не надует, а вы сами надуваетесь! Вот каков позитивный эмоционально ценностный смысл слова шунья у буддистов.

– А скажите, пожалуйста, на одной из первых лекций или даже на двух лекциях я встречал упоминание неких элитных кругов практиков или «элитных йогов». Я бы хотел уточнить, есть ли действительно такое подразделение, есть некая, условно, высшая каста – и есть все остальные?

– Ну, элита рекрутируется просто по серьезности, и больше никак. Нельзя сказать: «Ты не из элиты, мы тебе не скажем, как это выполнять». Мы спрашиваем так: «Ты это умеешь?» – «Да». – «Ну, расскажи, что бывает? А, ну нормально! Пошли дальше!». Вот только так элита и получается! Только так! Понимаете, это элита в том же смысле, как есть элитные оперные певцы. Ты вообще «до-диез» берешь, если ты драматический тенор, если берешь, то молодец! А то, например, Франко Корелли не берет, берет только «до». Вот только так, больше ничего.

– Меня зовут Захар, у меня есть вопрос такой: есть ли в йоге какие-то замечания, назовем это так, немножко слишком громко, методы по работе с массовым – с тем, что приходит или соответствует коллективному. И такому коллективному – не узкой какой-то группе 5-10 человек, 6, а когда много народа. Есть ли такой опыт?

– Понятно. Небольшая преамбула. Существует, я бы сказал, просто падающая гиперболическая кривая: чем больше народу, тем меньше содержание. Чтобы нетривиальный семинар шел, нужно, чтобы было примерно 6-7 активных людей и не более 25 людей пассивных, которые все-таки понимают, но еще не могут участвовать. Если больше, не выходит. То есть, я лично могу прочитать курс, который бы я читал два года потоку, за пять часов двум людям. Естественно, которым больше надо, а остальное они доберут сами, и будет совершенно адекватно. Вот примерно так. Так что таких методов в целом нет.

Как я всегда подчеркиваю, даже в соцсетях пишу, йогу не велено обременять обывателей своей развитостью. Ему скорее велено придуриваться. Слегка придуриваться, в зависимости от обстоятельств. Общие методы, конечно, есть, но это общие методы, которые связаны с тем, что ты умеешь на значительное расстояние в присутствии значительной толпы распространять свой дух в желательную сторону. Допустим, когда говорится, что тот, кто натренировал дружественность или сердечность, майтри – таков, что в его присутствии люди не могут ссориться. Вот это массовое действие. Вот такого рода штуки есть. Но большего я чего-то не знаю.

– Здравствуйте, меня зовут Анастасия. У меня вопрос очень конкретный, но у меня больше нет возможности его задать, потому что я смотрела все занятия в записи. Вопрос по сутре, по конкретной, про читта вритти. Непонятно, каким образом випарьяя, как неправильное знание, может быть каким-то содержанием, мыслью. Очень часто мы имеем какое-то знание или вывод и никогда не сможем или не станем его проверять, или мы можем просто ошибаться по поводу него. Как в таком случае определить, праманы это или випарьяя? Ведь, как я понимаю, данная классификация в методическом тексте дана, как раз, в том числе, для наведения некоторого порядка в процессе наблюдения за мыслями. Или я ошибаюсь?

– Понял, понял. Тут две позиции. Первая. Я наблюдаю за другим человеком и говорю: «У него випарьяя», мне нужно ввести понятие випарьяя. Ну без этого никак, потому что бывает, что у людей не то в голове, что на самом деле. Это випарьяя. Другое, как это для меня самого во внутренней позиции – випарьяя? По поводу того, что такое неправильное знание: индийцы просто распоясались и создали пять очень симпатичных мне теорий. Одна из этих теорий, мимансовская, такая: все верно, пока не доказано, что это неверно. Ну, есть другие теории и т.д.

Значит, что имеется в виду под примером випарьяи? Я смотрю и вижу, что это Коля. Но на самом деле это Вася. Поэтому, заметим, в некоторых случаях я никогда этого не проверю, на самом деле – это во внешней позиции. Допустим, там камера есть, но у меня нет доступа к камере. Допустим, прошел месяц, я спрашивал: «Коля, это ты был?» – «Да я не помню!». И никто не знает. И ни для Коли, ни для меня остается совершенно подвешенным, и кроме того, никому не известно, Коля это или Вася. А в некоторых случаях это важно. Потому что из випарьяи последуют неэффективные действия. Допустим, если бы я решил, что это Коля, подошел, а допустим, это был загримированный Вася под Колю, я бы ему что-то передал, что нужно было Коле, то Вася бы не поверил, ему нужно что-то другое. Действие было бы безрезультатно.

Вот что такое випарьяя, собственно. К слову, именно випарьяю уважаемый товарищ Вьяса истолковал так, что «все неправильно». Не так. Не такая випарьяя штука, как у него. Вот мой ответ.

– Можно, пожалуйста, еще один вопрос? Олег. У меня вопрос относительно самадхи и интерпретации различных самадхи. Допустим, Слава Курилин, по-моему, описывал в книжке, это советский йог, что самадхи для него было – схватывание всего и сразу, и оно у него просто происходило. Потом у Рамакришны описывается, что это некая экзальтация, где человек лежит, и если его не вывести из этого, то, соответственно, все, физическая оболочка уходит. Среди отечественных практиков – Андрей Лаппа, Андрей Сидерский, взять вот эту плеяду украинских практиков. Они описывают свои примеры входа в самадхи, в подъем кундалини. Мне бы хотелось, может быть, ваш ракурс понять на этот счет, к чему и куда.

– Хорошо, Олег, опять. Вот как был чей-то вопрос про гуру, так и про самадхи. Индийцы иначе строят семантику терминов. Как они строят? Сперва показывают, как делается слово «самадхи», исходя из корней, приставок и суффиксов. Потом определяют его в контексте своей теории и методики. Так вот, надо иметь ввиду, что самадхи для методов типа «Йога-сутр» или сутр буддизма – это одно, и вот тогда ты можешь туда и запасть, и сидеть там сотни дней, сотни, простите, лет, а потом тебя оттуда тихонечко вытормашивают. И через неделю ты все равно помрешь, ну, удачно помрешь, конечно, но все-таки, зря ты туда засел, зазевался просто. Это методы, когда ты занимаешься йогой в допущении, что йога развитая не совместна с деятельностью, с поведением.

А в тантрической системе она совместна с поведением. И тогда в cамадхи входит, например, человек – это называется еще авеша, он впускает в себя божество. Традиционный актер – он играет, поет и танцует, он находится в самадхи, да. Или наш учитель именно это давал, и мы находимся в абсолютной собранности, потому что там надо: первое, на каждый слог пения, так называемой вадржной песни или алмазной песни, совершать определенный шаг на разграфленном сложном пространстве, во-вторых менять позу, в-третьих смотреть – где там партнерша, потому что в некоторых случаях соединяются в подобие тибетских скульптур, обнимая друг друга с партнершей, и дальше расходятся, и еще что-то.

То есть, если ты отвлечешься, ничего не будет. Фигня будет какая-то. И опять же, это будет сильное увеличение мощи дхараны: если ты идешь впервые, но уже научился по канату между двумя небоскребами – это самадхи. Без самадхи ты не пройдешь. Или если ты занимаешься горнолыжным спортом и находишься на скоростном спуске. Вот когда включается поведение – это будет самадхи. Поскольку хатха-йога включает в себя поведение, то самадхи в контексте выполнения комплексов хатха-йоги очень даже возможно и предусматриваемо. Но не сразу.

– Спасибо за такой ракурс на практику хатха-йоги.

– Александр. Еще один вопрос, Андрей Всеволодович. Я не знаю, к вам или нет, я просто не попал на первую часть вашего курса, к сожалению. Планирую попасть на вторую: будет ли возможность каким-либо способом, за деньги, конечно, посмотреть вашу первую часть?

– Мы посоветуемся с Андреем Всеволодовичем, как он сочтет возможным и нужным, мы так и поступим.

– Так, вопрос к нам двоим с Марцисом Юрьевичем. Да, и вот мы решим.

– Да, то есть, задача главная – жажду пробудить, а уже что с этой жаждой делать, ну, посмотрим на обстоятельства.

– Да я вот уже жажду успел утолить. Имейте в виду, один час горловой работы – не меньше стакана испаряется через рот. А мой первый учитель вокала, баритон Саша Гонца, вот он после больших партий выпивал 4 литра. Он терял 4 литра воды!

– То есть, мы приближаемся ко второму стакану?

– Да, да.

– Анфиса. У меня уточняющий вопрос по поводу примера с горнолыжником, который на конце тяжелого спуска, или тому, кто идет между двух небоскребов, что это – самадхи. Получается, что все-таки цели йоги можно достичь, минуя яму и нияму? Потому как человек может достичь такого мастерства, чтобы идти по канату между двух небоскребов, при этом он может не обладать теми качествами, которые развиваются, когда мы практикуем…

– О, человек может это развить до некоторых степеней. Но серьезная цель йоги в том, чтобы это было всегда. А если ты плохой человек, тот, кто совсем не следует яме или ньяме, или соответствующим требованиям – в общем, он плоховатый человек… У него это не выйдет. В этом, мне кажется, суть дела. Поэтому надо, да, конечно.

– Способность воспроизвести это вновь и вновь по мере необходимости, а не случайно?

– Да. И кроме того, то, что я сказал – это, конечно, примеры, которые я считаю удачными, но это примеры специальной тренировки. Йога является – не хатха-йога, а вообще йога является не специальной тренировкой. Это тренировка в том, чтобы вполне стать целостным собой, в любой обстановке. Последняя обстановка – быть целостным собой, когда умираешь, и правильно, контролируемо умирать туда, куда тебе надо и как тебе надо.

– Есть ли еще кто-то, кто был на первой части, кто хотел бы какой-то отклик дать, обратную связь?

– Добрый день, Андрей Всеволодович, добрый день. Спасибо еще раз за ваш первый курс. Потрясающий совершенно, но правда вопросов он создал еще больше, чем было до этого.

– Извините, я вам скажу. Я – неплохой гуру. Потому что правильный подход гуру такой: к учителю, возможно, приходит ученик. Учитель говорит: вот так. Тот работает, у него получается, и в результате успеха у него возникает следующий вопрос.

– Я тогда нескромно себя причислю к хорошим ученикам, старательным, как минимум. Я стараюсь постичь. У меня такой вопрос, он немножко связанный все-таки с психологией. Можно ли сказать, что одной из задач в практике йоги, пусть даже на коврике или йоги как таковой, в большом ее смысле, является возможность и развитие навыка управления собственным психическим состоянием? Как один из элементов.

– Конечно! Абсолютное совершенство йоги, то есть то, что Кришна, опять цитирую Кришну, он сказал: «Йога – это искусство в действиях», это абсолютное управление своим состоянием. Именно поэтому какие-нибудь йоги даже не моего возраста, а лет 50-ти, у которых 30 лет за плечами йоги, вдруг начинают шляться по кабакам и бить морды. А потому что они поняли, что с этим они еще не вполне справляются. Естественно, они знают, кому нужно бить морды, кому хочется, чтобы им набили морды.

– То есть, некая такая, скажем, с точки зрения современного человека, психологизация йоги в контексте, если мы говорим о самопознании, то есть, о познании собственных психических процессов, психических явлений, самоконтроле, саморегуляции в этом всем. И как следствие – создание или, я бы даже сказала, не создание, а некое явление соответствующих моменту психических состояний. Если вот так вот все это вместе собрать, то как цель практики йоги современного человека – можно это?..

– Можно. С очень важной концептуальной понятийной оговоркой. Вы говорите все время слово «психология», и это вполне понятно: какое слово еще вам придет на ум. Но психология занимается изучением чьих-то там психических процессов. В третьем лице. Ну например, типичная психология, созданная американскими сволочами, я не постеснялся это сказать, которая называется поведенческая психология, бихевиоризм. Она очень эффективна для того, чтобы понудить людей к тому, как голосовать и какую дрянь покупать. Это манипуляция. Ну а йог занимается собой. И имейте в виду, что сознание всегда – это или мое сознание, или твое сознание, если я с тобой говорю, или кого-то там.

Так вот, йога сперва интересует мое сознание, а потом интересует твое сознание, если он дорос до того, что он учитель. И здесь есть принципиальные разницы, потому что у нас есть множество психических аспектов, нам естественно данных, которыми мы не в состоянии ни с кем поделиться. Правда? В некоторых случаях нам помогает высокая культура. Ну, любимый мой просто пример. Культурный перс знает наизусть примерно 10 тысяч двустиший. Почему? Потому что, когда на него нахлынет какое-то душевное состояние, а персидский язык великолепен, богат, ну он просто великолепный обычный язык… Ему хочется поделиться, ему на ум придет строчка, он скажет, и другой поймет, что этот человек переживает. Понимаете? У нас есть многое, что остается только при нас. И именно с этим нам тоже надо работать. Это цель йоги. Чем дальше, тем больше. Вот такая оговорка.

– Да, спасибо большое. То есть, это все заточено именно под нас, на самоисследование, не на кого-то, а на…

– Конечно, конечно, конечно. Слов нет. Йог при желании мог бы управлять обычными индусами, как опытная преподавательница детского сада – детишками. Но это запрещено. Нельзя, и все. Вот нельзя и все. Вот был плохой йог Девадатта, двоюродный брат Будды, вот он прославился тем, что он хотел Будду сместить, и пошел к царю Аджаташатру. Царь Аджаташатру тоже ведь не лыком шит, это не какой-нибудь горшечник, все-таки управляет людьми. Но, тем не менее, сказано в тексте, что этот Девадатта, будучи йогом, обладая дхьяной, представился так, что царь Аджаташатру перед ним, как просто мышонок, кролик! И стал делать все то, что тот велит. Понимаете? Так вот: это строго запрещено. Вот и все.

– Ясно. Спасибо большое.

– Можно вопрос? Таня меня зовут. Я на курсе новичок. В йоге есть какая-то база, а на курсе я первый раз и санскритом вот сейчас начинаю заниматься тоже впервые. В общем вопрос такой, собственно, по «Йога-сутрам» Патанджали, по курсу. Вы не рекомендуете начинать второй курс, поскольку я не была на первом? Или это можно параллельно вести?

– Нет, я об этом ничего не сказал.

– Я просто слушаю и прихожу к такому мнению.

– Видите ли, было пожелание не то что вас, как новичка, но и других – подытожить материал, пока имели первых шести, более компактно, более удачно, поскольку это не первый раз. И, наверное, я что-то учту – так, чтобы это было понятно. Так что, я думаю, это возможно. С другой стороны, курс идет все же частями, и первая часть месячная вам что-то покажет, будем надеяться, что что-то хорошее покажет.

– Спасибо большое!

– То есть, нету невозможности понимания, входя во вторую часть. Но вы должны учитывать, что хотя формально Андрей Всеволодович профессором не является, но манера его ведения занятий – это как вот в университете. То есть понял – не понял, а материал-то, собственно, уже дальше пошел. Поэтому надо все время учитывать этот фактор, я эту манеру называю для себя профессорской. То есть, это как бы вот такой вот университет.

– Марцис Юрьевич, если перевести слово «профессор» на современный санскрит, то будет ачарья.

– Ну, как бы есть ачарьи попроще, а здесь такой поток насыщенный… Часто люди говорят, что им не хватает каких-то терминов, опять же. Но при этом люди чувствуют этот поток и они даже и задать-то вопрос толком не могут. То есть, они не могут сформулировать, что именно им непонятно. Им все на столько непонятно, что они не знают, за что зацепиться. Вот я не знаю, есть ли среди нас сейчас такие, но мне поступал такой отклик: что непонятно, что даже непонятно.

– Да. А потом будет. Еще был такой эффект, мне это рассказывала дама подготовленная. В свое время она была в меня влюблена. И это это располагает в пользу понимания, поэтому я говорю такой частный факт. Так вот, она говорит: «Вот когда я тебя слушаю, все понятно. Потом ухожу, через день вообще ничего не понятно. А через две недели и больше, постепенно делается понятно». И все. Вот, нормально.

– То есть, рецепт прост: влюбиться в вас как промежуточный такой рабочий момент?

– Ну уж скажешь!

– Ну, если это работает, то почему бы и нет?

– Ну ладно. На счет этого, извини, я просто одно могу сказать. У нас личная близость известна только по угасающей сейчас традиции романтической любви. Если мы почитаем стихи, которые с учетом всей этой поэтической условности и традиции обращаются учениками к учителям, видно, что у них бывала близость интимная, в смысле личности, покруче. Просто нам это… У нас это, может, когда-то было, но сейчас этого у нас нет – а у них это было и есть. Вот так вот. Это тоже культурологический факт, чего в меня влюбляться?

– Есть ли какие-то пожелания на предстоящий курс? То есть, вы же понимаете, что у нас нету жесткой сетки тематических каких-то блоков которые мы намерены пройти, это некий творческий, алхимический процесс. Есть ли какие-то еще пожелания?

– Я, пожалуй, продолжу свой пятый уже, наверное, вопрос. Есть такое ощущение, что все же на курс приходит много людей, кто ведет, к примеру, деятельность преподавания – и конкретно хатха-йоги. Хочется сделать шаг в сторону интеграции физики, психики, духовности, чтобы это был некий общий котел, в котором…

– Понял, это возможно, но это особая тема, и вряд ли это на первом месяце курса, а может быть, даже на середине второго… Потому что, ну вот есть самая ранняя, хотя тоже поздняя книга «Хатха-йога-прадипика», да? Так вот, как там индусы строят? Эта методичка очень странная. Один – сперва про асаны, потом про мудры, потом про бандхи и т.д. И найди хоть полслова, как их соединять. Это раз.

Второе: в изданном сейчас и всем известном переведенном тексте есть четыре главы, а у меня есть текст, который прислал коллега, он купил его в Индии, где 10 глав! Вот, «Хатха-йога-прадипика». И там кое-что, где-то там повторы, где-то цитаты из других текстов, но это значительные… Надо это применять будет, конечно.

Конечно, я обращу внимание на йогу тибетских традиций, и пусть Михаил не пеняет, что она буддийская, здесь ничего специфически буддийского в смысле метафизики нет. Она методически чрезвычайно выверенная и написан этот текст, который я знаю, просто гениальным тибетцем.

– Да, и очень интересны ваши рекомендации конкретно по практике всех аспектов йоги.

– Хорошо. Все запоминаю и надеюсь, что это тоже мне в виде транскрипта будет.

– Да, это легко сделать, это будет. Пожеланий много.

– Как соединять асаны и бандхи? Как? Так вот они не пишут, как! Иногда пишут: приняв такую-то позу, ну, например, позу, похожую на джану ширшасану, выполнить мула-бандху. Иногда пишут, а иногда не пишут. Где-то описано подробно? Где-то я видел, но сам подрезкой языка не занимался.

– Вопрос звучит целиком: «Где описана кхечари мудра?»

– Где-то видел, но не запомнил, потому что сам не предпринимал подрезку языка. Хотя, опять же, надо иметь ввиду, что это есть, но у одних йогов таится одно, у других другое. Например, когда говорится, что у Будды есть 32 признака великого мужа, то один из этих признаков такой: он может вытянуть язык и коснуться им лба. Без кхечари-мудры такого не бывает. Но самого такого слова в буддийских текстах нет. А у Будды, значит, это было. И сплошь такое, понимаете? Где-то одно, где-то другое – это как пазл складываешь.

– Какие еще есть вопросы? Или вы уже все утомились? Так, пишут у нас тут: в общем, не советуют кхечари-мудру нам сейчас практиковать, прямо сию секунду. В смысле надрезать, обрезать и все прочее. Что, утомились или еще что-то у нас есть? Кто молчал все это время? И хотел, но боялся?

– Знаете, Марцис, когда Будда собрался помирать, вот я сейчас тоже скоро помру, он спрашивал: «Вопросы есть?» Молчат. «Ладно, если вы стесняетесь, пусть сосед скажет соседу».

– Перед смертью, я читал, что Будда в осеннем лесу посмотрел под ноги и увидел листок. И он сказал: «Вот всю жизнь я рассказывал, но все, что я рассказал, это только один листок, а вот все остальное я вам не рассказал».

Еще пожелания какие-нибудь? Не молчите, ведь другого шанса такого не будет. Я 20 лет ждал, чтобы Андрей Всеволодович согласился, а вы тут молчите, называется, как партизаны.

– Андрей Всеволодович, а можете вообще про себя рассказать?

– Я хотел как раз с этого начать! На самом деле, да, вашу автобиографическую зарисовку, более подробно, чем просто «в 11 лет начал заниматься…»

– Краткую? У меня три стремления и таланта. Первый – языковедческий, второй – философский, третий – оперный. К сожалению, вовремя не распознали это, потому что иначе бы я стал оперным певцом. Так я просто научился петь оперным голосом, но поздно. Так вот, сперва я учился на физическом факультете ЛГУ, потом понял, что хотя мне это все интересно, посвятить этому жизнь я не могу. И с трудностями, с потерей курса, сдав 11 экзаменов, я перевелся на третий курс Восточного факультета того же ЛГУ (Ленинградского государственного университета) на кафедру индологии, где у нас было много санскрита.

Мои учителя – Татьяна Евгеньевна Катенина, Владимир Гансович Эрман (прежде всего, санскрита) – прекрасные люди, прекрасные специалисты. Потом, закончив, я не жалел, что у меня была физическая и математическая подготовка, это формировало мой ум. Я не жалею также о том, что у меня нет систематического философского образования, это меня избавило от чтения философов, которых там заставляют читать, и которых я открыл и тут же закрыл, потому что дрянь какая-то.

После этого я работал до рубежа тысячелетий в Институте нынешнем – восточных рукописей, а раньше он назывался филиал Института востоковедения на Дворцовой, 18 – в секции Южной Азии, которой заведовал Георгий Александрович Зограф. Занимался там лингвистикой, языком пали, по которому защитил диссертацию по грамматике, переводом буддийских текстов.

– А вот как раз насчет диссертации. Я правильно запомнил, что к вам тогда уже, пожилая и не очень здоровая, поехала Елизаренкова на защиту вашей диссертации?

– Нет, она не поехала, этого не было. Отзыв, по-моему, был. Оппонент у меня был Кассевич, достойнейший лингвист, и другой оппонент был академик Стеблин-Каменский, иранист, достойнейший человек. Отличная была защита, всем было приятно. Помню удивление, ощутимое удивление в голосе, когда в перечне (это требовалось формуляром) языков, которыми владею, я перечислил таджикский. Ну да. Им я владею. Хотя хуже, чем санскритом.

Дальше я защитил эту диссертацию. И в нынешнем тысячелетии я работал на философском факультете, который нынче называется Философский институт СПбГУ, а потом он стал загибаться, совсем-совсем загибаться, когда умер бывший декан, который являлся личным знакомым, а потом протеже Владимира Владимировича Путина. Пошли деканы не ахти, и была команда сворачивать философию. И в очередной раз я не получил продление контракта, хотя мои данные были лучше всех остальных на кафедре, после чего я устроился на работу в РУДН, то есть Российский университет дружбы народов в Москве, где я работаю в Центре Пурушоттама, который был организован по случаю выигрыша (тут главная заслуга моей супруги) мега-гранта по индийской культуре и философии, по индийской философии и религии в связи с общей культурой.

Этот грант мы успешно завершили, а центр существует. Это главное. Работы у меня много. Благодаря энергичности моей супруги, я стал писать гораздо больше того, что раньше оставалось у меня в голове или не знаю где, и сейчас каждый год я публикую не меньше пяти-шести работ. По индийской философии, по йоге, в частности, и не только. По индийскому способу мышления. Развиваю теорию, которая обширна и прямо не относится к нашему курсу, которая частично связана в виде приложения с систематическим сопоставлением нашего западного способа организации развития разума с индийским.

Вот то, что я могу о себе сказать. Люблю собирать грибы, люблю готовить.

– А ваш путь в практике йоги именно?

– Ну, в смысле хатха-йоги – начался без всяких учителей, потому что тогда были только зубковские асаны. Был такой йог Зубков, который публиковал это в журнале «Индия». Потом я стал заниматься в группе Менжинской Галины. Она знаменита в йоговских кругах, хорошо мы там тренировались. Потом обращал внимание больше на йогу, на технику в варианте Айенгара, хотя неплохо знаком и с виньясами в варианте Паттабхи Джойса. Пробовал всякие крийи, в том числе и дхаути крийи, потом басти крийю… То есть, в этом у меня опыт есть: наули крийю, нэти крийю, все это я умею. Нэти опять надо, а то что-то зрение сдает из-за компьютера.

Буддийские передачи пошли и вхождения, начиная с 1988 года, ну и потом было много вариантов подключения к разным методам и получение разрешения практиковать разные методы.

– Ника. Можно вопрос? У меня вопрос подхода: я, к сожалению, не была на первой части «Йога-сутр», и у меня, собственно, вопрос к курсу. С каким подходом вы идете к разбору этих сутр? То есть, это больше какой-то философский и с точки зрения санскрита, изучения языка, или это больше практическая какая-то часть? И вот в связи со второй частью моих вопросов, какую практику раджа-йоги вы…

– Понял ваш вопрос. По сути вопроса я даже, во-первых, написал статью и ссылался на нее далее. Чтобы грамотно осваивать это общечеловечески значимое наследие, нужны три компетенции: филологическая: нужно быть хорошим санскритологом, философская и йоговская. При этом центральной частью является философская. Без нее филолог начнет пороть чушь, а философ, если он совсем не йог, пишет какую-то умную, но тоже отсебятину. Поэтому я соединяю все. У меня бывают отсылки на конкретные методы, когда я обсуждаю некоторые сутры, ибо сутры настолько кратки, что там о конкретных методах нет места сказать. Но кое-что известно. Поэтому: отправляемся от понимания текста, переводим, обсуждаем это по смыслу, что это значит – а дальше говорим, как это может быть применено нами.

– А по поводу практики раджа-йоги? Какие методы?

– Поскольку я буддист, то я употребляю слово раджа-йога в качестве родового термина. Это работа с собой, то есть, расчищение. Там есть множество конкретных методов. Я могу и готов буду в начале курса еще раз рассказать о самом главном методе, который работает. Эти методы переданы двумя-тремя разными традициями. Один из великих тибетских йогов говорил, в частности, описывая это: «Это так близко, что не увидишь! Это так просто, что не поверишь». Но я расскажу.

– Спасибо.

– По-моему, это можно слоганом взять второго курса.

– А давай!

– У нас буквально еще последние несколько минут. Давид, например, молчит, но он наверняка без интернета сидит, так бы он сказал что-нибудь теплое.

– Давид слышит, слушает.

– Дорогой Давид, мне так приятно слышать ваш голос! Я кое-что скажу о ваших неурядицах, и мне очень хочется, чтобы они прошли. Может быть, они уже прошли, и чтобы все было по совести, по символу веры, а не по мирскому попечению.

– Ну я не могу не сказать по зову Марциса Юрьевича свои впечатления, я должен теперь сказать, это моя дхарма. Значит, благодаря первой части вашего курса у меня тоже какие-то страсти пришли в порядок, так сказать, и я почерпнул очень много полезного для себя, исходя из этих знаний, которые вы предоставили, дорогой Андрей Всеволодович. И снова говорю большое спасибо Марцису Юрьевичу за то, что он инициировал этот курс вместе с вами. Я с удовольствием постараюсь продолжить вторую часть этого курса, слушать вас и также применять это в нужном направлении в своей жизни. Большое спасибо.

– Спасибо! Спасибо! Обнимаю вас! Обнимаю вас так же.

– Иногда люди спрашивают, Давид: не против ли православие, не против ли оно йоги? По-моему, вы – наглядный пример того, что не против.

– Дело в том, что здесь глубокий вопрос. Речь идет об умной деятельности. Не о физических упражнениях, а именно об умной деятельности. То, что йога открыла столько столетий тому назад, а может, и тысячелетий. И что, ну я посмею от себя лично это сказать, что в христианстве, особенно в восточной православной традиции, греческой традиции, это перешло в исихазм. Но я пока сам об этом аккуратно заявляю, потому что Церковь в целом этого не говорит. Это только лишь мое личное пока заявление, и еще, наверное, нужно годы посвятить этому и с вами дальше продолжать изучать санскрит, чтобы более об этом серьезно говорить. Но большое спасибо!

– Дорогой Давид, а ведь был предшественник, правда, из другой конфессии. Был француз, который был католиком, Лесо, который был и католиком, и ведантистом.

– Он, по-моему, даже адвайтин даже был.

– Да-да-да.

– Спасибо.

– А по-моему, вот случае православной церкви идет некоторая конкуренция, то есть, борьба за умы. Потому что, получается, йога – она распространяется, разрастается и соответственно, кто-то теряет влияние. Я тут вижу…

– Ну, конкуренцию!

– Марцис, ну вот я не вижу. Потому что одни парни играют в стрелялки, а другие играют в стратегии. И они не пересекаются. О чем речь? Так и тут.

– А кто-то боится, в смысле, вот те, кто играет в стрелялки, боятся, что за ними придут – и все теперь будут играть в стратегию. Поэтому я вижу вот такое вот поползновение в сторону подозрительности относительно Православной Церкви, в сторону йогов. То есть, они какие-то, да.

– Ну, Марцис, могу только процитировать название первого комментария к труду Нагарджуны, который он сам написал: «Бояться нечего!».

– Хорошо, тогда я хочу поблагодарить Андрея Всеволодовича за уделенное нам время в рамках Института исследования санскрита, Общества ревнителей санскрита, которое я возглавляю уже 20 лет. И я объявляю, что 4 октября, в 14.00 мы продолжим. Этот курс повторов не предполагает: только вперед! Соответственно, кто упустил, тот уже окончательно упустил, потому что мы еще не знаем, захотим ли мы, чтобы первую часть слушали – может быть, уже она пусть останется для тех, кто был.

В общем, следите за нами, пожалуйста, повторов нет, будет продолжение. Я не знаю, может быть, весной еще Андрей Всеволодович тоже что-то решит, а если нет – то и отдохнем.

– Если решу – что-то другое.

– Да, например, введение в ньяю, о котором мы подумываем.

– Вполне возможно, или еще что-то. В общем, мой ум пока не опустошен.

– Не дрябл!

– Да, и не дрябл, да.

– Спасибо большое всем! До свидания!

– Спасибо, до свидания! Спасибо огромное! Благодарю вас! До свидания! Спасибо.

Стрим состоялся 15.09.2025

VK: vkvideo.ru/video-88831040_456240256
YT: youtube.com/live/eYvLnWaIEnA

Стенограмма не авторизована. Автор лекции не несет ответственность за качество ИИшечного-транскрипта.

Рад новой встрече с вами!
Итак, мы с вами продолжаем курс, который изначально имел название «Ликбез по астрономии» и постепенно переименовался в «Астрономию для астрологов». Вторая часть нашего курса стала возможна благодаря вашим пожеланиям, что мне несказанно приятно, поскольку, видимо, темы, которые мы рассматривали, оказались вам близки и понятны.

Через месяц мы начинаем вторую часть нашего курса, и я хотел бы сказать несколько слов о том, о чем мы с вами будем разговаривать. Вторая часть нашего курса – она проистекает, разумеется, из первой части, является ее логическим продолжением. Ну и не лишним, я думаю, будет напомнить кратко, о чем именно мы с вами разговаривали, что обсуждали на первой части нашего курса.

Итак, мы поговорили с вами о том, что такое есть вообще астрономия, и на одном из первых же занятий провозгласили такой тезис, что астрономия – это древнейшая мировоззренческая наука, которая присуща только цивилизованному обществу. Обществу, которое может заниматься стратегическим планированием своего развития.
Мы поговорили с вами об истории астрономии, о ее истоках с самых древнейших времен до сегодняшнего момента, о первых наблюдениях и о том, как эти наблюдения интерпретировались.

Астрономия и астрология возникли вместе. И долгое время друг от друга они совершенно были не отделены, потому что являлись частью одного целого. Иными словами, зачем нужна астрономия, если не для каких-либо прогнозов? А прогнозы – это календарь, это в сторону науки, и это – интерпретация видимых, наблюдаемых явлений, это уже вопрос мировоззрения. Далее мы с вами рассмотрели, что такое календарь, как он устроен, какие были календари в древнем мире, поговорили и о физическом устройстве Вселенной – нашей Солнечной системы и Вселенной в целом. Хотя и недостаточно, пожалуй, коснулись этой темы, поскольку она уж очень обширна, на самом деле.

Затем мы коснулись такого вопроса, как астрономия в мифах, легендах, литературе и даже немножко, на последнем занятии, у нас шла речь о том, что в древнеиндийском театре Бхаратнатьям астрономия и астрология были неотъемлемой его частью.
Календарь, как основная задача астрономии, присутствует у всех народов: либо сезонный календарь, либо какой-то более точный. И у каждой цивилизации были свои средства выражения этого календаря: в мифологии, в танцах, в песнях, в играх.

Во второй части нашего курса мне хотелось бы уделить больше внимания именно астрономии и астрологии в древнеиндийской культуре, поскольку одна из важнейших древних астрономических и астрологических школ как раз является производной древнеиндийской культуры. Можно грубо так сказать, что существуют две большие школы: это астрономия и астрология западная, которая является наследницей вавилонской цивилизации, и астрономия и астрология восточная, которая является наследницей уже индийской цивилизации. У них множество пересечений, которые частенько входят в противоречия друг с другом. И мы в этот раз посвятим больше внимания именно восточной школе, скажем так, астрономической, астрологической.

У астрономии, как и у любой другой науки, есть какой-то основной язык. Так, например, для западной современной астрологии – это латынь, а для астрологии и астрономии Древней Индии – это санскрит. И, конечно, мы не можем обойти стороной эту символическую и знаковую систему, несколько наших занятий будет посвящено именно этому важнейшему языку, а также его месту в культуре и истории человечества в целом. Поговорим о языковых семьях, о пересечении языковых культур, об их происхождении. Выясним, какая языковая семья является наиболее древней и какие между ними есть отличия.

Также мы поговорим о письменности санскрита. Мы знаем, что тексты санскритские писались в основном в двух знаковых системах: это брахми и деванагари. Мы коснемся именно деванагари как наиболее распространенной системы. Она еще называется «Письмо небесного града» – а почему небесного града? Почему так красиво и почему с такой претензией была названа эта письменность? Вот мы этот вопрос и разберем. Почему некоторые буквы этой системы немножко походят друг на друга? С чем это связано и какой в этом символизм.

Поскольку астрономические термины в древнеиндийской культуре формировались из окружающего мира, из окружающего быта, мы уже эту систему рассматривали с вами в древних источниках, касались их немножко на первой нашей части. А во второй части поговорим уже более конкретно о некоторых важнейших словарях, откуда мы можем узнать происхождение и значение астрономической и астрологической терминологий, а именно – этимологический словарь «Нерукта», немножко мы о нем поговорим и процитируем, словарь синонимов «Амара-коша», словарь «Нигханту», и очень важный и загадочный словарь, который называется «Вайдика-коша».

Под этим названием «Вайдика-коша» может существовать несколько словарей, потому что в переводе с санскрита «Вайдика-коша» просто означает «ведийский словарь» или «словарь ведийских терминов». Таких словарей несколько, и мы будем рассматривать один из них, под авторством Хамсараджи, который был издан в Варанаси в 1926 году и содержит определения из древнейших текстов, примыкающих к Ведам, которые определяют важные для нас термины.

От сложной ведийской науки мы немножко в дальнейшем отдохнем, и центральная часть – даже не центральная, а, скажем так, средняя часть нашего курса будет посвящена астрономии в литературе, а именно – в детских сказках. Как будто бы там существовали детские сказки (тоже хороший вопрос, обсудим это), в нравоучительных произведениях, и даже коснемся такого текста, как Камасутра. Да, астрономия есть даже там!
Несколько сказок, отрывки, фрагменты из нескольких сказок мы с вами переведем и прокомментируем.

В процессе занятий мы будем использовать и электронные источники – в качестве технического средства обучения. Мы рассмотрим несколько важных инструментов, одним из которых является мультисловарь Саудаманы, с помощью которого вы, не зная санскрита, сами сможете подбирать для каких-то своих нужд астрономические и астрологические термины, находить параллели и синонимы даже для этих терминов. А также исследовать некоторые тексты. И если у вас будет желание санскрит изучать более плотно, то – использовать эту программу для своего изучения санскрита, для своих собственных исследований. Программа бесплатная.

Поговорим о такой важной части индийской культуры, как игры. Однажды в своем письме к Нильсу Бору Эйнштейн, знаменитый физик и автор теории относительности, написал такую интересную фразу: «Старик не играет в кости». Под стариком он понимал Господа Бога. Будучи человеком религиозным, Эйнштейн был приверженцем идеи детерминизма в физике. То есть, он считал, что любое событие можно предсказать, поскольку оно происходит благодаря стечению множества факторов, которые теоретически можно предсказать, можно определить. То есть, если есть следствие, то для него найдется определенная причина, например, хотя бы Божий замысел, хотя бы так. Так вот, в Древней Индии очень многое полагалось в играх и в предсказаниях на волю случая.

Они предполагали, что существует некоторый фактор, который вносит всегда свои коррективы, то есть, фактор некоторой непредсказуемости. В нашем макромире, физическом мире, практически невозможно представить, чтобы какое-то событие произошло случайно. Поэтому и детерминисты так и предполагали, что в физике можно предсказать все. Но уже в двадцатые-тридцатые годы ХХ века, с появлением квантовой теории, оказалось, что совсем это не так, и что случайность как важнейший фактор мироздания – существует. Так вот: поговорим немного об игре в кости, а также о важнейших древнеиндийских играх, которые дошли до нас. Вот у вас на слайде сейчас пример игры чатуранга. «Чатур» – «четыре», «анга» – это часть чего-либо, неотъемлемая часть, то есть, четыре части – или четыре рода войск здесь имеется в виду.

Как бы военная игра: играют четыре игрока, каждый попеременно бросает кубик. У кого больше очков выпало на этом кубике, тот ходит первым. Если сильно везет, так можно и вообще одному человеку только ходы делать Если в современных шахматах игроки делают ход попеременно, то в чатуранге и подобных ей играм ходы делались уже благодаря кубику. Но не уже, а еще.

Шахматы появились позже, и шахматы – это уже западная интерпретация чатуранги Поговорим о правилах и той, и другой игры. О числовом и астрономическом символизме чатуранги, который, кстати, не сильно-то пропал при переходе в шахматы, этот символизм остался. Ну и коснемся шахмат уже немножко более подробно, их правил, их концепции.
Кроме шахмат в Древней Индии существовали и другие игры – мы тоже их рассмотрим, например, «пачиси», «9 мужей» – поговорим о них

В первой части нашего курса мы хотели уделить немного большее внимание макромиру, устройству и эволюции Вселенной, но у нас немножко это не получилось, не хватило времени. И вот во второй части нашего курса мне бы хотелось этот пробел закрыть. Поговорим о Вселенной высоких энергий, о том, что такое квазар (кстати, вот у нас на слайде он), что такое черная дыра и в чем смысл расширения пространства, что это вообще за процесс такой. Коснемся такой вещи, как инфляция. Это не просто рост цен на продукты в бытовом смысле, а в физике это соответствует примерно значению слова инфляция как «накачка, наполнение». Что тут накачивается, чем наполняется? Об этом поговорим с вами.

Ну и обещал я тоже в первой части курса рассказать об эволюции жизни на Земле, о динозаврах, отчего же они, такие бедные, вымерли, прожили 250 миллионов лет на нашей земле, невероятно дольше, чем мы живем, ну и, тем не менее, прекратили свое существование. А были ведь они царями природы во всех смыслах. Кроме, пожалуй, того, что не могли на нее влиять. А так – среди других животных – да, конечно.

Несколько слов скажем об устройстве вещества, ведь ученые и в Древней Греции, и в Древней Индии уже задумывались о том, что вещество состоит из мельчайших каких-то частиц, первочастиц, которые все имеют одинаковую природу. В Древней Греции их назвали «атом», в Древней Индии – «ану», первочастица.

И древние ученые, что интересно, предположили размер частицы, хотя он оказался на несколько порядков больше, чем реальный, но тем не менее. Размер атома у нас реально в физике 1 на 10 в минус девятой степени, 1 на 10 в минус двенадцатой степени. А вот в Древней Индии, например, ученые считали, что размер атома примерно 1 на 10 в минус шестой. Тоже, конечно, мало, но не соответствует действительности. Однако им удалось удивительным образом рассчитать скорость света, которую они связали с размером атома. И то, что у них рассчитано, а это есть в конкретном гимне Ригведы, этот гимн я вам приведу – так вот, то, что ими было рассчитано, точно совпадает с той скоростью света, которая была вычислена современными учеными.

У вас на слайде изображен атом золота – таким образом, как его представляет себе искусственный интеллект. В этом рисунке очень много ошибок. Поговорим об этих ошибках. Несколько слов, конечно, скажем о структуре вещества, о том, что такое кристалл, какие они бывают. В 50-70-е годы XX века было модно выращивание кристаллов, как правило, поваренной соли. Мой отец также выращивал кристаллы, у него достаточно большой кристалл получился, где-то около 5 сантиметров. Об этом тоже поговорим.

Ну вот, основные будут у нас такие темы. Как обычно, наш курс, состоящий из 16 основных лекций и первой, не входящей в число этих 16, вводной, будет делиться на 4 блока, в которых примерно будут инкапсулированы темы, о которых я уже рассказал. Сейчас перед вами примерный план наших занятий. Почему примерный? Потому что бывает так, что одна лекция может оказаться дольше одного занятия, одна тема… И в этой связи я предусмотрел небольшие, так сказать, окна возможностей. Сейчас об этом поговорим.

Вот первый блок будет содержать такие темы. То есть, сначала вводная лекция у нас будет, если я не ошибаюсь, то 1 октября. А, начиная с 8-го, уже начнется сам курс. То есть, первая лекция у меня помечена прочерком, как вводное занятие. И вот уже, начиная с цифры 1, поговорим о санскрите, о его выразительных средствах, о его происхождении и так далее. Коснемся ведийской культуры.

Второй блок у нас будет посвящен уже постведийскому периоду, средневековому периоду развития индийской философии, индийской научной мысли. И попереводим с вами несколько историй из «Шукасаптати» – это «70 рассказов попугая». Очень известный сборник рассказов или сказок, который предназначался для обучения детей и юношества. Но эти сказки отнюдь не такие уже и детские. Поэтому я в начале нашей беседы уже сказал: а бывают ли вообще детские сказки у них?

Когда они создавали какие-то произведения, то они адресовались к наиболее широкому кругу читателей. И любая сказка птички-попугая, она может быть адресована сразу всем поколениям. Поэтому здесь нет никаких упрощений, никаких заигрываний с младшим возрастом. Как бы мы выразились немножко нелитературно – никакого сюсюканья здесь нет. И на каждом занятии мы будем разбирать по сказке. А если, допустим, какая-то из более интересных и более значимых тем выйдет за рамки предыдущих, то можно будет какие-то переводы сказок заменить на продолжение предыдущего занятия. Вот здесь как раз то окно возможностей, о которых я сказал выше.

Далее речь пойдет об играх. Я уже на последнем нашем занятии, на шестнадцатом, то есть, последнем занятии первой части, сказал несколько слов о том, что календарь, как основная задача астрономии, может быть выражен различными способами: как миф, как развернутое магическое имя, как танец, как сказание или легенда, похожая даже на историческое повествование. Он может быть выражен как театральная постановка, но он может быть выражен и как игра, почему нет? Как музыкальное произведение, как игра. Вот и поговорим об этом

Ну и последняя часть будет у нас посвящена уже физике. То есть, последней теме. Так что – примерно такой у нас план.

На многих занятиях мы будем использовать, я буду использовать, по крайней мере, в качестве демонстрации, как раз те электронные средства, о которых я говорил, нам будет так проще. Если вы пожелаете, вы также сможете пользоваться этими же средствами.
Ну вот, кратко о том, что будет. Так что – добро пожаловать или, как бы было сказано на санскрите: «Свагатам!». Ваши вопросы, предложения?

– Добрый вечер! Есть ли у нас вопросы? Я так понимаю, что среди слушателей у нас есть несколько человек, которые прежде не слушали первые 16 занятий, которые прошли весной 2025 года. А есть те, кто, собственно, вот буквально час тому назад только узнали о существовании такого курса. Есть ли среди наших слушателей сейчас вот такие, которые только что примкнули и ничего не поняли? Или, наоборот, все поняли, им стало интересно. Можете ли кто-то из вас включить микрофон, из тех, кто прежде не подозревал об этом курсе?

– Здравствуйте! Я из тех участников, которые только узнали минут 10 назад, и я подключилась не сразу. Мне стало довольно интересно, но вот у меня такой вопрос: если первую часть курса я не слушала, насколько мне будет понятна вторая часть?

– Я постараюсь любой новый материал давать с оглядкой на те знания, которые уже были получены. Буду постоянно комментировать, буду постоянно делать экскурсы в первую часть. И, разумеется, не должно быть такой ситуации, что, допустим, я рассказываю что-то совершенно непонятное. Конечно, всегда буду отвечать на любые вопросы. В любой момент, как и во время лекции, так вы сможете задавать ваши вопросы и в личном чате.

– То есть, по опыту получается, у нас лекция каждая длилась 2 часа, и бывало, Галина, что на вопросы уходило чуть ли не полчаса каких-то лекций. Ну и, соответственно, у нас закрытый Телеграм-чат, в котором продолжают идти даже спустя многие месяцы оживленные дискуссии. Ну и в любом случае получается, что мы начнем вторую часть в октябре, соответственно – было бы ваше желание, а начать погружение в первую часть еще вполне возможно.

– А как часто занятия будут и в какое время? Мне просто интересно, у меня другой часовой пояс.

– Раз в неделю, среда, 18:30, это уже железно.

– Спасибо.

– Занятия будут выкладываться в записи, поэтому для тех, кто не сможет посмотреть онлайн: вы сможете ознакомиться с их содержанием позже в записи.

– Мы на следующий день выкладываем их в RuTube и в YouTube, они сопровождаются тайм-кодами, соответственно, видно, о чем шла речь. В этом плане у нас проблем нет. У нас на первой части было 103 участника, и не меньше трети из них не могли посещать занятия очно – они жили на Урале, на Дальнем Востоке, где-то далеко – и слушали в записи. Соответственно, часть слушателей изначально, даже во время первой части, очно принимать участие не смогли.

В общем, наше время утверждено, это среда, 18.30. Даже когда осенью 26-го года, если мы решимся на повтор или решимся на продолжение, в любом случае, день – это среда, а время – 18.30 по Москве.

– Спасибо.

– Как оперативно Владимир все рассказал за полчаса! Виктор, у вас есть вопрос?

– Да я просто как бы слушаю. Меня слышно?

– Вас слышно и видно.

– Я просто хотел свои вопросы задать, когда не будет других вопросов.

– В смысле, ваши вопросы касаются каких-то фундаментальных глубин или организационного характера? Какого характера ваши вопросы?

– Ну, они просто по теме, которую излагает Владимир, они не касаются организации.

– В смысле, они касаются того, что было в первой части, или того, что будет во второй части?

– Они всего касаются.

– Я просто боюсь, что они, возможно, настолько фундаментальные… Ну хорошо, давайте, попробуйте!

– Ну, во-первых, вот в воскресенье будет лунное затмение, которое будет длиться 84 минуты. Я там писал, что максимум бывает 108. Это вот как вычисляется – как бы по апогею, когда Луна находится в дальней точке, тогда максимум затмения, правильно я понимаю?

– Да, и когда Луна находится в апогее, то визуально она чуть-чуть медленнее движется. Поэтому чем дальше Луна находится, тем как бы дольше происходит смена ее фазы. Чем ближе она к Земле, тем затмение больше, тем большую площадь оно покрывает – но оно и быстрее проходит.

– Ну, переход к следующей теме. Апогей в западной астрологии называется Черной Луной. И есть ли вот какой-то аналог в индийской сфере, может быть, в Ригведе или еще где-то? Понятие Черной Луны.

– Даршанаса. Такое понятие есть.

– Даршанаса. То есть, вот я с подачи Марциса Юрьевича узнал, что есть двухтомник Сыркина, и скоро мне его привезут. Но я почитал в электронном виде. Там есть первая статья про Черное Солнце. Кришна-сурья, как я понимаю. Хотелось бы знать, что вы об этом знаете. И как это пересекается, Черное Солнце и Черная Луна – в источниках?

– Пересекаются… С точки зрения логики – это одно и то же. Дело в том что слово «сурья», которое мы, как правило, понимаем как Солнце, не означает всегда лишь только Солнце. Сурья – это то, что излучает особо яркий свет. И поэтому наше основное дневное светило – оно Сурья. Солнце является Сурьей, потому что оно источает наиболее яркий свет. Поэтому Черная Сурья, скажем так, может означать не только Солнце, но и полную Луну. А полная Луна становится черной в момент затмения. Поэтому Черное Солнце – это, скорее всего, просто полная затемненная Луна.

– То есть вот сейчас в затмении у нас будет Черное Солнце в каком-то смысле?

– В каком-то смысле – да, это будет Черное Солнце, потому что есть звезда, которая светит у нас днем, есть «звезда», которая освещает нашу жизнь ночью. То есть, главное дневное светило и главное ночное светило. И то, и другое – это по смыслу как бы «солнце», то есть, то, что освещает. Поэтому и то, и другое – это Сурья. Ну, а Черная Сурья – это когда его нету.
Так же, например, Черное Солнце – так можно назвать и затмение самого Солнца, когда свет от Солнца перекрывается Луной. Также можно сказать, да. Черное Солнце – это может быть или лунное затмение, или солнечное затмение.

– Спасибо. Но еще последний вопрос. Есть ли в индийских источниках понятие «черный свет», который есть в иранских источниках, у иранских суфийских мистиков?

– Я не встречал. Возможно, есть, но я лично не встречал такого.

– То есть, Черное Солнце – это когда просто нет света, я так понимаю?

– Да, Черное Солнце – это когда нет света.

– Интересно, о чем пишет Вертоградова в книге «Читрасутра» («Живопись древней Индии по Читрасутре»), это пособие для художников: она рассказывает историю возникновения цветоделения в Индии. И оказывается, что изначально существовало только два цвета: блестящий, то есть, белый – и черный. И собственно, если интересно, Виктория Викторовна – она на сегодня старейший санскритолог Москвы, ей, если я не путаюсь, 92 года исполнилось, и есть ее, в частности, запись доклада, на Рериховских чтениях она читала доклад – и запись эта у нас сохранилась, о цветоделении в Древней Индии.
То есть, она рассказывает как что сколько их было, в какой очередности они возникли. Это интересно. Вот это вот рамках как раз ее перевода единственного пособия для художников – «Читрасутры». Это насчет цветов и насчет черного и не черного.

– Спасибо. А вы можете выложить этот доклад или это как-то там?

– Смотрите, когда я говорю, ваша задача – запоминать фамилии. То есть, я не могу жонглировать ссылками, у меня их тысячи. Витоградова, собственно, и «Читрасутра», и Рериковские чтения. То есть, обычно у нас в стране есть два основных академических чтения: в мае, в Петербурге –Зографские чтения, в декабре, в Москве – Рериховские чтения. И обычно и там, и там доклады систематически не выкладываются после, но на Зографских в последние годы частично выкладываются, а на Рериховских обычно нет.
Но вот на тех докладах, куда я лично попадаю, на Рериховских, я эти записи выкладываю. И вот в 2019 году Виктория Викторовна, она очень интересно всегда рассказывает как раз вот про это, про цвета рассказывает. Потому что если кому-то прям интересно, что такое цвета и как они возникают, то вот эта книга «Читрасутра», ее еще даже и найти в бумажном виде можно – так же, как и двухтомник избранных работ Сыркина, о котором зашла речь.

– Большое спасибо!

– Виктор, вы же были на первой части курса Владимира? Да, был.

– Тогда я вас прошу рассказать ваши впечатления, потому что среди наших слушателей есть те, кто ничего кроме того, что они услышали, и не подозревают. Как вам, в целом, то, что было до?

– Мне хорошо, поскольку я задавал вопросы. Я все, что хотел узнать, узнавал, поэтому мне было интересно.

– Что вам нравится в подаче Владимира? Манера, сам материал? Что вам интересно?

– Ну, это все, как бы, неотделимо, манера, материал. Ну, я понял сразу, что к астрологии, как заявлено, это не относится, но теперь…

– А мы изначально и заявили, что это не про астрологию, это как раз для астрологов, то есть для людей, которые страшно далеки от астрономии, и все же какие-то элементарные представления о мироустройстве им все же полезно иметь. Мы изначально были совершенно чисты, и я, Владимир, считаю, что мы выдержали эту планку. То есть, Владимир – мы изначально сказали, что он к джйотишу не имеет никакого отношения.

– Я просто уточнил.

– То есть предполагается, что сам этот материал – астрономический, он в первую очередь может быть интересен нашим джйотишистам, которые не могут отличить какие-то базовые вещи. С чем у нас возникали сложности, Владимир? С чем из каких-то базовых вещей у нас возникали сложности?
– Например, о механизме лунно-солнечных затмений возникали вопросы. С ретроградным движением планеты: что это, как это физически происходит? Ну и в, конце концов, с устройством Солнечной системы. О том, как это вообще все выглядит, как это функционирует. С календарями были сложности.

– Ключевой вопрос был – это про две системы зодиака. Итак, в общем-то, видимо…

– На этот вопрос, скорее всего, и точного ответа и не будет, потому что Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им, видимо, не сойтись. Это две разные системы, которые имеют множество пересечений, и эти пересечения – они только запутывают. Два разных типа мышления.
Поэтому – откуда считать зодиак? Зодиак – он вообще для индийской астрономии неспецифичен. Это вавилонская система, которая была хорошо воспринята западной цивилизацией. И когда наслаиваются эти две системы, возникает путаница: а откуда, например, начинать зодиак, а как сочетаются накшатры и зодиакальные знаки? А с учетом того, что происходит процесс прецессии, смещение точки весеннего равноденствия по звездному небу, то – где начало координат? Всегда возникает этот вопрос.

Нужно ли вносить какие-то коррективы, и есть ли смысл их вносить? С точки зрения астрономии – нет, не стоит. Потому что система деления звездного неба по небесному экватору на 12 частей стабильна. Смещается рисунок звезд и созвездий, а начало координат – это всегда точка весеннего равноденствия.
То есть, начало координат будет все время вместе с этой точкой смещаться – с точки зрения науки. А с точки зрения, например, тех же астрологических моделей, когда предсказания завязаны на начало координат, а это начало координат 2000 лет назад, когда формировались основные астрологические трактаты древнеиндийские, оно находилось в другом месте. То есть, надо сейчас использовать какую-то формулу для перехода между системами координат.

Что это, нужно это делать, не нужно это делать? Это, на мой взгляд, вопрос, который более риторический, чем практический. Это мое мнение, потому что я больше приверженец традиционной астрономии, поэтому на такой вопрос о сходстве и различиях двух систем я ответить не могу.

– Я для себя понял смысл во всем этом и определился. Но если бы не было этого всего, то, наверное бы тоже так думал: какая система, какие-то особенности. Наверное, каждый человек для себя определился в этих двух системах и будет следовать этому. Вот.

– Еще один вопрос. Если можно, или это можно потом в чате. Просто вот вы говорили про ретроградные планеты. Я вот подумал, что кроме семи планет есть еще две теневые планеты, Раху и Кету, которые, соответственно, лунные узлы. И они всегда ретроградные, но иногда они все же бывают директными, то есть, как бы тоже меняют свой ход. А Луна, она ведь не бывает ретроградной. Вот почему лунные углы иногда меняют направление? Зачем это может быть? Как это описывается?

– Это связано с формой лунной орбиты. Поскольку лунная орбита – это нестабильная линия и существует такое понятие как прецессия самой лунной орбиты. То есть, вот, допустим, Луна находится в какой-то момент Х в точке апогея, наиболее удаленная точка от Земли. Но вот эта точка апогея – она будет смещаться немножко каждый месяц. Вот смещение точки апогея, возьмем апогей, просто на круге надо же за что-то зацепиться, пусть будет апогей. Так вот, смещение этой точки называется, период между последовательным попаданием Луны в эту точку, аномалистическим месяцем.

То есть, каждые 27 целых и, по-моему, 22 сотых суток – это длительность анамалистического месяца – Луна оказывается в точке апогея. И со временем эта точка движется. Полный оборот этой точки вокруг Земли составляет 18 с небольшим лет. Именно благодаря прецессии лунной орбиты в целом и возможны в какие-то периоды ретроградное или директное движение этих точек. А где бывают у нас затмения? Они бывают в тех точках, которые диаметрально противоположны, то есть, когда Луна находится либо между Землей и Солнцем, либо когда между Луной и Солнцем находится Земля.

– В целом, лунная орбита – это не эллипс, что-то более сложное?

– Да, более сложное. То есть, это с одной стороны эллипс, центр этого эллипса находится в точке общей массы Земли и Солнца. То есть, центр этого эллипса находится примерно, грубо скажем так, 700 километров под поверхностью Земли. Не в центре Земли, а с небольшим смещением. Так вот, сам этот эллипс вращается. Если мы возьмем, скажем, велосипедное колесо и его немножко сплющим, а потом будем его катить, то вот такой вот процесс происходит и с лунной орбитой.

– Но это в одной плоскости или это какая-то объемная картинка?

– Это объемная картинка, вот этот эллипс, он может отклоняться на 15 градусов в одну или в другую сторону. То есть, наклон лунной орбиты к плоскости составляет примерно 15 градусов.

– Это интересно.

– И вот я боюсь сейчас ошибиться, 5 или 15, надо будет проверить: 5 вроде бы, 5, не 15, да-да, 5 градусов. И вот 5 градусов в одну сторону, 5 градусов в другую сторону – вот получается такая объемная картинка. И, кстати, движение Луны является одним из самых сложных движений в нашей Солнечной системе. Я уж не считаю движение спутников Юпитера или Сатурна. И точно вычислить, где находится Луна, современными средствами можно, ну, допустим на 2-3 месяца вперед, не больше. Если до миллиметра там вычислять, где она находится. Это за счет и вековых движений типа прецессий, ну а также за счет нестабильных гравитационных связей с Землей.

– Так повторы же какие-то есть? Цикл Метона и все такое. То есть, это же как-то предсказуемо?

– Да, примерно предсказуемо. Сарос имеется в виду. Метонов цикл – это просто календарное согласование между солнечным и лунным годом, а здесь имеется ввиду сарос.

– То есть я так понял, что вот эта директная фаза лунных узлов, она коррелирует с положением самой Луны относительно Земли, правильно?

– Да, конечно.

– Все понятно. Спасибо.

– Какие еще есть вопросы? Был бы рад услышать.

– У нас Елена Антонова ходила на первую часть. Ходила на первую часть, Елена Антонова?

– Так и Анастасия Кузнецова тут есть.

– Кузнецова-то везде ходит, ее выгонишь фиг откуда! Ей куда-нибудь объяви, будет физкультурный, там, значит, это самое, субботник, что-нибудь – везде запишется, всюду будет! Я же про тех, кто хотя бы хоть иногда пропускает какие-то курсы. Вот Елена Антонова хоть куда-то не ходит – вот мы сперва узнаем, какое ее впечатление о том, что было прежде.

– Мне очень нравится подача Владимира. Вообще я люблю мифологию астрологическую. И меня интересует как раз связь – все, что касается мифологии. И вот эти вот шифровки данных, которые в текстах есть. Вот это мне очень интересно. Интересны мифы.

– И этот интерес был сполна удовлетворен, да?

– Да, да. И хочу дальше, очень интересна вторая часть тоже. Я думаю, там тоже что-то будет такое мифологическое.

– Вы хотите послушать сказок, да?

– Да-да, и сказок в том числе.

– Владимир готов дать сказок?

– Конечно. На сказки я рассчитываю. На «Шукасаптати», «Хитопадеша», «Катхасаритсагара» – это названия санскритских текстов, содержащих сказания, легенды, нравоучения, наставления. Везде есть астрономический контекст.

– Интересно, я про «Катхасаритсагару» не думал в таком отношении. То есть, я досконально, конечно, не помню все волны, но удивлен насчет астрономического контекста в «Катхасаритсагаре».

– Ну, даже в самой первой истории, когда речь идет о том, почему Шива носит на себе ожерелье из черепов. Даже там.
Потом, любая сказка – это синкретический текст. Расшифрую это сложное слово: то есть, многоуровневый, многослойный. В нем нет ни одного лишнего слова, сюжета или персонажа. Чем-то это походит на классические произведения. Ну вот, например, представьте себе – ну вот «Мертвые души» Гоголя относятся к классике. Каждый персонаж в этом произведении имеет определенное имя, которое его характеризует, или характеризует его деятельность. Коробочка старается себе побольше забрать, Плюшкин все себе собирает, Собакевич похож на грубую собаку – и так далее. В индийских произведениях тоже есть подобный смысл. Он прослеживается как в именах персонажей, так и в сюжетах, которые, как правило, черпаются из философско-религиозных текстов, из тех же Вед, из Пуран, из эпосов.

Нет ни одной сказки, которая просто бы была предназначена для развлечения слушателей. Нет таковых. Любая сказка чему-то учит, и учит на примерах, взятых из текстов, о которых я упомянул. И является также средством обучения молодежи, ее приобщению к древним традициям, древней культуре, к древнему жизненному укладу.

– Вот именно это мне и интересно. Благодарю вас.

– Будет, обязательно. И про 64 искусства пойдет тоже речь, и о том, как украшать свой сад, какие растения там следует сажать. Так что мы больше погрузимся во второй части именно в индийскую культуру, в ее особенности. Ну, а благодаря именно этим особенностям возникают и особенные выразительные средства. А что они выражают? Они выражают как раз те глобальные космические явления, которые наблюдают люди с Земли.

Те тайные, как мы считаем, знания – но они действительно тайные, не каждому легко это понятно – но каждый в этих сказках, в этих текстах всегда увидит что-то свое, что будет созвучно с его сердцем, с его мыслью. Надеюсь, будет интересно.

– Любовь написала: «Полезные и интересные темы все заявлены. Благодарю! Про 64 вида искусств, сад, шахматы». Про 64 вида искусства я хотел бы какой-нибудь тизер, какой-нибудь отрывочек в виде предвкушения, что ли?

– Например, в Камасутре, а также в других текстах иногда указывается список из 64 искусств, которыми должна обладать женщина из древнеиндийского общества. К этим 64 искусствам относятся, например, знание иностранных языков, математики, астрономии, логики, а также игре на медных чашах, наполненных водой, устраивание боев баранов и петухов, украшение сада, готовка, самогоноварение – да, там вот так написано, да.

– Мы как-то устраивали опрос в группе по санскритской грамматике, мол, девушки пусть проголосуют, какие навыки у них охвачены. И выяснилось, что из всего списка, по-моему, только два навыка вообще не были охвачены, а все остальные хотя бы у одной из них были представлены. Поэтому непростые у нас русские женщины, когда они приходят изучать санскрит. У них уже длинный путь, опытный за спиной. Я был удивлен, я думал, что у нас будут большие лакуны, а наши женщины близки к ведийскому идеалу, так сказать, уже изначально.

– Да, это точно!

– Настя, как тебе курс? Хотя, может быть, ты, конечно, у нас по астрологии-то не проходишь, но в целом какое впечатление осталось от курса?

– Да, я далека от астрологии, мне скорее именно астрономическая составляющая была очень интересна – потому что в этом я тоже нуб, я об этом ничего не знаю. И даже больше скажу: я шла на этот курс, такая, думаю: «Так, мне никогда особо не был интересен космос. Ну, давайте посмотрим, что там интересного такого – в сочетании с санскритом и астрологией!» И честно скажу, это превзошло мои ожидания. Это было действительно очень интересно даже не заинтересованному человеку, как мне. Вот я бы на самом деле пошла на второй курс однозначно. Потому что, честно говоря, получить подобные знания – я даже не знаю, откуда я могла бы. Так что – мои восторги, на самом деле.

– То есть, в смысле, что статей в Википедии нет?

– Нет-нет, эту информацию, боюсь, даже не найти нигде. То есть, это из первых рук человека, который на этом жизнь свою построил. И тоже безумно интересно.

– Изучение истории науки, изучение истории естествознания, то есть, такого индийского естествознания.

– Ну это прям гремучая смесь.

– Да, то есть, тот самый синкретизм, о котором, собственно, Владимир и говорил. Да, то есть в этом плане я и сам удивлен. Получается, мы начинаем от словообразования, от этимологии, от того, что означают термины джйотиша – и выходим на танцы… А от танцев мы приходим к истории космоса… Такие переходы нетривиальные! И не ожидаешь их.

– Да, в легком напряжении такой думаешь, а что же будет дальше? Что же он еще там заготовил? Что же он там еще задумал?

– На самом деле, вся Вселенная – это единый большой мир. И человеческое сознание как способ, как метод восприятия всей этой Вселенной, оно всю ее логику, всю ее общность пытается выразить своими способами, своими методами. И это выражение как раз выплескивается в различные культурные аспекты: от игр и танцев до сложных научных формул и телескопов, которые строят десятилетиями. Все это едино.

– Есть ли у нас какие-то пожелания, восторги, вопросы? Из вновь прибывших. Виктор, да?

– Я бы еще глобально спросил, если никто не спросил.

– А давайте, давайте.

– Мне интересно мнение Владимира. Вот я последнее время думаю: вот есть глобальная религиозная система в Индии, по которой будет, в частности, курс «Кашмирский шиваизм». А есть также тамильский шиваизм… И вот это все как-то, с точки зрения Владимира, имеет какое-то представление астрономическое, что ли? Можно ли это как-то описать? Ну, какую-то модель математическую – например, чем отличается Шива от Вишну с точки зрения того, что, по-моему, по Максу Мюллеру, каждое божество – это есть определенная функция, функциональное поле. Вот чем Вишну от Шивы отличается в плане функциональных полей и как это может быть представимо астрономически – или нет?

– Астрономически это может быть представимо. Сначала несколько слов о разнице между тамильским и кашмирским шиваизмом. Это немножко разные системы, с чуть-чуть различающимся мировоззрением. Если в Тамилнаду Шива – это более такое религиозное понятие, то в кашмирском шиваизме не совсем так. Это уже на уровне глубокой философии. Теперь – что касаемо «астрономически».

Если обращать внимание на функции божеств, на их изображения, на способы поклонения и то, что записано в Пуранах и Ведах… Кстати, в Ведах Шивы еще нет, а Вишну вроде как где-то образно появляется. Так вот.

– Мантра же Шивы – там есть, по-моему, в Ригведе? «Ом Намах Шивая»?

– Нет, мне кажется…

– В Ригведе Шивы нету. В Ригведе единственный Шива, какой есть, это прилагательное, то есть, среднего рода, и означает оно там «добрый и благой», и не иначе.

– Да, это просто прилагательное. Это «милостивый», а милостивый или добрый, благой, или оживляющий – это можно к чему угодно использовать, там это еще не божество. Так вот, можно предположить (ну даже не предположить, об этом и работы есть), что, во-первых, Вишну позиционируется как «упендра», то есть, помощник Индры. А в Ведах Индра – это центральное божество, а с точки зрения астрономии – это полная Луна.

Что может быть помощником полной Луны? Это может быть либо ее орбита, то есть, ее путь. В древних текстах есть такая концепция, что вот – есть царь, а есть тот, кто его везет, возничий. Есть божество, а есть его возница, вахана, то есть то, на чем он едет, или тот, кто его везет. Так вот, скорее всего, здесь Вишну (он еще прославился тремя шагами, не будем это забывать) – это эпитет лунной орбиты. Тогда как Шива, кстати, изображается с месяцем в волосах. У него там еще змея есть. Змея – это символ лунной орбиты тоже. Одно из имен Шивы – это Гудуаеша, кстати, имеющий узел в волосах. А что это за узел? Это как раз Луна и Месяц. Так вот: и Шива, и Вишну – это лунные божества. Но если с точки зрения астрономии Вишну – это лунная орбита, то Шива – это Месяц или сама Луна в различных фазах.

А также Вишну можно понимать как определенную фазу Луны, например, первую или последнюю. Из 33 богов, когда 33 божества перечисляют, иногда сокращают их до двух слов: Агни, Вишну. Агни – первый, Вишну – последний. Ну вот, это одна из лунных фаз. Предположим, что последняя. Почему предположим, потому что трактовок в индийской культуре невероятно много. И общей, наверное, и не будет. Тем более – астрономических. Более религиозных трактовок можно найти, нежели астрономических, физических. Ну вот как-то так.

– Я не знаток никак, но поскольку была тема «Натьяшастры» – вот у Абхинавагупты об этом, его интерпретация какая-то есть? С точки зрения планетных явлений, вот того, о чем вы говорите. И как там в «Натьяшастре», поскольку мы говорили, обыгрывались эти вот дела. То есть, как это представлялось на сцене.

– Поскольку Абхинавагупта – это приверженец кашмирского шиваизма, то для него Шива – это сверхсознание, это Абсолют, это не конкретное божество. А «Натьяшастра» – ее задача, с точки зрения комментария Абхинавагупты, это донести знания об устройстве мира для всех людей при помощи как раз такого выразительного средства как театральное действо: танец, мимика и т. д. То есть, здесь выражение самого Шивы может быть только в каких-то конкретных пьесах, в виде конкретного персонажа, но не как какого-то глобального фактора. Потому что если пьеса будет выражать достаточно скучный философский контекст, это будет, наверное, очень сложно, и это даже будет не функция «Натьяшастры». А если сопоставлять Шиву с Шанаишчарайя – с Сатурном, то поскольку Сатурн в «Натьяшастре» выражается, то и Шива будет выражен через Сатурн в «Натьяшастре».

– Можно ли сказать, что «Натьяшастра» более в русле, в сфере кашмирского шиваизма, или она везде, в том числе и у тамилов?
– Она разная. То есть, основной текст и основной комментарий традиционный, самый традиционный, это, конечно, относится к кашмирскому шиваизму. Но с тех пор прошла тысяча лет, и «Натьяшастра» в каждом регионе приобрела свои национальные особенности.

– Да, понял, спасибо.

– Наши прекрасные слушательницы, они очень стеснительные и ничего вслух не скажут? Вот у нас написала Людмила. Она пишет: «Владимир, здравствуйте, первый курс сподвиг меня не только на второй курс астрономии, но и я записалась на изучение санскрита с нуля. Я благодарна Владимиру за невольную мотивацию меня».

– Спасибо. Спасибо. Я очень рад такой высокой оценке. Очень польщен.

– Давайте, последняя возможность кому-то еще помимо меня сказать – потому что теперь выскажусь я, если никто сейчас не возьмет слово. Сегодня стеснительные у нас наши слушатели.

Хорошо, у меня несколько моментов сперва организационного характера, потом я сам расскажу свои впечатления о том, что было, потому что я предполагаю, что то, что было – похоже на то, что будет. Вот, в частности, в рамках нашего курса «Ликбез по астрономии».

Во-первых, у нас, получается, сейчас в чате около 100 человек – и из старичков, кто не продолжает вторую часть, мы их в октябре из чата удаляем. То есть, у нас, пока будет продолжаться курс, у нас будет один чат. И, следовательно, если какую-то часть кто-то не продолжает, мы из нашего единого чата его исключаем, выдав все соответствующие записи. В общем, чат – это до тех пор, пока человек продолжает с нами углубляться в познание Вселенной. То есть, соответственно, в октябре мы зачищаем чат от тех, кто не продолжает – это раз.

Два – для тех, кто не подпадает под условия программы лояльности, то есть, те, кто сейчас, например, пришли к нам впервые, для них стоимость каждых четырех занятий, а четыре занятия – это блок, всего у нас 16 занятий во второй части, то есть, четыре блока, каждый блок у нас стоит 3000 рублей. Поблочная оплата – 3000 рублей за каждые четыре занятия, это во-вторых.

В-третьих, весной у нас начнутся два, можно сказать, дружественных курса, то есть, часть, которую читает Владимир, она закончится к февралю, она должна иссякнуть. То есть, мы начинаем в октябре, у нас будут двухнедельные зимние каникулы – и к февралю мы должны закончить курс. После чего у нас в феврале будет перерыв, и в марте 26-го года у нас запланирован курс. Соответственно, Владимировская часть закончится весной, и весной и летом мы отдыхаем. Это при любом раскладе.

Если мы решим, что будет третья часть нашего «Ликбеза по астрономии», то она начнется не раньше октября 26 года. То есть, мы сейчас идем до весны, и Владимир умолкает весной и начинает разговаривать снова, значит, рассказывать осенью – то есть, как бы такими природными циклами. Появляются заботы, связанные с огородом, и теряем мы Владимира. Огород заканчивается осенью, урожай собираем, яблоки собираем, и возвращаемся в октябре. Соответственно, в то время, пока молчит наша Шахерезада, то есть, с марта 26 года у нас запускаются два сопредельных курса.

Что я имею ввиду? Первый наш весенний курс на тему истории науки, а вот этот ликбез я воспринимаю именно как раздел истории науки, и это всегда очень интересно… Например, мне самому интересна история индологии, я занимаюсь исследованием каких-то неизвестных страниц отечественной истории индологии, материал огромен, и он жутко интересен.

Так вот, в рамках как раз истории индологии, собственно, я уже представлял Владимира Владимировича Емельянова, который у нас прочитает курс, который будет называться «Восточные календари». Я уже показывал его эпохальную книгу, далеко не единственную, он известный шумеролог и, наверное, на этой шумерологической почве его самый известный труд – это перевод «Эпоса о Гильгамеше». Новый перевод. Прежний перевод сделал его учитель из Санкт-Петербурга, а сам он, получается, теперь перевел его заново и издал в самой престижной академической гуманитарной серии, какая есть в России – в «Литературных памятниках». Так вот, у нас всего в рамках Института исследования санскрита, в Обществе ревнителей санскрита у нас шесть кандидатов филологических наук. А вот единственный доктор филологических наук наш – Владимир Емельянов.

И собственно его книга «Календарные праздники Древнего Востока. Исследования и тексты» – это фундаментальное, далеко не единственное исследование, которое есть у Емельянова, вот как раз то, что соприкасается с Индией. Потому что как раз один из разделов 16-ти этих занятий, будет посвящен вообще истокам месопотамской традиции: то есть тому, куда восходит индийская традиция, то есть, какие-то особенности именно индийских джйотишевских трактатов. Вот это будет такой обзор. Опять же – впервые. Владимир Емельянов никогда не делал, во-первых, курсов на такую тему, во-вторых, онлайн-курсов на такую тему. То есть, он обычно преподает в Санкт-Петербургском университете, преподает очно потоковым аудиториям, в которых бывает до 500 учеников, студентов. То есть, это огромные аудитории, это широко известный исследователь с мировым именем.

И весной, пока будет молчать наша Шахерезада, будет курс про восточные календари Емельянова – с одной стороны, а с другой стороны начнется затея, которая, возможно, продлится лет десять. Летом 25 года мой ученик и теперь уже и наш преподаватель Андрей Широбоков из Новосибирска прочитал двухмесячный летний курс «Йога сновидений». Этот курс будет повторен в июле и августе 2026 года. Курс из 8 занятий. И Андрей же Широбоков, преподаватель, ведущий курс «Йоги сновидений», начиная с марта 2026 года, то есть, с весны 2026 года, он начнет вести курс… Вот если мы с Владимиром стараемся оставаться в рамках астрономии, то курс Широбокова курс по «Саравали» – это будет исключительно курс по джйотишу, то есть по астрологии.

Я надеюсь, что мы сможем привносить туда как раз то, о чем будет рассказывать Владимир в рамках второй части своего курса – то есть, элементы индийской культуры. Это направление, которое сейчас Владимир намерен развивать, оно мне кажется совершенно недооцененным, да? То есть, мы уходим в историю, в лингвистику, в философию, а про культуру как таковую толком-то и не рассказываем. Поэтому я рад, что Владимир впервые эту лакуну начнет закрывать. Но это огромное поле, и хватит нам нескольких преподавателей на несколько десятилетий. И вот в рамках задумки Андрея Широбокова перевести впервые полностью один из двух основных первоисточников джйотиша, в рамках этого знакомства, скажем так, с этим источником будет такой совместный перевод этого источника.

То есть, обычно джотийшистов кормят какими-то пересказами пересказов, переводами переводов. А это будет наша попытка знакомства с санскритскими первоисточниками. Вот у нас, например, есть курс по «Аштанга Хридая Самхита» по аюрведе, то есть вот – с первоисточником. У нас есть знакомство с «Рамаяной» и «Махабхаратой». Вот мы начинаем «Йога-Васиштху» и «Мегхадуту». А вот в рамках джйотиша это наши первые отступы. Но я надеюсь, что как раз наше глубокое увлечение санскритом отразится на курсе Андрея Широбокова, я надеюсь, что рассказы Андрея по захватываемости, по интересности не будут уступать Владимиру. Потому что должен сказать, что Владимир меня приятно удивил.

Владимир изначально – преподаватель информатики. То есть, его бэкграунд такой: математический программист получается. И чем меня действительно Владимир удивил, хотя я знаю его уже немало лет, он обладает даром рассказчика! Так вот, преподавателей для Института исследования санскрита, у нас уже 17 преподавателей теперь – осенью 2025 года, я отбираю по принципу не научных регалий (хотя, как я уже сказал, среди 17 преподавателей у нас 6 кандидатов наук), но я отбираю в первую очередь именно рассказчиков. То есть, людей, которые рассказывают живо о своем предмете. И не важно, у них диплом о дополнительном образовании, они бакалавры, магистры, кандидаты или доктора. И если они рассказывают нудно, то мне это не интересно.

То есть, есть люди письменного жанра, они пишут отличные статьи. Например, Шохин про историю сангхи очень интересно пишет. Превосходное исследование! Но как докладчик он меня не захватывает, не увлекает. И в этом как раз я преклоняюсь перед даром Владимира, он – рассказчик. А мне, как выпускнику Литературного института им. Горького, этот дар, среди прочих, кажется главным. То есть, есть люди, которые здорово пишут, интересно. А Владимир, помимо того, что он пишет статьи, которые публикуются, в частности, в журнале «Индуизм сегодня», он дивный рассказчик. И на самом деле, слушая рассказ о задумке второй части курса, я понимаю, как много в нем вот этого невысказанного. Я должен сказать, что я сам с удовольствием продолжу слушать этот курс. Далеко не на все курсы я буду успевать в этом году. Курсов стало больше, чем часов в неделе. Ну, в общем, Владимир продолжает меня приятно удивлять.

Это такие организационные моменты. Есть ли у нас еще какие-нибудь вопросы или пожелания? Анастасия, может быть, я что упустил? Вроде нет, да?

– Да, вроде бы, все осветили.

– Хотел сказать, что меня впечатлило, что не было ни одного вопроса, на который Владимир не ответил бы. Хоть здесь, хоть в чате, это приятно.

– И не просто ответил, а ответил исчерпывающим образом.

– Да, совершенно верно.

– Как бы не «футбол» или отмазка, а со всей душой и вдумчивостью, каким бы странным лично мне этот вопрос не показался.

– Даже про математические модели Шивы и Вишну!

– Казалось бы, задай этот вопрос в другом чате, можно было бы отгрести фингал, да? А здесь, так сказать, со всей добротой и старанием. Владимир, перед тем, как закрыть наше заседание сегодняшнее, которое открывает новые горизонты, есть ли что-то, что ты хочешь подытожить? У нас осталось 4 минуты.

– Единственное, что я хотел бы добавить, что вот, по последним словам Виктора, я всегда открыт для вопросов. Вы всегда можете, если что-то непонятно, что-то не спросили, задавать либо в общем чате курса, либо писать личные сообщения – я всегда буду рад вам ответить. Ну а что касаемо курса в целом, постараюсь, чтобы все, что я буду рассказывать касаемо первой части, на которую будем постоянно ссылаться, я буду по возможности комментировать и всегда буду отвечать на вопросы, если что-то будет непонятно. Я всегда к этому открыт. Буду очень вам всем рад. Пожалуйста, приходите, пообщаемся, может быть узнаете что-то новое.

– И тогда у меня буквально последний вопрос, пожалуй. Мне интересно, какие профессиональные интересы у Владимира? То есть, например, я увлекаюсь морфологией санскрита, педагогикой, компьютерной лингвистикой. А вот что интересно Владимиру? Что вот его цепляет: три-четыре предмета интереса Владимира?

– Шахматы на первом месте, конечно. В свое время я профессионально ими занимался. Профессионально – это значит имел первый разряд. Это было когда-то давно, сейчас только для личного удовольствия этим занимаюсь. Я программист. Могу сказать, что отчасти это и мое увлечение: с Марцисом Юрьевичем проводим много аналитической работы, связанной с компьютерной лингвистикой.

– Шахматы, компьютерная лингвистика, что еще?

– Ну конечно же, любимый огород.

– Огород? А это нет, это хобби уже, а профессиональное, в смысле?

– Профессиональное… Сложно прямо так сразу ответить. Ну, вот это самое основное. Пожалуй, самое основное.

– Ну а то, что делаете с чхандасом? Попытка… Как это одним словом или двумя словами сформулировать?

– Это санскритологические исследования. При помощи математических и компьютерных методов я провожу и свои собственные исследования в области санскритологии. Меня интересует лингвистика, теоретическая лингвистика, типология языков. Как можно применить древнеиндийские знания, выраженные при помощи Вед, тот же двоичный код, который там присутствует, двоичный и восьмеричный коды. Например, сегодня я упомянул в разговоре с вами про Агништому, есть такой процесс, такой ритуал, я коснусь этого на курсе. Так вот, произнеся Агништому, мы дважды произносим либо число 8, либо число 8 и число 7. Просто произнеся это слово. Но каким образом это выражается – это уже целая история.

– Целая наука, да?

– Да, целая наука, да. Причем точная математическая наука. Никакого символизма, здесь все очень четко.

– Спасибо. Тогда, если вопросов больше нет, я предлагаю закрыть наше заседание, и мы встречаемся через месяц с теми, кто решится с нами продолжить путь.

– Спасибо. До свидания. Спасибо. Спасибо. Спасибо.

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ «ЙОГА-ВАСИШТХИ» — филолого-исторический семинар

Приглашаем на новый курс в Обществе ревнителей санскрита 🙏

📅 Вводное занятие: 2 октября , четверг, 12:00 мск
Основной цикл: с 9 октября 2025 до бесконечности (еженедельно)
Формат: онлайн, по четвергам в 12:00, длительность — ~1,5 часа. Доступ к записям — бессрочный.

Преподаватель: Эдгар Зигфридович Лейтан — исследователь санскрита, тибетского языка и религиозно-философских традиций Южной Азии.
— Родился 22 декабря 1969 г., Ленинград; Венский университет: MMag. theol.; BA «Языки и культуры Южной Азии и Тибета»; MA «Религиозные и философские традиции Южной Азии».
— Ученик Рока Мескиты, У. Подцайта, Э. Штайнкелльнера, К. Прайзенданц, К.-Д. Матеса, Х. Баккера и др.; объединённая PhD-программа (Вена/Дрезден).
— Преподавал в Венском, Лейпцигском, Университете им. Масарика; с 2021 года в ОРС — еженедельные занятия по синтаксису санскрита и чтение оригинала «Рамаяны».
— Языки: санскрит, пракриты, тибетский, арабский, хинди; русский, немецкий, английский, латышский, литовский.

О тексте и подходе

«Йога-Васиштха» — грандиозный философский трактат на санскрите, восходящий к «Мокшопайе» (конец I тыс. н. э.); редакция текста складывается в XI–XII вв. Традиция соотносит его с Вальмики и называет «второй “Рамаяной”». В аргументации и образах ощутимы влияния адвайта-веданты, кашмирского шиваизма и буддийской мысли.
Мы читаем медленно и внимательно: шлока → грамматика (морфология + синтаксис) → смыслы → переводческие решения. Особое внимание приёмам поэтики (в т. ч. шлеше, двусмысленным формулам), где корректный перевод требует разветвлённого анализа.

Как устроено занятие

Краткое введение: историко-философский контекст, источниковедение, композиция раздела.
Чтение и разбор: последовательная работа со шлоками «Йога-Васиштхи» — от рамочной истории к «поэтическим» разделам; фиксируем варианты толкований и переводов, сопоставляем аргументы.
Практикум переводчика: прозрачные шаги «из лаборатории» — от разбора к рабочему черновику перевода.

Программа первого блока

Рамочная история и её сотериологический замысел («вход» в текст).
Лексика и синтаксис философского дискурса: как строятся определения, примеры, возражения и выводы.
Поэтика многозначности: как работать со шлешей без потери смысла.
Переклички с адвайта-ведантой и кашмирским шиваизмом; буддийские мотивы — что мы можем корректно утверждать «по тексту».

Для кого

Порог входа отсутствует: базовое знакомство с грамматикой приветствуется, но не обязательно.
Подойдёт тем, кто хочет научиться читать философский санскрит и видеть, как рождается адекватный перевод.

Результат

Уверенные навыки построчного чтения и грамматического анализа шастрического текста.
Инструменты для работы с полисемией и «узкими местами» перевода.
Понимание идейного горизонта «Йога-Васиштхи» и её места в индийской интеллектуальной истории.

*Курс идёт как долгосрочный семинар: можно присоединиться в любой момент; расписание и точные даты будут уточнены в анонсах.

👉 Запись: напишите слово «васиштха» в Telegram: t.me/rusamskrtam.

Меня зовут Эдгар Лейтан. Возможно, вы знаете меня по занятиям, по публикациям о санскрите и переводе — о переводческой кухне и всем, что с ней связано. Санскритом я профессионально занимаюсь с 1995 года, когда начал академическое обучение в Венском университете, а с 2007-го преподаю там санскрит и вводные курсы по тибетскому языку, параллельно веду частные занятия индивидуально и в небольших группах.

С октября 2025 г. мы запускаем второй проект: медленное филологическо-историческое чтение «Йога-Васиштхи». Встречи предположительно по четвергам в 12:00 по московскому времени, — около полутора часов, то есть одна «университетская пара». На первом этапе специальной подготовки я требовать не буду, хотя базовое знакомство с основными явлениями санскритской грамматики, конечно, приветствуется. На занятиях я подробно разбираю каждую шлоку — морфологию, синтаксис, теорию; показываю «переводческую лабораторию» и практику работы с философским текстом.

«Йога-Васиштха» — важнейший трактат, с которым я работаю уже много лет: начал читать его с учениками порядка семи-восьми лет назад и с тех пор все больше убеждаюсь, насколько он захватывающий. Погружение в текст открывает не только перспективы пути йоги, но и горизонты самого санскрита и изящной литературы на нем. Это произведение опирается на более ранний трактат «Мокшопайя» («Средство для достижения освобождения»), завершенный к концу I тысячелетия н. э.; редакция «Йога-Васиштхи» в том виде, в каком мы ее читаем, оформлялась в XI–XII веках. Текст испытал влияние разных индийских философских систем, включая буддизм; внутри индуизма особенно заметны адвайта-веданта и кашмирский шиваизм, а также элементы индийской натурфилософии.

Формально это не «высокая» поэзия, но книга насыщена приемами, характерными для нее: например, шлешей — двусмысленными формулировками, из-за которых многие строки допустимо переводить по-разному. В существующих переводах такие вещи часто не учитываются; на семинаре мы будем разбирать их медленно и аккуратно. Начнем — как и положено — с начала: с рамочной истории. Она грамматически проще «поэтических» разделов и позволяет «войти» в текст, понять, как произведение традиционно само себя трактует: как «вторую “Рамаяну”», приписываемую тому же Вальмики (исторически это, вероятно, не так, но нам важна именно традиционная самоинтерпретация и ее сотериологический контекст).

Приглашаю всех, кому интересны «Йога-Васиштха» и йога в целом, санскритская литература и поэзия, тексты о духовном подвижничестве, путях йоги и отречении от мирских привязанностей. Будем читать тщательно, обсуждать, учиться видеть в оригинале и смысл, и форму. До встречи по четвергам!

Прослушать видео-анонс от преподавателя:
https://vkvideo.ru/video-88831040_456240253
https://youtu.be/4E—DdCbS8E
https://goo.su/KUcw9mi

Анонс (около)санскритских курсов 2025-2026
Стенограмма встречи Марциса Юрьевича Гасунса
со слушателями курсов Общества ревнителей санскрита
29 августа 2025 года

Добрый вечер! У нас, кажется, полная боевая готовность.
Есть ли какие-то вопросы перед тем, как я начну свой длинный рассказ? Что-то, что вы точно хотите узнать – вдруг я с этого могу, например, начать. У нас в презентации 70 слайдов, это будет головокружительно, ничего подобного вы не видели. Я тоже. Вот поэтому вопрос: может быть, вы что-то хотите сперва узнать? Потому что потом остановки не будет. Даже если выключат свет, я все равно продолжу.

Если что-то пойдет не так, пишите мне в Телеграме. Возможно, я не сразу, но прочитаю. А в остальном – сейчас начнутся наши путешествия.

Итак.
Добрый вечер, меня зовут Марцис Юрьевич. Я – кандидат филологических наук, 23 года занимаюсь санскритом, 18 лет преподаю санскрит. Но так случилось, что уже 20 лет я возглавляю Общество ревнителей санскрита. И если первые 15 лет единственным преподавателем был я, то теперь, к 20-летию общества, которое мы отмечали 15 июня 2025 года, мы подходим с тем, что у нас 17 преподавателей на сегодня. И надеюсь, что к весне или осени 26-го года у нас будет 20 преподавателей. 20 лет, 20 преподавателей.
Ну, что еще? Если вы не слышали о нас, то это означает, что вы живете в пещере (смеется), и если вы живете в пещере, то все равно мы вам ничем не поможем.

Основной источник сведений о санскрите в Рунете — это, конечно, Общество ревнителей санскрита. Мы отсканировали сотни разных книг, в основном на русском языке, английском, немецком. Мы их выкладываем. То есть, мы занимаемся не только онлайн-курсами, но и занимаемся просвещением.
Я занимаюсь изданием книг: издал около 17 книг по санскриту. В последнее время сосредоточился на издании книг по лингвистике – в частности, издании книг моего научного руководителя Андрея Анатольевича Зализняка. Мы готовим первый том двухтомника школьных лекций по лингвистике для детей. У нас весьма разнообразная деятельность: часть из этого разнообразия вы сейчас увидите.

Мне стало страшно, когда я представил себе человека, который попробует охватить то, что мы задумали осенью. То есть, осенью 25 года. За 20 лет – это впервые такой момент, когда все усвоить невозможно. То есть, вам придется что-то отпустить. Концентрация невероятная.

Когда я стал утром сегодня подсчитывать, а сколько же у нас кандидатов наук, я был удивлен, обнаружив, что у нас шесть кандидатов филологических наук. Более того, один доктор филологических наук.
Не то чтобы я этой табели о рангах особо придавал значение, но в рамках нашего Института исследования санскрита я считаю, что некая корреляция все же имеется, и это здоровые знаки того, что мы не чужды академической среды.
Для нас эта составляющая, исследовательская составляющая имеет значение. И мне хочется верить, что исследовательский наш стаж суммарный отражается и на каких-то педагогических моментах. Мне хочется в это верить.

Я хочу рассказать, чем мы будем заниматься в ближайший год. У нас обучение начинается 4 раза в году. Часть курсов начинается в сентябре, большая часть начинается в октябре, меньшая часть начинается в январе, что-то начинается в марте. И вот тем, кому еще не хватило мартовских, еще есть июль и август. То есть, четыре раза в году мы что-то начинаем. Чаще всего это что-то новое, но есть курсы повторяющиеся. Точнее, зарождается некоторая традиция.

Ну что же, пожалуй, раз вопросов у вас нету, начну показывать и рассказывать, что мы задумали. Если я останавливаюсь дольше минуты на одном слайде, вы меня гоните дальше, потому что иначе продлится два часа только первая часть. Я даже включу таймер и поставлю его на минуту.

Итак: видна ли вам моя презентация? Я включаю ее на полный режим. Как вы думаете, для чего Шиве столько рук? Какое прикладное значение, какой намек скрыт в этом многоручестве?
Я предполагаю, что это про то, что одновременно в сознании можно удерживать несколько параллельных потоков того, что происходит.
Человек до того, как он попадает к нам, в среднем может удерживать три-четыре вещи одновременно. К концу второго года мы предполагаем, что он может удерживать пять-шесть вещей одновременно в голове. То есть, он или сбегает от нас, потому что не может этого, или он остается – и, соответственно, развивается.

Что, где, когда. Итак, мы занимаемся организацией офлайн-деятельности по популяризации санскрита – в основном, в Москве. Но те, кто не в Москве, об этом даже и не подозревают, а следовательно, в первую очередь, мы, конечно, вам будем известны по онлайн-курсам санскрита в Рунете. Соответственно, все, что здесь будет происходить – это происходит под ярлыком Общества ревнителей санскрита с 2005 года.
И у нас получается четыре запуска. Осень — это основной запуск. Зимой, весной и летом все чуть скромнее.

Итак, обществу 20 лет. Но только с недавних пор мы начинаем такое формальное учреждение – Институт исследования санскрита. И нас, получается, 9 тысяч таких «больных на голову»: 2300 переписок было за последние три года только с учениками. И 105 тысяч сообщений. Соответственно, получается 9 тысяч участников. А много это или мало?
Первые 10 лет я работал на Общество, следующие 10 лет Общество начинает работать на меня.

Итак, 2300 переписок. Это суммарно – 105 тысяч сообщений. В основном они распределены по четырем месяцам набора групп. И на сайте samskrtam.ru за год было 74 тысячи посетителей.

Я, как старец, могу вам поведать, что за последние 20 лет происходило в стране. Некоторых моих учеников еще не было, они еще не родились на свет, они в детский сад еще не ходили, а я уже знаю, что было.
Так вот, все кардинально поменялось. В 2005 году не то, что Рунета толком еще не было, интернета не было – и, соответственно, все то, что сейчас достается, в частности, оцифрованные словари, ничего этого, конечно, не было.
И вот я, как отец-основоположник стоял у истока всего этого и свидетельствую вам, что вот то изобилие, которое сейчас, наступило не сразу.

В чем наша отличительная особенность? Общество ревнителей санскрита – это классическое востоковедное образование. Суммарный педагогический стаж – 256 лет. Суммарный срок, исчисляемый годами, в осанскричении, то есть, в осанскричевлении – 358 лет.
То есть, вы по отдельности, даже если будете жить много жизней подряд, не сможете набрать тот опыт самостоятельно, который предлагается здесь и сейчас.

Когда вы обращаетесь к нам, вы разговариваете не со мной, скорее всего. Вы разговариваете с теми людьми, которые находятся в тылу. А тыл у нас вырос за последний год. Только в Отделе заботы девять человек.
В основном на сообщения отвечают 4 человека, и вы не всегда можете представлять себе, кто именно вам отвечает. Но если вы обратите внимание на смайлики в начале сообщений, которые вам приходят, то у вас есть хотя бы шанс догадаться, кто именно вам отвечает. Если сообщения короткие, смайликов нет, и они борзые – отвечаю я. Соответственно, если есть смайлики, то отвечают девушки, и все будет вежливо и чинно. Когда плохо, иногда еще подключается Ваня. То есть, 6 человек стабильно отвечают в нашем Отделе заботы.

И что мы принципиально в этом году делаем впервые – я попытался охарактеризовать методику преподавания. Раз мы – институт, значит,должна быть какая-то методика. И, получается, ее можно условно перевести как уровневую модель учебных траекторий. И, соответственно, в каждом курсе я пытался задать некую траекторию. То есть, не каждый курс доступен каждому: есть минимум, оптимум и максимум. То есть – есть вход, погружение и вот уже такая как бы глубина.
Какие-то курсы – с них можно начать, какие-то курсы – можно идти параллельно, а какие-то уже доступны только после двух или четырех лет обучения.

Насчет оплаты. Большинство курсов платные. У нас есть и бесплатные курсы. Они завязаны на ботах ВКонтакте, и мы сделали уже бот для Телеграм. Бесплатные курсы у нас получаются без особой обратной связи.
Бесплатный у нас устный курс по санскриту с Радхой Блиндерман. Он доступен в записи и – не получилось в этом году, но, возможно, в следующем, в 26-м году летом мы сможем повторить Шанкара Рамой. То есть, это опять же будет бесплатный курс устного санскрита.

Если речь про основные курсы, они считаются блоками. Обычно курс – это три, а чаще четыре блока, значит, один блок – это четыре занятия.
И так получается: вход, освоение и углубление. То есть, все курсы можно разделить на три группы.

Впервые в этом году мы начинаем преподавать не только санскрит. В этом году мы начнем хинди. Я допускаю, что в следующем году осенью мы начнем бенгальский. И не исключаю, что начнем и пали. Возможно, даже тибетский. Но это все будет 26-м году, а пока, помимо санскрита, мы начинаем хинди.

Начиная с этого года не все санскритские курсы буду успевать вести я сам. Соответственно, по мере необходимости я рассчитываю, что я смогу привлекать Ольгу Литвиненко или, если потребуется, нашу Елену Трефилову.

Есть, есть несколько траекторий входа. Не обязательно начинать с грамматики – но это один из возможных сценариев.
Есть более продвинутые курсы, например, курс синтаксиса, который идет по воскресеньям. Там без каких-то, хотя бы половинчатых знаний грамматики делать нечего. А Зализняк – это уже самый сложный уровень санскритской грамматики. Там предполагается, что вы хотя бы два года что-то пытались делать, ну или хотя бы год.
И есть совсем нетребовательные курсы.

Наш самый популярный курс, на котором у нас было 222 участника весной 25-го года – это курс Андрея Парибка. Курс, который заведомо без повтора. То есть, если в некоторых курсах (в некоторых небесконечных курсах) можно предположить повтор, то в случае курса Парибка повтор точно не предполагается. И у нас будет вторая часть этого курса 4 октября: четыре месяца. Это наш самый популярный курс. Самый главный, наверное, курс помимо грамматики.

Ну и, помимо хинди, Екатерина Костина будет вести «Мегхадуту». Это кавья,это уже не первый и не второй курс на Востфаке. Следовательно, это уже требует, конечно, годы подготовки.

Мы задаем некий стандарт, то есть, на нас равняются другие, и мы продолжаем использовать свои компьютерные навыки. В связи с тем, что лично я занимаюсь компьютерной лингвистикой, я стараюсь делать так, чтобы в технологическом плане мы были далеко впереди планеты всей. Соответственно, все наши занятия имеют тайм-коды, а те, которые наиболее, вероятно, интересные, имеют еще и стенограммы.
Презентация будет доступна всем. Вы сможете посмотреть беседы с преподавателями, и в течение ближайшего года, надеюсь, я смогу этот список пополнить беседами с теми преподавателями, с которыми я за 20 лет еще не побеседовал – и мы донарежем фрагменты тех занятий, которые еще здесь недоступны. Но половина доступна для ознакомления.

У нас были вводные занятия в 2024 году, например, осенью – они тоже доступны. И так как какие-то из курсов повторяются, вы можете познакомиться с преподавателями. Я считаю, что необходимо выбирать курсы не по названиям или даже не столько по интересам, а насколько откликается сам преподаватель. Эта возможность заучного знакомства с преподавателем – это то, с чего я, пожалуй, бы начал.

Базовый курс грамматики веду я. Веду его достаточно давно. Вот учебник, он рассчитан на два года. И по мере набора групп мы начнем уже в сентябре вести грамматику санскрита – а предполагается 6 новых групп. Понедельник, 8 вечера; вторник, 9 утра; среда, 9 утра; четверг, 19.30; суббота, 9 утра; воскресенье, 14.00.
Не все эти группы начнутся одновременно, они будут начинаться по мере набора. Если не начнутся в сентябре, они могут начаться в октябре. Если они не начнутся в октябре, они начнутся в январе. Если не в январе, то в июле. Других вариантов нет.
Вот, собственно, задана сетка для новых групп по деванагари.

С деванагари освоение письменности длится два месяца. Закончили двухмесячные курсы освоения письменности – начинаем, то есть, продолжаем двухлетний курс погружения. В том виде, как это погружение было на филологическом факультете МГУ, то есть, полноценный университетский курс.

Как я уже сказал, впервые не все занятия по грамматике буду вести я сам: часть – да, часть – нет. Соответственно, есть те группы, которые продолжаются, которые я веду – понедельник, 20.00; вторник, 9 утра; вторник, 13.00;, суббота, 6.30; суббота, 9.00; суббота, 17.00. Это старые группы, которые, вероятно, продолжаются. То есть, это разные стадии прохождения учебника Кочергиной: где-то самое начало, где-то уже ближе к середине.
Те группы, которые буду вести не я лично, будут дешевле. Группы, которые я веду, каждый блок будет стоить 8000 рублей – для тех, кто будет начинать сейчас с нуля, с начала.

Грамматика хинди у нас впервые. Екатерина Александровна может вести занятия по вечерам, вероятное время – 17.30. День – не обязательно среда, но как некая вероятность.
Екатерина Александровна преподает по методике Санкт-Петербургского государственного университета, по программе, которую она сама же и разработала, по учебнику, который является на сегодня наиболее широко доступным в России. Если вы пойдете в книжный магазин, то книга «Хинди», которую вы сможете купить, это книга под авторством Екатерины Костиной.

Помимо хинди, как я уже сказал, будет факультативный курс по Калидасе. У нас прежде курсов по кавье не было, это новшество. Этот курс будет, как и большинство факультативов, дешевле. То есть, грамматика – дороже, факультативы – дешевле. И это будет именно практикум. То есть – то, как на Востфаке в Петербурге последние 150 лет проходит санскрит. На Востфаке, замечу, есть еще и госэкзамены по санскриту. То есть – это то, как готовят индологов, профессиональных индологов.

Помимо курса санскритского синтаксиса, который продолжается уже четвертый год, мы запускаем новый факультатив с Эдгаром Лейтаном. Эстонский флаг на этом анонсе означает не то, что мы будем изучать эстонский язык, а то, что будем продвигаться очень медленно, очень медленно и много-много лет.
Эдгар уже четыре раза проходил, прорабатывал в течение последних 8 лет «Йога-Васиштху», но впервые это будут именно групповые занятия. До этого всегда были частные занятия или мини-группы.
Это будет такой читальный кружок. Мы начнем с первой главы, с рамочной конструкции, то есть, с самого начала. С самого начала – а это огромное произведение. Это будет медленно и печально.

Когда я изначально весной 2025 года запускал курс «Ликбез по астрономии», я думал, нас будет пятеро, включая меня. Когда нас набралось 103 человека, я был приятно удивлен. И, соответственно, этой осенью мы продолжаем четырехмесячный курс Владимира Леонченко.
Этот курс изначально был рассчитан для того, чтобы он оставался доступным. Это один из наших самых дешевых курсов, каким, собственно, он и остается.

Курсы бывают двух видов: с домашкой и без домашки. И это – один из тех хороших курсов. А хороший курс равно – без домашки. То есть, тут можно просто прийти и послушать сказки.
В частности, например, что мне нравится в занятиях Владимира – он толкует терминологию, то есть джйотишевскую терминологию, показывает словообразование, показывает этимологию, в первую очередь – нерукту, то есть, семантические этимологии, как они были известны в Древней Индии испокон тысячелетий.

Четвертый год я уже веду «1000 имен Вишну». До этого у нас был курс «100 имен Шивы», и вот разбор ста имен Шивы длился некоторое количество лет, я уже не помню сколько. Но вот в скором времени, 16 сентября, мы начнем рецитировать 108 имен Шивы.

А вот до этого, много лет тому назад, за одно двухчасовое занятие мы успевали разобрать 5 имен Шивы. И вот в том же формате мы продолжаем разбирать имена Вишну, но уже не 100, а 1000. И мне кажется, еще потребуется два года, чтобы закончить.

Это для тех, кому интересны мифология, древнеиндийская мифология, этимология, словообразование, в первую очередь. Это такая мини-группа у нас, пять человек. И вот получается, по субботам, в 8 вечера, вот уже пятый год, мы разобрали 800 имен. Еще осталось, кажется, 200.

Помимо учебника Кочергиной, который в Москве считается основным учебником, есть другой источник радости. Это – руководство Бюлера. Это тоже на два года, и основная его фишка – это перевод с русского на санскрит.

Учебник Кочергиной – он толстый, но относительно простой. В нем есть свои недостатки, свои непоследовательности, но вместе с преподавателем это не так страшно. А вот руководство Бюлера – оно меньше страниц занимает, но дается более болезненно, что ли. То есть, это все та же грамматика, но с каким-то количеством исключений. И вот эти исключения описаны не всегда так системно, как хотелось бы. То есть, это уже для тех, кто обладает некоторой степенью мазохизма.

То есть, если Кочергина – это для неопытных, то Бюллер – это для тех, кто хотя бы немного хочет сделать себе больно. Приятно получится там не сразу. И вот, собственно, такая группа начинается раз два года – и в октябре как раз начнется курс для очередной группы. Еще окончательно непонятно, будет ли это будний или выходной день Предполагается, что Бюлера можно начинать и ничего не зная, но я обычно начинаю после Кочергиной.

Впрочем, Бюлера можно начинать и без Кочергиной. Ну и в Петербурге, например, вообще не признают Кочергину, поэтому они только по одному Бюлеру и занимаются. Но на том же Востфаке они занимаются Бюлером каждый день. То есть, пять дней в неделю, каждый день они занимаются только Бюлером – и то на это у них уходит несколько лет.
То есть, разные подходы. Мой подход, он более мягкий, более гуманный. В общем, начинаем с Кочергиной и продолжаем с Бюлером.

Далее начинаются факультативы.

Уже второй год идет «Введение Бхагавадгиту». Иван Толчельников – наш самый молодой преподаватель, ему 22 года. Это, возможно, мой самый способный ученик. Нашему, получается, самому молодому преподавателю – 22 и нашему самому опытному, самому известному преподавателю, Андрею Всеволодовичу Парибку – 72, кажется. Вот у нас такой разбег.

Собственно, «Гита» – это тоже для тех, кто хочет послушать. Формат за два года менялся. Это были и просто лекции, потом это переросло в семинар. Он у нас традиционно походит по пятницам в 8 вечера, и это из, опять же, дешевых курсов. Если вы хотите просто начать погружение в древнеиндийскую философию, добро пожаловать: курс продолжается, «Гиты» хватит еще на несколько лет.

Помимо курса, который продолжается, то есть курса «Бхагавад Гиты», запускаем новый курс «Ликбез по Веданте», который в лучшем случае повторится осенью 2026 года, а то и осенью 2027 года. Такие курсы постоянно не идут.
Если вам близок Шанкар и компания, то – добро пожаловать на курс, который будет по четвергам, вероятно, в 18 вечера.

Но, как это обычно бывает с курсами Вани, спрос на них достаточно большой, поэтому, например, бывает и до пяти одновременно потоков в разное время, в разные дни. То есть, от одного-двух до пяти параллельно идущих потоков. Поэтому не цепляйтесь ни за время, ни за дни. Вопрос в том, интересна ли вам эта тема – вот что имеет значение.
По каждому курсу мы постепенно опубликуем страничку на сайте, где будет выложен анонс, видео-анонс, обращение преподавателя и примерный учебный план. План по этим занятиям уже расписан.

Из серии «для мазохистов» у нас подготовлен третий курс Андрея Клебанова.
Андрей Клебанов у нас уже дважды вел курс по Восьмикнижию – и это третий подход. Каждый раз у нас разная тема, и в этот раз мы поговорим про глубинные разные структуры, и как они отражаются на поверхности языка. Это для тех, кто уже что-то видел, и которых такая вот махина, как книга, которую я удерживаю в руке, сразу не пугает.

Тут можно прочитать страшную фамилию Панини и, соответственно, вот эти 16 занятий – это будет продолжение, и отныне каждый год мы будем углублять это направление, и Андрей будет вести курсы не только по Панини, но и вообще. Весной, в частности, 2026 года – курс по лингво-философии Древней Индии. Поэтому с Андреем у нас намечен план на ближайшие три года.

Андрей изначально из Москвы, но преподавал санскрит долгие годы в Японии, а теперь преподает санскрит в Вене, в Венском университете, с которым нас много что связывает. Я считаю, что в некотором роде наш институт является виртуальным отражением того изобилия, которое 20 лет тому назад было в Венском университете. То есть, 20 лет назад очно по 3-4 студента проходили там разные курсы.

Теперь этого изобилия там нет. Это изобилие теперь есть у нас. Уже не очно, а заочно, то есть, в сети. И мини-групп по 4 человека у нас почти не бывает. То есть, это в несколько десятков раз больше. Но не шире пока в плане обилия курсов. А вот в плане посетителей мы многократно превосходим количество студентов во всех учебных учреждениях, Западной Европы вместе взятых.

Потому что в университетах курс – это 4, 5, 2 человека, 10 человек – это уже много. То есть, как у нас, например, на той же астрономии, когда у нас в онлайнe одновременно 60 человек, такого в университетах на индологических направлениях, конечно, никогда очно не бывает.

Соответственно, это должен быть некий интерес к вьякаране, в случае Клебанова. Интерес не просто к грамматике, а к автохтонной традиции грамматики. Стрим будет в феврале 26-го, а сами занятия начнутся 6 октября 25-го. Получается, беседа ознакомительная будет позже, чем сам поток. Поток уже невозможно остановить, а беседу еще можно перенести.
(Ремарка: Вы можете прийти на водные занятия 6 октября).

У нас есть и фрагменты тех занятий, которые были прежде, чтобы вы понимали головокружительность и головоломность этого курса по аналогии с тем, что было раньше. У нас есть видеофрагменты – добро пожаловать, они доступны всем. Просто нужно знать, куда зайти, в какой плейлист (у нас их теперь развелось много).

Впервые Максим Леонов, переводчик «Рамаяны», читает целостный курс. И впервые в Обществе ревнителей санскрита у нас есть курс по литературе. В основном все у нас про лингвистику или философию, а литература до этого была как бы в зачаточном состоянии.
То есть, мы занимались, например, аланкарами с Ушей. У нас был четырехмесячный курс, но это не регулярно, и было как некое вкрапление.

Так вот, отныне у нас будут курсы по литературе, и их будет вести Максим. Это будет такой рамочный курс, а потом мы будем его развивать. Подблоки мы потом будем отдельно выносить и развивать. Например, будет курс по ведийской литературе. Сейчас это просто небольшой объем в рамках курса индийской литературы, а потом мы будем брать какие-то отдельные интересные направления и, соответственно, будет курс по индийской эротике весной, а потом осенью 26-го года будет ведийская литература.

Будем развивать вот это направление – у нас есть отдельная страничка уже на сайте со всеми подробностями и с подробным планом занятий. И это – чисто лекции послушать, делать ничего не надо. Это мой любимый формат курсов, когда ничего не надо делать. Можешь приходить, можешь не приходить, а все равно делать ничего не надо.

Далее. Мы продолжаем читать «Сказания о Савитри», и это длится уже второй год. И в этом году я переиздал перевод Смирнова «Сказание о Нале» и «Супружеская верность» в рамках серии «Махабхарата в переводах Бориса Леонидовича Смирнова». То есть, вот то, что он издал 70 лет тому назад, мы переиздали.
Но мы и продолжаем, соответственно: все то же самое, что он когда-то переводил, мы переводим в рамках такого читального кружка. Мы за два часа в воскресенье утром успеваем пройти две, три, редко четыре, максимум пять шлок за раз. То есть, нам еще хватит на несколько лет одного только «Сказания о Савитри».

Это то, с чего с 1818 года в Европе начинают более углубленное изучение санскрита. Такой стандартный набор текстов, учрежденный Боппом, основоположником сравнительно-исторического языкознания. Моя специализация – это сравнительно-историческое языкознание в Институте языкознания РАН.

Вот уже пятый год продолжается синтаксис санскрита. Ничего подобного нет в мире, не только на русском языке, Мы готовим конспект по самасам, но я боюсь, что нам придется отложить его еще на год, потому что количество курсов, которые необходимо запустить, плохо влияет на количество издаваемых мною книг.
То есть, можно или издавать книги – но это не приносит. Ничего, кроме удовольствия. А можно запускать курсы: это приносит и удовольствие, и дает возможность заниматься еще какими-то другими делами.

Вот уже пятый год продолжается «Рамаяна». Мы переводим фрагменты из «Сундара-канды». «Сундара-канда» – пятая книга «Рамаяны», на русском языке еще опубликована не была. У меня есть задумка опубликовать первый полный русский перевод «Рамаяны». И надеюсь, что в течение следующих 10-15-20 лет мне удастся эту задумку воплотить и в бумаге напечатать 7 томов «Рамаяны».

Ну вот, как бы в рамках этого «подогрева» и взращивания специалистов-исследователей,у нас проходит воскресный курс. Это гибрид. Половина – занятия теорией, половина – это семинар, то есть, переводим «Рамаяну», главы пятой книги.

Ну и, как я уже сказал, наш самый востребованный курс, но и возможно один из самых требовательных курсов к слушателям, это курс Андрея Всеволодовича Парибка. Потребовалось 20 лет, чтобы он согласился. И надеюсь, что в ближайшие годы, если мы к февралю закончим разбор «Йога-сутр», то весной, я надеюсь, что Андрей Всеволодович начнет курс по ньяе, то есть, по буддийской логике. Это курс, который обычно он читает в рамках РУДН и который который раньше читал в рамках философского факультета Санкт-Петербургского университета.

«Йога-сутры» Патанджали – мы остановились в середине третьей главы, и вот эти 16 занятий, 4 блока, будем продолжать то, что мы начали. Предполагается, что все-таки вы знаете то, что было прежде. Если нет, будет больно, но не мучительно, будет просто больно, это возможно. Повтора этого курса не будет и он имеет ограниченный срок годности.
Если остальные наши курсы доступны до тех пор, пока цунами не смоет сервера в Южной Флориде, то этот курс – он, как тыква, через какое-то время просто исчезнет и перестанет быть доступным. В отличие от всех остальных, которые доступны до тех пор, пока цунами не смоет сервера.

Это наш самый дорогой курс, так же, как и грамматика, которую я буду вести.

Но у нас есть программа лояльности. Это означает, что те, кто ходил уже на него раньше, имеют преференции. А те, кто является студентами нашего института, имеют еще более значительные преференции. И, собственно, то, что было, будет сохранено.
Соответственно, с нами выгодно иметь дело, потому что какие-то курсы, которые постепенно будут дорожать, они будут дорожать только для тех, кто вновь к нам пришли. А для тех, кто уже занимается определенное время, условия будут значительно более интересны.
Курс лекционный, соответственно, без домашки.

Оказалось, что лингвистика может быть интересна. Когда мы начинали прошлой осенью курс «Ликбез по лингвистике», я думал, что на восьмом занятии люди сломаются, сломается и преподаватель, и мы спокойно разойдемся по домам.
Когда весной 25-го года мне пришлось принудительно выгонять из класса учеников и преподавателей, я понял, что в принципе этот курс имеет право на жизнь, и мы можем его даже повторить.

То есть, у нас будет некая матрешка, которая называется «Ликбез по лингвистике», и в рамках этого общего ярлыка будет несколько подкурсов.
Будет само введение, которое так и будет называться – «Ликбез по лингвистике». Будет отдельно спецкурс по нефинитным формам. И отдельно будет курс по падежам в санскрите.
Получается, если я сейчас не наврал, то у нас будет три подкурса в рамках вот такого общего названия «Ликбез по лингвистике». Тоже никакой домашки.

Соответственно, если вы не можете отличить склонение от спряжения, глагол от имени существительного – добро пожаловать! Или – во время учебного года на курс «Ликбез по лингвистике», или летом, в июле и августе, на санскритскую продленку.
Предполагается, что к концу этого курса вы сможете отличить глагол от существительного и даже что-то сделать с этим всем багажом. Да, Лена?
– Да. У всех, кто ходил, у всех получилось.
– Они уже перестали склонять глаголы и перестали спрягать имена существительные.
– И даже научились строить синтаксические деревья.

– Вот за это я отдельно ценю курс Елены. И я вам скажу, я сам хожу на этот курс. И я сам вместе с Еленой учусь рисовать эти деревья. Потому что чем бесценна Елена? Она 20 лет занималась одним таким занудством как рисование синтаксических деревьев. И может научить нас, как понять структуру предложения. То есть, не пытаться переводить падежи, потому что получается хрень – а понять сперва структуру. А, поняв, наглядно представить структуру, и уже перевести одну структуру на другую структуру.
Да, Елена? Правильно я выразился?
– Да-да, все правильно. Наконец-то!

– Для тех, кто любит хардкор, у нас будет «Углубленная морфология по Зализняку». Этот курс будет уже в третий раз. Этот курс предполагает, что вы хотя бы раз видели, как выглядит «Грамматический очерк санскрита» – это самое совершенное описание санскрита на русском языке, это вузовский уровень. Но вузовский уровень требует некоторой подготовки. То есть, не каждый студент филфака, даже МГУшного, сможет понять, что делает Зализняк.

Это такой курс – крепкий орешек. Это интересно, потому что на самом деле тут даются именно упражнения для закрепления базовых навыков. Это не какая-то теория, которую, понятное дело, вы через неделю забываете. Вам дается небольшой набор упражнений, часть из которых вы можете даже факультативно взять домой. И вы, например, проходите какие-то гунации, вридхизации – и смотрите, как это все работает на конкретных глагольных корнях.

То есть, это такой углубленный курс. С этого начать нельзя, но если вам уже понравилась грамматика и вы чувствуете, что неделя без домашки — это зря прожитая неделя, то вот курс Вани можно рассмотреть. То есть, в общем, еще одна опция для мазохиста.

Для тех, кто не про боль, а про красивую рецитацию, про мантры, про все духовное, про все хорошее против всего плохого – приходите во вторник или в субботу. У нас будут две параллельные группы «108 имен Шивы».

Как я уже говорил, большая часть курсов не повторяется. Соответственно, этот курс будет впервые. «108 имен Шивы», которые были прежде, это был разбор значений имен. А сейчас будет просто рецитация. И этим занимается наш преподаватель Уша Санка, которая преподает уже 22 года. Санскрит изучает 34 года, и первым преподавателем был ее отец. То есть, она потомственный санскритолог.

И, соответственно, вот курсы напевного санскрита. Рецитация. Идет уже четвертый год, и их ведет соведущая Оксана Горностаева, у которой за спиной несколько консерваторий, и она делает английскую речь Уши доступной на русском языке. Большинство курсов рецитации посещаю и я. И, соответственно, какую-то колкую реплику вы можете поймать и от меня.

Помимо «108 имен», в тот же вторник, только в 10 утра по московскому времени (у нас все курсы объявляются по московскому времени), начнется «Воспевание наставника», то есть, «Гуру стотра».

И это, соответственно, продлится 4 месяца, то есть, до конца этого года. Мы это должны успеть. И после каждых двух курсов у нас бывает еще и зачет. Зачет – по желанию. У нас есть приглашенный индийский экзаменатор. И по всей строгости индийской системы вы можете, при желании, пройти зачет.

В следующем, 26-м году, мы будем запускать курсы рецитации «Бхагавадгиты». У нас будет 4 курса по рецитации «Бхагавадгиты» от Уши. Получается, по пятницам в 8 вечера мы разбираем, что же там написано и что это все означает. И, в общем, в разное время, в разные дни у нас будут курсы именно по рецитации «Бхагавадгиты». Более 60 шлок мы намерены пройти за 26-й год.

По воскресеньям в 10 утра будет «Гимн Кали». Это опять же будет впервые, но это будет только по воскресеньям. Вероятно, если мы снова наберем достаточно много участников, то первая группа – полтора часа, это будет с 10, допустим, до 11.30. А потом будет, допустим, 10-20 минут перерыв, и потом следующая группа снова полтора часа. То есть, до обеда, в воскресенье мы занимаемся, это наша основная группа по рецитации.

Уже второй год продолжается курс по «Аштанга Хридая Самхите».
Владимир Дружинин переводит один из трех основных перевеисточников по аюреведе, и ему потребуется еще 360 лет, чтобы закончить весь перевод этого трактата, поэтому в ближайшие 400 лет мы вряд ли этого дождемся, поэтому приходите на занятия по вторникам в 10 утра, если хотите услышать, хотя бы, до чего мы дошли в седьмой главе первой книги одного из главных трактатов по аюрведе.
Владимир сам преподает в медицинском университете в Новосибирске, работает с медиками, он теоретик, он не практик аюрведы.

У нас, в частности, курс – то, что было в предыдущих 70 сериях, вот эта цифра, собственно, «часть 80», это означает, что уже было 80 частей, и у нас остались тайм-коды по каждой из этих частей, и вы можете посмотреть, о чем же мы говорили в предыдущих сериях и понять, подходит вам это или нет.
Знятие длится полтора часа, и вот они проходят по вторникам в 10 утра, а последние два месяца это проходило в среду 10 утра. В общем, обычно это будни 10 утра.

Владимир Дружинин является самым известным учеником Эдгара Лейтана, который у нас ведет синтаксис санскрита и с которым мы начнем вести «Йога-Васиштху».

У нас тут уже есть некая преемственность, и это далеко не единственный такой случай. Потому что, например, Максим Ворошилов, который будет вести у нас «Кашмирский шиваизм», является учеником Андрея Парибка. Когда Максим обучался на Востфаке, Парибок вел на философском факультете курсы, которые посещал – теперь уже преподаватель Максим Ворошилов. О нем на Руси мало кто знает и, надеюсь, что это досадное недоразумение нам удастся исправить. Потому что Максим Ворошилов будет вести не только «Кашмирский шиваизм». Допускаю, что в дальнейшем мы дойдем еще и до «Камасутры».

Это будет, опять же, без домашки и предполагается, что это будет не по вечерам – потому что в Таиланде вечер нам недоступен, и мы предполагаем, что этот курс будет идти в будний день. Но, опять же, исходя из пожеланий трудящихся курс может быть перенесен на другое время или он может раздвоиться. Поэтому единственное наше ограничение, что он точно не будет идти по вечерам.

Владимир Емельянов, вероятно, весной начнет вести курс «Восточные календари». Этот курс будет из 16 занятий.
Одно занятие в том духе, в котором будет весь курс, у нас уже прошло в рамках курса «Астрономия для астрологов». Это единственный наш не-санскритолог, но если интересны истоки джйотиша, если интересы история науки и происхождение астрологии и астрономии, то ничего подобного не читалось. Единственное, что доступно тем, кто интересуется этой темой, это толстенная книга Емельянова, называется «Календарные праздники Древнего Востока. Исследования и тексты».

А вот курса по восточным календарям прежде никогда не было – и это будет курс на основе этого исследования. Как и Екатерина Костина, долгие годы Владимир Емельянов преподает в Санкт-Петербургском университете.
Это – весна 26-го года. Цена пока умозрительно-предварительная, возможны дальнейшие уточнения.

В этом году, летом, уже второй раз, второй год подряд мы вели «Санскрит для детей». Sanskrit intensive, который длился два месяца, 16 часовых занятий. И в этом году у нас было 4 ученика, которые 6 сентября в 12.00 сделают показательное выступление и я приму у них зачет. Они за лето выучились на деванагари читать, они выучили наизусть алфавит, разные шлоки, и все это обилие они будут показывать.

Возможно, у нас получится запустить постоянный курс детского санскрита, который будет проходить не только в летние месяцы, но и в виде такого ненапряжного курса по часу в неделю в течение учебного года. Так вот, в общем, «Санскрит для детей» мы теперь будем повторять летом 26-го года. В июле и в августе в третий раз, возможно, получится также запустить постоянный курс детского санскрита.

Ольга Литвиненко, моя ученица, которая много лет уже занимается каллиграфией – занимается каллиграфией серьезно, что вы увидите позже. Весной 26-го года мы снова запустим курс из 8 занятий, посвященный каллиграфии деванагари.

Тот, кто умеет писать на деванагари, пусть он и дважды профессор, он не умеет писать каллиграфически. Вот я вам покажу одно из перьев. Такое вот металлическое перо – и с помощью чернил можно писать, как в средневековых индийских рукописях. Это отдельный навык. Это жутко интересно.

Мы обучались у индийского наставника Ачьюта Палава, который в этом году получил высочайшую награду Индийской Республики, Падма Шри. Мы учились в 2022 году, у нас было два курса у Ачьюта Палава. Мы вели курсы очно в ЦВЛ РГБ, то есть, в Ленинке. В самой крупной российской библиотеке мы вели очные курсы. А вот теперь, весной 2026 года, мы снова будем вести заочный онлайн-курс по каллиграфии. Этого не было три года.

«Санскрит для детей» планируем проводить каждое лето отныне, заложив такую добрую традицию. В этом году впервые – обычно продленку летом вел я сам – в этом году впервые продленку вела Елена. Получается, она во время учебного года ведет «Ликбез по лингвистике», а летом… Можно ли сказать, Лена, что то же самое, только вид сбоку? Или это совсем другой жанр? То, что происходит в рамках продленки?

– Нет-нет, это совсем другой жанр. Это все-таки санскрит.

– То есть, лингвистика – она просто лингвистика, с элементами вкрапления привязки к санскриту, а продленка – чисто санскрит.

– Продленка – чисто санскрит. Нежно!

– Нежно… В чем особенность продленки?

– Это такой мини-курс. Вот в этом году летом получился мини-курс по падежам. Мы постарались, не совсем уложились, но мы постарались рассмотреть все падежи, склонения на гласную. И нам понадобится еще один месяц, чтобы еще два падежа рассмотреть. Но для тех, кто будет продолжать Бюлера, кто Бюлера возьмет в октябре, это будет большое облегчение. У них уже устоявшиеся навыки определения падежей по морфологическим формам, по окончаниям. Люди говорили, что это сильно облегчает работу с текстом.

– То есть, получается, не то чтобы там все какое-то новое, но это такой практикум, именно отдельно по падежам.

– Получилось – по падежам. И это как раз другой взгляд на падежи, потому что в обычном курсе падежи сдаются все сразу, а потом и рассматривается отдельно каждое склонение. А мы сделали наоборот. Падежи по раздельности рассматривали, но при этом в каждом падеже у нас были все типы склонения на гласную.

– Соответственно, мы исходим из того, что летом 2026 года мы это повторим. Это такой чисто летний курс, когда основные курсы уходят на летние каникулы.

Осенью 26-го года мы повторим наш курс «Традиции толкования Упанишад», который пользовался спросом, и у нас было одновременно два потока. Это 16 занятий для тех, кто интересуется древнеиндийской философией. Выдающийся переводчик Владимир Макушевич говорил:»А зачем вообще заниматься санскритом, если ты не занимаешься индийской философией?» Есть и такой взгляд.

Получается, это уже про осень 26 года, а весной 26 года в продолжение курса общелитературного будет «Любовная лирика Бильханы». Как я уже сказал, я – книгоиздатель, и несколько лет тому назад я, в частности, издал одну из книг переводов Максима Леонова «Бхартрихари Шатакатраям» и «Бильхана Чаурапанчашика». Это была билингва, то есть, с санскритом в деванагаровской записи и с русским литературным переводом.
Ну и, соответственно, главный наш переводчик современности, переводчик санскритской литературы, расскажет про эротическую составляющую индийской литературы.

Нет, Ольга не состарилась за лето, что она занималась детским санскритом, но искусственный интеллект пока еще не может поверить, что столько навыков может совместить в себе один человек.
Тем не менее, курс каллиграфии деванагри точно пройдет весной 2026 года. Будем учиться писать красиво. На обычных уроках мы пишем правильно, То есть, занимаемся чистописанием. А вот каллиграфия — это отдельный навык, и Ольга овладела им в совершенстве.

Далее, как я уже говорил, весной, когда закончатся «Йога-сутры», у нас будет месяц на передышку – и мы начнем ньяю. Это – конек Андрея Всеволодовича. Курс, который он ведет уже несколько десятилетий. То есть, даже для тех, кому «Йога-сутры» показались трудны для восприятия, я надеюсь, что ньяя в изложении Андрея Всеволодовича будет все же более доступна и привлекательна.

Чтобы понять манеру Андрея Всеволодовича, можно послушать в рамках Общества ревнителей санскрита – мы выложили в плейлистах все бесплатные занятия Андрея Всеволодовича, это несколько десятков часов лекционных курсов. То есть, вы можете ознакомиться заранее, подходит ли вам эта манера или нет. Мне она отзывается, откликается. Но бывали люди, которые приходили и говорили: «Нет, нет, Боже помилуй».

Продолжая эротическую линию, у нас весной 2026 года – и не только у нас, а впервые на русском языке Андрей Игнатьев прочитает целостный курс про около-санскритские дисциплины.

У нас задуман курс по пуранической мифологии – вероятно, осенью 26-го года. А начнем мы с «Сексуальных практик тантры». По-моему, эта картинка, она восхитительна во всей своей полноте. Более подробно пока мы ничего не знаем, но к весне лотос, бутон этот должен расцвести. К весне.

Опять же, что будет весной? Те, кто уже ходили на прошлый курс с Ачьютом по каллиграфии деванагари, знают, что у нас было вводное занятие, оно доступно бесплатно, на котором вы можете прослушать как раз манеру Ольги Лундышевой.
Ольга Лундышева прежде не преподавала, ее стаж – исследовательский. Она большую часть своей сознательной жизни работала и возглавляла отделение в Институте восточных рукописей Российской академии наук в Петербурге. И у нее будет несколько курсов.

Первый курс – весной 2026 года. Это 16 занятий, кодекология, манускриптология – вот все, о чем вы хотели узнать, но боялись спросить. То есть, это человек, который занимается исключительно рукописями. Я надеюсь, что не позже, чем в следующем году, она в Лейдене защитит свою кандидатскую диссертацию на эту же тему.

Потом, я надеюсь, у нас будет двухлетний курс по тохарскому языку. Я сам изучал тохарский в МГУ, но вот, это будет другой взгляд, петербургский взгляд на тохарские языки. Это – тем, кому интересна буддийская составляющая – там будет много буддизма, много раннего буддизма.

И вот этот курс ранней санскритской рукописи – это как некий подогрев к тому курсу тохарского. Тохарский без рукописей не бывает, если вы когда-то хотели заниматься рукописями, я ими немного занимался в рамках курса Светланы Бурлак в МГУ – ну, это, конечно, жуть, но кому-то это нравится. Не бумажные издания, а самостоятельно выковыривать вот эти графемы полуобгрызанные, рассыпанные, и все время нужно догадываться: а что ж там было написано?

Летом 26-го года, после двухлетнего перерыва, мы пройдем еще три гимна из Ригведы и этим буду заниматься я, это будет мини-курс. То есть, те, кто уже занимались санскритом, им вполне доступен ведийский язык. И мы пройдем 3-4 гимна из Ригведы за лето. Помимо того, что летом 26-го года будет продленка, это не отменяет того, что будет нечто новое.
Нечто, чего мы сами не знаем, что именно будет.

Но Елена Трефилова проведет курс по лингвистическим задачам. Этот курс не привязан к санскриту. То есть, это чистый сферический конь в вакууме. Елена?

– Посмотрим на задачи, посмотрим, что это такое, посмотрим, порешаем их. Будем расширять наши лингвистические горизонты, потому что это, ну как бы сказать, это такая вещь в миниатюре, которую можно покрутить со всех сторон и рассмотреть, но при этом выйти на очень широкие проблемы лингвистические.

– То есть тут отмолчаться не получится, да?

– Ну как? У меня вообще отмолчаться не получится.

– Предполагается некое взаимодействие, да?

– Да, конечно, будем на примере лингвистических задач говорить о том вообще, как устроен человеческий язык и как устроены языки в частности. То есть, обо всем многообразии языков. Ведь у нас не только санскрит на Земле…
– Не санскритом, единым, еще же пракриты есть!

– Конечно, конечно.

– А интерактив будет, как на продленке?

– А как же, конечно. Будут очень удивительные вещи, я могу сказать вот сразу. То, чего вы не ожидали увидеть в языках.

– Звучит интригующе.

– То есть, это 16 занятий, по типу продленки получается: коротко, без соплей, летом?

– Да.

– Хорошо. Мы подходим к завершению.

Чтобы вы не сразу разорились, мы придумали программу лояльности. Если вы берете много и унести еле можете, то мы пойдем вам навстречу. Об этом можно подробнее узнать в Тукане – это наше жаргонное название чата кураторов.
Rusamskrtam в Телеграме. Основная переписка идет у нас через Телеграм – собственно, о чем я здесь написал.

Мы отвечаем в 11 часов ночи, в 4 часа утра – потому что часовые пояса у нас самые разные. И мы не отвечаем только в промежутке с часу до трех утра. Все остальное время – обычно 5 минут в среднем уходит на ответ.
Мы подключим бота скоро. Нет, бота прежде не было, это я отвечал. Я отвечал ботоподобно, но скоро будет бот, и тогда будет вам по-настоящему бот. Ну, потому что мы не выдерживаем это количество переписок.

Так, ну вот, собственно, я дошел до конца. А кто-то еще не уснул?

– У нас есть вопросы в чате.

Вопросы в чате

– Как получить бесплатный курс Блиндерман?

Если вы чего-то хотите, но не знаете, бесполезно спрашивать меня. Нужно спрашивать специально обученных людей, то есть, наших кураторов. И если вам повезет, они вам подскажут.
Иногда в обилии переписок мы кого-то можем потерять, но если вы повторно зададите свой вопрос, то вероятность повысится, что вы своевременно получите ответ.

Дмитрий спрашивает из серии «но боялся спросить»: нам рекомендовали почитать «Трипура Рахасья», «Йога Рахасья», «Йога Шастра», «Авадхута Гита», «Дживанмукта Гита», «Авадхута Упанишада»… Это что-то есть, будет где брать?

Ну вот, «Трипура Рахасью» недавно публиковал Олег Ерченков. Он гонит километры, поэтому его переводы не безупречны, но тем не менее, «Трипура Рахасья» теперь вам доступна. Остального нет.

По Упанишадам весной 2026 года будет продолжение. То есть, у нас был основной курс «Традиции толкования Упанишад». Курс закончился, будет повтор, а весной 2026 года будет курс «Непереведенные Упанишады». То есть Упанишады, которые прежде на русский язык не переводились Александром Яковлевичем Сыркиным, это будет курс из 16 занятий.

Но кажется, что «Авадхута Упанишада» туда не войдет. Поэтому, начинайте с того, что есть. Если вы будете хотеть все время то, чего нет, то вы будете все время неудовлетворены. Это удручающее состояние: переманентно быть недовольным, голодным.

Нет, «108 имен Шивы» будут не только по вторникам, 15.00, потому что оказалось, что есть люди, которые в будни днем работают. Я не знаю, откуда такие берутся, но такие есть у нас. Поэтому мы запустили второй поток – суббота, 12.00, то есть, выходные – середина дня.

Есть ли возможность приобрести «Йога-сутры» первую часть в записи? Пишите в Куратор. Будем спрашивать Андрея Всеволодовича. Если он разрешит, будем двигаться дальше.

Что еще вы хотите узнать? Дмитрий спрашивает: «Эдгар Лейтан и Андрей Всеволодович Парибок – самые опытные преподаватели, а Андрей Игнатьев как?»

Отвечаю: Андрей Игнатьев в ипостаси преподавателя в рамках целостных курсов прежде не выступал. Это будет в рамках целостных курсов дебют Игнатьева. То есть, он самый продуктивный переводчик с санскрита на русский на сегодня. Занимается санскритом уже 30 лет. Но как преподаватель, не отдельных каких-то семинаров, а целостных курсов, он будет выступать впервые. Поэтому, получается, наш самый опытный преподаватель – это Андрей Всеволодович Парибок. У него стаж больше, чем суммарно стаж отдельных наших преподавателей. А на втором месте у нас Максим Ворошилов. У него стаж 35 лет. И, собственно, вот Эдгар Лейтан – 30 лет.
Поэтому, да, получается, что Эдгар Лейтан и Андрей Парибок – они среди наших самых опытных преподавателей.

Вопрос: «А стоит мешать изучение санскрита, хинди, пали и бенгали? Как понять, что учить, хинди или бенгали? Они сильно различаются?» Тогда обращусь к Елене. Елена, ваш опыт каков? Стоит ли? Не возникает ли путаницы, если одновременно учить хинди и санскрит?

– Ну, мой опыт, нельзя сказать, что он очень обычный. Я же всю жизнь этим занимаюсь. Мне хорошо.

– Я обращаюсь к полиглоту, к лингвисту по образованию и лингвисту по способу жизни как бы. То есть, вот для полиглота сложно ли изучать одновременно хинди и санскрит?

– Хинди и санскрит – несложно.

– Вот эта парочка несложна?

– Нет, несложна. Хинди, санскрит несложны. Они не будут смешиваться. Они совершенно разные языки, хотя и как бы родственные.

– А на этом фоне какие языки кажутся трудными вам в вашей полиглотной практике?

– Бенгали я не учила, не знаю, не могу сказать.

– Ну, из тех языков, что вы изучаете, относительно санскрита – какие кажутся более трудными, чем санскрит?

– Тибетский.

– Тибетский кажется… в смысле, не кажется, но в общем является труднее, да?

– Да, да, да. При том, что у него меньше падежей, либо их вообще нет, все зависит от взгляда на эту структуру. Но мне кажется, что он сложнее, да.

– Ну, смотрите, например, тот же пали. Предполагается, что вы закончили какой-то курс санскрита. Пали никто не изучает… Никто не начинает пали изучать с пали. То есть, пали – это некая переходная стадия.

Вот закончили, условно говоря, учебник Кочергиной – можете переходить на пали.
Соответственно, пали, допустим, начнется не раньше осени 2026 года. То есть, не предполагается, что вы одновременно впервые изучаете деванагари, учите санскрит, одновременно хинди, еще и пали. Так не бывает. Да, Елена?

– Пали – он довольно понятен после санскрита. То есть, там нельзя сказать, что совсем ничего не нужно делать, но можно похалявить. Вот после санскрита в пали можно похалявить. Но опять же, зависит от целей, что человек хочет от этого изучения.

– Вопрос, как понять, что изучать – хинди или бенгали, я передресую Екатерине Александровне, когда она ответит, я готов вам дать ответ. Лично мой первый научный наставник был бенгалист, специалист по Тагору. И я бы сказал – бенгальский, потому что там Тагор. А так, конечно, более практичен хинди – но, впрочем, кого тут интересует практичность? Таких людей, собственно, на занятиях по санскриту нет ведь?

– Зато хинди дает выход на персидский.

– Да санскрит дает выход на персидский!

– Нет, хинди дает выход на персидский, а санскрит не дает выход на персидский.

– Как это – не дает выход на персидский?

– А потому что в хинди – там 50% лексики персидской.

– Но все же смею поспорить с тем, что санскрит не дает. Просто нужны несколько переходных этапов от санскрита к персидскому. То есть, нужны два этапа пересчета, но на самом деле путь может быть более длинный, но тоже возможный.

Так. Сильно не различается хинди и бенгали? Понятия не имею, значит. Я хинди бросил на пятом уроке, мне показалось, что это какое-то безобразие, и я плюнул на все это изучение хинди и остался со своим санскритом и счастливо живу. Поэтому понятия не имею, различаются они или нет.

Еще раз про аюрведу Дружинина. Где посмотреть тайм-коды? Вы не поверите! Но все там же, через кураторов: они дадут вам точную ссылку, где на сайте уже в публичном доступе лежат все тайм-коды всех курсов, которые когда-либо у нас были.

У нас тысячи уроков, тысячи видеозаписей. И все это изобилие мы постепенно осваиваем, каталогизируем, описываем и делаем более доступным. Потому что в виде видео, конечно, их все не осилить. И мы пытаемся добавить такие метаданные ко всем занятиям, которые были еще в прошлые годы.
Сейчас-то мы успеваем это делать еженедельно, а то, что было год назад, два, пять лет назад, вот это приходится еще осмыслить и к этому возвращаться.

Уточните, пожалуйста, требования к желающим читать «Йога-Васиштху».
Это будет курс-эксперимент, это будет переводческая мастерская. Эдгар Лейтан, один из наших самых опытных преподавателей, будет показывать, как он приходит к переводу. Когда вы читаете красивый литературный перевод, из него редко можно понять, какой путь необходимо проделать. Эдгар будет показывать, как из нескладной структуры изначально закрученной шлоки, он получил не только точный, но и по-русски вразумительный перевод. Это будет такое при открытие переводческой кухни. Такой новый формат.

Следовательно, какие требования к желающим? Ну, желательно, чтобы они читали кириллицу. Других условий, собственно, нет. Не предполагается, что вы знаете санскрит, если идете на курс «Йога-Васиштхи».
Конечно, если вы знаете хотя бы немножко санскрит, вам откроется то, что будет недоступно остальным. Но это не является условием, которое делает посещение невозможным. Да, здорово знать, нет – можно и не знать.

Татьяна спрашивает: «Я правильно поняла, что занятия по лингвистике с Еленой охватывают не только санскрит. А занятия, где только санскрит, есть?»

Елена во время учебного года дает лингвистику, и там санскрит – это как бы лишь один из языков. То есть, они берут какие-то там санскритские предложения и рисуют деревья. На примере санскрита показывается общая теория языкознания.
Можно ли, Елена, так сказать?

– Ну да, мне сначала хотелось пошире, конечно, но народ захотел санскрита.

– Все скатилось к санскриту! Санскритологи перетянули к санскриту.

– Да, большинство примеров будет на санскрите, а последующие курсы уже про падежи – это только падежи санскрита, и нефинитная форма – тоже только на санскрите.

– Получается, речь не только про санскрит, но часто на санскритских примерах.

– В «Ликбезе» – да. Во всех остальных – только санскрит.

– А занятия, где только санскрит, есть? Я сейчас пытаюсь понять, Татьяна, вопрос. Есть ли занятия, где санскрит с Еленой? Есть ли занятия, где санскрит вообще? Я не совсем понимаю ваш вопрос.

– Да, Марцис Юрьевич, добрый вечер.

– Добрый вечер.

– Вот вопрос в том, как раз – вы помните, когда мы начинаем на уроках, я начинаю, окончание, вот это вот как склонение…

– Вот окончание и склонение – это как раз продленка, и это у нас пока было только летом. Чисто гипотетически мы можем попросить Елену опыт продленки с лета перенести на осень и повторить. Потому что действительно, Татьяна, когда ученику за пятьдесят, он забывает уже материал первых четырех классов средней школы. И это нормально.Это не значит, что с ним что-то не так.

Действительно, вероятно, это разумно, потому что я ведь не шучу, когда показываю эту брошюру: «Русский язык, первый-четвертый классы», что это некое полезное в хозяйстве пособие. Потому что, ну, это нормально, не отличать… Собственно, в санскрите тот, кто отличает глагол от неглагола – это не первый год изучения, я бы сказал. То есть, требуются определенные навыки.

И поэтому вы можете уже преподавать консерватории, а все равно называется… Ну, в лингвистике-то вы ноль без хвостика. Поэтому… Ну, собственно, если будет некий спрос, Татьяна, на то, что склонять-то мы толком не умеем, а от нас это уже требуют? Возможно, Елена снизойдет до нас и…

– Ну, я же с удовольствием.

– Елена, у нас есть спрос!

– Да, я готова. Да, давайте. Группа соберется, давайте сделаем.

– Мы можем это назвать так же, как бы продленка, но смысл в том, что это некие базовые навыки. Это даже не лингвистика-то еще толком, а как бы предлингвистика.

– Склонение существительных на гласные. Давайте. Если группа захочет, мы можем продлить продленку дальше. То есть у нас же большая книга.

– То есть курсы Елены, они чем характерны? Я говорю: «Строго 8 занятий, все, заканчиваем!» А потом это не заканчивается на 32-м уроке. То есть, начало есть, конца нет. То есть дисциплина никакой.В смысле, все хотят, все хотят еще. Всем мало.

– Ну не все, скажем так, все-таки.

– Те двое, что отпали, у них просто были уважительные причины. Люди влюбляются в подход Елены. Она мягкая. Понимаете? Я строгий, со мной не забалуешь. А Елена – мягкая. Ее можно на всякое уговорить: «Давайте еще это рассмотрим. А давайте вот…» Со мной-то так не пройдет.

Так, дальше. Есть вопросы? Нет вопросов? Закончились вопросы? Или есть устные вопросы?

– Там главный вопрос, что везде хочется попасть, а времени не хватает.

– Ну так вот, я же говорю, Татьяна, впервые даже я уже не всюду буду попадать, поэтому – это нормально. Это нормально. Ну вот, например, продленка у нас длится час. Это не двухчасовой курс.

У нас не все курсы, во-первых, будут уже двухчасовыми. Некоторые будут полуторачасовыми, а некоторые будут часовыми. Поэтому это не все на два часа. Хотя бы такое облегчение. Грамматика в среднем – полтора часа, часто два часа. Ну вот хинди, например, будет полтора часа. «Йога-Васиштха» будет полтора часа. То есть, будем сокращать длительность курсов. По возможности.

– Марцис Юрьевич, а вот «108», я опять возвращаюсь, «108 имен Шивы», у меня ни во вторник, ни в субботу, допустим, не получается. Его можно в записи смотреть или это все-таки рецитация?

– Можно, но хочется же как бы поправлять, это же практикум, это же курс… Это же логопедическая такая лаборатория, в которой мы выпрямляем язык. Поэтому, ну как его выпрямлять, если вы на занятия не приходите? Вряд ли вы самостоятельно поймете, куда засунуть язык. Бывают, конечно, особо способные кадры, но это редкость.

– Ну, пойдем на «Гуру».

– Елена, вы хотите еще что-то сказать?

– Я хотела попросить, можно ли еще раз вывести слайд с программой лояльности?

– А мы ее покажем… Будет, наверное, проще, если мы ее будем рассылать в переписках.
На самом деле у нас будет несколько уровней программы лояльности. И предлагается это в личных переписках. У нас есть, например, уже заслуженные деятели культуры. Например, Рада, или Аркадий, или Анна Цыди. У нас есть уже опытные, так сказать, «Золотые члены». Золотые наши! На которых все стоит.

Мы идем навстречу, потому что мы же не хотим разорить вас. Мы же хотим, чтобы долгие годы это все разрасталось и укреплялось. Поэтому да, стало понятно, что…
Смотрите, например: как я вижу вход в санскрит. Вот мое видение.

Допустим, человек приходит на грамматику санскрита, не важно – со мной или, допустим, с Ольгой Литвиненко, или допустим с Еленой Трефиловой, он начинает грызть грамматику. Это вот такой один возможный вариант.

Он понимает: мало ему! Мало ему четырех, шести, восьми, десяти часов домашки в неделю. Хочет больше. Идет на факультатив. Допустим, на «Напевный санскрит» с Ушей. Вот это такая хорошая комбинация. Вот мне нравится комбинация: грамматика плюс скандирование санскрита. Вот одна возможность.

Другая возможность. Человек идет на грамматику и понимает: многовато лингвистики. Хочется разбавить ее философией. Идет на Толчельникова – если денег немного. Идет на Парибка, если денег побольше. Вот по такому принципу.

То есть, чем-то можно разнообразить ту сухомятку, которую буду, например, давать я.
Или можно просто ходить на курсы, где только надо слушать и ничего надо делать. Тоже вариант.

Что еще? Что я не сказал?

– Марцис Юрьевич, а подскажите, я, возможно, прослушал. Все курсы записываются? То есть, все курсы можно прослушать?

– Все курсы записываются, но не все курсы доступны в записи. Например, курс Парибка, предполагается, что он будет улетучиваться на глазах у нас. То есть, его или берешь живьем, или упускаешь.

– Я больше имел в виду такие курсы, которые без домашнего задания…

– Да, конечно, большинство лекционных курсов доступны до тех пор, пока землетрясение не пошатнет Москву и, соответственно, дата-центр Сбербанка, или YouTube не смоет, так сказать, цунами в Калифорнии.

– То есть, они будут доступны для участников и после самих курсов?

– Да, да. Исходя из того, что далеко не все будет повторяться… То есть, что-то будет… Треть курсов будет повторяться, две трети повторяться никогда не будут.
Есть ли еще вопросы?

– Марцис Юрьевич, а Андрей Широбоков не собирается следующим летом продолжить наш чудесный?

– Конечно, Андрей Широбоков следующим летом, то есть, в июле и в августе, продолжит «Йогу сновидений». Это оказалось четвертым самым востребованным курсом за всю историю курсов Общества ревнителей санскрита. Соответственно, будем и дальше спать по ночам и видеть цветные сны.

Более того, весной 26-го года Андрей запустит и другой курс – уже по джйотишу. Это будет первый перевод первоисточника джйотиша «Саравали». Вот, собственно, весной 26-го года Андрей в другой своей ипостаси начнет вести курс, который, вероятно, продлится чуть ли не 10 лет.

– Спасибо, здорово. Отличный был курс!

– Если голос Андрея вас усыпляет, и вы, соответственно, без него не можете уснуть, а с ним легко засыпаете, то вот курс по джйотишу прекрасно для этого подойдет.

– Извините, а можно вопрос по этому курсу по сновидениям? Насколько он успешен практически оказался для аудитории?

– Хорошо, тогда я дам слово Анастасии, которая была участником этого курса и, наверное, помнит немножко статистику того, что было.

– А в чем вопрос?

– Ну, скажем, успешность. У нас на последнем слайде Андрея, собственно, было подсчитано, сколько, каких стадий, кто куда дошел. Половина участников имели конкретные практические навыки осознанных становедений. Десять могли играть в футбол во время своих сновидений, то есть, двигать теми объектами, которые им там встречались, а двое встретились, двое из 62-х или сколько у нас там их было.

Двое встретились в той точке сборки в Агре, которую назначил Андрей. Соответственно, они выполнили за два месяца все те условия, на которые у Кастанеды ушло два года. А два участника курса выполнили это за два месяца. Я, честно, был более скептически настроен, а получилось лучше, чем изначально задумано.
Да, Елена, я не знаю, как изучать иностранные языки во время сна!

– Ну, я именно это и хотела спросить. Меня мучает вопрос, можно ли вот с помощью этой йоги сновидений выучить иностранные языки во сне?

– Я скажу так. Я, например, снов до курса вообще не видел. Ну, там, раз в году я какую-нибудь половинку сна запоминал. Как только заплатил денег, сразу сны поперли. То есть, в смысле, хочешь не хочешь, а прут, прут, и не остановить их! И каждую ночь прямо преследуют меня – и длинные, утром замордуешься записывать их. Я уже плюнул на все это и думал: ладно, идут и идут. Потом оплата закончится, и сны вместе с оплатой.

– Прошло?

– Я пока не знаю, курс-то закончился только во вторник. Этот поток же так просто не пресечь.

– Марцис Юрьевич, а можно добавить? Самое интересное, что, Елена, начали раскрываться слова на самом деле. Сначала шли просто слова, даже и мантры какие-то шли, обязательно вспоминались уроки, а вот буквально последние сны – уже начинаются смыслы раскрываться. Почему очень жалко, что курс закончился. И это при том, что вот я, например, очень лениво занималась, ну так, в пол-… ну, не напрягаясь.
Два раза вышла в осознанное сновидение, и вот пошли уже какие-то очень интересные сны, более, практически применимые. Поэтому надо продолжать.

– Придется самой заняться этим делом.

– Обязательно.

– А потом откроем курсы изучения йоги сновидений!

– Я был скептически настроен изначально, но даже меня прорвало.

Если есть что-то не отвеченное, говорите, потому что я не все вижу и не все замечаю. Проверю, нет ли каких-нибудь вопросов в других местах. Никаких вопросов нет.

– Маленький технический вопрос. А вы расшарите эту презентацию?

– Я ее выдам для скачивания. Я думаю, что в ближайшие два дня мы ее зачистим, засунем туда что-нибудь еще, что мы забыли. Наверное, половину курсов мы просто забыли, но мы потом это вспомним, засунем, утрамбуем, доведем там до ста слайдов – и тогда выложим для всеобщего доступа.

Если вы хотите уже что-то из того, о чем мы говорили, просто напишите, пожалуйста, в нашем кураторском чате. Например, те же фрагменты на плейлисты, я могу сразу выдать, там ничего принципиально меняться не будет. В общем, заявите о себе, и то, что точно можно выдать, выдадим сразу, а то, что нужно еще немножко докрутить, еще будем какое-то время докручивать, и опять же все это выдадим, ну чуть позже.

– Спасибо.

– У нас сложность в том, что курсов больше, чем дней недели, и мы не успеваем разумно выстроить весь план, чтобы не было много пересечений, чтобы одновременно в одно и то же время шло не больше двух курсов.

– А, и такой еще вопрос. Я так понял, в основном, курсы – это не в рабочее время.

– Смотря какое у вас рабочее время, давайте начнем с этого.

– Ну хорошо, после двух дня по московскому времени.

– Смотрите, иначально мой расчет был такой. Я верил, что люди работают, условно, с восьми до пяти. Допустим, плюс-минус, московское время. Так я верил 20 лет назад.
Но когда я начал преподавать, я понял, что – ага, у нас есть Урал, у нас есть Сибирь, у нас половина Индонезии изучает санскрит на русском языке!
И у меня бывали группы в 5 утра. В 6 утра у меня группа стабильная. Есть группы, которые до рабочего дня, то есть, условно, до восьми, они уже заканчивают.
Есть группы, которые просыпаются к восьми-девяти. Есть кто днем занимается.
Поэтому сказать так, что они рассчитаны на будни? Нет. У нас теперь есть все. Хочешь ночью санскрит? Есть санскрит ночью. Есть день…

– То есть, у вас санскрит 24 на 7. Без перерыва!

– Нет, нет, нет. У нас есть несколько часов ночью, когда никакого санскрита.
У нас на самом деле очень сетка разрослась. И вот, если найдется кто-то, кто скажет, что ему не подходит какое-то из времен, он будет предан анафеме. Потому что, по-моему, мы уже охватили вот все, что вообще теоретически мыслимо. Да, Елена?

— Ну, я хотела сказать, что будет.— Будут преданы анафемы, потому что больше…

— Нет, что 24 на 7 будет.

— Ну, в смысле, если нидру подключать, то действительно, конечно, будет уже тошнить от санскрита. Вы будете приходить на занятия хинди, просто чтобы проблеваться, потому что его будет перебор. Вот. Будут очистительные процедуры.

У нас будет летний лагерь санскритский в следующем году. Будет на природе. То есть, будет не только санскрит.

У нас полноценная санскритская жизнь. Если раньше это было вольное, сетевое сообщество, то мы выходим в офлайн и захватываем постоянно, постепенно страну и выполняем мой план под деванагаризации России. Постепенно, каждую пятилетку мы захватываем новые регионы.

Так, хотят «Шива Путану». Ни «Шива Путаны», ни «Шива Пураны» у нас не будет в обозримом времени. «Сканда Пурана» – возможно, если найдется спонсор. Она размером как «Махабхарата», есть задумка ее перевести на русский язык.

Что еще вам рассказать? У нас будут отдельные стримы с почти каждым преподавателем.
У нас уже составлен календарь, этот календарь публично доступен. И если вы его откроете, то этот Google календарь будет виден на любом вашем девайсе согласно вашему местному временному поясу – вы будете видеть правильное время всех наших занятий.
То есть, есть календарь, вы заходите – и вы видите все, что мы задумали. Вам не надо в голове это удерживать или высчитывать. Есть календари, они доступны, запросите, и вам их дадут. Вот, допустим, вы живете в Мексике, и вам влом пересчитывать на московское время. А у нас уже много учеников из Мексики. У нас есть ученики из Австралии. И, в общем, им всем доступно.

Мы подстраиваем пояса занятий так, чтобы могли заниматься все. У меня была группа, в которой одновременно занимались ученики из Америки, Австралии, Германии. То есть, в смысле – одновременно. Можно подобрать такие времена, когда подходит: те еще не уснули, эти уже проснулись. То есть, все возможно.

У нас есть уйма бесплатных групп и каналов, уйма просто! В частности, в Телеграме, ВКонтакте, в Фейсбуке… Вот я вам сейчас напишу два адреса, но их на самом деле гораздо больше, гораздо больше. И, конечно, я хочу, чтобы вы знали про корпус. Я покажу вам, как найти корпус – это то, что мы делаем на добровольческих основаниях, мы делаем это бесплатно. И это необходимо учитывать, знать. Это полезно.

Итак, у нас есть группы в Телеграме. Около 20 бесплатных групп. И столько же, наверное, групп в ВКонтакте. Вот я вам выдал доступы.
И параллельный корпус – это, наверное, мое главное достижение. Это 120 тысяч шлок – и русские академические переводы этих 120 тысяч санскритских шлок, параллельный санскритско-русский корпус.

Но об этом всем будет много передач. Отныне каждую неделю будет по стриму, иногда два стрима, иногда по три стрима в неделю. Много недель подряд, будет несколько недель перерывы, будут очные встречи в Москве, в Иностранке. Если кто из досягаемости, приходите знакомиться очно.

Какие у нас еще есть вопросы? Почему, например, вернулся Евгений? Он хочет кашмирского шиваизма? Чего он хочет? Его давно не было.

– Конечно.

– Чего просит душа?

– Кашмирский шиваизм.

– Ну вот, посмотрим, как у нас он продолжится. Мне кажется, что это будет начало некого эпоса.

– Я в Варанаси чуть не попал к Дичковски, но нам уезжать надо было. А потом его не стало.

– А потом его не стало… Когда у Эдгара случилось то, что случилось несколько месяцев назад, я подумал: а синтаксис-то закрываем. А нет, выжил сукин сын! Синтаксис продолжаем.
И вот так я подумал, что нам-то кажется, что вот все эти курсы, все это изобилие – это будет бесконечно.
Так вот, 20 лет назад, когда я приехал в Москву из Риги, я застал то, чего вы уже никогда не застанете. Я застал изобилие и расцвет лингвистических кафедр. То есть, были столпы, и все было здорово.

Постепенно, пятилетку за пятилеткой, я понял, что университеты приходят в упадок. И когда умерла Вера Александровна, оказалось, что некому ежегодно подавать заявку декану филфака, и курс по санскриту сам по себе не открывается. Его ежегодно личным своим авторитетом открывала Вера Александровна, у которой в трудовой книжке 60 лет стажа санскритского преподавания. Она преподавала, когда ей было уже 90 лет.
То есть, оказалось, ушел человек, Нет, осталась, конечно, кафедра сравнительного, исторического и общего языкознания, но санскрит из этой кафедры ушел.

Вот ушел Захарин из ИСАА, он уже не завкафедрой, и ушел санскрит из ИСАА МГУ. Вот не стало Зализняка – и не стало спецкурсов на ОТиПЛе по санскриту.
И оказалось, что то, что было 20 лет назад, оно сворачивается, сворачивается, уходит. И ушли люди, и ушли эти направления.

Моя задача, как я ее воспринимаю, это сохранить стандарт Советского Союза, хотя бы сохранить. В чем-то немного развивать. Я занимаюсь компьютерной лингвистикой, и там что-то можно докрутить. Но в основном моя задача – сохранить то советское образование, краешек которого я застал. Вот все.

У меня нету задачи кого-то, что-то развивать. Сохранить бы хотя бы для начала, сколько хватит сил. А потом и это рассыплется и превратится в труху. Мое такое понимание.

– Не рассыплется.

– Не рассыплется, Рада? Ну вот Рада, например. Когда она в Болгарию захотела, чтобы ей отправили все книги, какие мы издали, я подумал: она, наверное, не понимает, как много книг мы издали и как дорого ей обойдется это посылать в Софию.
То есть, понимаете, человек выучил русский язык для того, чтобы санскрит учить. А вы еще находите отговорки, почему вы до сих пор не начинали!

– Даже мне стало стыдно, хотя я у вас учусь.

– А все равно стыдно стало, да? Я вспоминаю ученицу, которая из Москвы приехала в Пекин русскоязычная, и на китайском изучала санскрит.

– Извините, а можно вопросик такой. Интересно, какова мотивация у большинства учеников для изучения санскрита, по вашему опыту?

– Нету такой единой мотивации, есть несколько подгрупп. Занятие санскритом, конечно, само по себе совершенно бесполезно. Но, занимаясь этим, мы приобретаем целый ряд совершенно необходимых навыков То есть, результат как таковой, это как орхидеи. Они бесполезны, они же только красивые. Но если их выбросить, наш мир станет убогим.
То есть, должно быть что-то красивое и бесполезное. Вот как цветы. Без них невозможно.
Вот санскрит бесполезен, но бывает несколько мотиваций.

В основном санскрит, Илья, приводит ошибочные мотивации. Например, человек думает, что он станет более духовным.
Если посмотреть на личности тех, кто преподает санскрит – не у нас, а за пределами Института исследования санскрита, то это обычно глубоко непорядочные люди.
Поэтому этот фактор как бы немножко сводится на нет, потому что мы видим: те, кто за пределами Института исследования санскрита преподает санскрит, они не всегда глубоко порядочные люди и что у них есть, какие-то… Ну, отсутствует некий нравственный барьер, я бы даже сказал, даже так. Поэтому вот эта духовная изначальная мотивация, она как бы может сводиться на нет.

Но с другой стороны, санскрит — это как ветерок, который дует, который дует с… Ну, как бы, это как палец, который указывает на Луну. Это еще не Луна. То есть, некая связь все же имеется. Но не так, что ты живешь рядом с профессором, профессор у тебя в соседнем подъезде, и ты сам становишься немного как профессор. Нет, так оно не работает. То есть духовность, она от втирания не передается. То есть, видимо, там другие процессы завязаны. Вот. Но…

Бывают какие-то мотивации, которые в дальнейшем как бы отваливаются, и другие выходят на первый план. Бывает, кому просто хочется интеллектуальной акробатики. То есть он чувствует, что, допустим, вот мне 42 сейчас исполнилось, вот человеку там за 40 – у него как бы мозг постепенно начинает отмирать. То есть, у него котелок переполнен, свободного места нет. Нейропластика так себе. То есть, выучить новый язык уже не то, что в 14 лет. Это как бы что-то надо выбросить, чтобы что-то еще засунуть.
И получается вот такой момент, как увеличение гибкости, мозговой деятельности, пожалуй, не последний фактор.

Есть люди, которые понимают, что ничего индийского особо им не интересно, но они наслышаны, что санскрит труден, и вот им хочется чего-то трудного. И в этом плане санскрит, конечно, прекрасно подходит. Он до безобразия труден и, соответственно, грызи его и грызи до потери пульса.

Я лично сам собирался заниматься санскритом два, максимум четыре года. Вот я 23-й год – и выхода не вижу. То есть, я застрял и других туда же еще, как Иван Сусанин, привожу, в смысле, и мы все в болоте в этом как бы и остаемся. И просвета нету.

Кому-то интересно какое-то конкретное произведение. То есть, он понимает, что его никто на русский язык никогда не переведет, и он хочет быть первооткрывателем. Таких немного, но есть.
Кто-то понимает, что читать переводы «Бхагавадгиты», а таких несколько десятков я могу насчитать переводов «Бхагавадгиты» на русский язык, часть из которых доступна на сайте параллельного корпуса бесплатно.

Кто-то хочет сам перевести «Бхагавадгиту». То есть, не иметь дело с резиновой женщиной, а хочет настоящую живую женщину, которая… Вот это возможно только когда ты сам переводишь. Ты не можешь заплатить кому-то денег, чтобы он за тебя «Гиту» прочитал. Вот так не работает. Соответственно, самому приходится через это проходить.

То есть, можно, конечно, как Гребенщиков, скомпилировать из английских переводов, но это другой жанр, это не перевод, это компиляция. Кому-то это…

– Он именно компилировал, да?

– Да, конечно, это компиляция. Я не против компиляции. Я вообще… Знаете, когда я полгода назад пришел в «Дом книги» на Арбате и увидел Упанишады, сгенерированные искусственным интеллектом, я блеванул прям вот там. Потому что это уже как бы за пределами добра и зла.

Потому что есть перевод Сыркина, есть перевод Владимира Карицкого, но вот сейчас получается, вот у нас есть такая проблемная группа, которая делает перевод еще не переведенных Сыркиным Упанишад. Вот это еще можно понять. А вот сгенерированное искусственным интеллектом, ну это как бы вот – нет.

Вот сгенерировать красивое лицо Елены Трефиловой помолодевшей, искусственным интеллектом, эта задача достойна, так сказать, применения искусственного интеллекта.
А вот генерировать еще одну Упанишаду искусственным интеллектом, вот это нет-нет-нет.
Нет-нет-нет. Это нельзя. Потому что вот это уже прямая дорога в дурку.

Я насчитал около 8 разных мотиваций, Илья, какие приводят людей к санскриту. Единой нет. Лично на моем примере могу сказать, что изначальная мотивация может поменяться. Моя первая специализация – это литературный работник в Литературном институте. Я собирался заниматься литературоведением, заниматься средневековой индийской литературой бхакти. Но потом оказалось, что мне интересен санскрит ради санскрита. Не санскрит ради того, чтобы его использовать в чем-то еще, а санскрит ради санскрита, то есть, лингвистика.

Мне, например, интересно понять, сколько в санскрите слов, никто не знает в мире. Я пока насчитал 400 тысяч, и могу их породить, используя 800 глагольных корней, добавив еще 20 приставок и 305 суффиксов. Меня от этого прет, понимаете, когда я вижу, как порождаются слова.

– Марцис Юрьевич, не как порождаются слова, а как порождается смысл?

– Со смыслами труднее. То есть, видите, этим занимается семантика. Уважающий себя лингвист, конечно, в семантику не пойдет. Нормальный лингвист занимается или морфологией, или синтаксисом.
А семантика… Ну, это такое пограничное. Мы семантикой занимаемся в рамках «Тысячи имен Вишну». И то закрываю глаза, и как бы иду в то, в чем… Ну, надо. Как бы, хочется, не хочется – надо. Но вообще-то смыслы – это, конечно, трудно. Семантические переходы – это из области уже фантастики. Там драконы летают. Это все жуть страшная.

Мы – за классику, за морфологию, за склонение, спряжение, чередование. Вот это наше! Когда в этом мы разобрались, можно так, одним глазиком семантику, но не более.
Мы за трезвость.

Ну вот, например… Какая у вас мотивация, Антон? Какая у вас мотивация была изначально?

– Ну, вы практически ее описали. Мне тоже за 42. И чтобы найти себе эквилибристику такую умственную. Я пытался найти какой-то вид деятельности (я – программист), который максимально будет, с одной стороны, бесполезен, а с другой стороны, да, как-то у меня заставит мозги шевелиться немножко в другую сторону.
Не могу сказать, что что-то меня конкретно из культуры Индии интересует. Скажем так. К языку всегда был интерес. Вот, добрался, к 42-м годам.

– Антон, вы по образованию кто? В смысле, чем занимаетесь?

– Я программист.

– Программист. Ну, собственно, вот есть где-то из десяти учеников… Ну, один обычно программист. У нас в группах, как обычно: 9 девочек и 1 мальчик. Мальчик, он обычно как раз программист. Потому что все языки программирования, они же восходят как раз к Индии, к Восьмикнижию. И, соответственно, если вы хотите понять, как оно все…
Все равно это бинарное мышление – оно исконно индийское, как ни крути. И поэтому это интересно – посмотреть, как мыслит Вьякарана. Потому что Вьякарана, ее можно попытаться запрограммировать, это интересно.

Нет, полностью запрограммировать ее невозможно, но попытка похвальная. И во время вот этой попытки можно много чему научиться. Шпагат сам по себе бесполезен, но пока ты учишься делать шпагат, можно классно, в общем, растянуться. Вот так и санскритом.

– Коль упомянули программистов, я тоже программист, но мне, правда, уже 52. Я не знаю, получится у меня что-нибудь?

– Это еще не диагноз. Я хочу посчитать средний возраст наших учеников.

– Это ко мне, ко мне, ко мне в группу!

– Во-первых, я сам, имея бэкграунд программирования, 26 лет этим занимаюсь, мне как раз интересны языки программирования, мне интересны языки живые, но, конечно, в первую очередь мне интересны языки мертвые. И как можно подойти к мертвым языкам, используя навыки компьютерной лингвистики, статистику, квантитивные методы, корпусную грамматику. То есть, в общем, мне интересно посмотреть на стык вот этих наук. И мне само это интересно, вот программирование – оно по мне, оно все об одном и том же. Просто вот вид сбоку.

Мне кажется, Илья, что средний возраст наших учеников… У нас есть прямо такая целая группа, где-то вот 52-55, вот это прямо популярный тренд, да. То есть, моложе 35-ти, это редко кто сюда доходит. С другой стороны, Сократу было 70, когда он начал осваивать музыкальные инструменты. А Сократ для меня – эталон в западной цивилизации. Поэтому чего нам терять-то?

– Я вот хочу сказать, что я как-то уже больше десяти лет назад однажды купил такое издание «Бхагавадгиты». Свами Шридхар. Тут такой подстрочный перевод: и на русском, и, соответственно, на санскрите. И вот меня это как бы немножко заинтересовало. Просто очень глубокая книга.

– Сподвигло, да? Ну, собственно, изначально я благодарен кришнаитам за то, что 30 лет тому назад они издали «Бхагавадгиту как она есть», показав впервые на постсоветском пространстве, что такое пословный разбор. Я не буду касаться тех 4500 правок, чем русский перевод отличается от английского, исконного текста Прабхупады. Но сам жанр – он хорош, и сам жанр популяризировали изначально кришнаиты.

Вот я показываю «Бхагавадгиту», самое маленькое издание «Бхагавадгиты», которое у меня есть. То есть, «Бхагавадгиты» разных изданий, ну, я знаю несколько сотен, часть из которых на русском языке. В частности, тот же Смирнов, про которого я вам начал рассказывать: он переводил лично сам «Гиту» 24 раза. С нуля. Каждый раз с нуля.
Ему не нравилось то, что получалось.

И потом на всесоюзном радио, на похоронах Ганди, он услышал торжественные мероприятия в честь похорон Ганди. И он услышал впервые (а он уже переводил, 30 лет переводил) – он впервые услышал, как звучит санскрит, на 30-м году своей переводческой деятельности.

Он услышал фрагмент рецитации второй главы «Бхагавадгиты». И он понял, что все, что он делал, это фигня. И он заново, в 25-й раз перевел «Бхагавадгиту». Этот перевод потом был издан. Его послали премьеру Индии. И, собственно, это был один из кирпичиков в укрепляющихся советско-индийских отношениях.
То есть, Ганди, премьер разразился просто, как сказать, восторгом от того, что в Советском Союзе, оказывается, издают «Гиту», то есть, религиозную литературу.

Поэтому вопрос не в том, сможете ли вы перевести или захотите ли вы перевести, а сама возможность того, что вы можете – это круто. То есть, у вас есть такой навык. Потому что действительно, конечно, изучать языки, когда тебе 10 лет – да хоть 15 языков одновременно, какая разница? Все заходит легко! После сорока все заходит трудно. Но жить-то все равно хочется, даже после сорока. Ты же не виноват, что ты такой опытный весь и такой вот уже махровый.

Я полиглот, мне-то хочется просто побольше языков. Есть одиннадцать, ну, двенадцатый хочется. Жадность, она же просыпается, и не знаешь, как, чем заткнуть ее.
Все хочется и хочется, и чешется, и чешется. И можно было бы чем-то заняться нормальным, прикладным – а нет, выучи еще один иностранный язык!

Это болезнь, конечно, но среди нас есть такие, которые полиглоты, да, приходят еще один язык изучать. Такие тоже мотивации есть. Ну как бы, больные люди находят сообщество таких, как они. Когда больных несколько, то это уже не так грустно. Собратья по разуму.

То есть, чем мы крепки? У нас братство. То есть, у нас свое братство санскритян. И это дает силы. Не сделал домашку – на тебя смотрят косо. Я могу молчать, но на тебя твои согрупники уже смотрят косо. То есть, получается некий такой заряд. Если изначально у тебя дисциплина хромает, ты неусидчив: раз не сделал, домашку два… Коллектив уже негодует!

Даже не важно, не столь важно, кто преподает тебе санскрит. Важно найти свое сообщество, то есть найти то, что тебе созвучно. Я же не единственный, кто преподает санскрит на постсоветском пространстве. Нет. Должно быть созвучно то, что я говорю. То, что мы делаем. Просто мы это делаем дольше всех. Мы это делаем больше всех.

И в количестве преподавателей, и в количестве разнообразных курсов. Мы – самые крупные. И, ну, собственно, вот. Кому-то может это слишком крупно. Он хочет чего-то маленького, интимного, один на один. Тогда вряд ли мы подходим. Что-то камерное, да? То есть, не все должно быть на футбольных площадях, да? Бывают концерты, которые исполняются в камерной обстановке. У нас есть группы, где 4 ученика, 8 учеников. Вот у нас группа хинди – это будет 10 человек. Маленькие группы, мини-группы. То есть, есть разные вещи, да? Когда где-то уместно 20, а где-то и 8 будет много. Поэтому все группы разные, преподаватели разные.

Есть ли еще какие-то вопросы? Пошел третий час.

– Мацис Юрьевич, можно уточнить? Вы так вкусно рассказываете, прямо влюбляете в санскрит. И у меня два вопроса возникло. Вы рассказывали в начале… Просто интересно ваше видение, что ли, ваших проектов. То есть, что вы хотели? В целом, видите, какие перспективы? И второе – что вас мотивирует все-таки, вот, изучать, вы настолько вкусно это все вот рассказываете, делаете. Вот мне интересно в будущем, как вы видите, и что вас вдохновляет все-таки, да, вот это вот продолжать и делать, и вовлекать людей, приобщать санскриту. Наверное, вот так вот, если можно.

– Когда я начинал, в 2002-м году я оказался в Москве. Мне оказалось доступно все то, чего большинство из вас никогда не увидит. То есть, мне были доступны все библиотеки, а в интернете санскрита тогда особо не было. Оказавшись в Москве, я понял, что мне доступно то, что большинству людей недоступно. И мне захотелось поделиться этим.

И в 2004 году я начал подготовку тех 17 книг, которые я в дальнейшем издал. То есть, сперва я это видел именно как доступность книг. Хотя я с 99-го года занимался интернетом и занимался программированием, я все равно верил и верю в то, что древние языки надо изучать по бумажным книгам. Как бы мы ни продвигались с методами – все равно классический подход бумажной книги.

И вот, собственно, 20 лет я занимаюсь изданием бумажной книги и продолжаю заниматься. Около 10 книг мы сейчас еще продолжаем готовить. Я потихоньку это направление начинаю закрывать, то есть, меньше туда вкладывать усилий. Но как это – меньше? Мы все равно занимаемся переводом «Рамаяны». Это очень много всего необходимо, чтобы это случилось.

Поэтому изначально мое желание – это поделиться тем, что я нашел в Москве тогда. Изначально это книги, а с 2005 года еще и получается развивать сайт, сканировать книги, выкладывать книги. Каждые два дня мы выкладываем по новой уникальной книге. Сканы, которые мы выкладываем, мы сами делали. Мы их не нашли где-то на каком-то сайте, не скачали. Мы постоянно выкладываем индологическую литературу, в основном, санскритологическую.

В общем и целом стараемся Индию в целом освещать, не только санскрит.
Вот, например, сейчас мы выкладываем по дравидийским языкам целую серию книг.
Изначально это книги бумажные – сканирование, то есть, цифровое востоковедение. Это вот мой основной конек. Я первым, наверное, начал в России заниматься цифровой индологией.

Ну и соответственно, когда я увидел постепенно, как приходят в упадок те кафедры, которые я считал незыблемыми в Москве и Петербурге, когда я видел, что на кафедре остается два преподавателя, полтора преподавателя, один преподаватель, ноль преподавателей, я понял, что санскрит покинул университеты. Основать университет я сам не могу, это непосильная для меня задача. Но создать эталонный институт я могу.
Я учился у лучших, и передать то, чему они меня научили, и собрать таких же, как и я, вокруг себя я смогу.

19 лет потребовалось на то, чтобы собирать тех людей, кого я на 20-м году собрал сейчас.
Первые 19 лет я думал, что я совершенно зря затеял то, что я затеял. И только на 20-м году я теперь вижу, что те 20 преподавателей, которых мне получилось собрать вокруг себя – это то, что я задумал, когда я начинал в 2005 году.

Получается, изначально не было необходимости в таком институте. Эти возможности, хоть и для ограниченного количества людей, были доступны в Москве и в Петербурге. Очно. Потом очно они перестали быть доступными, и теперь они станут доступными онлайн уже для всех.

Я видел, как университеты становились более закрытыми, менее востребованными, и онлайн разрастался, и с 2015 года я стал интенсифицировать свои усилия в рамках выхода в интернет. То есть, последние 10 лет – это еще больше усилий.
Это с одной стороны.

А с другой стороны, понимаете, это как сифилис. Изначально заразился – и не можешь уже окончательно вылечиться. То есть, когда в 2005 году я дал на подпись Андрею Анатольевичу «Грамматический очерк санскрита», а мы были знакомы на тот момент только два года, я посещал его спецкурс на филфаке МГУ, он мне написал про мой энтузиазм. Получается, что я заразился уже тогда. Та искра, которую я получил от своего научного руководителя, это и есть то, что невозможно погасить.

По сравнению с Андреем Анатольевичем, я плохой санспитолог и фиговый лингвист. Но оказалось, что никто из его учеников больше санскрит не преподает, понимаете? Поэтому я как бы единственная ниточка в современном мире этой преемственности. Нет, я не суперский преподаватель, я средненький преподаватель. Но я единственный, кто продолжает эту линию.

Я застал Елизаренкову в Москве, я ходил на ее доклады в Институте востоковедения.
Я застал тех, о которых вы в лучшем случае сможете прочитать в книгах. Я застал их живьем. И это, собственно – разница между тем, что я помню, и тем, что я вижу сейчас, тем мракобесием, которое окружает меня, и тем эталоном, который я еще застал – вот это дает мне силы продолжать.

И так как я считаю, что Советский Союз – это некий эталон в плане образования, я хочу продолжать эти традиции. Сохранять до тех пор, ну пока, вот до последнего своего дыхания, соответственно. И я уверен, что это распадется потом, в смысле, что не подхватит никто. И я буду рад, если я буду неправ. И то же Ваня, например, которому 22, подхватит и продолжит.

Потому что, с моей точки зрения, Зализняк – это гениально, такой человек рождается раз в тысячу лет. Это красиво, это достойно продолжения. Было время, когда в Москве одновременно проживало несколько гениев, несколько гениев лингвистики. И краем уха я застал их, я видел их, и мне хочется об этом рассказать. Потому что талантливых много, а вот гениальных – единицы. Я их видел, и я хочу о них рассказать.

И я знаю еще тех, ну, как бы, собратьев по разуму, которые тоже видели красивое, и могут рассказать. Мой главный критерий к преподавателю какой? Он должен быть хорошим рассказчиком. Он может быть с регалиями, без регалий. Он должен быть хорошим рассказчиком. Если он рассказывает заунывно, то нет.

У нас есть доктора наук, которые так заунывно рассказывают, что засыпаешь стабильно на их докладах, о чем бы они ни говорили. О самых интересных темах они рассказывают так, что это «умри все живое». Вот это не про меня. Я хочу, чтобы это была живая индология, устная индология. Поэтому я отобрал тех, кого мне самому интересно слушать, в кого я верю сам, как в преподавателей.

И вот неважно, они изучают санскрит год или сорок. Я вас уверяю, есть те, кто за год осваивает глубже и больше, чем те, кто 40 лет тараторит одно и то же. Например, в ИСАА МГУ люди выли от того, как там преподают санскрит. Они выли! Они хотели, им нравился санскрит, но то, как он преподавался там, это невыносимо. А это академический курс, хороший вуз, престижный факультет. И бывает все равно, что это невыносимо. Поэтому мерило тут – не престиж университета. Мерило – конкретный человек. Вот мой совет вам – выбирайте преподавателей, а не предметы.

Есть несколько преподавателей, которых я вам советую застать, поймать и ухватить. Вот, собственно, Андрей Всеволодович Парибок как раз входит в число тех, кого я считаю, кто достоин того, чтобы его ухватить. Видимо, к 70-ти годам что-то уже или укладывается, или уже не укладывается, и тогда это всем видно, всем заметно со стороны, что не уложилось. А вот когда укладывается, тоже всем уже заметно.

Это редко. Когда человек одновременно может ухватить и философию, и лингвистику. Потому что обычно только что-то одно из этого. Вот у меня, например, только одно. У меня – лингвистика, я в философии полный ноль. Елена вроде тоже сильно не тяготеет к философии, если я правильно понимаю, да? Вот лингвистика, да, мое. Философия – ну, в дозированном количестве, интересно. Бесконечно углубляться – нет, спасибо.

Философы наши обычно в языках слабы. Они опираются на вторичные источники, на какие-то пересказы чужих англоязычных докладов. То есть, мне уже неинтересно, как они пережевывают пережеванное. Редко, когда эти две вещи соединяются в одной личности. И, собственно, как я уже начал, Ивану Толчельникову 22, а я вижу, как в нем соединяются эти две вещи. Да, не безупречно, но соединяются.

И вот, собственно, у Андрея Всеволодовича соединяются. И у Виктории Викторовны Вертоградовой. Ей 92, она старейший санскритолог Москвы на сегодня. Или у Александра Яковлевича Сыркина, ему 94 года. Это патриарх русских санскритологов. Вере Александровне было 92 года. Эмено, которого я глубоко уважаю, ему было 105, кажется. Если не путаю, 105 лет он прожил. Соответственно, санскрит и долголетие имеют прямую корреляцию. То есть, вы или помрете молодыми и красивыми, или, значит, в глубокой старости. Третьего не дано.

Есть ли еще вопросы, или вы уже утомились и готовы просто лечь на боковую?

– Спасибо большое, Марцис Юрьевич, вам за вашу деятельность и всем, кто вам помогает. За этот живой язык.

– Да, вы же понимаете, что помимо тех двадцати преподавателей, которых вы видите на поверхности, есть целый отряд тех, кто работает в неурочные часы, иногда семь дней в неделю, чтобы это все у меня получалось. С меня – только задумка, я неуемный, но требуется усилие тыловых служб, которые обеспечивают, чтобы наши тайм-коды появлялись через сутки, чтобы наши расписания объявлялись в августе, а не в октябре. Это все дается большой кровью. Если сам хоть раз не запустишь такой курс, никогда не поймешь, какой ценой это все дается. Ценой здоровья, времени, жизни.

Да, Любовь! Кажется, у вас вопрос?

– Здравствуйте, спасибо большое за прекрасный вечер. Столько информации интересной, особенно когда вы делитесь, как вы пришли… Просто супер-вечер для меня. А я хотела спросить: меня очень заинтересовала информация по каллиграфии, которая будет весной.

– Весной 26-го года, да.

– Да, да. Я это запомнила, ухватила, несмотря на то, что мне 59 (смеется).

– То есть, пограничное уже состояние, да?

– Да-да, но вот тоже ухватилась за то, что вы сказали, что кто санскрит учит, тот долго живет. Я хотела спросить: значит, нулевому санскритологу можно, имеет смысл на каллиграфию пойти?

– Объясняю. Имеет смысл осенью пойти на просто обычный курс деванагари, чтобы освоить некоторые навыки письма за два месяца. И тогда весной 26-го года вы уже осенью освоенные навыки сможете углубить. Вам будет трудно, если вы сразу начнете с каллиграфии, потому что предполагается некоторая база. Трудно, но возможно.
Поэтому я советую все же осенью или в январе, в смысле, в сентябре-октябре или в январе пройти курс деванагари, чтобы каллиграфия была бонусом, а не вместо изучения деванагари.
– Он четырехмесячный, как все курсы?

– Каллиграфия будет из восьми занятий, следовательно, это будет двухмесячный курс. А подготовительный займет два месяца, то есть, два и два.

– Ну вот про январь подумаю.

– Если в январе вы пройдете, январь-февраль, то потом в марте вы уже начнете каллиграфию.

Мы очно, бывает, устраиваем мастер-классы бесплатные в Москве. В частности, в Высшей школе экономики в начале декабря у нас будет очередной мастер-класс. Для тех, кто в доступе. Во второй половине октября, может быть, и в Петербурге получится что-то устроить – в Институте восточных рукописей. Посмотрим, справимся ли мы со всеми расписаниями.

Невероятное количество мероприятий на ближайший год запланировано, на пределе человеческих возможностей. Такой интенсивности еще не было. Я думаю, что бесконечно долго такую интенсивность мы не будем удерживать. Или мы будем удерживать такую же интенсивность, или немножко на послабление. Сильно больше мы уже раскручивать не будем. Потому что это просто уже… Я уже не выдерживаю. Я, конечно, стойкий, но это делается все тяжко. Я устал работать по 14, 18, 20 часов в сутки. Я устал. Поэтому пойдем на послабление. Пойдем заниматься не больше 14 часов санскрита в сутках. Не больше.

Есть ли какие-то вопросы? У нас будет стрим, на котором я буду рассказывать именно про грамматику. Если вы посмотрите презентацию, которую я выложу для всеобщего доступа, то, мне кажется, 12 сентября я назначил именно стрим, на котором я буду рассказывать, с чего начать изучать санскрит. То есть, исключительно то, что касается моих курсов по учебнику Веры Александровны Кочергиной.

У каждого из преподавателей будет одно занятие, на котором он будет рассказывать: а что там будет. Помимо, занятий. В смысле, курс длится 8 занятий. То есть, будет 8 плюс 1 – вводное бесплатное занятие, на котором преподаватель рассказывает. Или 16 плюс 1. Следите за календарем! Мы не будем успевать делать анонсы: курсов будет больше, чем мы будем успевать делать анонсы.

У нас есть отдельная группа, называется «Оповещение санскритян». Там только анонсы. Ничего, кроме анонсов. Если вам слишком много сообщений, допустим, в Обществе ревнителей санскрита или в Институте исследования санскрита, то есть отдельный канал только для анонсов.

Если вы хотите почитать какие-нибудь древнеиндийские памятники просто в русских переводах, то вы можете вступить в наш добровольческий отряд, где мы вычитываем русские переводы санскритских произведений. А потом мы добавляем их в параллельный корпус, где мы соединяем санскрит и русский перевод. И это становится доступным для всех.

И мы строим санскритский поисковик. Чтобы в дальнейшем, когда через 200 лет вторым государственным языком в России станет санскрит, чтобы была определенная наработанная база параллельного корпуса.

И каждый из вас, не важно, как хорошо вы знаете русский язык, вы можете поправить наши запятые, которые убежали, наши буквы… У нас будет написано «бот» вместо «бога» – то есть, вы можете нам помочь исправить эту помойку, которая называется интернетом, и хотя бы создать маленький островок чистый русских переводов санскритских произведений. Такие у нас добровольческие есть отряды. Если бы не они, то не было у нас «Махабхараты», «Рамаяны», «Адхарваведы», Ригведы, которые доступны теперь всем – и доступны бесплатно.

Поэтому я призываю вас: не только изучайте санскрит ради себя, а делайте то, что поможет другим. Вступайте в наши добровольческие отряды. Мы берем, но мы и отдаем.

Почему я вас обучаю санскриту? Потому что я надеюсь, что кто-то из вас станет соратником. Кто-то поможет разрабатывать санскритологию. Санскритология совершенно не проработана. Нерешенных вопросов десятки тысяч. Надо начать изучать санскрит.

Десятки тысяч учебников, которые изданы, это не тот уровень, который нужен. Нужен уровень корпусной грамматики. Еще никто в мире это не решал. И пусть Россия будет впереди всей планеты, впереди Индии, впереди Америки, впереди Германии – в этой конкретной области востоковедения.

Как было 150 лет тому назад, когда в Петербурге был издан крупнейший в мире санскритский словарь. Крупнейший в мире санскритский словарь издан в Российской империи. Я уверен, что Россия, Москва и Петербург, может возглавлять мировую санскритологию. Не российскую, а мировую. Но для этого надо несколько тысяч учеников, из которых отберется несколько десятков тех, кто в дальнейшем станут исследователями. И будут переводить потихоньку что-нибудь. То есть, это длительный процесс.

После распада Советского Союза все процессы распались. Когда-то за перевод книги «Вопросы Милинды» Парибок смог купить трехкомнатную квартиру. А сейчас, чтобы издать «Вопросы Милинды», надо продать трехкомнатную квартиру. Понимаете? Все поменялось. Но это же не значит, что мы не можем идти против ветра.

Есть ли еще вопросы? Раз мы все равно идем к приближению к трем часам, я уже понял, что за два мы не управимся, но больше трех мы не пойдем, то у нас еще есть 20 минут.
Есть ли еще вопросы?

– Марцис, Юрьевич, вы когда-то говорили, что, возможно, будет курс по Махамритьюнджая-мантре…

– Да, будет курс по Махамритьюнджая-мантре, но я не уверен, что мы успеем начать весной 26-го года. Он обязательно будет, но я не уверен, что еще в 26-м году я успею собрать это. Будет. Непременно будет.

– Ждем.

– У нас по мантрам, я думаю, Ворошилов проведет курс летом 26-го года. У нас было два стрима с Бемом Митруевым, выпускником Востфака, как раз про мантричность мантр.
У нас было два эфира по мантрам. Я уверен, что никто из вас этого не слышал. Соответственно, если тема интересна, заслушайте. Бем – видный буддийский деятель, а при этом имеет хороший академический бэкграунд, выпускник Востфака. Где слушать? На могучем Ютубе, если он вам доступен, а если нет, то наш Иван все это дублирует постепенно с Ютуба на ВК и Rutube. Мы все тысячи и тысячи видео, что у нас есть, перегоняем и частично уже перегнали. У нас несколько тысяч около санскритских видосиков уже есть. Да, это все – к кураторам.

За эти годы я наболтал на несколько сотен часов. Например, у нас есть цикл бесед с Владимиром Дружининым про аюрведу. Называется… Я даже не помню, как называется. В общем, шесть бесед с Владимиром Дружининым про психотипы в аюрведе.

У нас есть девять бесед с Эдгаром Лейтаном про преподавание санскрита в Вене: как преподается санскрит в западных университетах.

У нас есть девять бесед с Радхой Блиндерман: какие трудности испытывают девушки при изучении санскрита в Индии, например. Радха в прошлом году защитила кандидатскую в Гарварде, она преподает санскрит в Гарварде. В возрасте 10 лет она начала изучать санскрит в Индии – это очень интересно, опыт Радхи невероятен.

У меня есть беседы про музыку, про индийскую музыку. У нас есть три беседы с Миланой Северской. В общем, невероятное количество разных бесед с разными людьми на русском и английском языках за эти 20 лет. И все это доступно. Все это невозможно охватить сразу. Но если и завтра начать, то лет за пять, половину вы сможете посмотреть. Если будете смотреть по два часа в неделю.

Есть ли еще какие-то вопросы? У нас 17 минут. Хорошо, раз вы молчите, тогда я вас поспрашиваю насчет мотивации. Анастасия, которая возглавляет, собственно, наш Отдел заботы. Какая была изначальная мотивация начать изучать санскрит?

– Неожиданный вопрос. Ну, так как я йогой занималась уже порядка трех лет, и мы там часто рецитировали мантры, в какой-то момент я заметила, что все написания этих мантр, будь-то санскрит, английская раскладка или русская, они все слишком сильно отличаются и непонятно, что написано. Меня это очень сильно смущало, и в силу своего характера я хотела докопаться до сути: что это такое вообще, где истина кроется. В общем-то, так и пришла.

Ну, плюс еще на тот момент, когда я попала сюда, к вам учиться, я прошла посвящение в мою традицию йоги, а там в том числе было сильно мантропение, скажем так. Точнее даже не столько мантропение, сколько знание именно мантры, как она звучит.
И наш мастер, Имран, периодически нам говорил, как правильно произносятся те или иные санскритские звуки. И с помощью рекламы вашего курса в наших чатах я попала сюда. Правда, только на второй год решила попасть. Первый год просто ходила вокруг, смотрела – что это такое?

– Я знаю учеников некоторых, которые присматривались три года, некоторые присматривались пять лет, и я знаю тех, кто даже десять лет следили за мной и только на десятом году пришли. Да, такие истории мне известны.

Ну, понял. Интересно. Изначально получается – звучание.

– Не столько звучание, сколько, наверное, как правильно это прочитать, как это правильно произнести и как это правильно пишется, потому что везде все разное. Меня такое не устраивает.

– То есть, получается, твое изначальное занудство, оно мне на руку, как бы.

– Да. Внезапно, да, оказалась зануда в этом вопросе.

– Хорошо. Ну вот кого я еще вижу из старичков? Есть еще старички, которые готовы сказать, почему они? Ну, Елена, например, она – полиглот. Ей все равно что учить, ей дать что-нибудь поучить: что справочник по устройству вентиляционных систем, что еще один язык, в принципе, ей все равно. Да, Елена?

– Ну… Ну да, сознаюсь. Я на самом деле учила тибетский. На тибетском были каникулы летние. Прямо с конца апреля начинались, и у меня освободилось время в субботу или в воскресенье. Я помню, у меня все ходы записаны, между прочим, Марцис Юрьевич, да?
И тут первого мая утречком Марцис Юрьевич мне пишет: «Дратути!» в мессенджер какой-то, в ВК.

А я ходила долго вокруг, я наблюдала Санскриториум и вот Общество ревнителей санскрита, я ходила вокруг да около. Но вот, две ручки и четыре… Нет, две тетради и четыре ручки меня пугали очень сильно.

– У нас есть как бы такая инструкция, которую надо прочитать ученику перед тем, как он начинает. Соответственно, в той инструкции, которую я написал 15 лет назад, я одним из условий для начала изучения санскрита указал наличие тетради и ручек.

– Нет, было не так. Было: две тетради на пружинке и четыре ручки. И меня это как-то так задело, что я два года, наверное, сама не решалась туда пойти, потому что – что же это за человек, который требует две…

– На входе!

– На входе! На входе, да. То есть, купить все учебники, ну это ладно. Но при этом еще… И будет проверять, наверное! И этот человек первого мая с утреца, прям часов в девять, мне пишет: «Дратути». И все. И я что-то опять как-то задумалась очень сильно, очень-очень сильно. Ну, в общем, часов через пять, наверное, я решилась написать, ну, как-то не вежливо все-таки уже, да? Я написала в ответ: «Дратути».

И тут мне так сразу буквально тогда: «Долго же вы думаете!» Вот. И тут я немножко, ну как бы выпала совсем. Надо же что-то ответить, да? Потому что теперь как бы этот самый шаг на моей стороне. И в общем, я не нашла ничего, как ответить: «А вы знаете, у вас тут группа недавно стартовала. Можно я в нее запишусь?» Ну, пришлось записаться. И вот я тут. Невиновата я, он сам пришел.

– Ноготок увяз, птичке конец, да?

– На самом деле я очень рада, что это получилось очень взаимно. И это меня безумно вдохновляет.

– Получается, в общем, такая необычная история в том плане, что Елена – один из шести учеников за последние 17 лет, который имеет профильное образование. Но если обычно профильное образование никак не отражается на способностях учеников, они одинаково мучаются, как все остальные, то в случае Елены, конечно, ей относительно легче, но она и хочет относительно больше.

Мотивация получается такая: каникулы. Высвободилось время.

– Надо что-то вставить вместо тибетского.

– Заглушка для отсутствующего тибетского.

– Чем бы заняться? Вот чем бы заняться? Свободное время. Ну, видишь, теперь, можно сказать, жизнь такая.

– Ну да, кто бы подумал.

– Кто еще у нас есть из старичков? Вот Евгений, например, я даже не помню. Мне кажется, в году девятнадцатом, кажется. Или он уже учился в девятнадцатом, потому что в девятнадцатом он приехал на Зографские чтения. Он из Калининграда специально приехал в Петербург, потому что в мае мы встречались в Петербурге. Значит, к этому времени он, как минимум, уже неделю должен был изучать санскрит.

– Да-да, в этом году.

– Я даже не помню, с чего он начал, в смысле, почему он пришел и чего он искал. Я не помню, а помнит ли Евгений сам?

– Вот это ощущение в мозгу, когда что-то понимаешь, вот оно… Когда ты понимаешь на вторичном материале и когда ты понимаешь на первичном материале, оно разное. Очень разное. Когда ты понимаешь, что написано во всей красе и полноте, многообразии смыслов, оттенков, это одно – и другое, когда ты все-таки читаешь на русском языке.

– Получается такой изначально интерес к философии, наверное, да?

– Ну естественно, да, больше так, я думаю.

– Потому что меня эта философия оставляет спокойным. Потому что еще я не проспрягал два глагола, как я могу спокойно идти в философию, когда с окончаниями в исключениях не до конца еще понятно, собственно, это все, и как-то надо…

– Ну так вот, и очень интересно именно это: что пока ты не проспрягал два глагола, все оттенки смысла написанного ты не поймешь, условно говоря.

– Пишут: Марцис Юрьевич, где можно информацию по мероприятиям и курсам узнавать? Ну, конечно, все у куратора. Даже если вы мне лично в личку напишете, я все равно вас скорее всего отправлю к кураторам. Потому что там Настя, там Таня, там Вера, там Марина. Они уже знают примерно треть того, что было за последние 20 лет. Что-нибудь подскажут. Даже если полную ерунду подскажут, все равно куда-нибудь да вместе пойдем. Не бойтесь ничего. Совсем в дебри точно вас не заведут.

Кто у нас еще из старичков? Кого бы мне сейчас помучить? Кто готов рассказать, почему он пришел? Для, в частности, Ильи, который интересуется, какие бывают диагнозы. Просто у большинства выключены камеры, поэтому я стесняюсь вас спрашивать, может ли кто-то из старичков еще сказать слово. Нет, старички у меня стеснительные.

– Перевод Липкина хорош?

– Ничего плохого сказать о нем не могу. Но это перевод по подстрочнику. Хороший советский перевод. Ничего плохого сказать не могу про перевод Липкина.

Я бы хотел, чтобы наш Максим Леонов не только рассказал про древнеиндийскую литературу, а чтобы он постепенно стал рассказывать и про то, какие есть переводы на русский язык индийской классики и чем эти переводы друг от друга отличаются. Это огромная тема, она жутко интересная. Я надеюсь, что помимо рассказов о самой литературе, Максим Леонов продолжит рассказывать о том, какие есть переводы на русский язык и в чем их особенности.

– Марцис Юрьевич, а книги о дравидийских языках вы выложили где?

– В Обществе ревнителей санскрита на днях мы начали выкладывать материалы по тамильскому. В Обществе ревнителей санскрита. И про телугу выкладывали, и про тамильские. Книги, которых прежде никогда не было. Это совершенно уникально, я знаю это, потому что перед тем, как некоторые из них выкладывать, я проверяю, по ним ничего в интернете нет, кроме того, что они существуют. А теперь есть – и эти файлы отсканированы в высшем возможном качестве.

– Спасибо большое.

– Марцис Юрьевич, вы сейчас сказали по поводу разных переводов, важности этих вещей. Я вот недавно наткнулся на такой сайт, относительно недавно, Бхагавадгита.ру, и там очень большой список переводов этой книги. Вы ничего не можете сказать об этом сайте?

– Сейчас зайду.

– Там и каких-то известных советских переводчиков переводы, и другие, в общем, самые различные.

– Я вижу там много Прабхупады, то есть, много кришнаитских всяких «Гит». Хотя я и благодарен кришнаитам за их изначальную популяризацию этого жанра, санскрита и «Гиты» в целом, но для наших задач есть более интересные уже пословные разборы.
Например, разбор Дмитрия Бурбы, который доступен в рамках параллельного корпуса.

А где там есть перечень именно всех разных русских переводов, которые они предлагают? Я у них, например, сходу-то и не вижу разные переводы. Я вижу именно кришнаитские, так сказать, толкования. А где разные? Я вижу тут кришнаитскую «Гиту». Я не вижу разные «Гиты».

– Ну, в переводе Смирнова есть…

– Смирнова, значит, они взяли сайта bolesmir.ru. Соответственно, сами они там ничего не делали. Поэтому, если у них и есть какие-то другие переводы, то это взято или у нас, или у Болесмира. Кришнаиты ленивы, кроме своей «Гита как она есть» обычно ничего не признают.

– Я не знаю, чей это сайт.

– Я по картинкам вижу, что это кришнаитская эстетика, которая мне не близка. Я за более академический подход в этом плане.

– Там есть даже какой-то, я видел, перевод начала века, по-моему, двадцатого.

– Есть и начало, есть и девятнадцатый и восемнадцатый век.

– Там чуть ли не в стихах на русском языке.

– Конечно, но, собственно, Смирнов тоже в стихах переводит, этим ты как раз никого не удивишь. И перевод Семенцова, например, прекрасен в стихах. Нет-нет, переводы в стихах – не редкость. Просто перевод кришнаитов, он ведь на литературность и не претендует. Он претендует на толкование в правильном религиозном ключе. Единственно правильном.

Тут есть книга, например, Радха Блиндерман, это «Гита» с комментариями. Не только «Гита», еще и комментарии – вот это я вам советую. Книга Радхи Блиндерман, «Гита» в переводах Радхи Блиндерман. Второй том, вероятно, издадим в 26-м или 27-м году. Пока вышел первый том.

Есть какой-нибудь последний вопрос, завершающий? Чтобы четвертый час не пошел.

– Марцис Юрьевич, можно просто пожелать всего самого наилучшего в этом учебном году всем! Но самое главное – просто ресурсы, откуда вы берете и рекомендуете, чтобы хватало сил, это все? Изучать, делать и так далее. Ресурсы откуда?

– Вы знаете, раньше, когда я был студентом, я ведь ночью не спал. В смысле, пытался… У нас как же? Вечером задали Илиаду, к утру она должна быть прочитана. Понимаете, так сказать, в Литературном институте норматив такой. Вечером Илиада – к утру должна быть прочитана.

Я пытался это все честно делать. Идти по списку литературы, который нам задавали. Вот я знаю сокурсницу, мы окончили этот Литературный институт уже 20 лет назад. Она до сих пор идет по списку рекомендуемой литературы, то есть, она пытается прочитать то, что нам необходимо было прочитать якобы за пять лет специалитета. Вот она 20 лет читает, до сих пор прочитать не может.
Я тогда честно пытался это читать, то есть, читал ночью, приходил на занятия, на лекциях спал, потом шел домой, читал то, что по списку надо читать, и спал… Ну, на выборочных каких-то лекциях я просто спал, чтобы как-то, в общем, прийти в себя.

А потом я прочитал в первой главе «Аштанга Хирдая Самхиты», что есть, оказывается, распорядок дня. Я был страшно удивлен, что, оказывается, две тысячи лет тому назад уже люди понимали, что ночью надо спать, а днем надо бодрствовать.

Это для меня было что-то новое. Я не знал, что с этой новой информацией делать. Но постепенно, с годами, вот теперь я частенько уже ложусь в десять, нередко засыпаю в одиннадцать. В общем, днем я занимаюсь, чем положено заниматься днем, а ночью я сплю. С тех пор у меня стало больше сил. Когда я не пытался насиловать свой организм.
Я еще не ем вовремя, я нарушаю… Предполагается, что человек завтракает, обедает, ужинает в одно и то же время. С этим пока у меня проблемы. Но я уже на пути к этому. Если не надругаться над собой, над организмом, то он отвечает благодарностью и дает силы. Если не через жопу все время все делать. Но это трудно, потому что хочется все через жопу.

Хочется показать, что ты круче природы, круче всего. Что родители неправы, бабушка…
Вопреки бабушке, значит, уши отморожу и, соответственно, вот это не буду, а то буду. Ну и, в общем, вот измываться над собой хочется же. Потом ты понимаешь, что, в общем, оно дорого стоит и проще подчиниться и постепенно стараться соблюдать какие-то базовые требования. Мне трудно с этим, я скажу вам. Я такой, вечный революционер, я вечно против.

В общем, я к чему? Сила, пожалуй, в том, чтобы не издеваться над собой. Чтобы не пытаться делать то, что не характерно для человека. Есть время для отдыха и есть время для работы. Есть время для семьи, и не надо это все время путать.
Нельзя все время заниматься санскритом. Это нездоровое отношение ко всему. Это приносит отрицательные последствия. Но 14 часов санскритом заниматься в сутки — это, в принципе, нормально. То есть, как бы, это немного. А больше не надо. Вот больше не рекомендую.

На этой радостной ноте я предлагаю разойтись. Следите за календарем, будет по три стрима на неделе. То есть, до потери пульса. Мы будем столько говорить о санскрите, сколько в мире еще никто не говорил.

Спасибо. До свидания!

📢 Мантра «Гуру стотра» (онлайн-группа осенью)

С 16 сентября брахманка Уша Санка обучит скандированию мантры «Гуру стотра» на правильном санскрите (śrīgurustotram), то есть воспевание наставника.
Помимо воскресных гимнов в 10:00, впервые запускаем группу будни напевного санскрита, вторник 10:00.

🔸 дата начала: 16 сентября 2025 г., впервые, повтор не планируется;
🔸 время: по вторникам, 10:00 (по МСК), продолжительность – до 1.5 часа;
🔸 курс рассчитан на 4 месяца, занятия еженедельно;
🔸 формат: онлайн (можно слушать в записи бессрочно);
🔸 синхронный перевод и полное сопровождение обучающихся;
🔸 по завершении – итоговое испытание (по желанию) и сертификат.

То, что будет предложено на курсе «Общества ревнителей санскрита (https://t.me/samskrtamru)», не встречалось ранее на просторах рунета. Программа в «Институте исследования санскрита (https://t.me/sanskritskype)» начинается со слов:

akhaṇḍa maṇḍalākāram vyāptam yena carācaram
tat padam darśitam yena tasmai śrī gurave namaḥ (1)

ajñāna timirāndhasya jñānañjana śalākayā
cakṣur unmilitaṃ yena tasmai śrī gurave namaḥ (2)

Уша Санка (https://samskrtam.ru/usha-sanka/) – выпускница Тирупатского университета, кандидат филологических наук и специалист в области древнеиндийской грамматики. Знать санскрит или уметь петь не требуется. Прослушайте видео-анонс на ВК (https://vkvideo.ru/video-88831040_456240222) или Youtube (https://youtu.be/IENqTz1UFdY). Распространите благую весть о начале скандирования https://samskrtam.ru/guru-stotra-mantra

👉 Для записи на курс пиши
«гуру» в Telegram t.me/rusamskrtam

Рубрика: Санскрит

Куратор курсов санскрита

Адвайта веданта курс Ивана Толчельникова

Вопросы и ответы с А.В. Парибком (стенограмма)

Вопросы и ответы с А.В. Парибком

Читать онлайн астрономия

Астрономия лекции онлайн

Обучение санскриту с нуля

«Йога-Васиштха»: онлайн-курс русского перевода

О тексте и подходе

Как устроено занятие

Программа первого блока

Для кого

Результат

Стенограмма анонса 2025

Гуру стотра (онлайн-курс)